Заказ работы

Заказать
Каталог тем
Каталог бесплатных ресурсов

Тоска по цели как выражение неверия Богу

1. Август 2004 года стал не столько месяцем катастроф, сколько месяцем безумного и бессмысленного террора[1]. Да, это тот же самый революционный террор конца XIX и начала ХХ века. Однако, если в те далёкие (для многих современников тех событий — почти романтические) времена, кукловоды «революционеров-народовольцев», прикрывая истинные цели революционного террора лозунгами «борьбы за освобождение трудового народа», совершали теракты против членов династии, министров и других высокопоставленных чиновников монархического режима, то в XXI веке необходимость такого камуфляжа отпала. Обнажились истинные цели заправил революционного террора и сегодня каждый воочию видит: террор идёт не против сильных мира сего, не против властей предержащих, а против того трудового народа во имя которого он якобы и осуществляется. Это происходит, во-первых, потому что межклановые разборки (монархисты с республиканцами; социалисты с троцкистами и т.д.) на глобальном уровне к началу XXI века закончились, и сильные мира сего в наше время — единая команда, а, во-вторых, террор против простых тружеников идёт не потому, что сильные мира сего хорошо защищены бронированными лимузинами и многочисленной охраной, а простой человек живёт в разрушенной коммунальными реформами квартире и ездит по городу в общественном транспорте. В современном мире ни у кого нет абсолютной и гарантированной защиты: ни у президента, ни у министра, ни у депутата, ни у бизнесмена, ни у простого труженика, ни у боссов «мировой закулисы». Вопрос только в цене: сколько стоит «заказ» той или иной персоны?

Террор всегда дорого стоил, а в прейскуранте террористического интернационала цена на ликвидацию простого человека — самая низкая. Поэтому, чтобы можно было много, а главное — безопасно — «заработать» на терроре, необходимо, чтобы пострадавших в теракте простых людей было как можно больше. Ибо чем их больше, тем сильнее рекламно-пугающее воздействие даже не самого террора, а информации о терроре, идущей с экранов ТВ и других СМИ на толпу. И вдохновителям и исполнителям терактов тем больше заплатят из фонда на мировую революцию, чем большее воздействие окажут СМИ на толпу. Ведь реально количество жертв террора многократно ниже, нежели количество жертв дорожно-транспортных происшествий и обыкновенного бытового пьянства и алкоголизма. Но это — бытовуха, проистекающая из безволия, и потому пугать этой всем привычной повседневной бытовухой обывателя конечно можно, но эффект — не тот. Террор в смысле воздействия на психику обывателя через нагнетание страха, — и на уровне рядовых исполнителей, и на уровне его организаторов, — претендует на выражение «крутой» политической воли и уже потому готовит толпу к состоянию, при котором она сама должна запросить порядка — т.е. диктатуры[2].

И в установлении глобальной фашисткой диктатуры — порубежная историческая цель заправил международного терроризма. После этого обывателю будет предложено, соблюдая «права человека», жить в новом порядке для того, чтобы «жрать», а по существу — работать на те цели, о которых ему знать (с точки зрения заправил проекта) не положено.

 

2. То, что в XXI веке мировой интернационал выступает под зелёными знамёнами «исламского фундаментализма», а не под красными знамёнами марксизма, как это было в конце XIX и на протяжении большей части XX веков, — значения не имеет. Идеи марксизма и «исламского фундаментализма»[3], которые камуфлируют ложные цели человечества, только тогда хорошо «работают», когда опираются на большие деньги. Для того, чтобы чеченские «шахидки» одели пояса с тротилом и пошли на грех самоубийства, отягощённый убийством по сути таких же как и они простых людей, необходимо было сначала убить их мужей, братьев и отцов, чтобы для них исчез традиционный в их культуре смысл жизни. А чтобы их всех поубивать, надо было сначала дать им в руки оружие, иначе убивать их будет не за что. А чтобы они взяли в руки оружие, необходимо было внедрить в их мировоззрение ложные цели типа: борьбы за независимость Чечни; изгнания всех русских из Чечни; борьбы за «исламское государство» и т.д. Но у простого труженика, который живёт от зарплаты до зарплаты, нет денег даже на пистолет, не говоря уж об автомате с патронами, «стингерах», бронемашинах, танках и другой военной технике. Поэтому просто так вся эта военная техника в руках обывателя оказаться не может: кто-то должен был дать на всё это большие деньги.

И «шахидки» в метро, в автобусах и в авиалайнерах — это лишь конечное звено кровавой цепи: «в начале — таимые от толпы цели закулисно правящего меньшинства, потом — иллюзорные идеи, предназначенные всем недовольным в толпе, далее — реальные деньги, затем на полученные деньги  — оружие, после этого — бойцы “сопротив­ления”, и только в самом конце цепи — террористы и террористки и жертвы террора». И в этой цепи одним из главным звеньев, на котором держится вся цепь террористического интернационала, являются деньги. Кто деньги давал? Кто оружие давал? Спокойно ли спится после взрывов в метро Гайдару и членам его правительства? Не снятся ли им ночные кошмары с криками и стонами раненых и предсмертные проклятья пассажиров взорванных авиалайнеров? — Скорее всего спокойно спится и кошмары не снятся, поскольку такого рода субъекты самонадеянны и бессовестны. Но чтобы девушка из трудовой семьи в результате работы этой цепи смерти превратилась в террористку, надо много, очень много денег потратить. А поскольку, как говорил главный прораб перестройки «процесс пошёл...», то сегодня для его остановки необходимо прежде всего остановить денежный поток, питающий террор, чтобы можно было в более или менее спокойной обстановке вести беседы о смысле жизни.

 

3. После взрыва в Москве у станции метро «Рижская» СМИ наперебой дают рекомендации по части того, что нужно сделать, чтобы остановить террор. И многие люди хотя и догадываются, но не в полной мере осознают: всякая, даже самая большая и жестокая война в современном технократическом мире заканчивается, как только заканчивается её финансирование. И война в Чечне также может закончиться довольно быстро после того, как сильные мира сего наложат запрет на её финансирование[4].

Но означает ли это, что террористический интернационал прекратит своё существование? — Нет! Деньги — это условие необходимое, но не достаточное, поскольку и тех, кто даёт деньги на террор, и тех, кто жертвуют собой и другими в террористических акциях, как это ни покажется странным, многое объединяет. И для того, чтобы понять, что представляет собой условие достаточное для прекращения террора, необходимо заглянуть в духовный мир некоторых «выдающихся историков», деятельность которых, по очень точному выражению Бориса Пастернака[5], только создаёт изоляцию на проводе истории, но току истории — она не помеха.

 

4. Жил-был в советские времена такой историк — Михаил Яковлевич Гефтер. Он исповедовал хорошо известные в определённых кругах ещё со времён Великой французской революции и декабристов лозунги «Свободы, Равенства и Братства» и потому в диссидентском и либерально-демократическом окружении пользовался непререкаемым авторитетом. Будучи в какой-то мере провозвестником и идеологом перестройки (сам её прораб — М.С.Горбачёв прислушивался к его советам), тем не менее, оставаясь один на один со своими мыслями, он задавался вопросом: куда же движется современное общество?

«В моём пионерско-комсомольском и более позднем возрасте спросили б меня, что с мощной колониальной системой станет, уйдёт когда-либо это страшилище? Конечно, ответил бы я, исчезнет, когда придёт-утвердится мировая революция... (выделено нами при цитировании). А вот мировой-то нет и в помине, но и колоний тоже. Колониальные империи ушли без возврата, задержавшись лишь малыми остатками».[6]

И хотя историк, судя по его записям, не понимал, что рабство на Земле никуда не исчезло, а приобретало со временем лишь всё более цивилизованные формы; что всё это происходило и в ХХ веке в том числе и потому, что заправилы романтической мировой революции, хотели не искоренить его, а придать ему ещё более изощрённые формы, — тем не менее его пафос по поводу «свободы, равенства и братства», к концу жизни несколько сник.

«А что, люди стали более равными, если сравнить, держа в голове всё “за вычетом”? Да, в чём-то — более равными стали. А в чём-то, очень существенном, очень больном, очень затрагивающем строй души[7], они стали в другом смысле не-равными... И эта неравность мучает — судорогами, войнами родословных, кровопролитиями...[8]»

В 1994 году, в год смерти историка, началась война в Чечне. Но кровь уже лилась и в 1989, и в 1990, и в 1993. Историк не мог не задумываться о причинах войн и кровопролитий после того, как искусственно нагнетаемое противостояние двух систем (капитализма НАТО и лжесоциализма СССР и Варшавского блока) завершилось, но поскольку по своему мировоззрению он оставался атеистом-материалистом, то истинных причин новых войн понять был не в состоянии. Он лишь видел, что по каким-то причинам общество качнулось в идеалистический атеизм, и это обстоятельство вызывало у него вопросы.

«Или: вы видите Папу Римского то в одном конце мира, то в другом. И — миллионы людей перед ним на коленях. Разве мир нынешний стал более верующим[9], чем в прежние времена? Откуда эти миллионы, опускающиеся перед ЭТОЙ верой на колени, а не перед какой-то другой сейчас? Нет, мир, вероятно, не стал более верозависимым. Он, скорее, в чём-то более СТРАДАЛЬЧЕСКИЙ, ЗАДУМЧИВЫЙ. Он — мир, который потерял ЦЕЛЬ. Даже не какую-то определённую, она мнилась надеждой, а оказалась — иллюзией».



[1]  24 августа в Москве произошёл взрыв на автобусной остановке. В ночь с 24 на 25 августа террористы взорвали в воздухе два авиалайнера Ту-134 и Ту-154, в результате чего погибло 90 человек. 29 августа в Чечне сотрудник чешской миссии “Человек в беде” был уличён в соучастии в террористической деятельности — в подрыве бронетранспортёра. 31 августа в Москве террористка-смертница подорвала себя в толпе на улице у станции метро Рижская, в результате чего погибло 9 человек (включая и саму смертницу).

1 сентября в городе Беслане (Северная Осетия) группа террористов в составе 32 субъектов захватили школу в конце торжественной линейки. 1181 человек по данным Министерства народного образования Северной Осетии — школьников, их родственников и учителей, — оказались в заложниках. При захвате школы террористами погибли люди. Более 20 человек были расстреляны террористами «за плохое поведение». Когда днём 3 сентября в среде террористов произошёл какой-то внутренний конфликт и в здании школы прогремели два взрыва, многие заложники вырвались на свободу и попали под огонь из автоматического оружия террористов, по которым ответный огонь открыл спецназ. В итоге 704 человека, раненных и пострадавших (из них 259 детей), были госпитализированы в больницах, количество погибших в результате взрыва спортзала и автоматного огня террористов достигло 323 человек (из них 156 — дети) и ещё несколько человек умерло от полученных ранений впоследствии. Тела 30 убитых в ходе боя террористов были обнаружены по завершении операции. (Сноска добавлена 5 сентября 2004 г.).

[2] Вопрос только в том, что представления толпы о вожделенной диктатуре, и диктатуре, которая реально ей может быть предложена, могут существенно отличаться.

[3] О каком исламе как основе культуры можно вести речь вне арабского языкового ареала? — вне его подавляющее большинство, полагающих, что они мусульмане, не знают смысла Коранического откровения или отгораживаются от него соблюдением ритуальной обрядности, а в делах житейских полагаются на мнения «религиозных авторитетов», среди которых есть и те, кто стал между человеком и Богом и учит доверившихся ему заблудших тому, против чего направлен смысл Коранического откровения.

[4] Другой вопрос в том, что их к этому принудит.

[5] История — это изоляция на проводе, но току истории она не мешает.

[6] Здесь и далее цитируются отрывки из книги, состоящей из автобиографических и дневниковых записей М.Я.Гефтера «Там, где сознанию узко и больно», которые опубликованы в газете «Московские новости» № 32, 2004 г., под общим названием «Тоска по цели».

[7] «Строй души» — ну почти что термин Концепции общественной безопасности — «тип строя психики». Т.е. затронуть проблему нравоучитель М.Я.Гефтер — затронул, а в содержание её — вдаваться не стал. Почему? — Потому что существуют внутренние запреты на раскрытие такого рода проблематики, которые выражаются у разных людей по разному: от непонимания смысла того, что человек сам же пишет или говорит, до прямого осознанного отказа вдаваться в рассмотрение психологически неприятной темы под предлогом «это не моего ума дело».

[8] По сути историк либерально-индивидуалистического толка, скорее всего неосознанно, затронул проблему какого-то иного неравенства,  отличного от неравенства социального, против которого вели борьбу революционеры прошлых веков. И его мучают опасения, что этот тип неравенства может стать источником новых войн и кровопролитий.

[9] Верующим в кого или кому? Этот вопрос, как будет показано ниже, — не праздный, но у историка он не возник.



Размер файла: 50 Кбайт
Тип файла: doc (Mime Type: application/msword)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров