Заказ работы

Заказать
Каталог тем

Самые новые

Значок файла Пределы: Метод. указ./ Составители: С.Ф. Гаврикова, И.В. Касымова.–Новокузнецк: ГОУ ВПО «СибГИУ», 2003 (3)
(Методические материалы)

Значок файла Салихов В.А. Основы научных исследований в экономике минерального сырья: Учеб. пособие / СибГИУ. – Новокузнецк, 2004. – 124 с. (2)
(Методические материалы)

Значок файла Дмитрин В.П., Маринченко В.И. Механизированные комплексы для очистных работ. Учебное посо-бие/СибГИУ - Новокузнецк, 2003. – 112 с. (5)
(Методические материалы)

Значок файла Шпайхер Е. Д., Салихов В. А. Месторождения полезных ископаемых и их разведка: Учебное пособие. –2-е изд., перераб. и доп. / СибГИУ. - Новокузнецк, 2003. - 239 с. (4)
(Методические материалы)

Значок файла МЕТОДИЧЕСКИЕ УКАЗАНИЯ К ВЫПОЛНЕНИЮ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ЧАСТИ ДИПЛОМНЫХ ПРОЕКТОВ Для студентов специальности "Металлургия цветных металлов" (2)
(Методические материалы)

Значок файла Учебное пособие по выполнению курсовой работы по дисциплине «Управление производством» Специальность «Металлургия черных металлов» (110100), специализация «Электрометаллургия» (110103) (2)
(Методические материалы)

Значок файла Контрольные задания по математике для студентов заочного факультета. 1 семестр. Контрольные работы №1, №2, №3/Сост.: С.А.Лактионов, С.Ф.Гаврикова, М.С.Волошина, М.И.Журавлева, Н.Д.Калюкина : СибГИУ. –Новокузнецк, 2004.-31с. (6)
(Методические материалы)

Каталог бесплатных ресурсов

СУДЬБА ЭЙДЕТИКИ В СОВЕТСКОЙ ПСИХОЛОГИИ

Эйдетика — разрабатывавшаяся на протяжении 20–40-х гг. XX в. в Германии, в марбургской психологической школе Э. Йенша теория, предметом изучения которой была эйдетическая способность — особый вид образной памяти человека. В СССР в 20–30-е гг. вопросами эйдетики занимались П.П. Блонский, Л.С. Выготский, П.Л. Загоровский, М.П. Кононова, А.Р. Лурия, С.Л. Рубинштейн, И.В. Страхов, Б.М. Теплов, Г.С. Фейман и другие. Однако затем в силу ряда обстоятельств (вырождение эйдетики в Германии в «интеграционную типологию» — расистскую, ненаучную теорию, запрет в СССР в 1936 г. педологии, Великая Отечественная война) эйдетические исследования в нашей стране были полностью свернуты.

История эйдетики в СССР позволяет в определенной степени судить о значимости социально-политических, идеологических и личностных факторов в развитии научной теории и науки в целом.

Ключевые слова: эйдетика, Э. Йенш, эйдетический образ.

 

 

Что такое эйдетика? При ответе на этот вопрос современному даже не очень искушенному в философии читателю сразу же, наверное, придут на ум понятия «эйдетика», «эйдос» и «эйдология» у Платона, Э. Гуссерля или А.Ф. Лосева, но вовсе не эйдетика как особое направление в психологии — как совокупность экспериментальных и теоретических исследований, которые проводили на протяжении 20–40-х гг. немецкий психолог Эрих Йенш и его единомышленники в Германии, в Марбургском психологическом институте. Следует сразу же подчеркнуть: никакой связи между эйдетическими исследованиями в философии и психологии нет, сходство здесь сугубо внешнее, терминологическое. О. Кро, один из ближайших сподвижников Э. Йенша, писал об этом еще в годы становления эйдетической школы. В 1922 г. в предисловии к книге об эйдетических образах у подростков он указывал, что используемые им и Э. Йеншем понятия «эйдетика» и «эйдетический» (образ) содержательно не имеют ничего общего с аналогичными понятиями у Э. Гуссерля и «эйдологией» Т. Штумпфа [57; 8]. Мы начали (фактически — были вынуждены начать) обсуждение темы почти с того же самого упреждающего разъяснения. Похоже, что история заставляет нас повторяться, чтобы мы не забывали о ее «белых пятнах».

 

ЭЙДЕТИКА ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС

 

Однако вся суть проблемы, обнаруживающейся после вроде бы незатейливого вопроса о том, что такое эйдетика, таится, разумеется, не в субъективных ассоциациях или исторических параллелях, а в объективном положении вещей. В этом плане мы должны констатировать, что в отечественной справочной литературе информация об эйдетике

 

111

 

практически отсутствует. Так, в современных психологических словарях содержится только статья об эйдетизме, откуда мы можем узнать, что эйдетизм — это «способность некоторых индивидов (эйдетиков) к сохранению и воспроизведению чрезвычайно живого и детального образа воспринятых ранее предметов и сцен», что «изучение эйдетизма стало центральной темой работ представителей Марбургской психологической школы (Э. Йенш, О. Кро и другие)», что «результаты исследований, проведенных в последние годы, не подтверждают вывод о широком распространении эйдетизма» [20; 452]. Но ни в этой статье, ни в подобных ей в других справочных изданиях [28][31], [41] нет ни слова об эйдетике как определенной психологической теории. Более того, в современных отечественных монографиях и учебных пособиях по истории психологии (не говоря уже о базовых учебниках по психологии) вообще нет ни слова не только об эйдетике, но и о явлении эйдетизма.

Не будем спорить, может быть, забвение эйдетики на уровне общей теории вполне оправдано с точки зрения логики и роста научного знания. Но с историко-научной точки зрения эйдетика ни в коей мере не заслуживает такого отношения к себе. Все дело в том, что в первой трети XX в. это было одно из перспективных направлений развития в мировой психологии, причем не только с точки зрения самих творцов эйдетики. Упоминания об эйдетических исследованиях школы Э. Йенша можно встретить в работах тех лет, выполненных многими известными авторами — такими как К. Гросс, Э. Кречмер, К. Коффка и другие. Достаточно много внимания уделено изложению эйдетики в вышедшей в 1930 г. монографии по истории психологии Г. Мерфи [59; 437–442]. Поэтому у Л.С. Выготского в конце 20-х гг. были все основания определить эйдетику как сложившееся в Марбурге в школе Э. Йенша «психологическое учение, которое сейчас широко распространилось по всему миру, порождая повсюду исследования эйдетических феноменов, проверку фактических данных Э. Йенша и его школы, обсуждение его теоретических построений и объяснений» [9; 181].

Находясь на начальной стадии изучения проблемы, в данной статье мы ограничимся рассмотрением только одного, наиболее близкого нам аспекта, а именно — истории эйдетических исследований в отечественной психологии советского периода. Но прежде чем переходить к обзору первоисточников, все-таки следует хотя бы в самом общем виде определиться с понятием «эйдетика».

 

ТРИ СТОРОНЫ ЭЙДЕТИКИ

 

Исторически и содержательно точная характеристика эйдетики подразумевает, с нашей точки зрения, рассмотрение во взаимосвязи, преемственности и единстве трех ее сторон (уровней, проблемных областей): 1) эйдетизм (эйдетические образы, Anschauungsbilder) как эмпирический и экспериментальный феномен, как особый вид памяти и, соответственно, эйдетика как частная научная теория, этот феномен объясняющая; 2) эйдетика как общепсихологическая теория, находящаяся на уровне общетеоретических, философских и методологических проблем психологии; 3) «интеграционная типология» («Integrationstypologie») — идеологизированная, расистская и фашистская по своей сути, псевдонаучная концепция, которая в гитлеровской Германии развивалась Э. Йеншем и его единомышленниками после 1933 г. путем «синтеза» эйдетики и национал-социалистических идей и лозунгов.

Эйдетика как частная научная теория. Впервые эйдетические образы описал в 1907 г. венский врач Урбанчич, используя при этом для их обозначения выражение «субъективные наглядные образы». Но только Э. Йенш (16.02. 1883 – 12.01. 1940)1

 

112

 

и его школа основательно занялись изучением этого явления и придали ему «широкое теоретическое значение» [9; 187]. В школу Э. Йенша входили его брат Вальтер Йенш, О. Кро, А. Рикель, Г. Фишер и другие. Начиная с 1920 г. работы представителей марбургской психологической школы регулярно публиковались в немецких научных журналах и выходили в виде отдельных изданий.

До 1933 г., т.е. в донацистский период, в эйдетике рассматривались такие проблемы, как сущность эйдетизма, его место в общей системе психических явлений — связь с ощущениями и восприятием, различными видами памяти, мышлением, понятиями, представлениями. Изучались биологические и социальные причины и детерминанты эйдетической способности (eidetische Anlage), т.е. ее зависимость от возраста, пола, среды — географической, физической, химической (состав пищи, воды), социальной (особенности обучения, воспитания) и, соответственно, проводился поиск возможностей влияния на эйдетическую способность с целью управления ее развитием. Исследовалась связь эйдетической способности с индивидуальными особенностями и свойствами личности, с общим типом личности (проблема типов в психологии), проводилось экспериментальное определение степени выраженности эйдетической способности (в том числе в других культурах, у примитивных народов), обосновывалось деление эйдетиков на Б-тип (базедовоид) и Т-тип (тетаноид) (в работах В. Йенша). Большое внимание уделялось также вопросам, связанным с практическим, прикладным значением эйдетизма: у детей — в сфере обучения и воспитания (вопросы трудовой школы, наглядности в обучении, успеваемости, индивидуального и дифференцированного подхода к ученикам), у взрослых — при соотнесении индивидуальных особенностей проявления эйдетизма с определенными профессиональными требованиями (эйдетическая способность и проблемы оценки профессиональных склонностей, профессиональной пригодности к определенному виду деятельности). С позиций эйдетики рассматривались также практические проблемы нормы и патологии в психиатрии, психотерапии, медицинской психологии.

Эйдетика как общепсихологическая теория. Однако эйдетические исследования охватили «не только область памяти, восприятия, типологии, а через все это — различные структуры личности»; они привели также к исследованиям «в более сложных областях психологической жизни» [9; 196] — процессов образования понятий, мышления и т.д. В историческом аспекте Э. Йенш уже в 20-е гг. проводил идею о сходстве явлений эйдетизма с памятью у примитивных народов — в сфере их искусства, мифологии и языка. В результате эйдетизм превратился, как писал Л.С. Выготский, «в сложное генетическое и типологиче-ское учение о памяти, а затем, благодаря соединению одного и другого момента», и «в общее учение о психологическом развитии и о психологических типах» [9; 191]. Утверждая, что все натуральное — психологично, свое учение Э. Йенш называл «психонатурализмом» [59; 46] и противопоставлял его, с одной стороны, структурной психологии (с ее физикализмом), а с другой — психовитализму. Свое мировоззрение Э. Йенш обозначал как «реалистический идеализм», противопоставляя его кантовскому трансцендентальному идеализму [9; 201].

От эйдетики — к интеграционной типологии (эйдетика и фашизм). Вплоть до 1933 г. работы Э. Йенша, его идеи, методики и результаты признавались научным сообществом дискуссионными, но в целом заслуживающими внимания, содержащими

 

113

 

оригинальные методы исследования и интересный эмпирический материал. В статье немецкой исследовательницы Л. Ланге подчеркивается, что до 1933 г. Э. Йенш был «научно признанным психологом» и его публикации не содержали нацистских идей, однако после прихода нацистов к власти Э. Йенш «опубликовал много работ с нацистским идейным содержанием» [58; 130, 132]. «Интеграционная типология» Э. Йенша фактически стала составной частью нацистского учения о расах. Л. Ланге прямо пишет о том, что «о Йенше и Кро известно, что они были нацистами» [58; 123]. Рассматривая научную и политическую деятельность Э. Йенша в психологии, Л. Ланге отмечает, что он «был, очевидно, главным действующим лицом в попытке инфильтрации нацистских идей в психологию, причем не только как главный издатель “Zeitschrift f?r Psychologie”, но и как председатель Немецкого Психологического общества в 1936–1940 гг.» [58; 130]. Л. Ланге указывает, что «школа Йенша» после его смерти распалась еще и потому, что «его ученики во время войны служили в вермахте или принимали участие в работе нацистских организаций» [58; 127]. В статье Л. Ланге также подчеркивается, что «за исключением учеников Йенша и некоторых нацистов — его протеже, в “Zeitschrift f?r Psychologie” нельзя найти психологов, которые пытались бы подобным образом связать психологию с нацистской идеологией. Содержательно работы Э. Йенша и его учеников были направлены на связь экспериментальной психологии восприятия и психологии личности (типологии). Странно читать, как с упрочением нацистского господства первоначально экспериментальные и типологические гипотезы Э. Йенша вырождаются в ненаучные рассуждения с фашистским и антисемитским содержанием» [58; 134]2.

Один из главных выводов в статье Л. Ланге состоит в том, что попытки Э. Йенша осуществить инфильтрацию нацистских идей в журнале «Zeitschrift f?r Psychologie» в целом оказались малоуспешными и что «Йеншу с его стремлением связать психологию с нацистским мировоззрением не удалось оказать влияния на научное сообщество» [58; 133].

В свете изложенного нам во многом понятнее становится история эйдетических исследований в СССР.

 

ЭЙДЕТИКА В СССР: ОБЗОР ПУБЛИКАЦИЙ

 

На начальном этапе исследования может создаться впечатление, что в СССР никто из советских психологов не уделял внимание эйдетике, за исключением, пожалуй, Л.С. Выготского. Этот вывод, в частности, напрашивается из предисловия И.Ю. Матюгина и Я.Л. Обухова к первому тому «Школы эйдетики» [27; 1–6]. Однако это не так. Открывающаяся в ходе поиска первоисточников картина оказывается широкой и разнообразной. При изучении истории эйдетики в СССР в поле нашего внимания оказались работы В.А. Артемова [1], П.П. Блонского [2][5], [50; 5–12], Л.С. Выготского [8][10], Н.Ф. Добрынина [14], П.Л. Загоровского [15], [16], М.П. Кононовой [17], С.В. Кравкова [18], А.Р. Лурия [21][24], С.Л. Рубинштейна [32][34], И.В. Страхова [35][38], [43], Б.М. Теплова [39], Г.С. Феймана [50; 13– 66], Л.М. Шварца [47], Ф.Н. Шемякина [48], Н.Д. Шрейдера [49] и П.О. Эфрусси [51]. Следует также отметить статьи об эйдетизме во втором и третьем изданиях Большой Советской Энциклопедии [6], [7], в Философском энциклопедическом словаре [41] и в психологических словарях [19], [20], [28][31].

Для получения представления об основных тенденциях и этапах развития эйдетики в СССР рассмотрим эти работы в хронологическом порядке.

 

114

 

Самые первые упоминания эйдетики мы встречаем в учебнике П.П. Блонского «Педология» [2] и «Очерке психологии» С.В. Кравкова [18], изданных в 1925 г. В этих работах прежде всего обращается внимание на большое теоретическое и практическое значение эйдетизма как особого, ранее не изучавшегося вида памяти. Первой отечественной работой, содержащей серьезный теоретический анализ эйдетических идей, следует считать вышедшие в 1927 г. «Психологические очерки» П.П. Блонского [3]. В этой книге содержится большое количество конкретной и точной информации: перечисляются основные проблемы и понятия эйдетики, приводятся результаты экспериментов, выдержки из протоколов, указываются и оцениваются первоисточники и т.д.

Среди публикаций 1928 г. краткие упоминания об эйдетике мы встречаем и в работах Л.С. Выготского [8] и П.О. Эфрусси [51]. Больший интерес представляет рецензия Н.Д. Шрейдера [49] на работы В. Йенша [56] и Э. Йенша [55]. В рецензии подчеркивается, что ценность работ братьев Йенш «заключается в оригинальности их биогенетического подхода к структурному анализу психофизической организации, в их тенденции синтезировать появления отдельных функций, обобщая их под знаком единого конституционально-биологического начала» [49; 312]. Н.Д. Шрейдер добавляет к этому, что, «учитывая актуальнейшую в настоящее время (особенно для психиатров) тенденцию увязать в единое целое законы психических и соматических процессов, мы не можем не приветствовать взгляда доктора Йенша на “психофизическую нейтральность” человеческой организации, требующего обязательного учета и изучения обеих сторон единой структуры» [49; 312].

В последующие несколько лет интерес советских психологов к эйдетике развивался по нарастающей (очевидно, как и в других странах). В 1929 г. о педологических аспектах эйдетики пишет П.П. Блонский [4]. Отдельные параграфы посвящают эйдетике в своих учебных пособиях Н.Ф. Добрынин [17] и В.А. Артемов [1]. Кроме того, теория Э. Йенша затрагивается в статье И.В. Страхова [35]. Три остальные вышедшие в 1929 г. работы знаменательны тем, что они целиком посвящены эйдетике. По своей форме статьи П.Л. Загоровского [15] и И.В. Страхова [36] представляют собой аналитические обзоры, в которых изложение материала сочетается с некоторыми теоретическими обобщениями и критическими оценками. В этом плане от них значительно отличается статья психиатра М.П. Кононовой [17], в которой имеется экспериментальная часть, где ставится вопрос о значимости эйдетических феноменов для психиатрии в эмпирической плоскости и анализируются два конкретных случая патологического и непатологического проявления эйдетических феноменов у детей. На основе анализа литературы, а также собственных наблюдений М.П. Кононова приходит к выводу о необходимости дальнейшего изучения эйдетизма («способности к образованию наглядных образов»), в частности, в связи с тем, что «в некоторых случаях галлюцинаторные явления у больных обусловлены этой способностью» [17; 81].

В литературе, относящейся к 1930 г., вопросы эйдетики затрагиваются П.П. Блонским [5], Л.С. Выготским [9], А.Р. Лурия [21], И.В. Страховым ([37], [49]), Л.М. Шварцем [47] и в «Этюдах по истории поведения» Л.С. Выготского и А.Р. Лурия [10]. Кроме того, в 1930 г. на русском языке была издана книга немецкого психолога Г. Фолькельта [42], в одной из глав которой содержится обзор эйдетических исследований3. В 1933 г. вышел в свет 63?й том Большой Советской

Размер файла: 73.63 Кбайт
Тип файла: htm (Mime Type: text/html)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров