Заказ работы

Заказать
Каталог тем
Каталог бесплатных ресурсов

Социология Георга Зиммеля

Изо всех теоретиков, работавших на рубеже XIX-XX вв. и считающихся ныне
классиками буржуазной социологии, Георг Зиммель- самый непоследовательный и
противоречивый. Его творчество постоянно подвергается многочисленным, иногда
взаимоисключающим друг друга интерпретациям. Оценки социологии Зиммеля
историками и теоретиками социологии колеблются от полного отрицания ими ценности
его идей до признания их этапными, в значительной мере определившими содержание
и направление последующего социологического развития.
    Георг Зиммель родился 1 марта 1858 г. в Берлине. Окончив классическую
гимназию, он поступил в Берлинский университет, где в числе его преподавателей
были историки Моммзен, Дройзен и Трейчке, психологи Лацарус, Штейнталь и
Бастиан, философы Харм и Целлер. В 1881 г. он получил докторскую степень
по философии за диссертацию о Канте, через четыре года стал приват-доцентом, а
через 15 лет - экстраординарным, т. е. внештатным, профессором и оставался в
этой должности еще полтора десятилетия, не получая никакого жалования, за
исключением студенческих взносов за лекции. Лишь в 1914 г. он получил
штатную должность профессора в университете Страсбурга, где он читал логику,
историю философии, метафизику, этику, философию религии, философию искусства,
социальную психологию, социологию, а также специальные курсы по Канту,
Шопенгауэру и Дарвину. Умер Зиммель 26 сентября 1918 г.
    Три момента затрудняют адекватное понимание и оценку творчества Зиммеля:
его сложная идейная эволюция, широта и разбросанность его интересов, скорее
эссеистский, чем систематический стиль большинства его работ.
    Блестящий лектор и плодовитый писатель (издающееся в ФРГ полное собрание
сочинений Зиммеля составляет 14 томов), он начал свой


творческий 'путь в лоне <неофициальной берлинской культуры> [II, р. 168].
Представители этого довольно расплывчатого направления ориентировались на идеи
натуралистического материализма, механицизма и социал-дарвинизма, импонировавшие
многим крупным естествоиспытателям, смотревшим на науку, как на <религию нашего
времени>. Характерен для этого периода, в частности, переведенный на русский
язык
очерк Зиммеля <Дарвинизм и теория познания> {5]. Влияние натуралистического
позитивизма чувствуется и в одной из ранних его социологических работ
<Социальная дифференциация: Социологическое и психологическое исследование>.
Затем последовал период, который условно может быть обозначен как
<иеокантианокий>. Именно тогда Зиммелем были написаны его млогочисленные работы
о Канте [15], создан труд по философии истории [4]. Неокантианские идеи наложили
глубокий отпечаток на разработку Зиммелем категорий <формы> и <содержания> -
основополагающих понятий его социологической концепции.                                       
Зиммель испытал глубокое влияние идеи К. Маркса, идна из фундаментальных его
работ - <Философия денег> [20] - представляет собой попытку культурологической
(в отличие от марксовой социологической) интерпретации понятия отчуждения, во
многом повторяющей .критику Марксом капиталистического строя и буржуазного
образа жизни.
Последний же этап идейного развития Зиммеля характеризовался нарастанием
скептицизма и сближением с антирационалистическими 'и антинатуралистическими
движениями, переходом на позиции <философии жизни    > (3]. Характерна для
этого периода его дружба с поэтом-мистиком Стефаном Георге, которому он посвятил
одну из своих последних книг.
Однозначная оценка социологического творчества Зиммеля затруднена также по
причине многосторонности его интересов. Зиммель был не только (и даже не в
первую очередь) социологом, но и влиятельным философом культуры, теоретиком
искусства, много писал по проблемам социальной психологии, этики,
политэкономии, социологии города, религии, пола и др. И в каждой из этих
областей он находил нечто, дополняющее и уточняющее его социологическое видение.
Зиммель редко прибегал к систематизации своих идей, так-что его социологическая
концепция оказалась как бы <рассыпанной> по различным статьям, книгам, эссе,
написанным ас1 Ьос и почти всегда посвященным важным, но частным проблемам. Эта
пестрота и многообразие часто создавали представление об отсутствии за ними
сколько-нибудь связного целого. На самом же деле все эти разнообразные 'проблемы
и интересы объединяло характерное и весьма оригинальное для своего времени
представление о предмете, методе 'и     задачах социологической науки.

1. Метод, предмет и задачи социологии

Социология, писал Зиммель, должна конституироваться не традиционным
для социальных наук образом - посредством выбора особенного, не <занятого>
другими науками предмета, а как метод: <Поскольку она исходит из того, что
человека следует трактовать как общественное существо и что общество является
носителем 'всех исторических событий, постольку она не находит объекта, который
не изучался бы уже какой-либо из общественных наук, но обнаруживает для всех их
новый путь - метод науки, которая именно в силу ее примменимости ко всей
совокупност проблем не является наукой, обладающей собственным содержа-
нием> [16,8.17].
С этой точки зрения все предметы каждой из общественных наук являются
своеобразными, особенным образом оформленными <каналами>, через которые <течет>
общественная жизнь - <единственный носитель любой силы и любого смысла> [1Ы(1.,
8. 16]. Напротив, новое социологическое видение имеет своей задачей выделение и
схватывание закономерностей, не поддающихся анализу средствами каждой из этих
наук.
Конечной целью социологического метода, практикуемого в различных науках, считал
Зиммель, является вычленение в их совокупном предмете особенного ряда факторов,
становящихся собственным предметом социологии,-<чистых форм социации>
(Рогтеп (1ег Уег^езеПзсЬа^ип^) *. Социологический метод вычленяет, пишет
Зиммель, <из явлений момент социацин ... как грамматика отделяет чистые формы
языка от Содержания, в котором живы эти формы> [16, 8. 27]. За выявлением чистых
формсоциации должно было следовать их упорядочение и систематизация,
психологическое обоснование и описание их в историческом изменении и развитии.
Практику пряменения социологического метода в различных общественных науках, т.
е. выявление особого рода закономерностей 'в .рамках их традиционного предмета,
Зиммель называл Термин <Уег^езеИвсЬаНип^> можно было бы перевести словом
<общение>.
Однако оно чаще всего применяется для перевода марксова термина <Уег-еЬг>.
Поэтому мы применяем в данном случае термин <социация> (по аналогии с англ.
5ос1а11оп)., общей социологией, описание и систематизацию чистых формсоциации -
чистой, или формальной, социологией. Чистая социология должна была служить
выработке ориентиров, позволяющих исследователям в различных науках об обществе
подходить к своему предмету <социологично>, а значит-более осознанно, чем
раньше, ставить проблемы и искать их решения.
Чистая социология должна выполнять по отношению к прочим общественным наукам
методологическую функцию, становясь <теорией познаиия частных социальных наук>.
Система социального знания включала в себя также две философские социологические
дисциплины: социологическую теорию познания, <охватывающую условия, предпосылки
и основные понятия социологического исследования, которые в самом исследовании
не могут быть обнаружены> [16, 8. 29]; социальную <метафизику>, необходимость в
которой возникает тогда, когда <единичное исследование приводится к отношениям и
целостностям, ставится в связь с вопроса1ми и понятиями, не рождающимися и не
существующими внутри опыта и непосредственного предметного знания>.
Таким образом, складывалась целостная трехступенчатая (общая - формальная -~
философская социология) концепция социального знания.
Намеченная Зиммелем программа оказалась для своего времени весьма прогрессивной.
Период ее возникновения был периодом ускоренной институционализации и
профессионализации социологии. В это время вопрос о выяснении собственной
предметной области социологии был особенно актуальным.
Существовали два основных подхода к решению этого вопроса. Согласно первому из
них все социальное сводится исключительно к индивидам, их свойствам и
переживаниям, так что <общество> оказывается абстракцией, неизбежной с точки
зрения практики, полезной для предварительного ознакомления с явлением, но не
представляющей собой реального предмета. Если индивиды и их переживания могут
быть исследованы естественными и историческими науками, то для особой, отдельной
науки - социологии - не остается своей области. Самым ярким представителем
этого подхода был Дильтей.
<Если с точки зрения такой критики,-писал Зиммель,-общества, так сказать,
слишком мало, то с другой - его слишком много, чтобы ограничить его изучение
одной наукой>.
С этой другой точки зрения, все, что происходит с людьми, происходит в обществе,
обусловлено обществом и является его частью. Поэтому нет науки о человеческом,
которая не была бы наукой об обществе. На таких позициях стоял, в частности,
Теннис, объединявший 1В рамках <общей социолопии> право и филологию,
политологию и искусствознание, психологию, теологию и даже антропологию. В этом
случае, говорил Зиммель, <совокупность наук ставится на голову и к ней
приклеивается новая этикетка:социология>.
Согласно Зиммелю, его собственная концепция давала возможность строго определить
оба рода междисциплинарных границ: во-лервых, она гарантировала четкость
отделения социологии как учения о чистых формах социации от прочих общественных
наук; во-аторых, она 'позволяла провести границу между науками об обществе (в
которых оказывалось возможным применение социологического метода) и науками о
природе. Тем самым она одновременно обеспечивала единство социологии как науки и
единство общественных наук.

2. Формальная социология

Понятие формы и теоно связанное с ним понятие содержания важнейшие понятия
зиммелевской чистой, или формальной, социологии.
В одной из своих сравнительно .ранних работ - <Проблемы философии истории> [4] -
Зиммель истолковал историю общества как историю психических я,влений. При этом
каждое психическое явление рассматривалось им в двух аспектах: с одной
стороны, как психический акт, прредставляющий собой, например желание,
припоминание, утверждение, с другой-как то, что в каждом из подобных актов
желается, вспоминается, утверждается и т.д. Если мы изолируем этот последний
аспект психического акта, то получим, писал Зиммель, объективное содержание соз-
нания, которое никоим образом не является психологическим (цит. по: {II, р.
38]). Это содержание - то, что в философии жизни понималось как <переживание>
(ЕНеЬшз), - и есть, по Зиммелю, <материя>, <тело> социального.
В свою очередь форму лучше .всего определить по задачам, которые она выполняет.
По Зиммелю, задачи эти следующие:
1) форма соотносит друг с другом несколько содержаний таким
образом, что содержания эти образуют единство;
2) обретая форму, эти содержания отделяются от других содержаний;

3) форма структурирует содержания, которые она взаимно соот-
Имея в виду эту непсихологичность переживания, можно говорить о
феноменологических, а не психологических основаниях зиммелевской философии
истории. Эту сторону дела, кстати, недостаточно учитывали авторы русского
перевода <Проблем философии истории>, что привело (в их изложении) к
излишней психологизации идей Зиммеляации по трем группам: социальные
процессы, социальные типы и модели развития [II, :р. 12]. К социальным
процессам при этом относились постоянные, независимые от конкретных
0обстоятельств их реализации явления (такие, как подчинение, господство,
соревнование, примирение и т. п.).
Примером зиммелевского анализа социалыного процесса как формы социации может
служить его исследование моды. Мода, пишет Зиммель [18, 5. 26], одновременно
предполагает и подражание, и индивидуализацию. Человек, следующий моде,
одновременно 1И отличает себя от других, и утверждает свою принадлежность к
определенному слою или группе. Невозможность моды без стремления к
индивидуализации Зиммель доказывает тем, что в примитивных обществах,
характеризующихся максимальной социальной однородностью, где отсутствует
стремление выделиться из общей массы, отсутствует и мода. Точно так же в любом
обществе, управляемом сравнительно небольшой группой людей, представители
правящей олигархии носят одинаково строгое платье, не желая демонстрировать свою
исключительность перед лицом общей массы граждан. Пример: венецианские
дожи, ходившие только в черном.
Невозможность моды без стремления к подражанию, к слиянию с коллективом
доказывается тем, что в обществах, характеризующихся распадом групповых норм,
мода отсутствует. Так, во Флоренции XIV в. каждый следовал собственному стилю
одежды: мода отсутствовала, ибо отсутствовало стремление к слиянию с
коллективом.
Как только какое-либо явление (одежда, идеи, манеры, вещи и пр.) стало
<модным>, оно тут же начинает <выходить из моды>.
В том-то и очарование моды, что она одновременно и нова, и преходяща. Мода
дает чувство настоящего, ощущение течения времени. Причиной широчайшего
распространения моды в современную эпоху, говорит Зиммель, как раз и является
процесс разложения старинных, принима.вщихся на веру убеждений, привычек,
традиций, в результате чего более активными становятся временные, переходные
формы. Отсюда засилье моды в искусстве, в науках, даже в морали.
Однако несмотря на преходящий характер той или иной конкретной моды она -
как социальная форма - обладает некоторым постоянством: мода в том или ином виде
существует всегда [18, 8. 26-56].
Вторая категория социальных форм, исследуемая Зиммелем, социальный тип.
Человек, включенный я определенного рода отношение, обретает некоторые
ха1рактерные качества, которые являются для него сущностными, т. е.
проявляющимися постоянно вне зависимости от природы того или иного
конкретного взаимод И наоборот, чем меньше, т. е. своеобразнее, группа,
тем менее индивидуальны ее представители. Исторический процесс развивается
в сторону усиления индивидуальности за счет утраты индивидами их
уникальных социальных характеристик: расширенная семья сменяется
самостоятельными полноправными индивидами и нуклеарной семьей; цеховая и
кровнородственная организация сменяется гражданским обществом с
характерной для него высокой индивидуальной ответственностью [1Ыс1" 8.
527-532].
Приведенная трехзвенная (социальные процессы-социальные типы-модели
развития) классификация социальных форм весьма несовершенна. Более
содержательной может стать классификация социальных форм по степени их
удаленности от непосредственного потока жизни. Ближе всего к жизни, считает Зим-
1аель, такие спонтанные формы, как обмен, личная скЛойнобТЬ, подражание, формы,
связанные с поведением толпы, и проч. Несколько далее от потока жизни, т. е. От
<материи> социального и общественного содержания, стоят такие более устойчивые и
независимые формы, как экономические и прочие формальные (не в зиммелевском, а в
привычном ныне социологическом смысле слова) организации. И наконец, наибольшую
дистанцию от непосредственности социальной жизни сохраняют формы социации,
представляющие собой не мыслительную абстракцию, а реально существующие (точнее,
реально встречающиеся) в социальной жизни игровые формы. Они <чисты>, ибо
содержание, когда-то их <наполнявшее>, исчезло. Примеры игровых форм: то, что
понимается под <старым режимом>, т. е. политическая форма, пережившая свое
время и не удовлетворяющая запросов участвующих в ней индивидов; <наука для
науки>, т. е. знание, оторванное от потребностей человечества, переставшее быть
<оружием в борьбе за существование>; <искусство для искусства> и т. п.
Исключительную по своей роли и значимости игровую форму представляет собой
так называемое свободное общение (0езе1Н^еЯ, 80с1аЬЯиу). Свободное общение - это
общение ради общения, затеянное безо всяких конкретных целей, кроме одной -
насладиться общением, побыть с другими. Такого рода общение представляет собой
игровую форму социации, или абстрактную модель социального процесса, лишенную
всяких содержательных элементов. Индивиды входят в такого рода общение как <фор-
мальные> индивиды, лишенные каких-либо содержательных характеристик (таких, как
способности, богатство, статус, власть, убеждения и т. д.); это общение -
общение <равных>. Такт служит средством обеспечения этого равенства; он
ограничивает любого рода содержательные стремления и импульсы участников:
бестактно на вечеринке говорить о делах, обсуждать абстрактные проблемы,
демонстрировать свой ум или свое богатство.
Такт, следовательно, есть игровая форма социальных норм. Флирт или
кокетство - игровые формы сексуальных отношений, лишенные реального эротического
содержания. Разговор здесь-цель в себе; тема его, разумеется, не безразлична,
однако главное - <е тема, не содержание его, а удовольствие от разговора, от
беседы, воплощающей в себе свободное общение, общение ради общения [16, Кар. 3].
В анализе свободного общения Зиммель наиболее полно и последовательно
продемонстрировал идею чистой или формальной социологии. Однако в нем он, можно
сказать, и исчерпал эту идею, продемонстрировав ее пределы, ее <'нижние>
границы.
Довольно распространено мнение о том, что социология Зиммеля представляет
собой попытку сведения человеческого общества к такого вот рода чистым, или
игровым, формам и что конечной целью Зиммеля было составление исчерпывающего
списка этих форм [21]. Считается также, что содержательные анализы, проведенные
Зиммелем (наподобие рассмотренного нами анализа социальных процессов, социальных
типов и др.), доказали, вопреки его намерениям, неосуществимость подобного
проекта.
Действительно, Зиммель неоднократно давал повод к такого рода упрекам,
ставя на одну доску и сочетая по формальному признаку такие разные по своей
социальной роли и культурному содержанию явления, как христианские секты и
раннее коммунистическое движение, военное столкновение и супружеский конфликт,
подчинение солдата офицеру и рабочего предпринимателю и т. д. Такие формальные
классификации и субординации социальных явлений подвергались критике со стороны
В. И. Ленина, показавшего, что одни и те же социальные формы могу

Размер файла: 50.95 Кбайт
Тип файла: txt (Mime Type: text/plain)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров