Заказ работы

Заказать
Каталог тем

Самые новые

Значок файла Зимняя И.А. КЛЮЧЕВЫЕ КОМПЕТЕНТНОСТИ как результативно-целевая основа компетентностного подхода в образовании (4)
(Статьи)

Значок файла Кашкин В.Б. Введение в теорию коммуникации: Учеб. пособие. – Воронеж: Изд-во ВГТУ, 2000. – 175 с. (5)
(Книги)

Значок файла ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ КОМПЕТЕНТНОСТНОГО ПОДХОДА: НОВЫЕ СТАНДАРТЫ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ (6)
(Статьи)

Значок файла Клуб общения как форма развития коммуникативной компетенции в школе I вида (11)
(Рефераты)

Значок файла П.П. Гайденко. ИСТОРИЯ ГРЕЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ В ЕЕ СВЯЗИ С НАУКОЙ (12)
(Статьи)

Значок файла Второй Российский культурологический конгресс с международным участием «Культурное многообразие: от прошлого к будущему»: Программа. Тезисы докладов и сообщений. — Санкт-Петербург: ЭЙДОС, АСТЕРИОН, 2008. — 560 с. (15)
(Статьи)

Значок файла М.В. СОКОЛОВА Историческая память в контексте междисциплинарных исследований (15)
(Статьи)

Каталог бесплатных ресурсов

Деятельность дипломатов царского и Временного правительств в эмиграции в 1917-1938 гг.

Маргарита Кононова

Деятельность российских дипломатов царского и Временного правительств, оказавшихся после октября 1917 г. в эмиграции, до последнего времени была наименее освещена в отечественной и зарубежной историографии в силу сосредоточенности историков на изучении культурной миссии или политической мысли Русского Зарубежья, а также из-за засекреченности архивных документов. Только в 1998 г. при содействии Министерства иностранных дел России и Службы внешней разведки РФ в научный оборот была введена переписка, проводившаяся по линии эмигрантского Совета послов в 1934–1940 гг . В рамках данной статьи представлен опыт осмысления общественной и политической деятельности российских дореволюционных дипломатов за период с 1917 по 1939 гг., ее качественного изменения на протяжении более чем двадцатилетнего срока и значения для Русского Зарубежья и родины, защитниками интересов которой они являлись по долгу службы.

К началу первой мировой войны российское дипломатическое представительство за рубежом состояло из 9 посольств (в Берлине, Вашингтоне, Вене, Лондоне, Париже, Константинополе, Мадриде, Риме и Токио), 24 миссий, включая диппредставительства, которые возглавлялись министрами–резидентами, 36 генеральных консульств, 84 консульств и 34 вице–консульств. На 1914 г. штаты загранучреждений составляли 431 человек. В этот период в столицах союзных держав формируются русские колонии из числа правительственных чиновников, связанных с участием России в войне, представлявших военные, морские, финансовые и другие ведомства. Зачастую они соседствовали с русскими политическими эмигрантами, нашедшими за границей убежище от преследований. По словам В.А.Маклакова, эта «единичная эмиграция старого времени <...> устраивалась в Европе без каких бы то ни было льгот от правительств, устраивалась под носом всемогущих посольств Императорской России под защитой общих законов, наперекор правительствам, которые скрепя сердце ее терпели». До февраля 1917 г. российские посольства не имели общения с колониями и были изолированы. “Поскольку бюрократия, военная и чиновная среда, проезжие русские нуждались в содействии посольства — они обращались к нему; но нужно признать, что “объединяющим центром”, “родным островом” в чужой земле посольство не служило.

Февральская революция 1917 г. в корне изменила положение российских дипломатических загранучреждений: модифицировала внешние атрибуты дипломатического обихода, изменила профессиональный состав высших должностных лиц, придала новое направление деятельности посольств. Уже в первые недели после революции из Петрограда в российские посольства стали поступать циркулярные телеграммы о новых порядках. Согласно им, необходимо было ликвидировать с посольского флага двуглавого орла, вынести все царские портреты, а на дипломатических паспортах, бланках посольств удалить слова «императорское» и изображение орла . Кроме того, в одном из циркуляров МИД всем дипломатам предписывалось не надевать больше придворных мундиров; ведомственные же можно было носить по-прежнему. Для представителей царского дипломатического корпуса вопрос, оставаться ли на службе нового правительства, был разрешен довольно скоро. «Быстрое признание российского Временного правительства всеми союзными державами, а затем и нейтральными, обязывало их оставаться на своих постах, по крайней мере до окончания войны». Из царских дипломатов добровольно расстался с должностью лишь один — посол в США Ю.П.Бахметьев.

Вскоре Временное правительство, и в частности новый министр иностранных дел П.Н.Милюков, приступило к постепенному обновлению состава российских представителей заграницей. Одними из первых вынуждены были уйти в отставку посланники в Лиссабоне и Копенгагене — П.С.Боткин и К.К. Букеведен, а также поверенный в делах в Берне М.М.Бибиков. Послу в Испании кн. Кудашеву П.Н.Милюков также предложил подать в отставку. Его место занял посланник в Стокгольме А.В.Неклюдов, «по-современному либеральный» и ставший первым послом Временного правительства. В мае 1917 г., уже при сменившем Милюкова М.И.Терещенко, российскому послу во Франции, бывшему министру иностранных дел (1906-1910 гг.) А.П.Извольскому также было предложено прекратить исполнение обязанностей и передать дела посольства советнику Н.Севастопуло.

Ключевые дипломатические посты в союзных и нейтральных державах Временное правительство доверило не профессиональным дипломатам, а представителям «политической общественности», лояльной к республиканской власти в России. Должность российского посла в США занял Б.А.Бахметев, по образованию инженер-гидравлик, кадет, стоявший во главе Русского Заготовительного Комитета в Нью-Йорке, сформированного в 1916 г. царским правительством для военных заказов. Посланником в Швейцарии стал И.Н.Ефремов, прогрессист, бывший Государственный контролер Российской империи (1915 г. Послом во Францию был назначен В.А.Маклаков, известный адвокат, один из лидеров кадетской партии, а в Испанию, вместо внезапно подавшего в отставку А.В.Неклюдова — М.А.Стахович, генерал-губернатор Финляндии, октябрист. Они оба прибудут по месту назначения уже после октября 1917 г. Таким образом произошла резкая политизация российского дипломатического представительства, ранее не доступного для партийных деятелей.

Следует отметить, что либеральные взгляды некоторых дипломатов Временного правительства существенно изменились после февраля 1917 г. под влиянием политической нестабильности в России, в том числе и вследствие Корниловского мятежа. Так А.В.Неклюдов под впечатлением ликвидации государственного переворота, задуманного генералом Л.Г.Корниловым, послал незашифрованную телеграмму А.Ф.Керенскому, в которой упрекнул его в том, что он губит Россию, и заявил о своей отставке. А будущий посол В.А.Маклаков в разговоре с генералом М.В.Алексеевым накануне мятежа заявил, что в случае его успеха «должно восстановить монархию, вернувшись к манифесту об отречении государя, как последнему законному акту». «Наши роли совершенно изменились<...>— вы, генерал-адьютант императора, лицо из ближайшего его окружения, протестуете против монархии, а я на ней настаиваю», — отметил Маклаков.

После февральской революции сфера деятельности российских дипломатических загранучреждений значительно расширилась. С одной стороны, они должны были установить и укрепить дипломатические отношения между новой властью в России и иностранными правительствами, а с другой — принять меры к обеспечению беспрепятственного возвращения на родину политических эмигрантов, санкционированного Временным правительством. Помимо этого, на посольства в столицах союзных державах легла неофициальная обязанность “объединить, примирить и направить” русские колонии, внутри которых господствовали монархические настроения. Ранее отчужденные от соотечественников заграницей, посольства начали сотрудничать с “эмигрантскими комитетами”, образованными в Лондоне, Париже, Риме, Берне. Своеобразным центром политической реэмиграции, куда стекались русские граждане из европейских стран и Америки, стало российские посольство в Лондоне, которому Временное правительство выделило кредит на нужды эмигрантов. В этот период российские дипломаты в Англии вынуждены были активно взаимодействовать со своими будущими антагонистами — Г.В.Чичериным и М.М.Литвиновым* , — входившими в «эмигрантскую комиссию» по возвращению политэмигрантов в Россию.

Одновременно в российские зарубежные представительства поступали многочисленные ходатайства о въезде в Россию от самых различных групп ее граждан: трудовых эмигрантов, лиц, выезжавших на время за рубеж и задержавшихся из–за войны, от учащихся, а также военнопленных. Согласно «Правилам об оказании помощи русским подданным заграницей», установленным Временным правительством, российским посольствам и консульствам были отпущены кредиты на выдачу пособий и ссуд для оказания материальной помощи лицам, застигнутым войной за рубежом, и возвращения их на родину. Особое внимание при этом российские загранучреждения обязаны были проявлять к совершенно неимущим русским гражданам; преимущественно старикам, больным и женщинам с малолетними детьми, предоставляя им безвозвратные пособия. Основные потоки этой категории возвращенцев из Франции, Швейцарии, Италии и США проходили через российское посольство в Париже, откуда их большей частью направляли в Лондон. К осени 1917 г. российские дипломатические представительства полностью вышли из изоляции и стали “представлять” не только правительственные интересы, но и интересы соотечественников за рубежом. При этом посольства в Париже и Лондоне превратились в своеобразные «объединяющие центры» россиян различных социальных слоев и политических убеждений, оказавшихся вне родины.

В результате октябрьской революции 1917 г. и прихода к власти большевиков перед зарубежными представительствами российского Временного правительства, в первую очередь при союзных державах, встала острая проблема самоопределения по отношению к новому режиму и его “миротворческой” политике. Уже 27 октября (9 ноября) 1917 г. между руководителями посольств и миссий начался интенсивный обмен шифрованными телеграммами, имевший целью содействовать установлению единообразного отношения этих учреждений к вопросу об образовании нового правительства в России. Инициатором подобного начинания был посол Временного правительства во Франции В.А. Маклаков, выразивший свою готовность к вышеуказанному содействию “в силу географического положения Парижа и значения его как одного из политических центров”. В то же время он предпринял попытку, правда безуспешную, уст

Размер файла: 58.36 Кбайт
Тип файла: htm (Mime Type: text/html)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров