Заказ работы

Заказать
Каталог тем

Самые новые

Значок файла Зимняя И.А. КЛЮЧЕВЫЕ КОМПЕТЕНТНОСТИ как результативно-целевая основа компетентностного подхода в образовании (2)
(Статьи)

Значок файла Кашкин В.Б. Введение в теорию коммуникации: Учеб. пособие. – Воронеж: Изд-во ВГТУ, 2000. – 175 с. (3)
(Книги)

Значок файла ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ КОМПЕТЕНТНОСТНОГО ПОДХОДА: НОВЫЕ СТАНДАРТЫ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ (4)
(Статьи)

Значок файла Клуб общения как форма развития коммуникативной компетенции в школе I вида (10)
(Рефераты)

Значок файла П.П. Гайденко. ИСТОРИЯ ГРЕЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ В ЕЕ СВЯЗИ С НАУКОЙ (11)
(Статьи)

Значок файла Второй Российский культурологический конгресс с международным участием «Культурное многообразие: от прошлого к будущему»: Программа. Тезисы докладов и сообщений. — Санкт-Петербург: ЭЙДОС, АСТЕРИОН, 2008. — 560 с. (12)
(Статьи)

Значок файла М.В. СОКОЛОВА Историческая память в контексте междисциплинарных исследований (13)
(Статьи)

Каталог бесплатных ресурсов

Накануне. Н.Г. Кузнецов

"Память сохранила в моей душе воспоминания о родной деревне не суровые,

а, скорее, нежные - цветущие заливные луга, аромат свежего сена.

     Родился я 24 июля 1904 года  на  Севере  в  суровом  краю  трудолюбивых

людей,  сдержанных  и  добрых,  в  крестьянской  семье.  Деревня   Медведки,

раскинувшаяся в низине между речкой Ухтомка, впадающей в Северную  Двину,  и

густым вековым лесом, находилась в 25 километрах от  города  Котлас  и  была

оторвана от всего мира. Старики рассказывали, что деревню назвали Медведками

потому, что когда-то давно возле ее околицы бродили медведи да  волки.  Так,

наверное, и было.

     Новые дома стали строиться на горе. Туда постепенно переселялись все из

старой деревни. И наша изба стала мала для разросшейся семьи. Она простояла,

очевидно, полсотни лет. Выстроена была еще моим дедом из толстенных  бревен.

Такие  рубленые  высокие  дома  с  подклетями  строились  в  дореволюционной

северной стороне.

     Мне было четыре года, когда наша семья переселялась на другое место,  в

новый дом. Отлично помню день переезда. По старому обычаю, все  двинулись  к

новому дому, неся с собой нехитрый скарб - кто что. Я нес помело  и  замыкал

шествие. Мне сказали, что на помеле должен сидеть  домовой,  который  всегда

живет где-то  под  печкой  и  в  день  переезда  последним  покидает  старое

пепелище. Я ехал на длинном шесте, как на коне, не без робости, но и не  без

детской гордости.

     Годом  позже,  весной,  наша  речушка  Ухтомка  настолько  разбухла  от

половодья, что однажды прорвала плотину и разрушила деревенскую  мельницу  -

кормилицу  окрестных  крестьян.  Это  запомнилось  на  всю  жизнь.  Взрослые

побежали туда. Дети и подростки тоже бросились к мельнице. Все были поражены

увиденным. Еще вчера там был большой пруд, к берегу которого мы,  маленькие,

боялись даже подойти близко, а теперь можно было увидеть лишь речку Ухтомку,

прижавшуюся к одному берегу, да отдельные лужи-озерки, в которых  оставалась

вода. Мы бежали туда за старшими ребятами, проваливаясь по колено  в  жидкую

грязь. В озерках осталось много рыбы - щук, карасей. Вот и охотились за  ней

старшие ребята. Способ ловли был прост: мутили воду ногами, перемешивая ее с

илом, рыба бросалась к берегу, тут ее и хватали и "старые" и "малые".  Целую

неделю мы бегали туда, пока взрослые не починили плотину и  не  восстановили

мельницу.

     Очень хорошо запомнился сенокос. Это был праздник для всех, а для  нас,

мальчишек, особенный. Все жители  деревни  собирались  на  сенокос.  Женщины

заготовляли продукты, пекли пироги. Девушки брали  лучшие  платья,  парни  -

гармошки. С каким удовольствием перебирались за Северную  Двину  на  больших

лодках - карбасах - устойчивых, с широким днищем и несколькими  веслами!  На

них перевозили все: и лошадей, и телеги, и скарб. Дунет  ветер,  приподнимет

короткую крутую волну, нагонит тучу - девушки  и  женщины  переполошатся,  а

озорные гребцы норовят поставить свою посудину лагом к волне, чтобы  сильнее

качнуло. Нам, мальчишкам, хорошо и весело.

     Перебравшись на другой берег, первым делом начинали строить шалаши. Для

этого выкашивали траву, ставили колы от ивы, переплетали их душистой травой,

оставляя небольшой лаз. На ночь залезали туда. Лаз  закрывали  сеном  -  это

спасало от комаров, а в жаркую погоду там было прохладно.

     Мужчины косили, женщины и девушки ворошили сено граблями и  собирали  в

копны. На долю ребят выпадало возить свежее ароматное сено и водить в ночное

лошадей.

     После ужина молодые веселились. Всю ночь играла  гармонь,  пели  песни.

Утром вставали рано. Пожилые ворчали на не выспавшуюся  молодежь,  с  трудом

поднимавшуюся на работу.

     А если погода портилась и шли долгие дожди, взрослые уезжали в  деревню

- работы там всегда было много. Тогда мы, ребята, оставались одни. Раздолье!

И дожди нипочем.

     Вечерами собирались у костра и пускались рассказывать кто  что  мог.  С

огромным вниманием слушали мы наших  дедушек,  которые  тоже  не  уезжали  в

деревню и часто коротали с нами ночь у костра. Они рассказывали нам  легенды

о нашем крае. Особенно интересны были сказы о Северной Двине, о Тотьме с  ее

храмами на берегах  Сухоны,  похожими  на  корабли  с  колокольнями-мачтами,

плывущими по реке. Оттуда тотьменские мореходы и землепроходцы  отправлялись

на восток через студеные моря, добирались до берегов Америки. Они были среди

тех, кто в 1741 году  открывал  Аляску,  кто  потом  ставил  первые  избы  в

Калифорнии. Слушали мы и об Архангельске, куда приходили большие  корабли  и

пароходы из других стран, о Соловецком монастыре, о том,  как  отцы  и  деды

ездили туда поставить свечку за выздоровление или просить прощение за грехи,

прихватив с собой десяток аршин холста в пользу монахов.

     У меня от таких рассказов замирало сердце. Я поражался всему  и  мечтал

повидать свет, дальние страны, но  об  этом  я  боялся  сказать  даже  своим

сверстникам. В ту пору каждый день приносил что-то новое, приоткрывая окошко

в большой мир.

     Крестьянская жизнь  приучала  нас  к  труду  с  малолетства.  Отец  мне

запомнился только больным. Я как мог старался помогать матери.  Ей  с  двумя

малолетними сыновьями и отцом, который в поле работать не  мог,  приходилось

нелегко,

     Ходил я по грибы, ягоды. Особенно любил собирать  рыжики  -  у  нас  их

обычно солили на зиму целыми кадками. Мать часто поджаривала их с картошкой,

притомив в русской печке. Я очень любил это кушанье. Из  ягод  больше  всего

собирали бруснику. На  зиму  ее  тоже  замачивали  в  большой  кадке.  Чтобы

заполнить кадку до краев, потрудиться приходилось на  совесть.  Этой  наукой

овладевали все наши деревенские мальчишки задолго до школы.

     Всеми крестьянскими работами занимались мать  и  брат  Савватий,  тремя

годами старше меня. Помнится, как отец сокрушался, что Савватию соха не  под

силу, и мечтал купить ему плуг. Когда плуг был куплен, отец повеселел  и,  с

облегчением  вздохнув,  сказал:  "Вот  теперь  я  спокоен,  с  землей  сынок

справится".



Размер файла: 838.83 Кбайт
Тип файла: txt (Mime Type: text/plain)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров