Заказ работы

Заказать
Каталог тем
Каталог бесплатных ресурсов

Вариант Омега. Н. Леонов. Ю. Костров

В феврале сорок второго полковые разведчики, временно  расположившиеся  в

сожженной деревне невдалеке от озера  Ильмень,  получили  необычный  приказ:

встретить  на  "ничейной"  земле  переходящего  из  фашистских  расположений

немецкого  офицера.  Откуда  командованию  стало  известно  о   перебежчике,

разведчики не знали, но, судя по тому, что инструктаж проводил сам бригадный

комиссар из штаба фронта, разведчики  поняли  -  встречать  придется  фигуру

незаурядную. В передней линии наших окопов  расположили  роту  автоматчиков,

которая должна была в ряде необходимости обеспечить прикрытие.

   Каждую ночь два разведчика  выползали  чуть  ли  не  к  самым  фашистским

окопам,  ждали  немца.  Место  для  перехода  было  подходящее:  извилистый,

поросший кустарником овраг пересекал немецкие  траншеи.  Ориентиром  служила

большая сосна со срезанной  верхушкой.  Условного  сигнала  -  одна  красная

ракета - все не было. Продрогшие и усталые  разведчики  возвращались  назад,

чтобы на следующую ночь вновь ползти к вражеским расположениям.

   На четвертую ночь, когда до возвращения оставался ровно час,  над  сосной

взлетела одинокая красная ракета. Беспорядочно затрещали выстрелы, испуганно

рявкнул пулемет. Уже изверившиеся в удаче разведчики  припали  к  промерзлой

земле, затем осторожно поползли вперед.

   - Есть, - прошептал один, скатываясь в воронку, на  дне  которой  темнела

человеческая фигура. - Немец. Офицер.

   - Живой?

   - Живой вроде. Может, не он?

   Человек в  форме  немецкого  офицера  лежал  неподвижно,  сжимая  в  руке

ракетницу. Разведчик взял ее, ракетница была еще теплая, пахла порохом.

   - Он.

   Немца осторожно положили на  плащ-палатку,  волоком  потащили  по  талому

снегу. Когда до окопов оставалось совсем немного, с немецкой стороны ударила

пулеметная очередь. Один из разведчиков ткнулся лицом в снег.  Навстречу  из

окопа выскочили автоматчики. Десятки рук подхватили  уже  две  плащ-палатки,

аккуратно опустили в окоп.  Санитары,  оттеснив  всех,  уложили  раненых  на

носилки, ходами сообщения вынесли  к  стоявшей  на  опушке  леса  санитарной

машине. Врач нагнулся к разведчику, прошептал:

   - Мертв. - Стал осматривать немца.  -  Этого  быстро  в  машину.  -  Врач

подошел к человеку с ромбом в петлицах.  -  Жить  будет,  товарищ  бригадный

комиссар.

   Майор государственной безопасности Симаков  кивнул  врачу.  Чуть  склонив

голову, он смотрел на разведчика, который стоял на коленях у тела друга.

   - Витька! Витька, ты что,  парень?  -  Он  отталкивал  пытавшихся  унести

носилки санитаров. - Из-за какого-то подлюги немца...

   Симаков сделал шаг, хотел было,  подозвав  разведчика,  сказать,  что  не

"подлюга немец", а чекист Сергей Николаевич Скорин после многолетней  работы

в фашистской Германии прорвался к своим.  Симаков  сдержался,  повернулся  и

тяжело зашагал к поджидавшей его в ельнике "эмке".

 

***

 

   Госпиталь был расположен в здании школы. Вывеску так и  не  сняли,  но  в

коридорах не бегала детвора, а под табличками "1 Б" и  "Физический  кабинет"

было мелом написано: "Операционная", "Палата номер четыре".

   В палате когда-то сверкавший  паркет  теперь  не  натирался,  был  просто

вымыт. Пожелтевшая  стенгазета  "Отличник"  болталась  на  одной  кнопке,  и

нарисованный на ней горнист висел головой вниз.  На  кровати,  стоявшей  под

стенгазетой, лежал Скорин, рядом на колченогом табурете примостился его друг

Костя Петрухин - веснушчатый парень с розовыми  оттопыренными  ушами.  Такие

уши  у  взрослых  встречаются   редко,   и   Костя   выглядел   переростком,

второгодником. Скорин лежал неподвижно на спине, смотрел в  потолок,  слушал

Петрухина рассеянно, думая явно о своем.

   - Я был уверен, что ты живой, Серега! - быстро говорил Костя.  -  Сколько

же лет ты там проторчал? - Он и не ждал ответа. - В тридцать восьмом  уехал.

Слышал, твоим последним сведениям цены нет.

   Скорин перестал улыбаться.

   - Есть цена, Костя. Человек погиб,  меня  вытаскивая.  -  Он  поморщился,

после паузы сказал:

   - Большая цена. - Скорин задумался, затем спросил:

   - Значит, сын, говоришь?

   Довольный, что Скорин сменил тему, Петрухин подмигнул.

   - Да, сын! Вот как получилось, Серега.

   Скорин  с  трудом  повернулся,  молча  посмотрел  на   друга.   Костя   с

преувеличенным  интересом  стал   изучать   висевший   на   спинке   кровати

температурный лист.

   В тридцать восьмом году Скорин уже работал в разведке, для окружающих  он

был геологом, что  могло  объяснить  его  длительные  командировки.  Получив

задание ехать в фашистскую Германию в спецкомандировку на один  год,  Скорин

сказал Лене, что отправляется в экспедицию на Восток. Сергей приготовил  три

письма, которые должны были с  соответствующими  штемпелями  с  трехмесячным

перерывом прийти к ней. Он уехал, договорившись с Леной, что по  возвращении

они поженятся, он  получит  отпуск,  воплотится  в  реальность  их  мечта  -

Черноморское побережье.

   Первое сентября тридцать девятого года началась война, и Скорин застрял в

Германии. На некоторое время с ним прервалась связь.

   О том, что у Скорина есть невеста, никто, кроме  Петрухина,  не  знал.  О

своей беременности Лена узнала после отъезда  Скорина;  когда  родился  сын,

написала в "геологическую экспедицию",  ответа,  естественно,  не  получила.

Скорин пропал.

   Так прошло четыре года.

   - Как Лена? - после долгой паузы спросил Скорин.

   - Что я мог ей говорить? Официально она  тебе  не  жена!  Правду  сказать

нельзя. А тут еще связь с тобой тогда потеряли.  Чего  только  я  ни  делал,

чтобы ее успокоить. Твержу одно: жив Сергей! Жди. Что родился ребенок, она и

от меня скрыла, я сам за кордон уходил. Узнал год назад.

   В палату вошла сестра.

   - Сергей Николаевич, сейчас укольчик сделаем, - как о  радостном  событии

сообщила она и поставила поднос с инструментами на школьную парту.

   Костя пошел к выходу.

   - Терпи, Серега, я покурю пока. - Он быстро спустился  в  вестибюль,  где

его ждала Лена.

   Увидев Костю, Лена встала. Была она высока и  стройна,  видимо,  когда-то

очень красива. Точнее, Лена и сейчас была красива, но серая усталость  лица,

которой так щедро покрывала лица людей война, старила ее.

   - Нормально, Ленка. Жив твой герой!

   - Мой? - Лена теребила кончики платка. - Забыла, как он и выглядит.

   - Сейчас увидишь!

   - Четыре года. - Лена  села.  -  Ни  одного  письма.  Чужой,  равнодушный

человек. - Она повысила голос. - И не объясняй мне...

   Костя взял ее за руку.

   - Нет, сегодня не могу.

   - Лена! - Костя беспомощно  оглянулся,  увидел  на  столике  регистратуры

телефон, подвел к нему Лену. - Ну,  хорошо.  -  Костя  снял  трубку,  набрал

номер. - Вера Ивановна? Петрухин. Майор у себя? Соедините, пожалуйста. -  Он

пожал Лене руку, заговорщицки подмигнул. - Здравствуйте, Николай Алексеевич.

Из госпиталя. Нормально. Так когда вы ее примете? Хорошо, товарищ  майор.  -

Он положил трубку, отошел с Леной к окну. - Вот что,  Лена.  Ты  поезжай  на

Лубянку, зайди в бюро пропусков...

   - Почему на Лубянку? Что Сережа сделал? - Лена смотрела испуганно.

   - Разведчик твой Сережа. Четыре года у немцев был...

   - Так почему же?..

   - Объяснят, Лена. Тебе все объяснят.

   Костя довел женщину до дверей, затем бросился вверх по  лестнице.  Скорин

встретил друга вопросительным взглядом.



Размер файла: 464.78 Кбайт
Тип файла: txt (Mime Type: text/plain)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров