Заказ работы

Заказать
Каталог тем
Каталог бесплатных ресурсов

Исповедальня. Ж. Сименон

   - Ты что возьмешь?

   - А ты?

   Недолгое колебание. В конце концов,  зачем  притворяться,  почему  не

быть самим собой, со своими пристрастиями?

   - Шоколадный коктейль.

   Он не удивился, заметив в ее глазах лукавый огонек, который уже видел

в момент их встречи; впрочем, та же насмешливая радость блестела и в его

глазах.

   Человек за стойкой, в рубашке с закатанными рукавами, ждал. Кто-то из

посетителей назвал его Раулем. Молодой, лет тридцати. Все  вокруг  каза-

лось молодым, легким. И все белое - стены бара, столы,  стулья,  высокие

табуреты, на которые взобрались новоприбывшие. - Большой стакан молока с

двумя шариками шоколадного мороженого.

   Он указал пальцем на миксер возле полок с бутылками.

   - Это вкусно? - спросила она.

   - На любителя. Мне нравится.

   - Тогда и мне то же самое.

   Что здесь такого? Ничего  особенного.  Хотя,  возможно,  когда-нибудь

станет главным. Кто знает? Ведь как в жизни: один день похож на  другой,

и вдруг, много лет спустя, порой уже в старости, понимаешь, что вся твоя

жизнь зависела от одного-единственного мгновения, которому в свое  время

ты не придал никакого значения.

   - Стакан не очень большой? - Рауль взял чуть ли не полулитровый  ста-

кан.

   - В самый раз. Молоко холодное?

   Молоко достали из холодильника. Музыкальный автомат гремел  так,  что

дрожали стены маленького зала с немногочисленными посетителями  -  четы-

ре-пять завсегдатаев, две девушки в облегающих брюках да несколько  пар-

ней, чьи мотоциклы стояли на улице.

   Андре Бар впервые оказался на этой улочке, названия которой  даже  не

знал. Да и в названии ли дело? Главное-блеск их глаз, легкое лукавое вы-

ражение, словно они подсмеивались друг над другом или же  подсознательно

чувствовали, что переживают минуты за пределами реальности.

   - Для мадмуазель тоже два шарика?

   Оба как завороженные следили за приготовлением напитка.  Жужжал  мик-

сер; шарики мороженого в молоке поднимались и опускались, таяли,  теряли

форму, смешивались с жидкостью,  постепенно  окрашивая  ее  в  сиреневый

цвет.

   - На вид не очень-то аппетитно, - заметила она.

   - Зато вкусно! Она рассмеялась.

   - Почему ты смеешься?

   - Ты сказал так проникновенно! Любой парень на твоем месте, чтобы по-

разить меня, заказал бы аперитив, а то и виски.

   - Я не люблю спиртного.

   - Даже вина?

   - Ни вина, ни пива. Я и к десерту не притронусь, если в нем  вишневая

наливка или ликер. Он возвышался над ней на целую голову. При росте метр

семьдесят восемь - а врач утверждал, что через четыре-пять лет в нем бу-

дет метр восемьдесят пять - он был широкоплеч и мускулист.

   Мускулистость возобладала совсем недавно над детской полнотой, от ко-

торой он страдал много лет, оставаясь самым толстым в классе. Теперь  он

был самым сильным.

   - Ты пьешь через соломинку?

   - Привычка.

   - Ты уже был здесь?

   - Нет, впервые.

   - Тебе нравится?

   - Что? Коктейль?

   - Нет. Электрогитара.

   Пластинку с записью электрогитары слушала девушка, черные, почти пря-

мые волосы которой падали ей на лицо. Очарованная, она пристально  смот-

рела на автомат, прижимаясь к нему так, словно голова  ее  покоилась  на

груди мужчины.

   - Когда как. Мне больше нравится простая гитара. А тебе?

   - Тоже когда как.

   Она потягивала через соломинку холодное молоко,  и,  несмотря  на  ее

старания, бульканье все-таки слышалось. Между обоими как бы возникло со-

общничество. До этого он видел ее всего два раза: первый,  когда  она  с

родителями приезжала к ним в Канн на ужин; второй, когда Буадье, отдавая

долг вежливости, пригласили их к себе в Ниццу. Теперь похоже  было,  что

две семьи не увидятся несколько месяцев, а то и лет.

   И тогда Андре Бар схитрил. В четверг он сам приехал в Ниццу на  мопе-

де. Он знал, что по четвергам у Франсины занятия, а свободный  день-суб-

бота. Он знал также, что учится она в школе Дантона, частном учебном за-

ведении, где преподавали бухгалтерию, стенографию и языки, что школа за-

нимает два этажа над итальянским рестораном в доме на улице Паради, воз-

ле Бельгийской набережной.

   Франсина выходила в пять, и уже за четверть часа до окончания занятий

он, придерживая рукой мопед, ждал на тротуаре, метрах  в  пятидесяти  от

здания.

   Стоял май. Солнце было теплое, почти жаркое, и женщины надели светлые

платья. Проезжая по Английскому бульвару, он видел  стариков,  дремавших

под зонтами, и кое-где, в белых барашках волн, цветные купальники.  -  О

чем ты думаешь?

   - Ни о чем. А ты?

   - И я ни о чем.

   Почти так оно и было. Возможно, он думал, что она непохожа на других,

не носит брюки в обтяжку и явно не из тех, кого возят сзади на  мотоцик-

ле.

   Она умела играть. Они оба играли. Когда из школы Дантона начали выхо-

дить девушки - среди них были и двадцатилетние, - он тронулся  с  места,

притворяясь, что оказался на этой улице случайно.

   - Франсина! - воскликнул он, когда она поравнялась с ним.

   А вдруг она уже видела его, когда он заводил мотор?

   - Ты здесь учишься? Будто он не знал!

   - Что ты делаешь в Ницце?

   - Да приехал взглянуть на лицей, где через месяц буду сдавать экзаме-

ны на бакалавра.

   Она сделала вид, что поверила, и они непринужденно смешались с толпой

и пошли рядом - он, придерживая рукой мопед, она с книгами  и  тетрадями

под мышкой.

   - Я и не подозревала, что ты такой высокий.

   Их лица уже светились той самой улыбкой, которую Андре Бар до сих пор

с любопытством подмечал у иных парочек, так и не понимая ее значения.

   Он не казался себе смешным. Она тоже не казалась  смешной.  Не  мешай

ему мопед, а ей книги, они наверняка пошли бы рука об руку.

   Позади остался цветочный магазин, но еще какое-то время в воздухе па-

хло свежесрезанными гвоздиками. Чуть дальше, словно путь до бульвара Ви-

ктора Гюго, где она жила, был слишком коротким, он спросил:

   - Спешишь?

   - Не очень.

   - Пить хочешь?

   - С удовольствием выпила бы чего-нибудь.

   Она не возражала, ни когда он направился через авеню Победы, уводя ее

все дальше и дальше от дома, ни когда они побрели по незнакомым улочкам.

Они шли просто так. Шли, чтобы идти вместе. Андре Бар искал уголок поую-

тнее, где можно посидеть, и в конце концов нашел.



Размер файла: 176.92 Кбайт
Тип файла: txt (Mime Type: text/plain)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров