Заказ работы

Заказать
Каталог тем

Самые новые

Значок файла Неразрушающие методы контроля Ультразвуковая дефектоскопия отливок Методические указания к выполнению практических занятий по курсу «Метрология, стандартизация и сертификация» Специальность «Литейное производство черных и цветных металлов» (110400), специализации (110401) и (110403) (6)
(Методические материалы)

Значок файла Муфта включения с поворотной шпонкой кривошипного пресса: Метод. указ. / Сост. В.А. Воскресенский, СибГИУ. - Новокуз-нецк, 2004. - 4 с (7)
(Методические материалы)

Значок файла Материальный и тепловой баланс ваграночной плавки. Методические указания /Составители: Н. И. Таран, Н. И. Швидков. СибГИУ – Новокузнецк, 2004. – 30с (9)
(Методические материалы)

Значок файла Изучение конструкции и работы лабораторного прокатного стана дуо «200» :Метод. указ. / Сост.: В.А. Воскресенский, В.В. Почетуха: ГОУ ВПО «СибГИУ». - Новокузнецк, 2003. - 8 с (8)
(Методические материалы)

Значок файла Дипломное проектирование: Метод. указ. / Сост.: И.К.Коротких, А.А.Усольцев, А.И.Куценко: СибГИУ - Новокузнецк, 2004- 21 с (8)
(Методические материалы)

Значок файла Влияние времени перемешивания смеси на ее прочность в сыром состоянии и газопроницаемость: метод. указ./ Сост.: Климов В.Я. – СибГИУ: Новокузнецк, 2004. – 8 с. (8)
(Методические материалы)

Значок файла Вероятностно-статистический анализ эксперимента: Метод. указ. / Сост.: О.Г. Приходько: ГОУ ВПО «СибГИУ». – Новокузнецк. 2004. – 18 с., ил. (8)
(Методические материалы)

Каталог бесплатных ресурсов

Я не свидетель. Г. Глазов

     - Ну что, Ефим Захарович, закончил? - спросил прокурор области.

     Левин понял оба смысла этого вопроса - и прямой и второй, подспудный,

поскольку  они  были  связаны  между  собой:  он,  прокурор  следственного

управления Старорецкой областной прокуратуры, еще несколько месяцев  назад

предупредил руководство, что как только закончит дело по поводу ограбления

кооператива "Мода", сразу же уходит на пенсию. Дело он завершил, и  сейчас

пухлые тома лежали на столе перед шефом, чтобы через  день-другой  уйти  в

суд. И потому потаенный  смысл  вопроса  означал:  "Все-таки  уходишь?  Не

передумал?" Нет, не передумал. Ему шел  шестьдесят  второй  год.  Тридцать

пять лет он в сущности занимался одним и тем же изо дня в день: выезды  на

место  происшествия,  допросы,   контроль   за   следствием   в   районных

прокуратурах.   Его   поднимали   звонки   по   ночам,    когда    работал

прокурором-криминалистом, и сонный, с еще затуманенной головой, помаргивая

от рези в покрасневших глазах, ополоснутых сильно хлорированной водой,  он

садился в фургончик спецмашины и ехал на место происшествия - в  дождь,  в

слякоть, в  мороз,  в  распутицу,  и  по  гладкому  шоссе,  и  по  тряским

колдобинам проселка; звонки выдергивали его из-за праздничных  застолий  -

под Новый год, на Первомай или на Октябрьские. Спецмашина  увозила  его  с

концерта в филармонии; в летние воскресные дни тот же "рафик" приезжал  за

ним на речной пляж или на лесную поляну,  где  он  отдыхал  с  семьей  или

друзьями (дежурного по прокуратуре обычно ставил в  известность,  где  его

искать...) Нет, он не передумал.  Он  устал  обшаривать  и  переворачивать

трупы, присутствовать на вскрытиях и при обысках чужого  жилья,  ездить  и

летать в чужие города и возвращаться с сумками и  чемоданчиками,  набитыми

изъятыми рублями, долларами,  фунтами,  золотом,  бриллиантами,  ножами  и

пистолетами. Он устал от ругани с милицией, знал, до какого  уровня  упала

там  квалификация  сыщиков  и  следователей,  знал,   как   бегут   оттуда

профессионалы из-за мизерной зарплаты, убогого оснащения.  Нет  серьезного

конкурсного отбора, способная молодежь не очень-то рвется пахать за гроши,

а потому пробивается больше случайных малообразованных людей.  Но  входить

во все эти чужие печали он не мог, потому что над ним  висело  начальство,

изрекавшее:  "Найти!"  И  потому,  ругая  милицию  за   промахи,   ошибки,

вынужденную (субъективную или объективную) нерасторопность, он в  сущности

ругал не милицию, а Систему. Не мог он каждый раз входить в их  положение,

как не входили в его положение те, кто стоял над  ним...  От  всего  этого

Левин  устал.  Жена,  едва  ему  исполнилось  шестьдесят,  начала  давить:

"Хватит! Сколько можно?! Уходи! Хоть для себя, для семьи поживи. С  голоду

не умрем". Он пообещал, что "вот-вот" уйдет. Но прошло еще  полтора  года,

за которые ничего  не  изменилось,  разве  что  увеличилась  преступность,

однако теперь, закончив дело по кооперативу "Мода", он сказал себе: "Все!"

     - Не передумали, Ефим Захарович? - спросил прокурор области.

     Они сидели в  его  большом  кабинете.  Был  полдень,  но  от  густого

снегопада за окнами в комнате стало сумеречно.

     - Нет. Я уже дома всем объявил. Там такие планы строят! В особенности

внук.

     - Внука в садик водить?

     - А что? Моцион.

     - Ну что ж, - вздохнул прокурор, - оформляй, проводим, как  положено.

Что хочешь в подарок на память?

     - Красную папку с золотыми буквами, - усмехнулся Левин.

     - Это мы умеем.... Здесь все в порядке,  чисто?  -  хлопнул  прокурор

ладонью по томам дела.

     - По-моему, все в порядке...

     Еще час Левин болтался в прокуратуре, заходил то в один, то в  другой

кабинет, затем отправился домой. По дороге зашел в парикмахерскую, очередь

была небольшая, он сел ждать.

     - Следующий! - услышал он и пошел к  освободившемуся  креслу.  -  Что

носите? - спросила парикмахерша, заталкивая ему за ворот салфетку.

     - Низкую "польку".

     Руки у нее после мытья были холодные, и он слегка поежился. Когда она

уже сушила голову феном, его охватила вдруг дремота.

     Слипались веки, и, боясь уснуть, Левин стал  поглядывать  на  себя  в

зеркало. Худое бесцветное лицо уставшего человека, лоб от  залысин  высок,

но волосы густые, пышные, был убежден, что сохранил их потому, что никогда

не пользовался шампунями, а только мылом. Под серыми в коричневую крапинку

глазами  тяжелые  мешки,  какие-то  прожилки  на  скулах.  "Как  еще   это

изменится? Катаракта, тугоухость, начнут  выпадать  зубы?"  -  подумал  он

невесело и удивленно вспомнил, что девочек в его жизни  до  женитьбы  было

немало, нравился. Он скосил глаза, отыскал в  зеркале  отражение  вешалки.

Синее из плащевки пальто с меховой подстежкой и шапка были  на  месте.  Он

знал, что жулье заглядывает в парикмахерские...

     - Бреетесь сами, дома? - прервала его раздумья парикмахерша.

     - Да.

     - Боитесь СПИДа?

     - Нет. Привычка.

     - Все ополоумели с этим спидом. Вон, маникюрша, без работы сидит.

     "То ли еще будет!" - мысленно усмехнулся он.

     Одеваясь, Левин затянул пояс потуже, пальто на размер или два больше.

Он был худ, и жена не любила на нем вещи в обтяжку, покупала и  пальто,  и

куртки, и свитера - чтобы были посвободнее, немножко полнили...

     Домой Левин пошел пешком, по дороге зашел в аптеку, где жена работала

провизором. Он увидел ее сквозь широкое  с  окошечком  стекло.  В  глубине

стояли столы с колбами, ретортами, весами и еще  какими-то  склянками,  за

которыми колдовали три женщины в  белых  халатах.  Одна  из  них,  заметив

Левина, что-то сказала другой - немолодой, в очках, и та,  подняв  голову,

кивнула ему, мол, я сейчас, подожди. Потом она вышла к нему, спросила:

     - Ты домой?

     - Да.

     - Обед на плите.

     - Хорошо.

     - Ну, что, закончил? - и посмотрела ему в глаза, радуясь и сочувствуя

ему, вроде жизнь его кончилась и начнется доживание.

     - Закончил.

     - Будешь оформлять пенсию?

     - После того, как пройдет в суде.  Мало  ли  что,  могут  вернуть  на

доследование, - это решение возникло только что, неожиданно.

     - Ну и пусть доследуют. Без тебя не смогут, что ли!

     - Неудобно.

     - Смотри сам, что тебе удобно, что неудобно...  Ладно,  иди,  у  меня

много работы...

     Дома он поел из одной тарелки сперва суп, а потом  гречневую  кашу  с

куском отварного мяса, вымыл тарелку,  полистал  газеты,  лежа  на  тахте.

Потом Левин прошел в комнату,  служившую  спальней  и  кабинетом,  включил

настольную лампу, выдвинул ящики письменного стола и начал там рыться.  За

этим занятием его застала  жена.  Он  слышал,  когда  она  вошла,  хлопнув

дверью, слышал, как снимала  сапоги.  Теперь,  стоя  в  дверном  проеме  в

старенькой мутоновой шубе, в чулках, спросила о внуке:

     - А где Сашенька?

     - Женя повела его на утренник в Дом офицеров. Виталий звонил.

     - Что ты ищешь?

     - Бумажки, справки. То, что понадобится.

     - Она подошла ближе. Левин помог снять шубу.

     - Принеси тапочки, - попросила.

     Когда, водрузив  шубу  на  вешалку,  он  вернулся  с  тапочками,  она

участливо сказала:

     - Не нервничай,  Фима.  Когда-то  же  надо  уходить.  Все  люди  так.

Как-нибудь проживем, с голоду не умрем. Твоя пенсия, я еще работаю...

     - Я не  нервничаю,  просто...  -  и  он  подумал,  что  действительно

материальная сторона не так уж беспросветна: на юрфаке в  университете  он

читал курс криминалистики, имел дипломников, вел  практические  занятия  в

школе милиции...



Размер файла: 438.29 Кбайт
Тип файла: txt (Mime Type: text/plain)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров