Заказ работы

Заказать
Каталог тем

Самые новые

Значок файла Основы микропроцессорной техники: Задания и методические указания к выполнению курсовой работы для студентов специальности 200400 «Промышленная электроника», обучающихся по сокращенной образовательной программе: Метод. указ./ Сост. Д.С. Лемешевский. – Новокузнецк: СибГИУ, 2003. – 22 с: ил. (5)
(Методические материалы)

Значок файла Организация подпрограмм и их применение для вычисления функций: Метод. указ./ Сост.: П.Н. Кунинин, А.К. Мурышкин, Д.С. Лемешевский: СибГИУ – Новокузнецк, 2003. – 15 с. (3)
(Методические материалы)

Значок файла Оптоэлектронные устройства отображения информации: Метод. указ. / Составители: Ю.А. Жаров, Н.И. Терехов: СибГИУ. –Новокузнецк, 2004. – 23 с. (3)
(Методические материалы)

Значок файла Определение частотных спектров и необходимой полосы частот видеосигналов: Метод указ./Сост.: Ю.А. Жаров: СибГИУ.- Новокузнецк, 2002.-19с., ил. (2)
(Методические материалы)

Значок файла Определение первичных и вторичных параметров кабелей связи: Метод. указ./ Сост.: Ю. А Жаров: СибГИУ. – Новокузнецк, 2002. – 18с., ил. (2)
(Методические материалы)

Значок файла Операционные усилители: Метод. указ. / Сост.: Ю. А. Жаров: СибГИУ. – Новокузнецк, 2002. – 23с., ил. (3)
(Методические материалы)

Значок файла Моделирование электротехнических устройств и систем с использованием языка Си: Метод указ. /Сост. Т.В. Богдановская, С.В. Сычев (8)
(Методические материалы)

Каталог бесплатных ресурсов

Сергей ЛУКЬЯНЕНКО. БЛИЗИТСЯ УТРО

Часть первая

 

Священный город

 

Глава первая, вкоторой я удостаиваюсь высочайшей чести, но радости от того не испытываю

 

     Плащ на мне был богатый,шелковый, с капюшоном, лицо скрывающим.

     Хоть и церковная одежда,простого шитья и цветов неярких, а сразу видно - не простой послушник ее носит.Китайские шелка дорого стоят, есть чем гордиться.

     И веревка, которой мои рукиза спиной связаны, - шелковая.

     Тоже повод для гордости,наверное?

     Если уж начистоту, то это ине веревки, а поясок от того плаща, что на мои плечи накинут. И завязали егобыстро, небрежно, и не годится скользкий шелк на путы, а вот уже десять минут яна ходу пальцами шевелю, пытаюсь узел ослабить - не выходит! Не так простысвятые братья, как кажутся...

     Хотя чем бы мне распущенныйузел помог? В Урбисе, городе в городе, резиденции Юлия, Пасынка Божьего...

     Да еще с двумя спутниками,что вели меня по бесконечным коридорам, крепко под локти поддерживая. Состороны, наверное, виделось все мирно и обыденно: молодые послушники помогаютидти старенькому священнику, погруженному в благочестивые раздумья...

     Вот только не было во мнесейчас ни капли благочестия. Может, от того, что затылок ныл и в голове все ещеплыл тягучий звон. А скорее от того, что я прекрасно понимал - ничего хорошегоменя впереди не ждет.

     - Ступенька, святой брат, -сказал тот, кто шел справа. Беззлобно сказал, даже заботливо.

     А что уж им на менязлобиться? Теперь-то...

     В щель капюшона видел ятолько маленький кусочек пола. Идти это не помогало, но все какое-торазвлечение. Долго мы идем, и все время разный вид.

     Вначале, как из каретывыбрались, под ногами был простой камень. Гладко пригнанный, чистовыскобленный, но камень - без затей. Потом деревянные полы длинных галерей.Потом мраморные, с инкрустацией, дворцовые. Потом поверх мрамора легли мягкиековры.

     Все богаче и богаче...

     Хотя какая разница, чтоногами топчешь?

     Главное - самому под чужиеноги не лечь...

     - Стойте, святой брат... Этотот, что слева. По переменке говорят. Я стоял послушно, только пальцысвоевольничали: играли с узлом, пытались гладкий шелк поддеть да распустить. Апослушник справа позвенел ключами - судя по звону, хорошая бронза на ключипошла, отворил дверь.

     - Ступенька, святой брат...

     Странно. Я уж ожидал, чтоскоро под ногами самшит и красное дерево окажутся, бирюзой и стальюинкрустированные. Ошибся, снова простой камень...

     Меня вели куда-то вниз, вподвалы.

     Сердце застучало сбивчиво итревожно.

     Нет, я снисхождения не ждал,ко всему готовился, но не так сразу!

     - Куда вы меня ведете? - невыдержал я. Конечно, ответа не было. Только пальцы конвоиров сжались крепче.

     Вот так...

     Шли мы по лестнице, довольнопологой, но тянулась она так долго, что до поверхности сейчас было метровдесять, не меньше. Самое место для пыточных камер: никакие крики не долетят додворцов Урбиса, не потревожат праведников.

     Сжал я губы покрепче и решил, что большезадавать вопросов не стану.

     Умел жить - умей и умереть.

     Еще три раза гремели ключи.А вот людей нам не встретилось, и тишина стояла мертвая. Не похоже на пыточныекамеры: самому искусному палачу нужны подручные, а инструмент, к делуготовящийся, шум издает немалый.

     Умом я понимал - успокаиваюсебя. Но так хотелось в худшее не верить! Это в самой природе человеческой:неизбежному противиться, надежды строить. И ведь помогает порой. Вот когда вегипетской пирамиде у меня фонарь потух, придумал я сам себе утешение - попамяти, мол, выйду, память у меня хорошая...

     И пошел.

     И вышел... выполз на третийдень.

     Только совсем не через тотлаз, через который в гробницу забрался. Через какой-то другой, никому неизвестный.

     Умирать никогда не хочется.Вот потому и надеешься на лучшее - до конца, - Садитесь, святой брат.

     Меня толкнули в плечи, и яупал на жесткое сиденье. Впрочем, подлокотников, к которым положено рукиприкручивать, не было, и это радовало.

     Минуту было тихо. Конвоирыстояли молча и не шевелясь, будто и нет их.

     Только дышали чересчургромко.

     А потом скрипнула где-товпереди дверь. Вспыхнул свет - яркий, будто от газовых рожков или ацетиленовыхламп. Раздались шаги... и мои конвоиры будто забыли дышать.

     - Снимите с него капюшон.

     Сказано было негромко ивроде бы мягко. Но с такой властностью!

     Капюшон с меня сдернуливмиг, в четыре руки. Наверное, и голову оторвут так же радостно, еслипотребуется...

     Поморгал я, озираясь,привыкая к яркому свету и пытаясь понять, где очутился.

     Нет, на пыточную камеру непохоже.

     Вообще ни на что не похоже!

     Маленький круглый зал, вдольстен - череда газовых рожков, на потолке - древняя, потемневшая, совсем ужнеразборчивая мозаика. Стены каменные, пол каменный. Я сижу на короткойдеревянной скамье без спинки, конвоиры мои рядом застыли. Впереди точно такаяже скамья, простая и жесткая, из темного от времени дерева. И на ней сидитчеловек: пожилой, все лицо в морщинах, лоб с залысиной, глазки подслеповатые,навыкате, будто сонные...

     Простой человек в белоймантии, в белой тиаре...

     - Освободите ему руки.

     Говорил он, почти неразжимая губ. Будто каждое его слово - драгоценность, и неизвестно еще,достойны ли мы услышать сказанное.

     А ведь так оно и есть!

     Преемник Искупителя, главаЦеркви Юлий сидел передо мной.

     То, что мне не давалось, усвятых братьев проблем не вызвало... Шелковый поясок развязался вмиг.

     - Уходите.

     Святые братья склонилиголовы - и беззвучно ускользнули в ту дверь, через которую привели меня.

     Мы остались наедине.

     И месяца не прошло с техпор, как был я удостоен чести лицезреть епископа Ульбрихта. Помню, как бросилсяперед ним на колени, припал к руке, прощения и благословения прося...

     А сейчас будто выжгло во мнечто-то. Будто остыло. Сижу перед Пасынком Божьим и не шевелюсь...

     - Понимаю... - сказал Юлий.Посмотрел куда-то в сторону, вздохнул. - Назови свое имя.

     - Ильмар.

     - Ты вор? - так же сонно, скучно спросилПасынок Божий. Он слегка картавил, как человек, долго пытавшийся от косноязычияотучиться, но так до конца и не преуспевший.

     - Да... ваше святейшество.

     - На Печальных Островах тыпомог бежать с каторги мальчику по имени Маркус?

     - Да... ваше святейшество.

     - Ты знал тогда, что Маркус- младший принц Дома?

     - Нет.

     Пасынок Божий опустил веки ибудто вообще задремал. Я потихоньку оглянулся. Да быть того не может, чтобыменя, каторжника и душегуба, оставили наедине с самим Юлием!

     Но никого, кроме нас, встранной этой комнате не было. И никаких амбразур, сквозь которые меня наприцеле держат, я тоже не увидел. Может, смотрел плохо?

     - Почему ты его спас? -пробормотал Юлий. - А? Почему...

     Вроде бы он и вопроса незадал, так, в воздух произнес. Но я ответил:

     - Он мне помог бежать.

     - Помог, а дальше? - Тощиеплечи под белой мантией вздрогнули. - Зачем потом спасал, правды не зная?

     - Сестра-Покровительницазавещала товарищей не бросать...

     - Чтишь Сестру... Этохорошо. - Брат Юлий посмотрел на меня:

     - А Искупителя - чтишь?

     - Чту.

     - Верю, - легко согласилсяЮлий. - Поглядеть, такты Достойный сын Церкви.

     Как же дошел до жизни такой?

     - Какой? - тупо спросил я.

     Пасынок Божий помолчал.Потом спросил, с ноткой интереса:

     - Знаешь, где мы с тобойбеседуем? Я замотал головой.

     - Это часовня, в которойкороновали Искупителя на римский престол. Вокруг нее весь Урбис строился. Это -сердце веры, Ильмар. Эта комната невзрачная, для беглого взгляда убогая, -основа Державы. Она, а не великие монастыри, пышные храмы, огромные соборы.

     Меня дрожь пробила. Вот чегоне ждал... А Пасынок Божий продолжал:

     - Немногие удостоены честисюда войти. Еще меньше тех, кто на эти скамьи садился. На одной из них сиделсам Искупитель... вот только на какой - неведомо. Даже мне.

     Он снова на меня посмотрел.Странная у него манера, глянул - будто коснулся... и тут же взгляд отдернул.

     - За что мне такая честь? -спросил я.

     - Скажи правду, вор Ильмар,- моего нахального вопроса Пасынок Божий будто и не заметил. Не заметил, ноответ дал... - Здесь, в сердце веры, в символе Урбиса, ты не посмеешь сказатьне правды. Ответь... - Снова быстрый взгляд - только теперь Пасынок Божий глазне отвел, впился в меня взглядом, и голос его окреп, набрал силу:

     - Кем ты считаешь Маркуса,бывшего принца Дома?

     - Искупителем... - прошепталя. Пасынок Божий Тонко сжал губы. Спросил:

     - Почему?

     - Он Слово Изначальноеузнал... - начал я. - Разве простому человеку оно дастся?

     Молчал Юлий, смотрел в пол,опять будто задремав. Но я к такой его манере уже привыкать стал и ждалтерпеливо.

     И дождался:

     - Скажи, брат мой во Сестреи Искупителе, Ильмар-вор... А почему же Церковь с таким усердием ищет повсюдуневинное дите, в котором дух Искупителя приют нашел?

     Перевел я дыхание, собралсяс силами и ответил, как думал:

     - Изначальное Слово -власть, ваше святейшество. Ключ ко всем Словам, что были, и есть, и будут. Ковсем богатствам, что в Холоде спрятаны.

     - Что же с того?

     - Кто Изначальным Словомвладеет, тот будет миром править... - пробормотал я. - А это и для мирскихвладык - соблазн, и... и для Церкви Святой.

     - Ильмар-вор... - начал былоЮлий, да замолчал в раздумье. Потом голову поднял и будто только меня увидел -спросил:

     - А расскажи-ка мне, Ильмар,что случилось в городе Неаполе, где встретился вам офицер Стражи Арнольд.

     Расскажешь?

     Пустой вопрос, все я ужесказал, еще на первом допросе... Плоть слаба: как стал мне итальянский искусник"Белую розу, красную розу" показывать, так и рассказал, уже натретьем белом лепестке во всех грехах признался.

     - Расскажу, - кивнул я.

     Хорошо хоть не с самогоначала повелел Пасынок Божий рассказывать. С гиблой каторги на ПечальныхОстровах, откуда мы с Маркусом бежали, планер похитив и летунью Хелен принудивдо материка нас доставить. С города Амстердама, где на меня облаву устроили игде стал я свидетелем проступка Арнольда, офицера Стражи - в горячке схваткисобственного напарника убившего. А больше всего не хотелось мне рассказывать,да и просто вспоминать, как святые братья во Сестре и в Искупителе друг другаубивали... и как я одного из них убил...



Размер файла: 244.68 Кбайт
Тип файла: rar (Mime Type: application/x-rar)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров