Заказ работы

Заказать
Каталог тем
Каталог бесплатных ресурсов

Это мы, господи!..К. Воробьев

Немец был  ростом  вровень  с  Сергеем.  Его  колючие  поросячьи  глаза

проворно  обежали  высокую  статную  фигуру  советского   военнопленного   и

задержались на звезде ремня

     - Официр? Актив официр? - удивленно уставился он в переносицу Сергея.

     - Лейтенант. .

     - Зо? Их аух лейтнант! {Вот как? Я тоже лейтенант!(нем.)}

     - Ну и черт с тобой! - обозлился Сергей.

     - Вас?

     - Што ви хофорийт? - помог переводчик.

     - Говорю, пусть есть дадут. . за три дня некогда было разу пожрать. .

     ...Клинский стекольный завод был разрушен  полностью.  Следы  недавнего

взрыва, как бы кровоточа, тихо струили  чад  угасшего  пожара.  В  порванных

балках этажных перекрытий четко застревало гулкое эхо шагов  идущих  в  ногу

немцев. Один из них нес автомат в руках У  другого  он  просто  болтался  на

животе.

     - Хальт! - простуженным голосом прохрипел немец.

     Сергей остановился у большого разбитого окна,  выходящего  в  город.  В

окно он видел, как на площади, у памятника Ленину, прыгали немецкие солдаты,

пытаясь согреться На протянутой руке Ильича раскачивалось большое  ведро  со

стекаемой из него какой-то жидкостью

     Конвоирам Сергея никак  не  удавалось  прикурить  Сквозняк  моментально

срывал пучочек желтого пламени с зажигалки, скрюченные от ноябрьского мороза

пальцы отказывались служить.

     - Комт, менш! {Идем, человек}

     Пройдя еще несколько разрушенных цехов, Сергей очутился  перед  мрачным

спуском в котельную.

     "Вот они где хотят меня..." - подумал он  и,  вобрав  голову  в  плечи,

начал спускаться по лестнице, зачем-то мысленно считая ступеньки.

     Обозленными осенними мухами кружились в голове мысли.  Одна  другой  не

давали засиживаться, толкались, смешивались, исчезали и моментально  роились

вновь.

     "Я буду лежать мертвый, а они прикурят... А где политрук Гриша?.. Целых

шесть годов не видел мать!..  Это  одиннадцатая?  Нет,  тринадцатая...  если

переступлю - жив..."

     - Нах линкс! {Налево!}

     Сергей завернул за выступ огромной печи. Откуда-то из глубины кромешной

тьмы слышались голоса, стоны, ругань.

     "Наши?" - удивился Сергей. И сейчас же поймал себя  на  мысли,  что  он

обрадован, как мальчишка, не тем, что услышал родную речь, а потому, что уже

знал: остался жив, что сегодня его не застрелят эти два немца...

     Привыкнув, глаза различили груду тел  на  цементном  полу.  Места  было

много, но холод жал людей в кучу, и каждый  стремился  залезть  в  середину.

Только  тяжелораненые  поодиночке  лежали   в   разных   местах   котельной,

бесформенными бугорками высясь в полутьме.

     - Гра-а-ждане-е-е! Ми-и-лаи-и...  не  дайте-е  по-мере-е-еть!..  О-о-й,

о-о-ох, а-а-ай!-тягуче жаловался кто-то, голосом, полным смертельной тоски.

     - Това-а-рищи-и! О-ох,  дороги-ия-а...  один  глоточек  воды-и...  хоть

ка-а-пельку-у... роди-и-имаи-и!

     - Прими, говорят тебе, ноги, сволочь, ну!

     - Эй, кому сухарь за закурку?..

     - ...и до одного посек, значит... вот вдвоем мы только  и  того...  без

рук... попали к "ему"...

     - Хто взял тут палатку?

     - В кровь исуса мать!..

     - Земляк, оставь разок потянуть, а?

     Разнородные звуки рождались и безответно умирали под  мрачными  сводами

подвала, наполняя сырой вонючий воздух нестройным, неумолчным гамом.

     Сергей, постояв  еще  минуту,  медленно  направился  к  груде  угля  и,

аккуратно подстелив полу шинели, сел на большой  кусок  антрацита.  Волнение

первых минут как-то незаметно улеглось. На смену  явилось  широкое  и  тупое

чувство равнодушия ко всему да голодное посасывание под ложечкой. В  кармане

галифе Сергей нащупал крошки махорки и, осторожно стряхнув его содержимое  в

руку, завернул толстую неуклюжую цигарку.

     "Ну-с, товарищ  Костров,  давайте  приобщаться  к  новой  жизни!"  -  с

грустной  иронией  подумал  он,  глубоко  затягиваясь  терпким   дымом.   Но

сосредоточиться  не  удавалось.  Разрозненные,   одинокие   осколки   мыслей

скользили в памяти и,  легко  совершив  круг,  задерживались,  преграждаемые

одной и неотвязной мыслью: почему он, Сергей, бравировавший на фронте  своей

невозмутимостью под минами немцев, никогда не думавший о возможности смерти,

сегодня вдруг так остро испугался за свою жизнь? Да еще в  каком  состоянии!

Пленный...  когда  желанным  исходом  всего,  казалось  бы,  должна  явиться

смерть... Не все ли равно, какая смерть, каким руслом она ворвется  в  душу,

мозг, сердце... Смерть есть смерть!

     "Значит, просто струсил?!"

     В  памяти  отчетливо  встал  недавний  фронтовой  случай.  Рота  Сергея

занимала богатую деревню недалеко от Клина. Знали, что впереди, в  небольшом

леске, засели немецкие автоматчики, готовя  наступление.  Им  организовывали

встречу. Подходы  к  деревне  были  густо  заминированы,  десять  дээсовских

пулеметов притаились на небольшой поляне, вероятном месте атаки. Ждали.

     Каждый день немцы обстреливали деревню.  С  душераздирающим  воем  мины

тупо рыли улицу и огороды колхозников, наводя ужас на стариков и женщин.

 

     Однажды солнечным октябрьским утром  Сергей  и  политрук  Саша  Жариков

возвращались из штаба батальона.

     - Без трех минут девять, - взглянул на часы политрук, - фрицы и  францы

допивают кофе. В девять ноль-ноль начнется минопускание по нашей вотчине...

     Почти в ту же минуту тишина утра нарушилась диким воем мин.

     - Ии-иююю-у-юю... Гахх! Гахх! Ии-юю-уу-юю...

     - Пожалуй, укроемся, лейтенант?

     Перепрыгнув плетень, зашли в небольшой сад. Под развесистой  грушей,  в

давно заброшенном погребе, сидел ротный писарь и составлял строевую записку.

Одна за другой две мины залетели в сад.

     - Бац, телеграммы! - воскликнул писарь, наклоняясь ,к полу погреба.  То

же самое, как-то невольно, проделали Сергей и политрук.

     - Грешно, комиссар, кланяться каждой немецкой мине, - пошутил Сергей.

     Поднявшись, они  отошли  несколько  шагов  от  ямы,  договорившись:  по

очереди одному падать, а другому стоять при разрывах мин.

     - Потренируем нервишки, а?

     - Пи-и-июю-у-ю! - вдруг слишком близко завыло в воздухе.

     Политрук медленно присел на колени.  Сергей,  зажмурив  глаза,  остался

стоять. Сухой обвальный взрыв огромными ладонями  ударил  в  уши.  Что-то  с

силой рвануло за полы плаща Сергея, крошки недавно  замерзшей  земли  больно

брызнули ему в лицо. Открыв глаза, Сергей увидел плавающие в  воздухе  белые

листки тетради. Колыхаясь и описывая спирали, они медленно садились на седую

от изморози траву, как садятся измученные полетом голуби.  С  самой  верхней

ветки груши бесформенной гирляндой  свисали  какие-то  иссиня-розовые  нити.

Тяжелые бордовые капли, медленно стекали с них.

     - Мина залетела в яму, - проговорил Сергей, - писарь убит, - указал  он

политруку глазами на ветви груши...



Размер файла: 186.49 Кбайт
Тип файла: txt (Mime Type: text/plain)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров