Заказ работы

Заказать
Каталог тем

Самые новые

Значок файла Зимняя И.А. КЛЮЧЕВЫЕ КОМПЕТЕНТНОСТИ как результативно-целевая основа компетентностного подхода в образовании (4)
(Статьи)

Значок файла Кашкин В.Б. Введение в теорию коммуникации: Учеб. пособие. – Воронеж: Изд-во ВГТУ, 2000. – 175 с. (5)
(Книги)

Значок файла ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ КОМПЕТЕНТНОСТНОГО ПОДХОДА: НОВЫЕ СТАНДАРТЫ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ (6)
(Статьи)

Значок файла Клуб общения как форма развития коммуникативной компетенции в школе I вида (11)
(Рефераты)

Значок файла П.П. Гайденко. ИСТОРИЯ ГРЕЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ В ЕЕ СВЯЗИ С НАУКОЙ (12)
(Статьи)

Значок файла Второй Российский культурологический конгресс с международным участием «Культурное многообразие: от прошлого к будущему»: Программа. Тезисы докладов и сообщений. — Санкт-Петербург: ЭЙДОС, АСТЕРИОН, 2008. — 560 с. (16)
(Статьи)

Значок файла М.В. СОКОЛОВА Историческая память в контексте междисциплинарных исследований (15)
(Статьи)

Каталог бесплатных ресурсов

Дорога скорби. Д. Фрэнсис

      Беда работы детектива -- а я  уже почти пять лет занимался этим делом

-- в том, что порой случайно открываешь факты, которые ломают жизнь людям.

      Он был моим другом,  этот всеобщий любимец, а я усадил его  на скамью

подсудимых.

      Решение действовать в  соответствии с тем,  что я узнал,  стоило  мне

многих дней душевных мук. Я прошел дорогу скорби до конца -- от недоверия к

самому себе,  через  отрицание и гнев к решимости -- и печали. Я горевал по

человеку, которого, как  мне верилось, знал  и который оказался  иным,  чу-

жим... подлым. Мне было бы куда легче оплакивать его смерть.

      Скандал  затронул  многих. Пресса, инстинктивно и дружно вставшая  на

защиту моего друга, устроила мне, его обвинителю, невыносимую жизнь. На ип-

подромах, где  я главным образом  и работал, старые знакомые отвернулись от

меня. Любовь, поддержка и утешение изливались на него, а во мне видели объ-

ект  ненависти.  Я знал, что этому  настанет  конец. Надо просто терпеть  и

ждать.

      В то утро, на которое  было  назначено  начало судебного разбиратель-

ства, мать моего друга покончила с собой.

      Эта новость добралась до зала суда в Ридинге, в Беркшире, когда пред-

седатель, облаченный в мантию, уже выслушал первые заявления сторон. Я, как

свидетель обвинения, ждал своей очереди в пустой комнате.  Один из служащих

подошел ко мне, чтобы сообщить о самоубийстве и известить, что  судья отло-

жил слушание на один день и что я могу идти домой.

      -- Бедная женщина! -- воскликнул я с неподдельным ужасом.

      Несмотря на предполагаемую беспристрастность, симпатии служащего  ос-

тавались на  стороне обвиняемого. Он  неприязненно посмотрел на меня и ска-

зал, что я должен буду вернуться сюда на следующее утро, ровно в десять ча-

сов.

      Я покинул комнату и медленно двинулся по коридору к выходу. По дороге

меня догнал старший юрист коллегии.

      -- Его мать заказала номер в отеле и выбросилась с шестнадцатого эта-

жа, -- сказал он без предисловий. -- Она  оставила  записку, что  не сможет

пережить грядущего позора. Что вы об этом думаете?

      Я взглянул в темные умные глаза Дэвиса Татума,  неуклюжего толстяка с

гибким и быстрым умом.

      -- Вы знаете это лучше, чем я.

      -- Сид! -- выдохнул он. -- Скажите мне, что вы об этом думаете.

      -- Возможно, он изменит тактику защиты.

      Татум расслабился и слегка улыбнулся.

      -- Вы занимаетесь не той работой.

      Я покачал головой.

      -- Я ловлю рыбу. Ваши парни ее потрошат.

      Он добродушно усмехнулся. Я отправился на вокзал, чтобы  сесть на по-

езд и через полчаса прибыть в Лондон, а там поймать такси и проехать на нем

последнюю милю до  дома.  Джинни Квинт, думал я  по  дороге. Бедная, бедная

Джинни Квинт, выбравшая  смерть, которую она предпочла вечному стыду. Хлоп-

нуть дверью -- и все. Конец слезам. Конец горю.

      Такси остановилось на  Пойнт-сквер (рядом с Кадоган-сквер), где я жил

на первом этаже в доме с балконом, выходящим в садик.  Как  обычно, на этой

небольшой уединенной площади  было тихо и малолюдно. Резкий октябрьский ве-

тер рвал листья с деревьев,  и  время  от  времени они падали на землю, как

мягкие желтые снежные хлопья.

      Я выбрался из машины и расплатился с водителем через окно.  Когда по-

вернулся, чтобы пересечь тротуар и пройти несколько шагов до входной двери,

человек, который вроде бы мирно шел  мимо, яростно рванулся ко мне и взмах-

нул длинной черной металлической  трубой  с явным намерением размозжить мне

голову.

      Я скорее угадал, нежели  увидел  направление первого опасного удара и

успел отклониться ровно  настолько, чтобы пострадало плечо, но голова оста-

лась целой. Человек заорал как бешеный, и я принял второй удар на вскинутое

для защиты предплечье. Затем я  с  силой  схватил  его за запястье и сбил с

ног. Он  растянулся на тротуаре,  выронив свое оружие. Он выкрикивал оскор-

бления, ругаются и угрожал убить меня.

      Такси все еще стояло рядом, мотор работал, а водитель безмолвно смот-

рел на все это, раскрыв рот, пока я не рванул заднюю дверь и не ввалился на

сиденье. Сердце глухо стучало. Что было неудивительно.

      -- Поехали, -- нетерпеливо сказал я.

      -- Но...

      -- Поехали. Вперед. Пока он не поднялся и не перебил вам стекла.

      Водитель быстро закрыл рот и вцепился в рычаги.

      -- Послушайте, -- возмущенно сказал он, полуобернувшись ко  мне, -- я

ничего не видел. Это  мой последний рейс на сегодня, я обычно  заканчиваю в

восемь и еду домой.

      -- Поезжайте, -- сказал я. Мысли путались.

      -- Ну... ладно, куда ехать?

      Хороший вопрос.

      -- Он не похож на грабителя, -- обиженно заметил водитель.  -- Только

нынче никогда нельзя сказать наверняка. Он ведь вас  сильно ударил. Похоже,

он вам руку сломал.

      -- Поезжайте, ладно?

      Водитель был здоровенный лондонец  лет  пятидесяти, но совсем не Джон

Буль, и по тому, как он  качал головой, и по подозрительным взглядам, кото-

рые он бросал на меня в зеркало, я понимал, что он не хочет оказаться заме-

шанным в мои дела и ждет не дождется, когда я вылезу из машины.

      Я знал  только одно место, куда  стоило бы поехать.  Моя единственная

гавань, которая много раз становилась моим убежищем.

      -- Паддингтон, -- сказал я. -- Пожалуйста.

      -- То есть к Святой Марии? В госпиталь?

      -- Нет. На вокзал.

      -- Но вы же только что оттуда! -- возразил он.

      -- Да, но, пожалуйста, отвезите меня обратно.

      Слегка приободрившись, он развернул машину и поехал к Паддингтонскому

вокзалу, где снова заверил меня, что он ничего не видел, ничего не слышал и

ни во что не собирается вмешиваться, понятно?

      Я расплатился  и отпустил  машину, и если и запомнил  ее номер, то по

привычке.

      Я всегда ношу с собой на поясе мобильный телефон, и  теперь, неспешно

прогуливаясь по пустой платформе, я набрал номер человека, которому доверял

больше всех  в мире, --  отца моей бывшей жены, контр-адмирала королевского

флота в отставке Чарльза Роланда, и, к моему глубокому облегчению,  он под-

нял трубку после второго гудка.

      -- Чарльз, -- сказал я дрогнувшим голосом.

      Последовала пауза, затем он спросил:

      -- Это ты, Сид?

      -- Можно мне приехать?

      -- Конечно. Ты где?

      -- Паддингтон. Я поеду на поезде, потом возьму такси.

      -- Боковая дверь  не  заперта, --  спокойно  сказал Чарльз и  положил

трубку.



Размер файла: 492.27 Кбайт
Тип файла: txt (Mime Type: text/plain)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров