Заказ работы

Заказать
Каталог тем

Самые новые

Значок файла Обработка экспериментальных данных при многократном измерении с обеспечением требуемой точности. Метод. указ. к лабораторной работе по дисциплине «Метрология, стандартизация и сертификация» / Сост.: В.А. Дорошенко, И.П. Герасименко: ГОУ ВПО «СибГИУ». – Новокузнецк, 2004. – 20 с. (8)
(Методические материалы)

Значок файла Методические указания по дипломному и курсовому проектированию к расчету материального баланса кислородно-конвертерной плавки при переделе фосфористого чугуна с промежуточным удалением шлака / Сост.: В.А._Дорошенко, И.П _Герасименко: ГОУ ВПО «СибГИУ». – Новокузнецк, 2003. – с. (8)
(Методические материалы)

Значок файла Методические указания по дипломному проектированию к расчету оборудования кислородно-конвертерного цеха / Сост.: И.П. Герасименко, В.А. Дорошенко: ГОУ ВПО «СибГИУ». – Новокузнецк, 2003. – 14 с. (9)
(Методические материалы)

Значок файла Исследование особенностей гидродинамики конвертерной ванны: Метод. указ. / Сост. Е.В. Протопопов, Н.А. Чернышева: СибГИУ. – Новокузнецк, 2003. – 16 с., 4 ил (8)
(Методические материалы)

Значок файла Изучение особенностей прокатки сортовых профилей. Метод. указ. / Сост.: А.Р. Фастыковский, В.Н. Кадыков, В.М. Нефедов: СибГИУ. – Новокузнецк, 2004. – 18 с (7)
(Методические материалы)

Значок файла ХИМИЯ ДЛЯ СТУДЕНТОВ ЗАОЧНОГО ФАКУЛЬТЕТА Методические рекомендации, программа и контрольные задания для студентов заочного факультета (8)
(Методические материалы)

Значок файла Задания для пятнадцатиминутных опросов на практических и лабораторных работах: /Сост.: Ж.М.Шулина, О.Р.Глухова: ГОУ ВПО «СибГИУ».-Новокузнецк, 2003 (8)
(Методические материалы)

Каталог бесплатных ресурсов

Дело о пеликанах. Д. Гришем

   Казалось, он был не способен вызвать такой хаос, но многое  из  того,

что он видел внизу, можно было бы поставить  ему  в  вину.  И  это  было

замечательно. Ему исполнился 91 год,  он  был  парализован,  прикован  к

креслу и жил на кислороде. Второй паралич, который он перенес  семь  лет

назад, почти разбил его, но тем  не  менее  Абрахам  Розенберг  все  еще

продолжал жить. И хотя он был с трубками в носу,  его  юридический  жезл

значил больше, нежели восемь других. Он оставался единственной  легендой

в суде, и сам факт того, что он все еще дышал, раздражал  большую  часть

толпы, собравшейся внизу.

   Он сидел в небольшом кресле-каталке в своем офисе  на  главном  этаже

здания Верховного суда. Ноги касались края окна, и он вытягивался вперед

по мере нарастания шума. Он ненавидел полицейских, но  вид  их,  стоящих

плотными аккуратными рядами, несколько успокаивал. Они стояли  твердо  и

не, отступали, когда толпа примерно в пятьдесят тысяч человек взывала  к

крови.

   - Такой большой толпы еще не было! - выкрикнул  Розенберг  в  сторону

окна. Он почти совсем оглох. Джейсон Клайн, старший служащий суда, стоял

позади него. Это был первый понедельник  октября,  день  открытия  новой

судебной сессии. И в этот  день  традиционно  отмечали  праздник  Первой

поправки. Чудесный праздник. Розенберг был взволнован. Для него  свобода

речи означала свободу бунта.

   - Индейцы тоже там? - громко спросил  он.  Джейсон  Клайн  наклонился

ближе к его правому уху:

   - Да!

   - С боевой раскраской?

   - Да! В полном походном одеянии.

   - Танцуют?

   - Да!

   Индейцы, чернокожие,  белые,  коричневые,  женщины,  гомосексуалисты,

любители  деревьев,  христиане,  активные  противники  абортов,  арийцы,

нацисты,  атеисты,  охотники,  любители   животных,   крайние   расисты,

сторонники доминирующего положения черной расы, выступающие с  протестом

против сбора  налогов,  лесорубы,  фермеры  -  это  было  огромное  море

протеста. И полиция, вызванная  для  подкрепления,  схватилась  за  свои

черные палки.

   - Индейцы должны меня любить!

   - Уверен, что они любят. - Клайн кивнул головой  и  улыбнулся  хилому

маленькому человеку со сжатыми кулаками.  Его  идеология  была  простой:

правительство над бизнесом, человек над правительством, окружающая среда

надо всем. А что касается индейцев, дайте им то, что они хотят.

   Выкрики, мольба, пение, речитатив и вопли становились все  громче,  и

полиция сомкнула свои ряды. Толпа была более  многочисленной  и  шумной,

чем в прошлые  годы.  Ситуация  обострялась.  Ожесточение  стало  общим.

Клиники,  в  которых  делали  аборты,  взрывались.  Врачи   подвергались

нападению и избиению. Один был  убит  в  Пенсаколе.  Ему  заткнули  рот,

связали руки и ноги  на  уровне  груди  и  в  таком  положении  подожгли

кислотой. Уличные стычки  стали  повторяться  каждую  неделю.  Церкви  и

священники подвергались оскорблениям воинственно настроенных молодчиков.

Крайние расисты действовали под прикрытием  дюжины  известных,  теневых,

военизированных организаций и все больше наглели в своих  нападениях  на

чернокожих, латиноамериканцев и азиатов. Ненависть  стала  отличительным

признаком сегодняшней Америки.

   И суд, конечно  же,  представлял  собой  легкопоражае-мую  мишень.  В

десять раз больше угроз по  сравнению  с  1990  годом  (имеются  в  виду

серьезные) раздавалось в адрес органов правосудия. Количественный состав

полиции Верховного суда увеличился втрое. Как  минимум  два  агента  ФБР

назначались  для  охраны  каждого  судьи.   Еще   пятьдесят   занимались

разбирательством угроз.

   - Они ненавидят  меня,  не  так  ли?  -  громко  произнес  Розенберг,

пристально глядя в окно.

   - Да, некоторые из них, - с удовольствием ответил Клайн.

   Розенбергу нравилось слышать такое. Он улыбнулся  и  сделал  глубокий

вдох. Восемьдесят процентов угроз смерти выпадало на его долю.

   - Видишь какие-нибудь плакаты? - Он был почти слеп.

   - Совсем мало.

   - Что на них?

   - Как  обычно.  Смерть  Розенбергу.  В  отставку  Розенберга.  Лишить

кислорода.

   - Они размахивают одними и теми же проклятыми плакатами уже несколько

лет. Почему они не позаботятся о новых?

   Клерк не ответил. Эйбу уже давно следовало бы уйти в отставку, пока в

один прекрасный день его не вынесут отсюда на  носилках.  Большую  часть

работы," связанной  с  поисками  и  изучением,  выполняли  три  судебных

служащих,  но  Розенберг  всякий  раз   настаивал   на   записи   своего

собственного мнения. Он делал это собственноручно  тяжелым  фломастером.

Писал, будто царапал, и слова, быстро и небрежно появляющиеся  на  белом

поле листа, выглядели так, как  если  бы  первоклассник  учился  писать.

Медленная работа, отнимающая у жизни значительный кусок времени, но кого

заботит время? Клерки проверяли  его  судебные  решения  и  редко  когда

находили ошибки.

   Розенберг хихикнул:

   - Нам следовало бы скормить Раньяна индейцам.

   Председателем  суда  был   Джон   Раньян,   убежденный   консерватор,

назначенный республиканцем и ненавидимый индейцами и большинством других

национальных  меньшинств.  Семь  из  девяти   получили   назначение   от

президентов-республиканцев.  Уже  пятнадцать   лет   Розенберг   ожидает

демократа в Белом доме. Он хотел бы бросить работу, ему следовало бы это

сделать, но он не мог смириться с мыслью, что его любимое  место  займет

представитель правого крыла типа Раньяна.

   Он может подождать. Он может сидеть  здесь  в  своем  кресле-каталке,

вдыхать  кислород  и  защищать  индейцев,  чернокожих,  женщин,  бедных,

инвалидов, а также все окружение до тех пор, пока ему не исполнится  сто

пять лет. И ни один человек в мире, черт побери, не помешает ему в этом,

если только они не убьют его. И это была бы не такая уж плохая мысль.

   Голова великого человека кивнула, затем дернулась и упала  на  плечо.

Он снова уснул. Клайн тихо  отошел  и  вернулся  в  библиотеку  к  своим

исследованиям. Через полчаса он вернется,  чтобы  проверить  поступление

кислорода, и даст Эйбу его пилюли.

   Офис председателя суда расположен на главном этаже и поэтому больше и

наряднее других восьми. Наружное помещение  используется  для  небольших

приемов и формальных сборов, а внутреннее - рабочий кабинет шефа.

   Дверь во внутреннее помещение была закрыта, в комнате находились шеф,

три его сотрудника, капитан полиции Верховного суда, три агента ФБР и К.

О.  Льюис,  заместитель  директора  ФБР.  Обстановка  была  серьезной  и

предпринимались немалые усилия, чтобы не замечать шума,  доносящегося  с

улицы. Это было непростым делом. Шеф и  Льюис  обсуждали  ряд  последних

угроз смерти, а все остальные просто слушали. Служащие вели записи.

   За последние шестьдесят дней  в  Бюро  было  зарегистрировано  двести

угроз, т. е. установлен новый рекорд. Были  угрозы  обычного  типа,  как

например,  ?разбомбить  суд!?,  но  большинство  имело   какие-то   свои

особенности - указывались имена, случаи, спорные вопросы.

   Раньян и не пытался скрыть охватившее  его  беспокойство.  Работая  с

секретным  докладом  ФБР,  он  прочел  имена  лиц  и   названия   групп,

подозреваемых в распространении угроз. Ку-клукс-клан,  арийцы,  нацисты,

палестинцы, чернокожие сепаратисты, противники абортов,  гомофобы.

Размер файла: 714.47 Кбайт
Тип файла: txt (Mime Type: text/plain)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров