Освобождение от наказания в связи с болезнью Проблема освобождения осужденных от наказания в связи с болезнью с каждым годом становится в нашей стране все более острой. Состояние здоровья многих лиц, отбывающих наказание в местах лишения свободы, крайне неудовлетворительно. Согласно данным на 1 января 1999 г., в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации содержится 92 тыс. заключенных, больных туберкулезом в открытой форме. Более 17 тыс. больных туберкулезом в открытой форме содержались в изолированных участках обычных исправительных колоний, а свыше 3 тыс. находились в общей массе осужденных, увеличивая тем самым ряды больных*(1). К настоящему моменту в лучшую сторону ситуация, увы, не изменилась. Как отмечает А. Санников, заболеваемость туберкулезом и смертность от него в местах лишения свободы во всех странах мира обычно "многократно превышает аналогичные показатели среди всего населения"*(2). В уголовно-исполнительной системе страны функционируют 119 больниц различного профиля и 64 лечебных исправительных учреждения. Для лиц, страдающих открытой формой туберкулеза, не хватает 10 тыс. коек в больницах мест лишения свободы и 20 тыс. коек - в исправительных колониях. Добавим к армии больных туберкулезом 2700 ВИЧ-инфицированных осужденных и немалое число страдающих иными тяжкими болезнями. При этом в местах лишения свободы медицинское оборудование, как правило, устарело, оно часто выходит из строя. Вследствие этого выявление новых больных туберкулезом часто происходит с опозданием. Не хватает и медикаментов. Только 10-12% средств, необходимых для финансирования медицинской службы мест лишения свободы, обеспечивается государством. Начальник медицинского управления Минюста РФ А. Коновец отмечает, что "недостаточное обеспечение учреждений лекарственными средствами не позволяет проводить комплексное лечение больных туберкулезом и психическими расстройствами. В учреждениях зачастую отсутствует минимально необходимый набор лекарственных препаратов"*(3). Вспомним также о недостаточном питании осужденных в местах лишения свободы. А. Коновец пишет: "Резко снижает результативность лечебного процесса и сводит на нет усилия медицинских работников недостаточное питание осужденных, которое по калорийности значительно ниже установленных минимальных норм. Белковосодержащие продукты в суточном рационе составляют менее 40% от необходимого количества, обеспечивающего нормальную жизнедеятельность организма. хроническое недоедание, замена продуктов питания на биологически менее ценные приводит к росту случаев дистрофии осужденных"*(4). В УК РСФСР 1960 г. не было нормы, позволявшей освобождать виновных от наказания по болезни. Она была необоснованно включена в УПК РСФСР 1960 г. (ст.362 "Освобождение от отбывания наказания по болезни"). В первоначальной редакции этой статьи предусматривалось освобождение больных только от наказания в форме лишения свободы. В 1971 г. текст данной нормы был изменен, и она стала предусматривать "освобождение от дальнейшего отбывания наказания" (т. е. не только в форме лишения свободы) "в случае, когда осужденный во время отбывания наказания заболел хронической душевной или иной тяжкой болезнью, препятствующей отбыванию наказания". Заметим, что в большинстве союзных республик бывшего СССР освобождение от наказания по болезни было регламентировано в уголовно-процессуальных кодексах, и лишь в Литве, Латвии и Эстонии - в уголовных кодексах. В уголовном кодексе РФ 1996 г. также имеется статья "Освобождение от отбывания наказания в связи с болезнью" (ст.81), однако содержание ее шире, чем указано в заглавии. Она предусматривает не только освобождение от наказания по болезни, но и освобождение от уголовной ответственности, а также замену одного наказания другим. И все эти варианты объединены одним основанием - заболеванием лица, совершившего преступление. таким образом, содержание ст.81 УК РФ не соответствует ее названию. В статье 81 УК РФ идет речь об освобождении лица, совершившего преступление, "от наказания". Но это не означает, что имеется в виду освобождение от всех уголовных наказаний. Исключение составляют следующие наказания, исполнение которых не зависит от наличия заболевания у осужденного: лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью; лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград. Представляется, что в законе должно быть прямо сказано об этом. Необходимо отметить, что ст.81 УК РФ различает два вида заболеваний: психическое расстройство, лишающее лицо возможности сознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими (ч.1 ст.81), и заболевание иной тяжелой болезнью, препятствующей отбыванию наказания (ч.2 ст.81). Чаще всего подобные заболевания являются хроническими, но могут быть и временными. В уголовном законодательстве некоторых стран освобождение от наказания возможно только при наличии хронического заболевания. так, в п.6 ст.59 уголовного закона Литовской республики определено, что освобождение от наказания возможно только при наличии неизлечимого тяжелого заболевания осужденного. Перечень заболеваний, наличие которых является основанием для освобождения от наказания по болезни, утвержден приказом министра внутренних дел СССР от 30 октября 1987 г. N 213 "О порядке представления осужденных к освобождению от отбывания наказания по болезни" (с изменениями, внесенными приказом МВД СССР от 11 апреля 1991 г. N 119). Этот приказ был согласован с Министерством здравоохранения СССР. Как обоснованно отмечает А.С. Михлин, "регламентация этого вопроса в ведомственном акте представляется правильной, ибо успехи медицины постоянно меняют представления о тяжести и излечимости заболеваний, характере их течения и т. п., что должно приводить по мере необходимости к изменению перечня"*(5). Необходимо отметить, что при разработке упомянутого перечня не были учтены особенности различных отбываемых осужденными наказаний. хотя совершенно очевидно, что характер и тяжесть заболевания, являющиеся основанием освобождения от наказания по болезни лица, лишенного свободы, должны существенно отличаться от характера и тяжести заболевания, наличие которого позволяет освободить осужденного от наказания в виде исправительных работ. Кстати, специфика различных видов наказаний, от отбывания которых возможно освобождение по болезни, недостаточно подробно отражена в ст.81 УК РФ. Здесь специально выделены только наказания, отбываемые военнослужащими, а в остальном тексте речь идет о безликом "наказании". Согласно установленному порядку, заключение о наличии тяжелого заболевания дается врачебной комиссией, мнение которой оценивается судом, решающим вопрос об освобождении заболевшего лица от отбывания наказания. В части 1 ст.81 УК РФ определено, что лицо, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, освобождается от наказания. В приведенном предписании допущены неточности. Прежде всего лицо в описанном состоянии не подлежит уголовной ответственности. Поэтому об освобождении от наказания не может быть и речи. А нет осуждения - нет и наказания, от которого можно освободить лицо, совершившее преступление. Данный вывод подтверждается сопоставительным анализом ч.1 и 2 ст.81 УК РФ с ч. 4 той же статьи. В последней части определено, что "лица, указанные в частях первой и второй настоящей статьи, в случае их выздоровления могут подлежать уголовной ответственности (выделено мной. - Ю.т.) и наказанию". Совершенно очевидно, что уголовную ответственность могут нести только те лица, которые не осуждались. К тому же в ч. 4 ст. 81 УК РФ установлено, что лица, перечисленные в ч. 1 и 2 этой статьи УК РФ, могут подлежать уголовной ответственности и наказанию, если не истекли сроки давности, предусмотренные ст.78 и 83 УК РФ. Напомним, ст. 78 УК РФ регламентирует освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности. В свете приведенных доводов представляется ошибочной позиция Судебной коллегии Верховного Суда РФ, которая полагает, что в подобных ситуациях осуществляется освобождение от наказания. Верховный Суд Северной Осетии - Алании, признав доказанным совершение Джанхотовым общественно опасных деяний, предусмотренных ч.2 ст.209, ч.3 ст.126, ч.3 ст.102 и другими статьями УК РФ, 30 апреля 1998 г. освободил его от уголовной ответственности на основании ст.19, ч.1 и 4 ст.81, п."б" ч.1 ст.97, п."б" ч.1 ст.99 УК РФ и применил к нему принудительные меры медицинского характера с лечением в психиатрическом стационаре общего типа. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в своем протесте поставил вопрос об отмене рассматриваемого решения в связи с неправильным применением закона. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 26 января 1999 г. этот протест удовлетворила, определение Верховного Суда республики Северная Осетия - Алания отменила и дело передала на новое судебное рассмотрение. Коллегия указала, что в соответствии с ч.1 ст.81 УК РФ лицо, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, освобождается от наказания*(6). Но в рассматриваемом случае лицо не осуждалось и наказание ему поэтому не назначалось. Как можно освободить от наказания, которого не было?! Лица, о которых упоминает ч.1 ст.81 УК РФ, еще не предстали перед судом, ибо они не могут нести уголовную ответственность вследствие своего психического расстройства. Они были вменяемы на момент совершения преступления, но затем потеряли возможность оценивать суть уголовной ответственности и исполнять или отбывать наказание, подвергаться мерам карательно-воспитательного характера. А.В. Наумов справедливо отмечает, что "фактически указанные лица обладают всеми признаками, относящимися как к юридическому, так и к медицинскому критериям невменяемости (ст.21 УК РФ)"*(7), но затем он оговаривается: "однако они не могут быть признаны таковыми вследствие того, что, как известно, состояние невменяемости устанавливается на момент совершения лицом преступления, а указанные лица заболели психическим расстройством уже после совершения преступления"*(8). Не игра ли это в слова? Имеются фактические основания для признания лица невменяемым, но таковым он не является, так как рассматриваемые признаки невменяемости возникли после совершения преступления. Представляется обоснованным распространение понятия невменяемости и на момент решения вопроса об уголовной ответственности. Нельзя одни и те же обстоятельства - медицинский и юридический критерии невменяемости - брать в основу определения различных правовых категорий. Невменяемость, определяемая на момент совершения преступления, безусловна; безусловна также невменяемость, возникающая впоследствии, после совершения лицом деяния, в результате возникновения хронического, неизлечимого психического заболевания. Временное заболевание психической болезнью рассматриваемой категории лиц влечет их освобождение от уголовной ответственности до момента выздоровления. В тексте части 1 ст.81 УК РФ допущена еще одна неточность. Здесь идет речь о лице, не осознающем "фактический" характер своих действий. Это указание ошибочно. Лицо иногда в состоянии осознавать "фактический" характер своих действий. Человек, страдающий тяжкой душевной болезнью, может, например, понимать, что если горящую спичку положить на бумагу, то она загорится ярким светом, будет тепло и весело. Еще приятнее зажечь стог соломы. Однако суть в другом: такое лицо не осознает общественной опасности своих действий*(9). Рассматриваемая проблема правильно решена в уголовных кодексах многих стран мира. так, в соответствии с ч.1 ст.31 УК Республики Польша не совершает преступления тот, кто из-за психического заболевания, умственной отсталости или иного расстройства психической деятельности не может во время совершения деяния понимать его значение или руководить своими действиями. Как уже отмечалось, если тяжкая душевная болезнь в рассматриваемом варианте неизлечима, лицо, ею страдающее, безусловно освобождается от уголовной ответственности. Другое дело, если подобным заболеванием поражается лицо, отбывающее наказание. В подобной ситуации применяется освобождение от неотбытой части срока наказания. Освобождение от уголовной ответственности или отбывания наказания лиц, заболевших психической болезнью, возможно лишь в тех случаях, когда такая болезнь носит тяжелый характер, а не является психозом, неврозом или каким-либо иным относительно нетяжелым психическим расстройством. Ибо не всякое психическое расстройство сопряжено с тем, что больной перестает осознавать общественную значимость своих действий или руководить ими. В соответствии с ч.1 ст.101 УИК РФ в уголовно-исполнительной системе для медицинского обслуживания осужденных организуются лечебно-профилактические учреждения: больницы, специальные психиатрические и туберкулезные больницы, медицинские части. Например, в г. Смоленске для излечения лиц, страдающих психическими болезнями, функционирует больница, рассчитанная на 3200 осужденных. При освобождении от наказания лица вследствие его душевного расстройства решающее значение имеет характер заболевания, его тяжесть. такое освобождение не связано ни с тяжестью совершенного преступления, ни с какими-либо иными обстоятельствами. Если это хроническая душевная болезнь, то каким бы ни было по своему характеру преступление, совершенное осужденным до заболевания, он уже не может отбывать наказание, подвергаться карательно-воспитательному воздействию. также не имеет значения для решения вопроса о досрочном освобождении психически больного срок отбытого им наказания, его поведение, наличие нарушений режима и т. д. В перечень заболеваний, являющихся основанием для представления осужденных к освобождению от отбывания наказания, включено шесть видов и несколько подвидов психических расстройств, от шизофренических психозов до расстройства личности (психопатии). О распространенности тех или иных психических заболеваний в известной мере можно судить по результатам одного из исследований, посвященного освобождению от наказания рассматриваемой категории лиц. Из 122 освобожденных от наказания по болезни 82 страдали шизофренией, 21 - эпилепсией, 19 - органическим повреждением головного мозга травматической этимологии*(10). Необходимо отметить, что в ряде случаев эта категория больных не подвергалась в период следствия судебно-психиатрической экспертизе. В одних случаях у них отсутствовали какие-либо выраженные психопатологические проявления, в других - преступления были совершены больными в период длительной ремиссии, не исключающей вменяемости. Впоследствии под влиянием неблагоприятной ситуации, связанной с фактом лишения свободы, у них проявились явные признаки душевной болезни. Суд, освобождая лицо в связи с психическим расстройством, может назначить принудительные меры медицинского характера (ч.1 ст.81 УК РФ). Выбор вида таких мер (от амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра до принудительного лечения в психиатрическом специализированного типа учреждении) зависит от тяжести заболевания и от опасности заболевшего для общества (см. ст.97-104 УК РФ). Досрочное освобождение от неотбытой части срока наказания осужденных, заболевших после совершения преступления иной тяжелой болезнью, предусмотрено ч.2 ст.81 УК РФ. Этот вид освобождения от отбывания наказания имеет принципиальные отличия от освобождения от наказания вследствие психического расстройства. Лицо, заболевшее "иной тяжелой болезнью", остается в здравом уме и может подвергаться ряду мер карательно-воспитательного воздействия. В части 2 ст.81 УК РФ говорится о заболевании лица "после совершения преступления иной тяжелой болезнью, препятствующей отбыванию наказания". Следовательно, дальнейшее отбывание наказания становится нецелесообразным и противоречащим принципу гуманизма. Какие критерии кроме заболевания положены в основу такого освобождения от отбывания наказания, в законе не указано. Вместе с тем эта проблема была правильно решена в ст.362 УПК РСФСР: при освобождении от дальнейшего отбывания наказания "лиц, заболевших тяжкой болезнью, кроме лиц, заболевших душевной болезнью, судья учитывает тяжесть совершенного преступления, личность осужденного и другие обстоятельства". Модельный уголовный кодекс также предлагает для решения рассматриваемого вопроса учитывать "тяжесть совершенного преступления, личность осужденного, характер заболевания и другие обстоятельства" (ч.2 ст.81). Такая формулировка включена в ч.2 ст.79 УК таджикской Республики, определяющую основания освобождения по болезни лица, совершившего преступление. На практике при решении вопроса о досрочном освобождении от наказания лиц, заболевших иной тяжелой болезнью, учитывается также, какую часть срока отбыл осужденный (чем больше этот срок, тем более вероятным становится освобождение) и его дисциплинированность. Лица, умышленно заражающие себя тяжелыми болезнями, например туберкулезом, а также лица, занимающиеся самолечением, не могут рассчитывать на освобождение от наказания по болезни. так как лица, заболевшие иной тяжелой болезнью, освобождаются досрочно, т. е. до окончательного достижения целей наказания, соответствующее решение должно приниматься особенно осторожно и обдуманно. Нельзя забывать и о том, что в местах лишения свободы есть специальные лечебно-профилактические учреждения, в некоторых из которых могут содержаться тяжело больные осужденные, не потерявшие в связи с заболеванием опасности для общества. Отметим, что ст.374 УПК Грузинской ССР и ст.360 УПК Армянской ССР запрещали применять освобождение от наказания к лицам, заболевшим в результате умышленного самоповреждения. Очевидно, что освобождение от неотбытой части срока наказания некоторых осужденных, заболевших тяжелой болезнью, может поставить их в безвыходное положение, если у них, например, нет постоянного места жительства, родных или близких и т. д. А среди лиц, лишенных свободы, таких немало. По данным 10-15-летней давности, в мужских колониях общего режима 4% осужденных не имели постоянного места жительства, в тюрьмах - 7,5%, в колониях строгого режима - 11%, в колониях особого режима - 23%. Еще хуже обстояли дела в женских колониях. В женских колониях общего режима - 15,5% осужденных не имели постоянного места жительства, а в колониях строгого режима - 33,5%*(11). Есть все основания полагать, что в настоящее время число бездомных, лишенных свободы, увеличилось. Одним из уродливых последствий развития рыночных отношений в нашей стране является увеличение числа бродяг, не имеющих определенного места жительства - бомжей. В немалой мере это явление вызвано и распадом СССР, в результате которого многие россияне были вынуждены покинуть территорию бывших союзных республик. Многие из них стали беженцами, не имеющими жилья. Имеются и иные причины, порождающие это явление. Необходимо обратить внимание на то, что в ч.2 ст.81 УК РФ речь идет о лицах, заболевших после совершения преступления "иной тяжелой болезнью". Следовательно, если лицо, страдающее тяжелой болезнью, совершило преступление (болезнь не помешала этому), то оно не может рассчитывать на досрочное освобождение от наказания по болезни. Освобождение от наказания по болезни осуществляется лишь в тех случаях, когда есть основания полагать, что освобожденный не совершит преступления вновь. Как определено в ч.4 ст.81 УК РФ, лица, освобожденные от уголовной ответственности и наказания вследствие заболевания, в случае их выздоровления могут подлежать уголовной ответственности и наказанию, если не истекли сроки давности привлечения к уголовной ответственности (ст.78 УК РФ) или давности исполнения приговора (ст.83 УК РФ). Следовательно, в ч.1 и 2 ст.81 УК РФ установлены два вида освобождения от уголовной ответственности и наказания: безусловный при неизлечимости болезни и условный при излечении лица от заболевания*(12). Согласно части 4 ст.81 УК РФ, указанные лица могут быть освобождены от уголовной ответственности или наказания. Иными словами, при решении подобных вопросов состояние здоровья лица не предопределяет обязательное его освобождение от уголовной ответственности или наказания. Однако какими дополнительными критериями должен руководствоваться суд, в законе не указано. Это осложняет реализацию судом предписания ч.4 ст.81 УК РФ. Напомним, что УК РФ, регламентируя все виды условного осуждения и условного освобождения от наказания (ст.74, 79 и 82), устанавливает определенные требования в течение испытательного срока к поведению лиц, к которым эти институты применялись. Несоблюдение данных требований перечисленными лицами является основанием для отмены условного осуждения и условного освобождения от наказания. Суду целесообразно было бы предоставить право налагать на лиц, перечисленных в ч.4 ст.81 УК РФ, такие, например, обязанности: не уклоняться от курса лечения, не менять без надлежащего разрешения места жительства и т. п. В соответствии с ч.4 ст.81 УК РФ испытательный срок рассматриваемых видов условного освобождения от уголовной ответственности и наказания равен сроку давности привлечения к уголовной ответственности (ст.78 УК РФ) или срокам давности отбывания наказания (ст.83 УК РФ). В статье 81 УК РФ не решен вопрос о том, какие последствия должны наступить при совершении освобожденными по болезни лицами новых преступлений. Представляется, что к наказанию за новое преступление необходимо в подобных случаях присоединять неотбытую часть срока наказания, от отбывания которой лицо было освобождено по болезни. Вместе с тем следует предусмотреть в ст.81 УК РФ, как это сделано в ст.73 УК таджикской Республики, обязательный зачет в срок отбытого наказания того времени, в течение которого к указанным в этой статье лицам применялись предусмотренные законом принудительные меры медицинского характера. Итак, в основу освобождения от наказания лиц, заболевших иной тяжелой болезнью, положено три критерия: а) медицинский (наличие тяжелой болезни); б) уголовно-правовой (учитываются характер и степень общественной опасности совершенного осужденным преступления, тяжесть назначенного судом наказания, наличие прежних судимостей); в) уголовно-исполнительный (учитывается часть срока наказания, отбытая осужденным, и его поведение в течение этого периода). Факультативным критерием является учет социально-бытовых условий, в которых окажется осужденный после освобождения от наказания по болезни (например, такие обстоятельства, как отсутствие у него постоянного места жительства или родственников и иных близких ему лиц, которые могут за ним ухаживать, и т. д.). В части 3 ст.81 УК РФ определено, что военнослужащие, отбывающие арест либо содержание в дисциплинарной воинской части, освобождаются от отбывания наказания в случае заболевания, делающего их негодными к военной службе. Это единственное основание для освобождения военнослужащих от дальнейшего отбывания названных наказаний. Неотбытая часть наказания может быть заменена им более мягким видом наказания. Рассматриваемое освобождение военнослужащих от наказания безусловно. Поэтому их выздоровление не может привести к отмене освобождения от исполнения наказания, о чем свидетельствует ч.3 ст.81 УК РФ. Заболевание осужденных данной категории может быть и нетяжким. Важно другое - оно препятствует несению воинской службы. таким заболеванием, например, может быть перелом ноги, приведший к хромоте. Основным нормативным актом по определению годности к военной службе является Положение о военно-врачебной экспертизе, утвержденное постановлением Правительства РФ от 20 апреля 1995 г. N 390 (с изменениями от 22 октября 1998 г.). Вместе с тем в ч.1 ст.51 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 53-ФЗ "О воинской обязанности и военной службе" определено, что увольнению с военной службы подлежат в том числе военнослужащие, проходящие военную службу по контракту на воинской должности, для которой штатом предусмотрено воинское звание до старшего прапорщика или старшего мичмана включительно, или проходящие военную службу по призыву, в связи с признанием их военно-врачебной комиссией ограниченно годными к военной службе. Следовательно, как негодность к несению военной службы, так и ограниченная годность к ней и сопряженное с этим увольнение с военной службы являются основаниями для освобождения лица, отбывающего арест на гауптвахте или находящегося в дисциплинарной воинской части, от наказания или замену этого наказания другим, более мягким. Лицо, не являющееся военнослужащим, лишено возможности отбывать эти наказания. таким образом, существует коллизия между предписаниями ч.1 ст.1 и ч.3 ст.81 УК РФ. Напомним, что в соответствии с ч.1 ст.1 УК РФ уголовная ответственность (а следовательно, и освобождение от нее или ее составных частей, например, наказания) регламентируется только УК РФ. Частью 3 ст.81 УК РФ предусмотрена возможность как освобождения от наказания в виде ареста или содержания в дисциплинарной воинской части рассматриваемой категории лиц, так и замена неотбытой части этих наказаний другим, более мягким, наказанием. В каких случаях следует применять освобождение от неотбытой части срока наказания, а в какой - замену, закон не определяет, что осложняет решение этого вопроса на практике. Вероятно, при этом необходимо учитывать срок военной службы, качество этой службы, характер заболевания и т. д. Военнослужащий может отбывать наказание в виде ограничения по военной службе (ст.51 УК РФ). Однако в ч.3 ст.81 УК РФ о возможности освобождения военнослужащего, отбывающего это наказание, или о замене неотбытой части срока другим, более мягким, наказанием вследствие признания осужденного негодным (или ограниченно годным) к военной службе, не упоминается. Этот пробел в законе можно восполнить расширительным толкованием ч.3 ст.81 УК РФ. Если можно освободить от наказания заболевшего военнослужащего, отбывающего наказание в дисциплинарной воинской части, то тем более допустимо такое освобождение при отбывании менее тяжкого наказания - ограничения по военной службе. Именно поэтому в ч.1 ст.148 УИК РФ предусмотрена возможность освобождения от наказания в виде ограничения по военной службе или его замена военнослужащему, увольняемому с военной службы вследствие заболевания. Эта норма уголовно-правового характера необоснованно включена в УИКРФ, тогда как ее место - в УК РФ. В части 2 ст.174 УИК РФ определено, что осужденные военнослужащие, отбывающие наказание во время прохождения военной службы, в случае возникновения предусмотренных законодательством Российской Федерации оснований для увольнения с военной службы могут быть в установленном порядке досрочно освобождены судом от наказания с заменой неотбытой части наказания более мягким видом наказания или без таковой. В соответствии с ч. 1 этой статьи речь идет об ограничении по военной службе, аресте и содержании в дисциплинарной воинской части. такое увольнение с военной службы, например, может быть осуществлено в соответствии с п."е" ч.1 ст.51 закона "О воинской обязанности и военной службе". В указанной норме определено, что военнослужащий подлежит увольнению с военной службы в связи с вступлением в законную силу приговора суда о назначении военнослужащему наказания в виде лишения свободы. К сожалению, предписание ч.2 ст.174 УИК РФ "повисло в воздухе": в УК РФ нет такой нормы, на основании которой была бы возможна рассматриваемая замена или освобождение от наказания. Составной частью исполнения обязательных работ (ст.49 УК РФ), исправительных работ (ст.50 УК РФ) и ограничения свободы является участие осужденных в трудовом процессе. Вследствие этого возникает проблема освобождения лиц, отбывающих эти наказания, не только при их заболевании психическим расстройством или иной тяжелой болезнью, но и при потере ими трудоспособности или при достижении ими пенсионного возраста, а также при наличии беременности у женщин. Обратимся прежде всего к п.7 ст.175 УИК РФ, в котором определено, что в случае признания лиц, отбывающих перечисленные наказания, инвалидами I или II группы, орган, исполняющий наказание, начальник учреждения или органа, исполняющего наказание, вносят представление в суд о досрочном прекращении исполнения наказания. Если же у женщины, отбывающей рассматриваемые наказания, наступает беременность, то, согласно предписанию ч.8 ст.175 УИК РФ, в суд вносится представление об отсрочке отбывания ею наказания со дня предоставления ей отпуска по беременности и родам. Обратим внимание на то, что рассматриваемые предписания ст.175 УИК РФ носят уголовно-правовой характер и их следовало бы поместить в УК РФ. А как решает эту проблему УК РФ? В соответствии с ч.4 ст.49 УК РФ обязательные работы не назначаются лицам, признанным инвалидами I и II группы, беременным женщинам, женщинам, имеющим детей в возрасте до восьми лет, мужчинам и женщинам пенсионного возраста. Расширительное толкование этой нормы приводит к выводу о том, что лица, ставшие инвалидами в процессе отбывания такого наказания, достигшие пенсионного возраста, а также указанные категории женщин в соответствии с ч.4 ст.49 и ч.2 ст.81 УК РФ подлежат досрочному освобождению от отбывания наказания. Предписание ч.8 ст.175 УИК РФ об отсрочке исполнения обязательных работ для беременных женщин со дня предоставления им отпуска по беременности и родам противоречит ч.4 ст.49 УК РФ. К ним необходимо применять не отсрочку, а освобождение от отбывания обязательных работ. Как определено в ст.50 УК РФ, исправительные работы состоят из обязательного выполнения осужденным в течение срока, определенного в приговоре суда, трудовых функций и удержания из заработка осужденного в доход государства сумм в размере, установленном приговором суда в пределах от 5 до 20%. В части 4 той же статьи указано, что в случае тяжелой болезни осужденного, препятствующей отбыванию наказания, уголовно-исполнительная инспекция направляет в суд представление об освобождении его от отбывания наказания. Вместе с тем в законе обойден вниманием вопрос об освобождении от отбывания исправительных работ лиц, ставших инвалидами I и II группы. А они не могут в обязательном порядке привлекаться к труду. Напомним, что в ч.3 ст.27 УК РСФСР 1960 г. предусматривалась замена исправительных работ штрафом для лиц, признанных нетрудоспособными. Аналогичное положение содержится в ч.2 ст.52 УК Республики таджикистан. В части 2 ст.81 УК РФ говорится о возможности освобождения от наказания лиц, заболевших тяжелой болезнью, препятствующей отбыванию наказания. Препятствует отбыванию наказания, например, инвалидность I и II группы. Собственно, это и определено в ч.7 ст.175 УИК РФ. Более того, по нашему мнению, к причинам, препятствующим исполнению исправительных работ, относится также достижение осужденным пенсионного возраста. Отметим, что, согласно ч.4 ст.52 УК Республики таджикистан, к лицам, достигшим пенсионного возраста, это наказание неприменимо. Вопрос о судьбе беременных женщин и женщин, имеющих детей в возрасте до восьми лет, при исполнении исправительных работ в ст.50 УК РФ не решен. Обратимся вновь к ст.52 УК Республики таджикистан. В ней установлен запрет на применение исправительных работ к беременным женщинам и "лицам, находящимся в отпуске по уходу за ребенком". Великолепное предписание закона. В юридической литературе распространено мнение о том, что ограничение свободы является новым, не встречавшимся в прошлом уголовным наказанием. Вместе с тем отмечается, что предусмотренное ст.24.2 УК РСФСР условное осуждение к лишению свободы с обязательным привлечением осужденного к труду отличается от ограничения свободы своей условностью*(13). Этот вывод ошибочен, и термин "условное" был применен в ст.24.2 УК РСФСР необоснованно. Данное наказание осужденные отбывали безусловно и, по сути, по тем режимным правилам, которые установлены в ст.47-60 УИК РФ. Следовательно, условное осуждение к лишению свободы с обязательным привлечением осужденного к труду являлось безусловно отбываемым ограничением свободы. От его отбытия, например, было возможно условно-досрочное освобождение, которое, как известно, применялось и применяется лишь при реальном отбывании наказания (см. ст.53 УК РСФСР). Как определено в ч.5 ст.53 УК РФ, ограничение свободы не назначается лицам, признанным инвалидами I и II группы, беременным женщинам, женщинам, имеющим детей в возрасте до восьми лет, и лицам, достигшим пенсионного возраста, а также военнослужащим, проходящим военную службу по призыву. Следовательно, наступление у осужденного инвалидности в процессе отбывания ограничения свободы, достижение им пенсионного возраста и т. д. являются основаниями для освобождения их от отбывания наказания в соответствии с ч.2 ст.81 УК РФ. такой вывод объясняется тем, что ограничение свободы предполагает обязательное привлечение осужденных к труду. К тому же они отбывают это наказание, находясь на собственном иждивении. В части 3 ст.51 УИКРФ указано: одежда, белье и обувь приобретаются осужденными самостоятельно. Питание также оплачивается осужденными из собственных средств (ч. 4 ст. 51 УИК РФ)). В соответствии с п."а" ч.1 ст.58 УК РФ колонии-поселения являются местами лишения свободы. Однако там отсутствуют два обязательных для режима места лишения свободы признака, установленные в ст.82 УИК РФ: охрана и изоляция осужденных. По сути, режимные правила ограничения свободы почти тождественны режимным правилам лишения свободы (см. ст.50 и 129 УИК РФ). В колониях-поселениях осужденные также находятся на своем иждивении. Как отмечалось, условное осуждение к лишению свободы с обязательным привлечением осужденного к труду, т. е. к ограничению свободы, как было установлено в ст.24.2 УК РСФСР, не применялось к инвалидам I и II группы, к беременным женщинам, женщинам, имеющим на иждивении детей в возрасте до двух лет, и к лицам пенсионного возраста. В статье 100.1 ИТК РСФСР предусматривалось освобождение осужденных от отбывания рассматриваемого наказания по инвалидности I и II группы. Из приведенных данных напрашивается вывод: освобождение от отбывания наказания лиц, отбывающих наказание в колониях-поселениях, по болезни, инвалидности и т. д. следует осуществлять по тем же правилам, что и при исполнении ограничения свободы. Согласно ч.4 ст.368 УПК РСФСР, вопрос о досрочном освобождении от наказания по болезни разрешается постановлением судьи районного (городского) народного суда по месту отбывания наказания осужденным независимо от того, каким судом был вынесен приговор. уголовное дело при этом не истребуется. В местах лишения свободы сложилась практика, согласно которой, прежде чем передать материалы в суд о досрочном освобождении по болезни, больных помещают на стационарное лечение, которое проводится в специальных медицинских учреждениях, находящихся в ведении Минюста РФ, а в некоторых случаях и в медицинских учреждениях органов здравоохранения. В том случае, если это лечение не дало положительных результатов, осужденный подвергается освидетельствованию специальной ведомственной врачебной комиссией для выявления у него тяжелой болезни, препятствующей отбыванию наказания. В заключении комиссии должны быть указаны: диагноз, тяжесть заболевания, результаты проведенного лечения и предполагаемый исход болезни. Кроме того, врачи должны указать, препятствует ли тяжкое заболевание возможности отбывания осужденным наказания. Для суда это заключение имеет характер рекомендации*(14). Если в результате освидетельствования комиссия придет к выводу о том, что заболевание не предусмотрено в перечне болезней, дающих основание для постановки вопроса об освобождении от дальнейшего отбывания наказания, об этом сообщается осужденному под расписку. В статье 81 УК РФ имеется серьезный пробел: в ней не решена проблема освобождения от дополнительного наказания в связи с болезнью. Это упущение должно быть ликвидировано путем расширительного толкования данной статьи. Совершенно очевидно, что лица, заболевшие хронической душевной болезнью, должны освобождаться не только от основного, но и от дополнительного наказания. Цели дополнительного наказания в подобных ситуациях недостижимы. Вопрос об освобождении осужденных, заболевших иной тяжелой болезнью, от дополнительного наказания должен решаться с учетом конкретных обстоятельств дела. В ряде случаев освобождение таких лиц от дополнительных наказаний, например, от штрафа, лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, необоснованно. Ю.М. Ткачевский, заслуженный деятель науки РФ, доктор юрид. наук, профессор ------------------------------------------------------------------------- *(1) Преступление и наказание. 1999. N 7. С. 9. *(2) Санников А. Медико-социальные проблемы в уголовно-исполнительных системах различных стран // Преступление и наказание. 1999. N 3. С. 66. *(3) Коновец А. Необходима полнокровная медицинская служба // Преступление и наказание. 1999. N 7. С. 10. *(4) там же. С. 11. *(5) Михлин А.С. Досрочное освобождение от отбывания наказания. М., 1982. С. 138. *(6) Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. N 9. С. 14. Аналогичное решение приняла Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ и по делу Нарова (см.: там же. N 12. С. 14-15). *(7) Наумов А.В. уголовное право, часть общая. М., 1999. С. 471. *(8) См.: там же. *(9) такая же неточность допущена и в ч.1 ст.21 УК РФ, регламентирующей невменяемость. *(10) Рыбкин П.М. Вопросы применения статьи 362 УПК РСФСР // Материалы конференции: 20-22 декабря 1971 г., ЦотКЗНИИ судебной психиатрии им. В.П. Сербского. М., 1971. С. 96. *(11) Михлин А.С. Общая характеристика осужденных. М., 1991. С. 38-39. *(12) тем не менее в ряде исследований рассматриваемый вид освобождения от уголовной ответственности или наказания ошибочно определяется только как условный (см., напр.: уголовное право: Общая часть. М., 1997. С. 445; Иногамова-хегай Л.В. Конкуренция норм уголовного права. М., 1999. С. 238). Необходимо подчеркнуть, что в подавляющем числе случаев освобождение от наказания по болезни применяется к лицам, страдающим хроническими и в основном неизлечимыми болезнями. Поэтому чаще всего применяется безусловное досрочное освобождение от наказания по болезни. *(13) См., напр.: Курс уголовного права: Общая часть. М., 1999. т. 2. С. 47. *(14) Петрухин И. Освобождение от отбывания наказания по болезни // Социалистическая законность. 1971. N 2. С. 35-38.