Заказ работы

Заказать
Каталог тем

Самые новые

Значок файла Зимняя И.А. КЛЮЧЕВЫЕ КОМПЕТЕНТНОСТИ как результативно-целевая основа компетентностного подхода в образовании (2)
(Статьи)

Значок файла Кашкин В.Б. Введение в теорию коммуникации: Учеб. пособие. – Воронеж: Изд-во ВГТУ, 2000. – 175 с. (3)
(Книги)

Значок файла ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ КОМПЕТЕНТНОСТНОГО ПОДХОДА: НОВЫЕ СТАНДАРТЫ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ (4)
(Статьи)

Значок файла Клуб общения как форма развития коммуникативной компетенции в школе I вида (10)
(Рефераты)

Значок файла П.П. Гайденко. ИСТОРИЯ ГРЕЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ В ЕЕ СВЯЗИ С НАУКОЙ (11)
(Статьи)

Значок файла Второй Российский культурологический конгресс с международным участием «Культурное многообразие: от прошлого к будущему»: Программа. Тезисы докладов и сообщений. — Санкт-Петербург: ЭЙДОС, АСТЕРИОН, 2008. — 560 с. (12)
(Статьи)

Значок файла М.В. СОКОЛОВА Историческая память в контексте междисциплинарных исследований (13)
(Статьи)

Каталог бесплатных ресурсов

О. Генри. Сделка

Перевод под ред. М. Лорие



   Непристойнее всего в адвокатской конторе Янси Гори был
сам Гори, развалившийся в своем скрипучем старом кресле.
Маленькая убогая контора, выстроенная из красного кирпича,
выходила прямо на улицу, главную улицу города Бэтела.
   Бэтел приютился у подножия Синего хребта. Над городом
горы громоздились до самого неба. Далеко внизу мутная
желтая Катоба поблескивала на дне унылой долины.
   Был самый душный час июньского дня. Бэтел дремал в тени,
не дающей прохлады. Торговля замерла. Было так тихо, что
Гори, полулежа в кресле, отчетливо слышал стук фишек в зале
суда, где "шайка судейских" играла в покер. От настежь
открытой задней двери конторы утоптанная тропинка извивалась
по травке к зданию суда. Прогулки по этой тропинке стоили
Гори всего, что у него было за душой, - сначала наследства в
несколько тысяч долларов, потом старинной родовой усадьбы и,
наконец, последних остатков самоуважения и человеческого
достоинства. Судейские обобрали его до нитки. Незадачливый
игрок стал пьяницей и паразитом; он дожил до того дня, когда
люди, ограбившие его, отказали ему в месте за карточным
столом. Его "слово" больше не принималось. Ежедневная
партия в покер составлялась без него; ему же предоставили
жалкую роль зрителя. Шериф, секретарь округа, разбитной
помощник шерифа, веселый прокурор и человек с бескровным
лицом, явившийся "из долины", сидели вокруг стола, а
остриженной овце давался молчаливый совет - постараться
снова обрасти шерстью.
   Этот остракизм скоро наскучил Гори, и он отправился
восвояси, нетвердо ступая по злосчастной тропинке и что-то
бормоча себе под нос. Глотнув маисовой водки из полуштофа,
стоявшего под столом, он бросился в кресло и в какой-то
пьяной апатии стал глядеть на горы, тонувшие в летнем
тумане. Маленькое белое пятно вдали, на склоне Черного
Джека, была Лорел, деревня, близ которой он родился и вырос.
Здесь также родилась кровная вражда между Гори и Колтренами.
Теперь не осталось в живых ни одного прямого потомка рода
Гори, кроме этой ощипанной и опаленной птицы печали. В роде
Колтренов тоже остался всего один представитель мужского
пола: полковник Эбнер Колтрен, человек с весом и
положением, член законодательного собрания штата, сверстник
отца Гори. Вендетта была обычного в этой местности типа;
она оставила за собой кровавый след ненависти, обид и
убийств.
   Но Янси Гори думал не о вендеттах. Его отуманенный мозг
безнадежно бился над проблемой - как существовать дальше, не
отказываясь от привычных пороков. Последнее время старые
друзья его семьи заботились о том, чтобы у него было что
есть и где спать, но покупать ему виски они не желали, а ему
необходимо было виски. Его адвокатская практика заглохла;
уже два года ему не поручали ни одного дела. Он погряз в
долгах, стал нахлебником, и если не упал еще ниже, то только
потому, что не подвернулся удобный случай. Сыграть бы еще
один раз, говорил он себе, один только раз - и он наверняка
отыграется; но ему нечего было продать, а кредит его давно
истощился.
   Он не мог не улыбнуться даже сейчас при воспоминании о
человеке, которому он полгода назад продал старую усадьбу
семьи Гори. "Оттуда", с гор, прибыли два необычайно
странных существа - некто Пайк Гарви и его супруга. Словом
"там", сопровождаемым жестом руки по направлению к лесистым
вершинам, горцы привыкли обозначать самые недоступные дебри,
неисследованные ущелья, места, где укрываются бродяги, где
волчьи норы и медвежьи берлоги. Странная пара, посетившая
Янси Гори, прожила двадцать лет в самой глухой части этого
безлюдного края, в одинокой хижине, высоко на склоне Черного
Джека. У них не было ни детей, ни собак, которые нарушали
бы тяжелое молчание гор. Пайка Гарви мало знали в поселках,
но все, кто хоть когда-либо имел с ним дело, единогласно
заявляли, что он "спятил".
   Его единственной официальной деятельностью была охота на
белок, но ему случалось, для разнообразия, заниматься и
контрабандой. Однажды сборщики налогов вытащили его из его
норы; он сопротивлялся молча и яростно, как терьер, и угодил
на два года в тюрьму. Когда его выпустили, он снова забился
в свою нору, как рассерженный хорек.
   Капризная фортуна, обойдя многих трепетных искателей,
вспорхнула на вершину Черного Джека, чтобы наградить своей
улыбкой Пайка и его верную подругу.
   Однажды компания совершенно нелепых изыскателей в
коротких брюках и очках вторглась в горы по соседству с
хижиной Гарви. Пайк снял с крюка свое охотничье ружье и
выстрелил издали в пришельцев - ведь они могли оказаться
сборщиками налогов. К счастью, он промахнулся, и агенты
фортуны приблизились и обнаружили свою полную непричастность
к закону и правосудию. Впоследствии они предложили чете
Гарви целую кучу зеленых хрустящих наличных долларов за его
клочок расчищенной земли в тридцать акров и в оправдание
такого сумасбродства привели какую-то невероятную ерунду
относительно того, что под этим участком находится пласт
слюды.
   Когда Гарви с женой стали обладателями такого количества
долларов, что они сбивались, пересчитывая их, все неудобства
существования на Черном Джеке стали для них очевидны. Пайк
начал поговаривать о новых башмаках, о ящике табаку, который
хорошо бы поставить в угол, о новом курке для своего ружья;
он повел Мартеллу в одно место на склоне горы и объяснил ей,
как здесь можно было бы установить небольшую пушку, - она
несомненно, оказалась бы им по средствам, - чтобы
простреливать и защищать единственную тропинку к хижине и
раз навсегда отвадить сборщиков налогов и назойливых
незнакомцев.
   Но Адам упустил из виду свою Еву. Для него табак, пушка
и новый курок были достаточно полным воплощением богатства,
но в его темной хижине дремало честолюбие, парившее много
выше его примитивных потребностей. В груди миссис Гарви все
еще жила крупица вечно женственного, не убитая
двадцатилетним пребыванием на Черном Джеке. Она так
привыкла слышать днем лишь шуршанье коры, падающей с больных
деревьев, а ночью завывание волков, что это как будто
вытравило из нее все тщеславие. Она стала толстой,
грустной, желтой и скучной. Но когда появились средства, в
ней снова вспыхнуло желание воспользоваться привилегиями
своего пола: сидеть за чайным столом, покупать ненужные
вещи, припудрить уродливую правду жизни условностями и
церемониями. Поэтому она холодно отвергла систему
укреплений, предложенную Пайком, и заявила, что они теперь
спустятся в мир и будут вращаться в обществе.
   На этом в конце концов они порешили, и план был приведен
в исполнение. Деревушка Лорел явилась компромиссом между
предпочтением, которое миссис Гарви оказывала большим
городам, и тягой Пайка к первобытным пустыням. Лорел сулила
кое-какой выбор светских развлечений, соответствующих
честолюбивым стремлениям миссис Гарви, и не была лишена
некоторых удобств для Пайка, - ее близость к горам
обеспечивала ему возможность быстрого отступления, в случае
если он не поладит с фешенебельным обществом.
   Их переезд в Лорел совпал с лихорадочным желанием Янси
Гори обратить в звонкую монету свою недвижимость, и они
купили старую усадьбу Гори, отсчитав в дрожащие руки мота
четыре тысячи долларов наличными.
   Вот как случилось, что в то время, когда недостойный
отпрыск рода Гори, опустившийся, изгнанный и отвергнутый
обобравшими его друзьями, валялся в своей непристойной
конторе, чужие жили в доме его предков.
   Облако пыли медленно катилось по раскаленной улице и
что-то двигалось внутри него. Легкий ветерок отнес пыль в
сторону, и показался новый, ярко раскрашенный шарабан,
который тащила ленивая серая лошадь. Приблизившись к
конторе адвоката, экипаж свернул с середины улицы и
остановился у канавки, прямо против двери.

Размер файла: 29.84 Кбайт
Тип файла: txt (Mime Type: text/plain)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров