Заказ работы

Заказать
Каталог тем

Самые новые

Значок файла Определение показателя адиабаты воздуха методом Клемана-Дезорма: Метод, указ. / Сост.: Е.А. Будовских, В.А. Петрунин, Н.Н. Назарова, В.Е. Громов: СибГИУ.- Новокузнецк, 2001.- 13 (4)
(Методические материалы)

Значок файла ОПРЕДЕЛЕНИЕ ОТНОШЕНИЯ ТЕПЛОЁМКОСТИ ГАЗА ПРИ ПОСТОЯННОМ ДАВЛЕНИИ К ТЕПЛОЁМКОСТИ ГАЗА ПРИ ПОСТОЯННОМ ОБЪЁМЕ (3)
(Методические материалы)

Значок файла Лабораторная работа 8. ОПРЕДЕЛЕНИЕ ДИСПЕРСИИ ПРИЗМЫ И ДИСПЕРСИИ ПОКАЗАТЕЛЯ ПРЕЛОМЛЕНИЯ СТЕКЛА (6)
(Методические материалы)

Значок файла ОПРЕДЕЛЕНИЕ УГЛА ПОГАСАНИЯ В КРИСТАЛЛЕ С ПО-МОЩЬЮ ПОЛЯРИЗАЦИОННОГО МИКРОСКОПА Лабораторный практикум по курсу "Общая физика" (4)
(Методические материалы)

Значок файла Лабораторная работа 7. ПОЛЯРИЗАЦИЯ СВЕТА. ПРОВЕРКА ЗАКОНА МАЛЮСА (7)
(Методические материалы)

Значок файла Лабораторная работа № 7. ИЗУЧЕНИЕ ВРАЩЕНИЯ ПЛОЩАДИ ПОЛЯРИЗАЦИИ С ПОМОЩЬЮ САХАРИМЕТРА (6)
(Методические материалы)

Значок файла Лабораторная работа 6. ДИФРАКЦИЯ ЛАЗЕРНОГО СВЕТА НА ЩЕЛИ (8)
(Методические материалы)

Каталог бесплатных ресурсов

Приёмы влияния на людей

От автора
Если человек согласен со всем и со всеми, ему эта
книга не нужна, как не нужна вода тому, кто не испыты-
вает жажды, и не нужна еда тому, кто не голоден.
Но если у человека есть цели, если он жаждет успеха,
если для достижения своих намерений ему приходится прео-
долевать несогласие или чье-то сопротивление, то все, что
имеется в представляемом читателю своде, ему понадобится,
пригодится, будет полезным.
Название <Приемы влияния на людей> ко многому обязы-
вает. Прецедентов не было. Давались разными авторами
кое-какие эпизодические рекомендации, делались подбор-
ки из десятка подмеченных закономерностей. И все! Цели-
на продолжала оставаться невспаханной.
Что такое <приемы>? Я бы определил каждый из них как
бы индивидуальный (<под случай>) набор некоторых стандар-
тных манипуляций, извлекаемых из широкой номенклатуры
всевозможных, исчерпывающе достаточных рецептурных реко-
мендаций, уместных и подходящих для того, чтобы, общаясь с
другими людьми, преодолевающе реализовывать свои планы.
Что такое <влияние>? Самый главный вопрос! Ответ на
него подразумевает следующее. <Влиять> - значит своими
поступками, своими действиями, своим поведением блоки-
ровать, направлять, видоизменять, даже деформировать, пе-
реориентировать или пресекать чужой, неприемлемый для
нас узор общения. Влиять - это перекраивать, перелицовы-
вать, перерисовывать противодействующий нашим устрем-
лениям злой или недобрый коммуникационный рисунок.
Люди живут не просто в обществе, а если говорить
более конкретно и точно, в сообществе. И получается,
что они постоянно окружены себе подобными, находятся -
давайте прибегнем к исчерпывающей характеристике - в
непрерывном человеческом поле. И странно, что почему-
то магнитные, электрические, сельскохозяйственные и про-
чие другие <поля> знанием зарегистрированы и интенсивно
излучаются, а поле межчеловеческого взаимодействия все
еще считается некоей полянкой идиллий, любви и добра,
где лишь изредка, и то по недоразумению или невзначай
кто-нибудь, в силу патологии характера, воспитания, фак-
тов личной биографии нет-нет да и омрачит общую лю-
бовную атмосферу.
3
Мне же представляется - здесь я не противоречу ни в
одном пункте истории цивилизации, - что соприкасатель-
ная жизнь людей порождает обилие таких вторичных явле-
ний, которые, реализуясь и становясь самостоятельными и
независимыми, образуют слой новой реальности, столь же
важной и значимой по отношению к судьбе Homo sapiens,
как и любой другой существенный природный фактор.
Каждый день, каждую минуту мы все -и я, и вы-
находимся под непрерывным огнем и прицелом. Стреляем
мы и стреляют в нас. Козни, интриги, конфликты, слухи,
дезинформация, клевета, простые и сложные, многоходовые
комбинации - все это не прекращающе готовится, пуска-
ется в оборот, совершенствуется, развивается.
Люди не могут без этого. Поведение - воздух обще-
ства. И как при изучении погоды создаются свои службы
познания атмосферных явлений и управления ими, так и
межличностные и межгрупповые контакты должны быть
поняты и зафиксированы на уровне исходных правил, очер-
ченных феноменов, основополагающих принципов и глав-
нейших законов.
Обозреть и постигнуть многочисленные и многоразлич-
ные уловки по отношению друг к другу, в плоть до не-
мыслимых и невероятных случаев, явилось предпосылкой и
общей задачей того замысла, что лег в основу данного
исследования и привел к появлению этой книги.
В моей картотеке на сегодня насчитывается несколько тысяч
<приемов влияния на людей>. Лишь малая толика их вошла в
эту книгу. Однако и того, что здесь напечатано, достаточно,
чтобы увидеть проблему, заинтересоваться ее практической
стороной, получить первые важные советы. Как лучше повес-
ти себя в той или иной возникшей коллизии, как обезопасить
и уберечь от нападок свое дело, как давать отпор "и отводить
грозящую беду, как разгадывать в улыбке оскал, а в похвале
лесть и в лести - затаившуюся недоброту? Как жить умело
и прожить без потерь? Как не нанести урона, имея, приобретая
и обладая? Как стрелять <не промазывая>, незаметно маневриро-
вать и сокрушать возводимые чужой рукой препятствия?
На все эти вопросы в предлагаемом вам издании отво-
дится достаточное количество страниц и даются вполне кон-
кретные, убедительные советы.
Книга полна живой истории, многовековой мудрости,
полезного опыта многих и многих поколений.
/7. С. Таранов
Сентябрь, 1995 г.
Постижение человека
(Настраивающее обращение к читателю)
Много загадок есть на свете и много есть тайн. Не
счесть вопросов, на которые никто не дал пока ответа.
Кружится небосвод вокруг нас и в этом круговороте
судьбы отсчитываются годы и меры всему живому...
Мы, люди, любим проблемы. Знаем их. Сначала
беспокоимся, что они есть, потом привыкаем. А са-
мые умные из наших собратьев даже радуются им.
Но вот в чем занятность ситуации. Существо, любя-
щее проблемы, тоже, оказывается, проблема. И хотя за
прошедшие века объяснений себе себя было более, чем
немало, позитивные решения этой трудной задачи так и
не дали о себе знать.
Разве не очевидно, что при любом воздействии на
человека речь идет о действиях человека по отношению
к человеку. Но что есть человек? Нечто очень ак-
тивное, волевое, мыслящее?! Наверное, да. Хотя, что
в природе пассивно: ведь дует же ветер, льет дождь,
движутся материки. Что неразумно, если под разумом
понимать способность упреждающего маневра? И что
безвольно, если даже простой камень - как не проси
- не откажется от назойливости своего веса, а вода, к
примеру, в своем порыве постоянна до упрямства? Согла-
ситесь надо быть очень смелым и безоглядным, чтобы на
таком фоне искать истинную специфику и сущность че-
ловека?
Человек - он как раз другое. А именно то, что
обсуждается в данной книге: поведение и способ реаги-
рования. Человек - это ситуационные грани взаимодей-
ствия в общении с себе подобными.
Мы ведем речь о науке жить среди людей. Это уме-
ние <вытекать> из-под влияния одних и атакующе управ-
лять другими.
Мне вспоминается недавний венгерский фильм <Пятая
печать>. Он необычен, потому что неповторим. Из со-
тен фильмов, которые мне довелось видеть, я не припом-
5
ию другого такого. Именно поэтому и хочу сказать о
затрагиваемой в нем теме.
Будапешт в период второй мировой войны... Бед-
ность, трудности, ежедневные бомбардировки немецкой
авиации. Четверо обывателей, завсегдатаев маленького
полуподвального кафе, совершенно безвредных с воен-
ной точки зрения и ничем не опасных - просто каждый
день пропускают по рюмашечке сухого вина и ведут
разговоры <ни о чем>, чтобы скоротать время и пооб-
щаться. Им всем далеко за сорок, один из них часов-
щик, другой, кажется, плотник, остальные - вовсе не-
определенные... То есть обычные люди или, вернее,
люд...
И вдруг эту четверку неожиданно, прямо из-за сто-
ла, схватывает гестапо. Ничего не объясняя, их жестоко
избивают, всячески при этом унизительно и особенно
изощренно словесно оскорбляют. Лежа на сыром полу
в грязной камере, разбитые и окровавленные, они му-
чительно размышляют: <За что? Ведь мы же совер-
шенно ничего не делали и сделали?!>. Им уже обе-
щано, что утром всех их ждет расстрел, и они в
страхе и ужасе приближаются к роковой минуте...
А в это время матерый немецкий следователь в об-
лике благочинного профессора - культурный, вежли-
вый, спокойный, мудрый - дает урок своему юному
<на вид лет 20> коллеге - истязателю-садисту, класси-
ческой <белокурой>, если пользоваться определением
Нищие, <бестии> - красавчику, без угрызений совес-
ти, с горящим взором высокого жизненного предназначе-
ния, призванного жизнью, временем и самой судьбой по-
велевать людьми.
Профессор измывательских наук - а как иначе оп-
ределишь род его занятий, хотя он всего-навсего следова-
тель - развивает перед <молодым> свою теорию. <Те,
которые против нас, - говорит он, - нам не опасны:
они, не скрывая своего отношения к нам, открыто всту-
пили в борьбу с нами, и здесь все ясно. Мы их победим
или убьем. Но вот эти, которые <никакие>, как раз и
должны вызывать тревогу. Чувствуя свою неуязвимость,
они осознают свое превосходство над нами. Как их по-
бедишь, если они не воюют? Как их убьешь, если они
ни в чем не замечены? Как их подчинишь, коль скоро
6
у них нет ни чувства <вины>, ни взращенного комплек-
са страха перед <силой завоевателя>?
Конечно, мы их вроде бы должны отпустить, ибо
они не нарушали никаких установлений. Но если мы
их отпустим, можно только представлять с каким тор-
жеством будут говорить они о нас, о, с их точки
зрения, злодеях в немецких военных мундирах.
Да, мы должны их отпустить, но давайте оскотиним
их, пропустим через такое, после чего они навсегда
будут унижены и внутренне распяты...>
Наступило утро. Четверку прикладами, кулаками и
матом выгнали из камеры в большое орешетченное по-
мещение. Каменный пол, никакой мебели, по углам ох-
ранники с автоматами. В центре - подвешенный к по-
толку за руки человек. Он не висит, он стоит, но весь
полуобнаженный его облик напоминает библейские
картины мучений Христа - разбитое в кровь лицо,
изорванная одежда, жуткие кровоподтеки, бессильно
свешенная голова.
<Следователь> выстроил узников перед пытаемым
и спокойно объяснил им суть <условия освобождения>.
Если они подойдут к приговоренному и каждый даст
ему по две пощечины, то дверь на волю будет немед-
ленно открыта. Если же нет, то - расстрел. <Конеч-
но, - доверительно и участливо добавил он, - вы
испачкаете руки в крови. Но это - единственное,
пожалуй, неудобство. Оно ненадолго. Придете домой
и вымоете руки. Все так просто, господа...>
Далее идут сильные, психологически тяжелые сцены.
Здесь и борьба совести со страхом, и человечности с
несогласием со смертью... Один подошел вплотную и
уже было приготовился ударить, но нервы не выдержа-
ли, у него подкосились ноги и он в конвульсиях упал на
пол. Его тут же оттащили и поволокли на расстрел.
Другой, не вынеся всю эту <невозможность>, с криком:
<Сволочи>, <Садисты!> - бросился на организатора эк-
сперимента. <Ученик> немедленно разрядил в него свой
<Вальтер>.
Долго решал свою задачу <часовщик>. Но вот он
принял, кажется, решение. Медленно, неверной поход-
кой, стараясь не смотреть в глаза жертвы, он пошел на
свою Голгофу. Но тот, что остался, четвертый (в жизни
мелкий, с нелучшими человеческими страстями и даже
пороками, угодливый, жадноватый, погрязший в адюль-
тере) бросился оттаскивать его, бормоча как в экстазе:
<Это невозможно, этого нельзя делать, это противоесте-
ственно!>. Но немец ударом рукоятки пистолета по го-
лове решительно и однозначно его <успокоил>.
Но на <часовщика> возгласы товарища и все, за тем
последовавшее, произвели отрезвляющее воздействие.
Видя безуспешность затеянного, следователь повернулся и
пошел вон. И вот тогда <часовщик> вдруг крикнул:
<Постойте!>.
<Профессор> обернулся, самодовольно усмехнулся и
произнес сакраментально-сатанинское: <Ну вот, видите,
не все еще потеряно, нашелся же один, способный спра-
виться с заданием!>.
После двух, правда давшихся ему с трудом, в нече-
ловеческом напряжении, пощечин, когда <мученик>
дважды поднял голову и взглянул на него, а у самого
несчастного <экзаменуемого> непроизвольно вырвалось:
<Прости, Отче>, - <часовщик> был отпущен домой.
Понятно, что перед нами ситуация-прием. Немецкий
следователь по классификации данной книги, хоте-г
применить к узникам правило <черной ассоциации>, (
полагая, что таким образом навсегда занозит психику
этих людей совершенными ими <неправедными деяниями>.
Стыд перед собой, как кошмар, будет преследовать
несчастных людей всю жизнь. Они отныне будут не
жить, а мучиться, тяжко страдать, непрерывно чувствуя на
своих руках несмываемую, святую кровь и греховность
сотворенного на сердце.
Однако, и это очевидно, неискушенный, судя по все-
му, в должной мере в делах человеческих <профессор>
просчитался и в итоге применил то, что наш классифи-
катор именует правилом <двух зол>. А это далеко не
одно и то же, поскольку во втором случае есть возмож-
ность, так сказать, отмывательной компенсации и шанс
восстановления душевного равновесия. Ведь <часовщик>,
надо добавить, создал у себя на квартире нечто вроде
детского дома для осиротевших в войну детей. Его
жизнь нужна была другим, и потому, что бы он ни
совершил, его поступку всегда могло быть противопос-
тавлено оправдание.
8
Так пусть же каждый из читающих эту книгу пой-
мет, что быть просто человеком еще труднее, чем
<быть хорошим человеком>. А ведь именно последнее
древний мудрец Питтак считал наиболее обременитель-
ным для людей. Но даже и для высокой мудрости мир не
всегда прозрачен. Так что давайте постигать и себя, и
тех, кто окружает нас, и то, как они ведут себя друг
с другом, каким они обладают оружием, которое и не
звенит, и не грохочет, но когда стреляет, то по меткос-
ти попадания ему не было, нет и никогда не будет рав-
ных.
Драматургическая канва книги строится по <клеточко-
вому> принципу: одинаковость формирования фрагмен-
тов сочетается с полнейшим разнообразием содержания в
каждом из них. Сюжетно это выглядит так. Сначала
формулируется смысл и проблемность некоего явления, за-
тем определяется законообразующий состав в нем, а да-
лее уже приводятся факты, примеры, случаи, истории,
которые иллюстрируют и сопровождают главные магис-
трали темы и направления в развитии вопроса.
Три раздела данного труда, а он закладывает фунда-
мент новой научной дисциплины - интригологии, ох-
ватывают практически всю базу поведенческой <азбу-
ки>, поняв и усвоив которую, можно без особых забот
строить <слова> и целые <предложения> в наших пла-
нах, намерениях, целях.
Особый интерес, очевидно, вызовет блок <феноме-
ны>. Здесь исследуются факторы особой любопытности
и наивысшей загадочности.
Для удобства пользования материалом к книге прило-
жены указатели, позволяющие легко ориентироваться
почти в четырехстах примерах из мировой истории и
современной жизни, культуры, политики. Слова в цити-
руемых текстах, на которые сделан акцент, выделены
особо.
Надеюсь, что чтение будет для всех приятным, а что
до полезности, то пусть это станет личным делом каж-
дого.
Хочу отметить то обстоятельство, что к этой работе
с самого ее начала был проявлен практический интерес
в сферах бизнеса и политики. Постоянно чувствовалось,
что современность уже заметно и довольно требова-
9
тельно формулирует свой запрос на нестандартные ис-
следования и - в первую очередь - по самой карди-
нальной теме: как понимать и учитывать <человеческий
фактор>, что за существо такое есть <человек>, каков
он, где границы его возможностей, где пределы планам
его, особенно если они скрываемы.
Более чем кто-либо, появлению на свет этого издания
способствовал Владимир Семенович Ненько. И потому
из всех, кому может быть адресована моя благодар-
ность, пусть его имя будет первым. Благодаря ему мы
все, наконец-то, можем воочию убедится, что пришло
время тех людей, для которых наука совсем не сфера
престижного любопытства, а достойный и равноправ-
ный партнер, способный обеспечить в любом деле ис-
комую результативность.
Автор
Часть 1
Аксиоматика
поведения
Главное
Инициация крупноохватного воздействия на лю-
дей, имеющая намерением улучшение их жизни, ис-
токово противоположна самой себе и результаци-
онно не только масштабно разрушительна, как для
своего затевателя, так и для затеянного дела.
Это сродни гигантскому вертикальному колесу, ко-
торое мы, возгорясь желанием, можем, конечно, повер-
нуть и посмотреть на мир сверху и дальше, но затем
все равно и неизбежно окажемся внизу, обессилившие,
как от впечатлений увиденного, так и от деяний по вра-
щению колеса.
Поднимающийся необходимо опускается, причем туда
(и только туда!), откуда начал подъем, если затеянное
им дело было не индивидуализированным, а социально
заметным и социально охватным.
Этот закон справедлив для <всегда>, для <везде> и для
<всех>. Вот почему так верна формула, что цели дос-
тигает лишь тот, кто приходит к ней последним, как
безусловно прав замерзающий человек, утверждающий,
что в его костре вода пылает.
II
Для развития надобно, чтобы одним было гораздо
лучше, а другим гораздо хуже; тогда те, которым
лучше, могут идти вперед за счет остальных.
<Думали ли вы когда-нибудь, что значат слова <че-
ловек родится свободным>? Я вам их переведу; это зна-
чит: человек родится зверем - не больше. Возьмите
табун диких лошадей. Здесь совершенная свобода и рав-
ное участие в правилах; полнейший коммунизм. Зато
развитие невозможно. Рабство - первый шаг к циви-
лизации>.
А. И. Герцен
13
П. С. Таранов
Приемы влияния на людей
III
Обрушиваясь но ту или иную форму отклонений,
общество только усиливает враждебность различ-
ных своих слоев.
Отчуждаясь от своих членов, общество толкает их на
путь злодеяний. Встретившись с враждебностью, презре-
нием и холодностью людей, <аутсайдер> теряет надежду
достичь своих житейских целей обычным путем и раз-
вивает антиобщественную активность. Борьба против
женщин <легкого поведения> в Англии середины XIX в.
стимулировала рост детоубийств, а введение <сухого
закона> в США направило на преступный путь пьяниц
и токсикоманов.
Так что, кто знает, на что на самом деле была н

Размер файла: 59.78 Кбайт
Тип файла: txt (Mime Type: text/plain)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров