Заказ работы

Заказать
Каталог тем
Каталог бесплатных ресурсов

Джон Кеннет Гэлбрейт. "Экономические теории и цели общества

Часть I. Дебри

Глава I Функции экономической системы и экономической теории

Глава II Неоклассическая модель

Глава III Неоклассическая модель II: Государство

Глава IV Потребление и концепция домашнего хозяйства

Глава V Общая теория высокого уровня развития

Часть II. Рыночная система

Глава VI Услуги и рыночная система

Глава VII Рыночная система и искусство

Глава VIII Самоэксплуатация и эксплуатация

Часть III. Планирующая система

Глава IX Природа коллективного разума

Глава X Как используется власть: защитные цели

Глава XI Положительные цели

Глава XII Как устанавливаются цены

Глава XIII Издержки, контракты, координация и цели империализма

Глава XIV Убеждение и власть

Глава XV Новая экономическая теория технического прогресса

Глава XVI Источники государственной политики: итоги

Глава XVII Межнациональная система

Часть IV. Две системы

Глава XVIII Нестабильность и две системы

Глава XIX Инфляция и две системы

Глава XX Экономическая теория тревоги: проверка

Часть V. Общая теория реформы

Глава XXI Негативная стратегия экономической реформы

Глава XXII Раскрепощение мнений

Глава XXIII Справедливая организация домаш-него хозяйства и ее последствия

Глава XXIV Раскрепощение государства

Глава XXV Политика для рыночной системы

Глава XXVI Равенство в планирующей системе

Глава XXVII Социалистический императив

Глава XXVIII Окружающая среда

Глава XXIX Государство и общество

Глава XXX Финансовая, кредитно-денежная поли-тика и меры контроля

Глава XXXI Координация, планирование и пер-спектива


 

Джон Кеннет Гэлбрейт. "Экономические теории и цели общества" > Глава I Функции экономической системы и экономической теории

 


По укоренившемуся мнению назначение экономической системы, на первый взгляд, кажется впол­не очевидным. Оно состоит в том, чтобы производить мате­риальные блага и оказывать услуги, которые нужны людям. При отсутствии такой системы, т. е. системы, которая про­изводит продукты питания, перерабатывает, упаковывает и распределяет их, производит ткань и изготавливает одежду, строит дома, обставляет их мебелью, предоставляет услу­ги в области образования и медицины, обеспечивает закон и порядок, организует национальную оборону, жизнь была бы трудной. Такова ее функция. Наилучшая эконо­мическая система - это та, которая максимально обеспе­чивает людей тем, в чем они больше всего нуждаются.

Хотя этот взгляд широко распространен в учебниках, он является, пожалуй, слишком упрощенным. За послед­ние сто лет множество экономических задач стало выпол­няться организациями - промышленными корпорациями, электроэнергетическими предприятиями коммунального пользования, авиакомпаниями, системами розничных ма­газинов, телевизионными сетями, государственными бюро­кратическими учреждениями. Некоторые из этих органи­заций очень велики; и едва ли кто-нибудь усомнится в том, что они обладают властью, т. е. могут управлять действиями отдельных лиц и государства. Всякий согла­сится, что они управляют этими действиями в своих собст­венных интересах, т. е. в интересах тех, кто благодаря членству или праву собственности участвует в данном предприятии. Возможно, что в силу какого-то невероятного стечения обстоятельств или сознательных усилий эти интересы в основном совпадают с интересами обществен­ности. Если же такое стечение обстоятельств или целена­правленные усилия отсутствуют, то нет ничего удивитель­ного в том, что преследуются интересы организаций, а не общественности.

При таком подходе функция экономической системы больше не кажется простой, по крайней мере для тех, кто хочет видеть реальное положение вещей. Частично эко­номическая система служит отдельному человеку. Но ча­стично она, как мы теперь видим, служит интересам своих собственных организаций. «Дженерал моторс» существу­ет, чтобы обслуживать общество. Но «Дженерал моторс» также, или даже вместо этого, служит самой себе. Мало кому такое утверждение покажется резко противореча­щим здравому смыслу. А для многих оно будет триви­альным. Такое утверждение примечательно лишь тем, что оно не соответствует основному тезису экономической теории в ее традиционном изложении. При более тщатель­ном подходе оно становится именно тривиальным. В этом случае возникает стремление выявить интересы, которые преследуют гигантские организации, пути их осуществле­ния и последствия для общества.

2

Новое понимание функции экономической системы влечет за собой и новую точку зрения на функцию эко­номической теории. До тех пор, пока предполагалось, что экономическая система осуществляет свою деятельность в интересах отдельного человека, подчинена его нуждам и желаниям, можно было предполагать, что функция эко­номической теории состоит в объяснении процесса, по­средством которого это происходит. Экономисты, подобно другим ученым, обожают такие определения предмета их науки, в которых подразумевается его глубокое и универ­сальное значение. Наиболее знаменитое из этих определе­ний утверждает, что экономика является «наукой, которая изучает поведение людей как связь между целями и огра­ниченными средствами, имеющими альтернативные пути применения» [L. Bobbins, An Essay on the Nature and Significance of Economic Science, 2d ed., London, Macmillan, 1935, p. 16.]. Крупнейший современный авторитет фор­мулирует это несколько проще: «О том, как... мы изби­раем пути использования ограниченных производствен­ных ресурсов, имеющих альтернативные способы приме­нения, для достижения поставленных целей» [P. A. Samuelson, Economics, 8th ed.. New York, McGrow, 1970, p. 13.].

Эти определения кажутся превосходными До своей прямоте. Люди принимают решения о том, что они будут иметь; фирмы решают, как наилучшим образом выпол­нить эти решения. Экономическая теория изучает поведе­ние людей, вовлеченных в этот процесс. Она является наукой именно потому, что у нее нет никакой иной зада­чи, кроме понимания этого поведения.

Но если допускается, что организации, принимающие участие в этом процессе, обладают властью, что обеспе­чиваются именно их интересы и люди подчиняются этим интересам, то даже наиболее благодушные неизбежно за­дадут вопрос: а не может ли так случиться, что экономи­ческая теория тоже служит интересам организаций? Ор­ганизации обладают властью. Могут ли они не оказывать влияния на научную дисциплину, которая изучает их самих и процесс осуществления ими своей власти? Не мо­гут ли только что приведенные определения быть шир­мой для этой власти?

Такие вопросы совершенно оправданны. Экономичес­кая теория создает у людей представление об их экономическом обществе. Такое представление заметно влияет на их поведение и на их отношение к организациям, кото­рые составляют экономическую систему. Если в картине общества, создаваемой экономической теорией, товары или капитал, труд и материалы, с помощью которых они про­изводятся, представлены в качестве дефицитных, то это имеет место только потому, что товары играют важную роль - это точка опоры, от которой зависят благососто­яние и счастье. Таким образом, процесс, в котором изго­товляются блага, становится делом особой социальной важности. Огромное значение в этом случае придается организациям, которые производят товары, а те, кто уп­равляет и руководит этими организациями, обладают большим престижем. Приходится прилагать огромные усилия для доказательства правомочности действий, будь то любое регулирующее мероприятие правительства, лю­бой налог, любое решение профсоюза, которые похожи на вмешательство в производство, по крайней мере так ут­верждают лица, которых они затрагивают.

Представление о влиянии выбора имеет еще более важные последствия. Оно означает, что процесс выбора - решение приобрести данный продукт, отказаться от дру­гого - есть то, что в совокупности управляет экономической системой. И если выбор общественности есть источ­ник власти, то организации, из которых состоит экономи­ческая система, не могут обладать ею. Они лишь инстру­менты, в конечном счете удовлетворяющие этот выбор. Возможно, самая старая и определенно самая мудрая стратегия для осуществления власти - эхо отрицать факт обладания ею Монархи, включая наиболее жестоких де­спотов, издавна представляли себя простым отражением божественной воли. Затем это подтверждалось господству­ющей религией. В результате поведение монархов, каким бы скандальным, расточительным и губительным для здо­ровья, жизни, жизненных условий и общественной благо­пристойности оно ни было, не могло подвергаться сомне­нию, по крайней мере истинным верующим. Оно служило высшей воле. Современный политик увековечивает тот же инстинкт, когда он объясняет, хотя и неубедительно, что он всего лишь инструмент своих избирателей, что стремится не к осуществлению своих предпочтений, а к общему благу. Явно удалившаяся от религии, экономи­ческая теория, особенно потому, что существует видимая возможность выбора на рынке, тоже изображает коммер­ческую фирму служительницей высшего божества. В ре­зультате фирма не отвечает или несет лишь минимальную ответственность за свод, действия. Она реагирует на боже­ственную волю рынка. Если продукты, которые она производит, или услуги, которые она оказывает, никчемны или смертоносны, причиняют ущерб воздуху, воде, земле или нарушают нормальную жизнь, то не следует винить фирму. Все это отражает выбор общественности. Если люди введены в заблуждение, то это потому, что они сами предпочитают самообман. Если поведение в экономиче­ской сфере кажется иногда неразумным, то это потому, что неразумны люди. Факт нежелательного с социаль­ной точки зрения использования организациями власти в их собственных интересах, таким образом, как злой дух изгоняется или его почти удается изгнать из формальной экономической мысли. Когда в действительности имеет место такое проявление власти, сразу видно, насколько удобна такая непоколебимая вера и сколь выгодно ее насаждение.

Насаждение полезных верований особенно важно вви­ду способа, которым осуществляется власть в современной экономической системе. Он состоит, как отмечалось, в том, чтобы побуждать человека отказаться от целей, к которым он обычно стремится, и осуществлять цели другого лица или организации. Имеется несколько способов добиться этого. Угрозы физических страданий - тюрьмы, кнута, пытки электрическим током - относятся к древней тради­ции. Так же обстоит дело и с экономическими лишения­ми - голодом, позором нищеты, если человек не хочет работать по найму и тем самым принять цели работода­теля. Все большее значение приобретает убеждение, кото­рое состоит в изменении мнения человека таким образом, чтобы он согласился, что интересы другого лица или ор­ганизации выше его собственных. Дело обстоит именно так, поскольку в современном обществе физическое насилие хотя и одобряется до сих пор многими в принци­пе, на практике наталкивается на неодобрение. Кроме то­го, с ростом доходов люди становятся менее уязвимы в отношении угрозы экономических лишений. Соответствен­но убеждение (в формах, которые будут рассмотрены в дальнейшем) превращается в основной инструмент осуществления власти. Для этого жизненно важное значение имеет существование представлений об экономической жизни, которые были бы близки представлениям органи­заций, осуществляющих власть. То же самое относится и к процессу обучения, посредством которого насаждаются такие взгляды. Он или просто направлен па убеждение людей, что цели организации фактически полностью сов­падают с их собственными целями, или подготавливает почву для такого убеждения. Представление об экономи­ческой жизни, при котором люди рассматриваются в ка­честве инструментов для осуществления целей организа­ции, было бы гораздо менее полезно и удобно.

Содействие, которое экономическая теория оказывает осуществлению власти, можно назвать ее инструменталь­ной функцией в том смысле, что она служит не понима­нию или улучшению экономической системы, а целям тех, кто обладает властью в этой системе.



Размер файла: 622.88 Кбайт
Тип файла: rar (Mime Type: application/x-rar)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров