Заказ работы

Заказать
Каталог тем
Каталог бесплатных ресурсов

Межконтинентальный узел. Ю.Семенов

Что это они так резво? - усмехнулся лейтенант Ельчук, наблюдая за тем,

как от подъезда дома, где жил третий секретарь американского посольства,

стремительно отъехали - одна за другой, по разным направлениям - четыре

машины сотрудников ЦРУ, работавших в Москве, понятно, под дипломатическим

прикрытием.

   - Такой фокус они исполняют второй раз, - задумчиво заметил Гречаев,

неторопливо пристегиваясь ремнями безопасности. Судя по всему, гонка

предстояла отнюдь не простая, с трюками. - Первый раз это было в эпизоде,

когда они прикрывали Трианона...

   По рации Гречаеву пришел приказ наблюдать за машиной вице-консула

Саймонза; рванули следом, затерявшись в тесном потоке машин.

   Полковник Груздев, дежуривший в ту ночь по ц е н т р у, приказал также

проверить, куда отправились все "дипломаты": второй секретарь посольства

Шернер, пресс-атташе Лайбл и представитель военной миссии Честер Воршоу.

   Сотрудники ЦРУ гнали по московским улицам, к р у т и л и, как хотели,

город знали отменно, - профессионалы высокого класса, молодцы, ничего не

скажешь, асы.

   Возле станции "Университет" Честер Воршоу бросил машину под знаком,

запрещавшим парковку, и стремительно побежал к входу в метро; в свою

очередь, Шернер резко затормозил возле телефона-автомата на Трубной,

неподалеку от ресторана "Узбекистан", снял трубку и быстро набрал номер;

дождавшись, видимо, ответа, нервно нажал пальцем на рычаг и набрал номер

еще раз, тщательно прикрывая спиною диск.

   Лайбл нигде не останавливался, хотя крутил по городу больше остальных;

вернулся в посольство, оттуда - через два часа - отправился домой. А

Честер Воршоу на Старом Арбате, возле того места, где ранее был

антикварный магазин, позвонил из автомата ровно через две минуты после

того, как кончил звонить Шернер.

   ...На этом операция ЦРУ закончилась.

   Необходимый экскурс в историю В последние дни своего президентства

генерал Дуайт Эйзенхауэр отчего-то чаще всего вспоминал тот час, когда

войска союзников под его командованием высадились во Франции; он даже

отчетливо ощущал йодистый запах водорослей, выброшенных тугим, медленным

прибоем на серый песок побережья, слышал пронзительный крик чаек (вот уж

воистину вопиют души утонувших моряков) и пред, ставил глаза раненого

мальчика: в них были слезы боли и счастья. Подняв слабеющую руку, ребенок

растопырил указательный и безымянный пальцы - "виктори", первая буква

заветного слова, вобравшего в себя надежду человечества...

   Чем больше проходило лет с того майского дня, когда он, Монтгомери и

Жуков встретились как победители, тем порою - особенно когда оставался

один (а это случалось редко) - горше ему становилось; утраченные иллюзии

послевоенного в з а и м о п о н и м а н и я союзников, новое

противостояние, которое каждую секунду может перерасти в вооруженное

противоборство, а это ему, военному человеку, знавшему войну не

понаслышке, казалось совершенно чудовищным.

   Согласившись выдвинуть свою кандидатуру на выборах, он не мог

представить, как трудно придется ему в Белом доме, сколь постоянным,

изматывающим и т я ж е л ы м будет давление военных и тех групп

промышленников, которые получали заказы Пентагона; люди не сумели (а

может, не захотели) перестроиться после мая сорок пятого; средства,

вложенные ими в заводы, ковавшие оружие для победы над нацизмом, и поныне

алчуще требовали продолжения ежедневного дела, ставшего привычным для

миллионов рабочих: выпуска самолетов, танков, электроники. Любой резкий

поворот неминуемо грозил безработицей, ростом инфляции, новой черной

пятницей на бирже.

   Эйзенхауэр помнил, как летом сорок шестого года русские пригласили его

в Москву, и он стоял на кремлевской трибуне, когда по Красной площади шел

парад физкультурников, и переводчик, склонившись к его уху, негромко

заметил, что каждый второй участник шествия потерял на фронте отца или

брата...

   Не легко и далеко не сразу он решился на осторожный поворот курса: от

открытой конфронтации с коммунизмом, которая началась сразу же после

смерти Рузвельта, к встрече за столом переговоров; в конечном счете Хрущев

тоже генерал, потерял на фронте сына, войну знал, как и он, Айк, не по

книгам или кинофильмам.

   После того как переговоры на уровне послов увенчались относительным

успехом, состоялась встреча в Женеве и было решено организовать

конференцию глав четырех держав-победительниц в Париже, Эйзенхауэр вызвал

директора ЦРУ Даллеса и попросил его прекратить все полеты

самолетов-разведчиков У-2 над Советским Союзом.

   Вообще-то, он с самого начала довольно скептически относился к этой

затее, которая стоила стране тридцать пять миллионов долларов; он никогда

не мог забыть, как Даллес, холодно поблескивая узенькими стеклами очков,

убеждал его, что в случае непредвиденных обстоятельств самолет

рассыплется, исчезнет, превратится в пыль...

   - А пилот? - спросил Эйзенхауэр.

   - Погибнет, - ответил Даллес. - Все продумано, он тоже исчезнет.

   - Но это невозможно! - с трудно скрываемой неприязнью посмотрел он на

Даллеса. - Это безжалостно и лишено какой-либо нравственности.

   - Мистер президент, - ответил Даллес тихим голосом, - молодые пилоты

Центрального разведывательного управления идут на дело с открытыми

глазами. С одной стороны, это высокий патриотизм, свойственный людям нашей

страны, с другой - если смотреть правде в глаза - бравада отчаянных

головорезов, готовых на все... И потом, мы им очень много платим... В

случае трагического исхода их семьи не будут знать забот - полнейшая

материальная обеспеченность... Но это - крайний случай, мистер президент.

Русские не достанут наши У-2, у них нет таких ракет, уверяю вас, риск

совершенно минимален...

 

   ...Вскоре после того, как газеты напечатали сообщение о точной дате

встречи "большой четверки" в Париже, рано утром, что-то около шести

(первое, что Эйзенхауэр заметил, когда его разбудили, был косой, какой-то

осенний дождь за окном, хотя в эту пору здесь, в Вашингтоне, всегда давила

влажная жара), помощник сообщил ему, что с военной базы Адана, в Турции,

исчез самолет ЦРУ У-2.

   - То есть как это так - "исчез"? - удивился Эйзенхауэр. - Его похитили?

   - Нет. Он вылетел, но связь с ним вскоре прервалась...

   - В каком направлении вылетел У-2? - спросил Эйзенхауэр, одеваясь. -

Запросите маршрут. Полагаю, он не взял курс на Россию?

   - Нет, - ответил помощник, - из Лэнгли сообщили, что самолет отправился

в направлении Ирана и Афганистана...

   - Слава богу, - заметил президент. - Хорошо, что вы меня разбудили,

сейчас я приду в Овальный зал...

   ...Когда стало известно, что У-2 сбит над Свердловском, Эйзенхауэр

горько усмехнулся:

   - Что ж, можно считать, что встреча в верхах расстреляна...

   Кому это на пользу? Нам? Вряд ли...

   Он помнил, как Даллес, вызванный им в Белый дом, предложил взять на

себя всю ответственность и выйти в отставку...

   Эйзенхауэр сухо заметил:

   - Подписав вашу отставку, я таким образом публично признаю, что в этой

стране правит не народ, избирающий своего президента, а Лэнгли, самовольно

определяющая политику Соединенных Штатов... К сожалению, я не могу принять

вашу жертву, Аллен... В данном случае вы принудили меня пожертвовать своим

честным солдатским именем - во имя престижа этой страны...

   Эйзенхауэр никогда не мог забыть долгое совещание в Белом до накануне

вылета в Париж, после того, как Кремль потребовал от президента - в

качестве необходимого шага перед началом переговоров, - официального

извинения за случившееся:

   самолеты-разведчики совершают такого рода маршруты над территорией

другого государства лишь накануне запланированной агрессии; с такого рода

утверждением было трудно спорить; как генерал, планировавший высадку

союзников в Нормандии, Эйзенхауэр понимал справедливость русского

требования, но, как президент великой державы он прежде всего был обязан

думать о протоколе, который вобрал в себя - в данном конкретном случае -

вопрос престижа Америки...



Размер файла: 640.9 Кбайт
Тип файла: txt (Mime Type: text/plain)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров