Заказ работы

Заказать
Каталог тем

Самые новые

Значок файла Зимняя И.А. КЛЮЧЕВЫЕ КОМПЕТЕНТНОСТИ как результативно-целевая основа компетентностного подхода в образовании (3)
(Статьи)

Значок файла Кашкин В.Б. Введение в теорию коммуникации: Учеб. пособие. – Воронеж: Изд-во ВГТУ, 2000. – 175 с. (4)
(Книги)

Значок файла ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ КОМПЕТЕНТНОСТНОГО ПОДХОДА: НОВЫЕ СТАНДАРТЫ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ (4)
(Статьи)

Значок файла Клуб общения как форма развития коммуникативной компетенции в школе I вида (10)
(Рефераты)

Значок файла П.П. Гайденко. ИСТОРИЯ ГРЕЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ В ЕЕ СВЯЗИ С НАУКОЙ (11)
(Статьи)

Значок файла Второй Российский культурологический конгресс с международным участием «Культурное многообразие: от прошлого к будущему»: Программа. Тезисы докладов и сообщений. — Санкт-Петербург: ЭЙДОС, АСТЕРИОН, 2008. — 560 с. (13)
(Статьи)

Значок файла М.В. СОКОЛОВА Историческая память в контексте междисциплинарных исследований (13)
(Статьи)

Каталог бесплатных ресурсов

ПРОЧНЫЕ УТОПИИ И ГРАЖДАНСКИЙ РЕМОНТ

Двадцать лет назад Ж. Коэн писал: «то, что нам сейчас нужно, это новая теоретическая рефлексия и интерпретация социального соперничества». В то время марксизм как теоретическая система уже агонизировал, однако всюду рождались новые и по-разному критические движения. Этот парадокс определил параметры – теоретические ориентиры, – в рамках которых, по суждению автора, должна была появиться новая форма критического мышления. Поскольку «мы больше не можем основывать единство на факте наемного труда или на понятии класса»,- заявил Коэн,  - нужна была новая «критическая теория…, основанная на сам?й множественности социальных движений». «Задача приверженца критической теории – признать разнообразие идентичностей и движений, пытаясь в то же время создать теоретический каркас, способный защитить и развить потенциал взаимодополняющих форм борьбы за освобождение» [1, p. XII-XIII].

Парадокс, заключающийся в том, что марксизм умер, а анти-авторитарные, революционные культурно и глубоко реформистские общественные движения всё растут, - конечно, сегодня в еще большей мере сохраняет свое значение; эмпирические параметры, в пределах которых должна двигаться любая критическая теория, обозначились еще четче. Смерть марксизма и растущая плюрализация постиндустриального и постмодерного общества делают невозможным построение единства –общественного или теоретического – на базе априорных посылок о труде и классе. Но сама возможность критической теории основана на поиске некого объединяющего ориентира, или, по меньшей мере, некого базового образца для современных движений социальной критики и социальных перемен.

На этот вызов не дан ответ. Новой критической социальной теории пока не получилось. Постмодернисты утверждают, что обоснование такой теории не только невозможно, но и неразумно. Цель данной статьи в этом плане показать, что постмодернисты возможно ошибаются. Моя цель – показать, почему и как возможно появление пост-фундаменталистской (post-foundationalist) и нетотализующей[1], но все же обобщающей критической социальной теории. С этой целью я прослежу некоторые неочевидные последствия парадокса, определившего нашу задачу, - конец марксизма и рост плюрализма критики.

Ограниченные утопии и сферы справедливости

Практическое исчезновение утопической социалистической идеи, по моему мнению, позволило нам видеть намного яснее нечто, что всегда присутствовало не только в западных, но и во всех модернизирующихся, или даже потенциально модернизирующихся, обществах. Критическое социальное мышление не ограничивается верой в капиталистическое зло или в какое-то будущее после его устранения. Весь проект утопии, напротив, нужно понять шире и в принципе иначе. Если это сделать, мы сможем понять, фактически, что критическое мышление пронизывает весь мир, в котором мы живем.

Критическую теорию можно определить как оппонирующую социальную мысль, вдохновленную утопическим ориентиром [см. 2, 3]. Утопия предполагает нормативно желаемую модель фундаментально иного социального строя, которая считается регулятором и социального мышления и социального действия. Утопическое мышление регулируется идеализированной картиной «превосходно» функционирующего мира мысли, нравов и действий [4]. Существование такого утопического ориентира обеспечивает стандарт нормативного долженствования, в принципе никогда несводимое к эмпирически  наличному. То, что такое долженствование – отличительная черта западного разума, - основной тезис ранней и, может быть, лучшей философской книги Г. Маркузе «Разум и революция»[5].

На фоне постмодернистской критики попыток обосновать новую теорию важно отметить, что утопические стандарты „разума“ становятся должным в силу своей претензии на бескомпромиссный универсализм; это не эквивалент предположению, что в попытках обосновать теорию они действительно воплощают универсалистскую позицию. Претензия на универсалистский разум [См.: 6] предоставляет точку, с которой дается критическая оценка – без страха и жалости – того, насколько ему отвечают земные реалии. Непримиримое различие между долженствующим и наличным, а также вдохновленный им универсализм, заложены в дуализм, отличающий не только христианство, но и все другие религии Осевого времени [7] от консервативных и стремящихся к однородности сил социальной жизни, как бы мы их ни называли: традиционные, до-модерные, модерные, до-Осевые, первобытные или просто земные. Формулируя центральную проблему Осевого раздвоения в терминах христианства: мы, может быть, состоим из плоти, но наша душа бессмертна.

Если думать об утопии в предлагаемом мною смысле, мы поймем, что концепции утопий формируют и дополняют те виды дифференцированных, плюралистичных обществ, в которых мы живем. Для превращения утопий в «реальность» достаточно, чтобы разные концепции утопии фактически несли жизнь во все уголочки и щели, сферы и подсистемы такого социального строя. Реальность утопии не должна (нормативно), не может зависеть (теоретически) и не зависит (эмпирически) от ее реального, то есть полного воплощения в жизнь. Это влекло бы за собой замену столь дифференцированных земных порядков на самое утопию.

Дифференциация и плюрализм всегда были главной темой социологических теорий, начиная с классических трудов Маркса, Дюркгейма и Вебера, через современные теории Парсонса и Лумана, до наших современников сегодня, подобных Хабермасу.  Но эти труды были слишком земными, слишком восприимчивыми к реализму, - жанру, которым  столь отмечено и столь искажено самопонимание современности. Ведь в современных обществах есть не просто дифференциация и специализация, практицизм и эффективность. Дифференцированные сферы, - настаивал Майкл Волцер [8], - также сферы справедливости, и каждая из этих обособленных сфер справедливости сформирована особым видением утопии.

Эти особые утопии скорее принадлежат к конкретным сферам, они не всеобъемлющи. Они могут быть морально жизнеспособными до тех лишь пор, пока остаются в пределах плюрализма и социально-культурной дифференциации. Это верно, несмотря на то, что сама утопическая природа каждого по себе отдельного видения будущего, продиктованного фактически желанием совершенства, ради воплощения идеала направлена на преодоление пределов земного, на выход за пределы институциональных ограничений. Тем не менее, всякий социолог должен понимать, что такое совершенство невозможно на этой земле, каждый философ должен понимать, что думать так - значит ставить под угрозу вдохновляющее и дисциплинирующее напряжение между наличным и должным. Но утопии ограничивают сами себя еще и по другой причине. В плюралистичном обществе утопии соперничают одна с другой. Это хорошо. Как раз это и делает их само-ограничивающими. А это делает невозможными тотализацию и тоталитаризм.



[1] Слова нетотализующий, тотализующий (nontotalizing и totalizing), часто встречающиеся в данном тексте, в качестве терминов ввoдятся в научный оборот Дж. Александером. Для их адекватного понимания напомним, что корень "total", от которого они образованы, имеет основное значение, не связанное с хорошо известным "тоталитаризмом". Он имеет значения "полный", "всеобъемлющий", "всеохватный", - что и имеет в виду Дж. Александер,- примечание переводчика.



Размер файла: 99 Кбайт
Тип файла: doc (Mime Type: application/msword)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров