34

 

ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ САМООБРАЗОВАНИЕ

 

ЛИЧНОСТЬ: ОПРЕДЕЛЕНИЕ И ОПИСАНИЕ

 

Знаете ли вы:

происхождение термина «личность»?

насколько велико разнообразие работающих определений личности и какова ценность каждого из них?

что имеется в виду, когда мы говорим о том, что человек представляет из себя «на самом деле»?

что ваша личность проявляется не только в об­щении с другими людьми, но и в том, как вы ду­маете, ходите, пишете даже наедине с собой?

как проявления вашей личности зависят от не­посредственной социальной ситуации, в которой вы находитесь?

какое отношение к природе личности имеет, на­пример, высказывание «это на нее не похоже»?

что подразумевается под «чистыми» личност­ными типами и почему они не существуют в при­роде?

что значит утверждение, что каждый автор тео­рии личности «кромсает природу как пожелает и только свой метод считает приемлемым» и на­сколько такое обвинение в адрес теоретика спра­ведливо?

Что в точности значит термин «личность»? Мно­гое — и даже чересчур многое, как будет видно из дальнейшего изложения. Источником возник­новения термина «личность» было, вероятно, одно из наиболее ранних определений: личность есть внешнее проявление индивидуальности — как че­ловек воспринимается окружающими и как он на них воздействует (в римском театре маска актера называлась «личина» — лицо, обращенное к аудитории). Распространенное современное воз­зрение заключается в том, что личность в значи­тельной мере формируется реакциями окружаю­щих на поведение данного индивида.

 

*

 

Изучение личности всегда было и продолжает оставаться для психолога одной из самых интри­гующих тайн и самых трудных проблем. В сущ­ности, все психологические знания вносят свою лепту в понимание личности — что ее формирует, почему существуют индивидуальные различия, как происходит ее развитие и изменения на про­тяжении жизни человека. Тот факт, что большин­ство направлений психологии лишь в минималь­ной мере включены в состав современных теорий личности, является доказательством того, что адекватная теория личности еще не создана. В результате этого отсутствует единый взгляд среди психологов не только на теории личности, но и на само ее определение. Это положение подтверж­дается тем, например, что еще в 1937 г. Г. Олпорт насчитал 50 определений личности, почерпнутых из философии, теологии, юриспруденции, социо­логии и психологии.

Такое же разнообразие определений может быть обнаружено и в более современных иссле­дованиях (Л. Раппопорт, 1972). Наиболее приме­чательное отличие объектов данного обзора от более ранних работ заключается в том акценте на сложность или уникальность организации лич­ности (в противоположность немногим определе­ниям, говорящим просто о комплексе свойств), который для них характерен. Вот некоторые при­меры определений личности из приводимых Л. Раппопортом: «Под личностью понимается совокуп­ность тех относительно устойчивых свойств и склонностей индивида, которые отличают его от других» (И. Сарнофф, 1962); «Можно прийти к заключению, что личность— это комплексная гипотетическая конструкция: гипотетическая по­тому, что мы создаем ее на основании наблюде­ний за поведением индивида, комплексная в силу предположения о том, что она состоит из более мелких составляющих — свойств, потребностей, Я, эго, суперэго и т. д.» (Е. Богман, Г. Уэлш, 1964); «Личность может быть определена как комбинация всех относительно устойчивых инди­видуальных различий, поддающихся измерению» (Д. Бирн, 1966).

Приведенные определения дают представление о современных взглядах на проблему. Как указы­вал Л. Раппопорт, возможен выбор из широкого спектра альтернативных определений, каждое из которых теоретически респектабельно; критерием выбора могут служить личные предпочтения ис­следователя. Сам Раппопорт отдавал предпочте­ние определению, акцентирующему внимание на непосредственном и долговременном эффекте при­обретенного в раннем детстве опыта. Дж. Уиггинс, К. Реннер, Дж. Кло и Р. Роуз (1971) отмечали, что констатация индивидуальных различий ба­нальна, но полный спектр таких различий редко осознается. Они приводят примеры определений личности, акцентирующих наличие индивидуаль­ных различий.

«Изучение личности — это изучение того, как люди становятся тем, что они есть. Конечно, люди очень отличаются друг от друга теми знаниями, которые они приобретают на протяжении жизни:

 

35

 

каждый человек уникален. Но у всех процесс на­учения протекает по одним и тем же общим зако­нам. Важнейшим моментом является то, что нет закономерностей функционирования личности, от­личных от закономерностей общей психологии» (Н. Сенфорд, психолог, занимавшийся изучением развития личности индивида).

«Жизнь индивида в первую очередь является приспособлением к обычаям и стандартам, тра­диционно передаваемым в обществе из поколения в поколение. С момента рождения традиции фор­мируют его опыт и поведение» (Р. Бенедикт, антрополог,   известная   своими   описаниями кросс-культурных различий в типах личности).

«Именно в индивидуальных различиях мы на­водим логический ключ к проблеме личности. Личность индивида, таким образом, представляет собой   уникальный набор его свойств» (Дж. П. Гилфорд, психолог, специализировав­шийся в измерениях и классификации индиви­дуальных различий).

Авторов, чьи точки зрения мы привели, обилие определений личности не только не деморализует, но и вдохновляет: смысловые оттенки, вносимые каждым новым определением, дают возможность лучше осветить и лучше понять явление. С этой точки зрения, личность следует рассматривать с разных, иногда противоречащих друг другу по­зиций. Общая идея заключается в том, что любой психологический феномен, в частности личность, может быть рассмотрен или сконструирован, ис­ходя из различных предпосылок. Более того, эти различные конструкции могут быть оценены через возможность с их помощью предсказывать, по­нимать феномен и управлять им. Суммируя из­ложенное, можно утверждать, что ни одно опре­деление не может дать исчерпывающего пред­ставления о личности, но каждое из них освещает определенные стороны явления. Использование множества разнообразных определений расширя­ет и углубляет наше понимание личности. Такой подход был назван Дж. Келли (1963) конструк­тивным альтернативизмом.

Дж. Уиггинс и соавт. выделяют четыре  основных подхода в изучении личности: биологический, экспериментальный, социальный и психометри­ческий. Приведем их определения:

1. Биологический подход. Изучение личности осуществляется с точки зрения раннего приобре­тенного опыта, генетических предпосылок и эво­люционного развития. Взаимодействие поведен­ческих аспектов и биологической основы — пред­мет особого внимания биологического подхода.

2. Экспериментальный подход. Основой изуче­ния личности является изучение процессов восприятия, научения и высшей нервной деятель­ности. Понимание этих процессов приводит к по­ниманию того, как конкретные события влияют на последующее поведение индивида через воз­действие на структуру его личности.

3. Социальный подход. Изучается социальное окружение индивида и его воздействие на раз­витие личности: влияние моделей, социальных ролей и культуры в целом.

4. Психометрический подход. Изучение лич­ности основывается на изучении признаков, от­ражающих внутреннюю структуру свойств лич­ности. Измерение личностных свойств и их раз­личий базируется на наблюдениях за поведением индивида, на самоотчетах, на непрямой оценке ха­рактеристик.

Хотя большинство психологов, вероятно, согла­сится с тем, что различные подходы полезны для идеального широкого определения понятия лич­ности, рабочие определения, применяемые ими на практике, могут не включать один или более из приведенных выше аспектов. Наша задача — не дать исчерпывающее идеальное определение, а представить адекватный инструментарий, необхо­димый для плодотворной дискуссии. Таким об­разом, мы исходим из того, что личность есть син­тез всех характеристик индивида в уникальную структуру, которая определяется и изменяется в результате адаптации к постоянно меняющейся среде.

Комплексность. Наше общее определение лич­ности включает индивидуальные особенности, спо­собности, взгляды, отношения, ценности, мотивы, привычные способы адаптации. Оно включает и то, что обычно называется темпераментом — типичные эмоциональные реакции, настроения и энергетические характеристики человека — так же, как и то, что в несколько устаревшей терми­нологии называлось характером (нравственные принципы и социальное поведение индивида). Однако определение должно включать еще мно­гое другое. Общая схема должна давать воз­можность исследовать многие различные факто­ры, влияющие на развитие личности. Генетические предпосылки играют очень важную роль, хотя их проявление может быть непрямым, опосредство­ванным и трудно прослеживаемым. Различия в стиле питания, перенесенные болезни и даже кли­матические условия могут, через воздействие на телесные функции, влиять на поведение и таким образом на личность. Культурные различия, на­чиная от национальных и кончая присущими бли­жайшему окружению, придают поведению чело­века свои специфические оттенки. Наибольшее значение при этом имеет культурная атмосфера семьи, особенно если мы исследуем личностные вариации в пределах данной культуры в более широком социальном контексте. Наконец, нельзя не учитывать поворотные моменты в жизни чело­века — несчастный случай, приводящий к инва­лидности, смерть близкого человека, переживание ужаса или невероятного везения. Определение личности должно быть достаточно широко, чтобы вместить все эти аспекты.

Другое измерение проблемы комплексности свя­зано с изменчивостью личности. Если психолог достаточно квалифицирован и теория, которой он пользуется, достаточно адекватна, он обнаружит в поведении большинства людей устойчивость и предсказуемость. Некоторые личностные характе­ристики носят постоянный характер: матери хо­рошо знают, что некоторые дети, например, упря­мы с момента рождения. Другие индивидуаль­ные черты рано проявляются только как потен­циальные, постепенно развиваясь и обретая свою законченную форму только в результате взаимо­действия предпосылок с окружающей средой. Ре­бенок, родившийся с повышенной реактивностью на внешние стимулы, может обрести во взрослом состоянии раздражительность, приводящую к взрыву при любой критической ситуации, а может стать необычно отзывчивым на все новое, прояв­ляя любознательность и изобретательность.

 

36

 

Когда развитие протекает гладко и непрерывно, все хорошо - по крайней мере с точки зрения психолога: можно рассматривать стабильные лич­ностные черты и постепенно увеличивающиеся по­тенциалы. Но нарушения непрерывности развития также входят в сферу изучения личности; как уже говорилось выше, раздражительный ребенок мо­жет вырасти в  раздражительного взрослого (про­явление непрерывности развития) или в изобрета­тельного и любознательного человека (нарушение непрерывности). Должна была бы существовать возможность определить обстоятельства, приво­дящие к тому или иному исходу. Исходная ха­рактеристика, как это можно надежно предска­зать, под воздействием конкретных обстоятельств разовьется в другую, качественно отличную ха­рактеристику. В этом случае нарушение непре­рывности имеет место только на поверхностный взгляд, поскольку на самом деле на предсказательном и теоретическом уровне непрерывность сохраняется. И все-таки случайное настроение или единственное отклонение в поведении, не соответ­ствующее нашему представлению о личности, ста­вит новые проблемы перед всесторонней теорией.

Таким образом, возникает вопрос об уровнях описания личности. Мы можем описывать ее на уровне очевидности: человек таков, каким он ка­жется. Однако можно говорить и о более глубо­ких характеристиках, которые, не будучи непо­средственно наблюдаемыми, могут быть предска­заны. Например, человек, переехавший на новую квартиру, демонстрирует особое дружелюбие в от­ношении соседа. Является ли это следствием «дей­ствительно» общительности и теплоты, или же это «в действительности» означает его неприкаян­ность на новом месте?

Существует соблазн считать более глубокие характеристики (как тревожность в приведенном выше примере) более реальными, чем непосред­ственно наблюдаемые (дружелюбие). Очевидно, оба аспекта могут быть одинаково реальными: новый сосед может быть и неприкаянным, и дру­желюбным; или же он может быть тревожным, но не таким уж общительным; или общительным, но совсем не тревожным. Специфический ответ существует в каждом конкретном случае. В общем же случае — при изучении личности — единствен­ный ответ заключается в необходимости уметь различать все уровни поведения и улавливать их сложные взаимодействия.

Организация, структура и уникальность. Объ­ектами изучения личности являются индивидуаль­ные различия во всевозможных качествах инди­вида, генетических детерминантах и факторах окружающей среды, а также поведение на раз­личных уровнях. Их объединение в «целостного» человека является окончательной и важнейшей целью. Однако само существование такой цель­ности стало предметом многочисленных иссле­дований и дискуссий. Хотя несомненно, что че­ловек часто интегрально реагирует на ситуацию, несомненно также и то, что иногда отклик на ситуацию исходит лишь от специфической особен­ности личности. Человек, на протяжении всей жизни голосующий за партию, сторонниками ко­торой были его родители, несмотря на свои изме­нившиеся взгляды и интересы, может проявлять себя не как целостная личность. Хотя изучение «частичных» процессов в структуре личности возможно, многие психологи отрицают правомер­ность такого подхода; они считают, что сущ­ностью личности является структура характе­ристик внутри уникального целого.

Наиболее яркое выражение эта позиция нашла в работах Г. Олпорта. Он считал, что сколько бы общих законов реагирования человека на ту или иную ситуацию ни существовало, это не может привести к адекватному  пониманию личности. Основой его позиции является уникальность инди­вида. Предложенной им альтернативой общему закону было употребление идиографических ме­тодов, отражающих отчетливую структуру лич­ности как ее индивидуальный стиль. Многочислен­ные работы Г. Олпорта и его последователей по­казали применимость этого подхода, демонстри­рующего, что индивидуальный стиль поведения — нечто, что не может быть описано традиционным перечислением общих характеристик,  сохраня­ется при всем разнообразии форм выражения. Голос, манера держаться, почерк, даже произве­дения искусства несут на себе отпечаток уникаль­ности, как это подтверждается способностью на­блюдателя правильно различать эти характе­ристики. В одном из самых ранних исследований (Г. Олпорт, П. Верной, 1933) студенты оказались способны в большем числе случаев, чем это могло бы быть случайным, соотнести краткие описания личности неизвестных им людей с образцами их почерка (профессиональные графологи показали еще более впечатляющие результаты, чем студен­ты). Эти данные подтверждают гипотезу о существовании уникальных узнаваемых характеристик личности.

Более поздние работы расширили взгляды Г. Ол­порта и распространили их на когнитивную сферу. Концепция когнитивного стиля предполагает, что так же, как голос, походка, почерк, так и его метод восприятия, оценки, мышления и запомина­ния несут отпечаток уникальности индивида. Было обнаружено, что даже размер подписи человека отражает его положение в университетской иерар­хии, от первокурсника до профессора.

 

ОПИСАНИЕ ЛИЧНОСТИ

 

Независимо от того, насколько уникальной и целостной является личность в наших представ­лениях, научный подход требует описания и ана­лиза уникальности и целостности индивида. Суще­ствует два основных подхода к описанию лич­ности — в терминах ее качеств и в терминах ос­новных типов. Если, когда вас просят описать кого-нибудь, вы перечисляете характеристики: «он беспокойный, интеллигентный, разговорчи­вый, преданный своему делу»,- вы определяете некоторое число выраженных свойств, которые, как вам кажется, присущи данному индивиду. Ваше имплицитное предположение заключается в том, что каждый человек имеет индивидуальный набор таких качеств. Если, однако, на тот же вопрос вы отвечаете: «Он скорее интеллектуаль­ного типа» или «Ему свойствен авторитарный стиль», то вы применяете типологический подход в описании личности. В этом случае ваше пред­положение заключается в том, что люди могут быть разбиты на определенные группы (типы) в соответствии с характерными отличительными чертами. Оба эти подхода, конечно, тесно связаны

 

37

 

между собой, но они, однако, заслуживают от­дельного рассмотрения.

Качества. Качеством личности называется длительно существующая характеристика, проявляю­щаяся в поведении индивида в различных ситуа­циях. Описать свойство пунктуальности значит отметить склонность человека появляться вовре­мя — на работе, на свидании, встречая поезд. Ка­чество характеризует поведение человека в большей или меньшей степени. Мы называем человека пунктуальным не потому, что он точен до секунды во всех возможных обстоятельствах, а когда он пунктуален по сравнению с другими людьми. Го­воря о личностном качестве, мы, таким образом, соотносим его с границами проявления этого ка­чества у разных людей - от весьма выраженного проявлении до весьма малого.

Сравнивая людей между собой и пытаясь опре­делить, что же различает их индивидуальности, мы, естественно, сосредоточиваем внимание на тех особенностях их поведения, в которых индиви­дуальные различия наиболее заметны. Но, посту­пая так, мы пренебрегаем другими свойствами, по которым члены данной рассматриваемой груп­пы не очень отличаются друг от друга. Однако качества, присущие большинству членов группы, могут быть не менее важны для понимания их индивидуальностей, чем те, по которым они разли­чаются. Например, психолог, принадлежащий к народности добу, едва ли отметит подозритель­ность как характерную черту личности, поскольку это качество присуще в значительной степени почти всем представителям этой народности. Од­нако психолог, принадлежащий к другой культу­ре, скорее всего, отметит именно подозритель­ность как наиболее яркую особенность добу, хотя отдельные представители этой народности и не очень отличаются друг от друга по этому призна­ку. «Посторонний» психолог отметит именно эту черту потому, что он имеет более широкую пер­спективу, сравнивая данную культуру с другими, которым не свойственна столь выраженная по­дозрительность.

Причина того, что мы можем не замечать глав­ное свойство человека, играющее ведущую роль в структуре личности, заключается в ограничен­ности точки зрения нашего собственного общества или культуры. В принципе, полное описание личности должно включать все поддающиеся вы­делению свойства индивида.

Уровни выраженности свойства. Свойства лич­ности могут быть представлены как виды или классы: некоторые из них связаны с темпераментом, другие - с типичными приспособительными реакциями, третьи — со способностями, ин­тересами, ценностями, четвертые - с социальны­ми отношениями. Однако фундаментальным раз­личием является уровень выраженности личност­ных качеств. Одни из них легко наблюдаемы и потому легко измеримы - они являются по­верхностными. Если наш знакомый часто улыба­ется, по любому поводу смеется и вообще смотрит на жизнь сквозь розовые очки, мы говорим, что он жизнерадостен. Каждый из нас сделает такой вывод на основании примерно одних и тех же признаков; последние для любого человека имеют примерно одно и то же значение. Таким об­разом, свойство жизнерадостности скорее всего будет единодушно отмечено наблюдателями и, вероятно, с высокой степенью достоверности. Другие свойства являются глубинными, скрытыми. В этом случае наш знакомый, кажущийся жизнерадост­ным, «внутри», «на самом деле» может оказаться находящимся в депрессии.

Обилие кавычек в предыдущей фразе опре­деляет противоречия между описанием личности и измерением ее свойств. Утверждение, что жизне­радостный человек «на самом деле» находится в депрессии, имеет смысл только в рамках теории, предполагающей, что ядро личности слагается из характеристик, которые недоступны непосредст­венному наблюдению. Существование такого центрального ядра может быть лишь предположе­но; критерии же, на которых основываются пред­положения, сложны и неоднозначны. Например, возможна теория, согласно которой описанный выше наш знакомый «на самом деле» находится в депрессии: его жизнерадостность выдает под­сознательное удовлетворение жизненными неуда­чами, которые искупают его неосознанную вину в прегрешении, которого он уже не помнит. Если же мы придерживаемся иной теории, мы найдем другое, глубинное, «действительное» свойство у нашего улыбчивого друга, а может быть, просто признаем за ним свойство жизнерадостности, которую он и проявляет.

Независимо от того, уровень какого свойства рассматривается, разнообразие возможных опи­сательных характеристик поведения так велико, что необходим какой-то метод сведения его к числу, которым можно было бы оперировать. Од­ним из таких методов является факторный анализ.

Описание свойств с помощью факторного ана­лиза. Тщательный анализ английской лексики, осуществленный Г. Олпортом и X. Одбертом (1936), дал список из 17953 определений, с по­мощью которых описываются особенности пове­дения человека. Около 4500 из них явно относятся к стабильным характеристикам адаптации инди­вида к его окружению; каждый из этих терминов представляет в потенциале личностное свойство, поддающееся измерению и исследованию. Р. Кеттелл (1946) предпринял попытку уменьшить это число до рациональной величины, используя ста­тистические методы факторного анализа. Сначала список уменьшился до 171 термина, путем исклю­чения синонимов, редко употребляемых слов и т. д.; затем они были сгруппированы в 35 «кластеров свойств» в результате объединения ка­честв, тесно коррелирующих друг с другом. Эти кластеры носят название «поверхностных свойств», легко поддающихся определению и на­блюдению. 35 кластеров свойств послужили осно­вой для создания 35 шкал. Около 200 человек, представлявших различные профессии, выступали в качестве испытуемых. Они были разбиты на меньшие группы, хорошо узнали своих товарищей по группе, и два члена группы, обученные тех­нике оценивания, независимо друг от друга оцени­вали личностные характеристики испытуемых. Среднее из двух оценок служило окончательной оценкой данного качества у данного индивида. Полученные данные были подвергнуты фактор­ному анализу. Результат показал, что 12 факторов достаточно для оценки большинства индивидуаль­ных различий по всем оценивавшимся позициям (последующее уточнение списка привело к ис­пользованию 20 факторов). В качестве примера

 

38

 

можно привести некоторые их них:

сдержанность — экспансивность

доверчивость — подозрительность

консервативность — экспериментаторство и т. д.

Эти факторы, очевидно, представляют глубин­ные свойства личности, посредством сложной динамики определяющие более очевидные по­верхностные качества. Названия, данные им Р. Кеттеллом, не более чем различительные этикетки, используемые для удобства. Их истинная при­рода может быть обнаружена только в результате специальных исследований.

Много внимания исследователями было уделено вопросу о том, насколько глубинные свойства являются всеобщими. Присущи ли они детям так же, как и взрослым? Могут ли они быть обнару­жены в различных поведенческих сферах и могут ли быть выявлены путем заполнения самоотчетов или через оценку наблюдателя? От исходного описательного уровня исследователи перешли к изучению степени выраженности каждого глубин­ного качества.

Методы факторного анализа в исследовании личности очень важны для упрощения изучения личностных свойств. Однако эти методы всего лишь инструмент и не решают проблему пони­мания структуры личности. Результаты факторно­го анализа в значительной мере зависят от исход­но включенных в тест качеств: они не могут содер­жать личностных характеристик, не содержав­шихся в исходных данных. Несомненно, отбор исходного массива свойств для последующего тестирования и анализа неизбежно отражает взгляды исследователя на фундаментальную при­роду личности и ее наилучшее определение.

Влияние ситуации на проявления личностных качеств. Примеры различного проявления лич­ностных свойств в зависимости от изменений социальной ситуации исследовались Д. Марлоу и К. Гергеном. Из этой работы следует, что каждый индивид не сохраняет единообразия поведения в различных ситуациях. Скорее можно сказать, что все мы используем разные маски для разных случаев: в каждом человеке «много личностей».

Каждый из нас, несомненно, осознает, что мы по-разному представляем себя разным людям. Бы­ло обнаружено, что поведение индивида зависит от того, с каким человеком ему предстоит об­щаться: предвидя контакты с эгоистом, мы имеем тенденцию к большему самоутверждению, а пред­видя встречу со склонным к самоуничижению человеком, мы начинаем подчеркивать свои собст­венные отрицательные черты.

Означают ли эти изменения в самовосприятии или представлении себя другим, что не существует такого явления, как реальная личность? Некото­рые теории были построены на предположении, что в общем случае стабильность личности сохра­няется в большинстве ситуаций и в то же время существует очевидная способность человека про­являть различные черты личности в зависимости от условий. Один из теоретических подходов гла­сит, что каждый человек имеет определенную концепцию самого себя, варьирующую от очень узкой до весьма широкой и гибкой, и именно эти границы определяют поведение индивида в каж­дой данной ситуации. У любого из нас есть зна­комые, остающиеся самими собой независимо от социального окружения, как есть и такие, кто меняется как хамелеон, приспосабливая свою со­циальную мимикрию к непосредственным меж­личностным контактам.

Конечно, ни одна из этих крайностей не пред­ставляет собой идеальный случай. Быть несги­баемо жестким или неизменно добрым, в каких бы обстоятельствах и с кем бы ни оказаться в кон­такте,— значит просто ничему не соответствовать. Г. Келли, чья теория конструктивного альтернативизма рассматривалась выше, считает, что опре­деленная степень гибкости необходима для эффек­тивного психологического функционирования. Применительно к психотерапии это означает, что консультант должен помочь клиенту осознать на­личие различных сторон свой личности и на­учиться их использовать; для этого может быть рекомендовано множество специальных методик, включая ролевые игры.

Вообще, по мнению Г. Келли, для лучшего пони­мания человека (а в случае психотерапии для того, чтобы помочь ему более эффективно) не­обходимо оценивать его в тех понятиях, которые он сам применяет для описания себя, - а не в терминах психологических теорий природы лич­ности. Так, если женщина считает себя эгоистич­ной, следует поинтересоваться конкретными при­мерами эгоистического поведения в ее интерпрета­ции, а не относить ее к верхней части шкалы эгоистичности в соответствии с концепцией психо­лога. В качестве примера эгоистичности она, на­пример, может упомянуть свое предпочтение чте­ния на ночь беседам с домочадцами. Такое сви­детельство может и не совпасть с представления­ми психолога об эгоизме и быть отнесенным им к указаниям на интеллектуальные интересы (осо­бенно если это подтверждается другими данными) или на потребность в уединении.

 

Суммируя, можно сказать, что по мере иссле­дования личности границы между различными концептуальными схемами становятся расплывча­тыми. Немногие психологи занимают категорические позиции (длительно существующие характеристики или есть, или их нет). Чаще при­знается взаимодействие между личностью и со­циальным окружением, которое может способ­ствовать проявлению как устойчивости, так и гиб­кости личности. Современная наука обнаруживает тенденцию к признанию, например, существова­ния агрессии как весьма реальной и таким обра­зом измеримой характеристики данного индивида: однако столь же основательно и утверждение, что ситуация, в которой оказывается человек, должна обладать определенными свойствами, что­бы агрессия, каков бы ни был ее уровень, могла проявиться. Это может быть проиллюстрировано медицинской аналогией: человек страдает аллер­гией к крестовнику, но если там, где он живет, крестовник не растет, его аллергия не проявится. Если же он попадет в местность, где это растение распространено, аллергия покажет себя в полной мере. Врач может определить, чувствителен ли пациент к данному аллергену; однако требуется оценка конкретной ситуации, чтобы сказать, про­явится ли аллергия (или агрессия) и в какой степени.

Очевидно, что сложная проблема описания лич­ности обретает дополнительную сложность в силу необходимости понимания различного поведения

 

39

 

индивида в разных ситуациях и различий оценки своего поведения от оценок других лиц (в том числе и психологов).

 

ТИПЫ ЛИЧНОСТИ

 

Сталкиваясь с поразительным разнообразием и сложностью человеческих свойств, философы, учителя и психологи на протяжении всей исто­рии человечества пытались решить проблему описания личности путем выделения личностных типов. Всеобщее признание теории типов может рассматриваться как свидетельство потребности и способности человека установить порядок в хаотическом нагромождении фактов. Тип служит обозначением комплекса отдельных черт в пред­положении, что общий узнаваемый узор личност­ных характеристик существует в действитель­ности.

Было предложено много различных типологий. Некоторые из них подчеркивают роль одного ведущего свойства, организующего вокруг себя все остальные характеристики; другие акценти­руют внимание на определенной комбинации ка­честв. Одни типологии базируются на теорети­ческих положениях, другие — на эмпирических данных, полученных путем наблюдения за пред­ставителями определенной культуры. Некоторые классификации типов основываются на биологи­ческих аспектах, другие видят основу всего в раннем детском опыте.

Несмотря на эти различия, все типологии обла­дают определенными чертами. Во-первых, они на­мечают рамки, в пределах которых находится место для любого индивида. Если человек не представляет собой чистый тип в соответствии с данной классификацией, тогда возможно описать его по степени сходства с одним или бо­лее из имеющихся типов. Во-вторых, типы всегда состоят из отчетливого набора отдельных лич­ностных качеств, даже если определение типа зависит от единственной доминирующей организую­щей характеристики. Например, авторитарный тип личности имеет в основе преувеличенное ува­жение и послушание по отношению к чьему-то авторитету. Пример иллюстрирует проекцию этого единственного качества на многие грани личности. В-третьих, типология должна обладать определенной устойчивостью, способностью со­храняться в случае драматических изменений, происходящих в жизни индивида. Например, ти­пология, рассматривающая интроверсию и экстраверсию, предполагает их универсальность и существование в любых обстоятельствах. Всякая классификация тяготеет к описанию всеобъемлю­щих и постоянных поведенческих структур.

 

Пример. Авторитарная личность. Авторитар­ность всегда была одной из основных проблем человеческого общества. Наиболее бросается в глаза пример политических диктатур, но в менее драматической и часто более коварной форме она присутствует почти во всех межличностных отношениях и социальных организациях. Одним из аспектов, в наибольшей мере интересовавших психологов, является роль структуры личности, в авторитарном поведении. Например, прове­денное в 40-х гг. в Калифорнийском университете исследование Т. Адорно, Е. Френкел-Брунсвика, Д. Левинсона и Р. Санфорда показало, что авто­ритарный синдром может быть выделен как цент­ральное и постоянно существующее ядро некото­рых личностей. Основные черты этого синдрома таковы:

1. Большая озабоченность субординацией: чрезвычайное почтение к вышестоящим и на­чальственность по отношению к подчиненным.

2. Сильный акцент на общепринятых правилах поведения, ценностях и морали; точное соблюде­ние норм своей социальной группы.

3. Чрезмерный контроль и отрицание наличия собственных «аморальных» импульсов и чувств и их проекция на членов другой группы; преуве­личенное чувство собственной моральной пра­воты; отсутствие проницательности в отношении себя.

4. Обезличение социальных отношений: склон­ность манипулировать людьми и использовать их как неодушевленные предметы, а не как живых людей, готовность быть управляемым так же в свою очередь; сочетание садистских и мазохистских тенденций.

5. Ригидность мыслительных процессов, мыш­ление стереотипами, предубеждение и нетерпи­мость по отношению к представителям мень­шинств.

Полученные данные говорят о том, что в основе развития синдрома авторитаризма лежат жесткие дисциплинарные воздействия на ребенка; для такого воспитания типичны чрезмерный упор на правильность родительских взглядов и ценностей, требование безусловного послушания, подкреп­ленное наказаниями. Часто такой тип родитель­ского воспитания характеризуется эмоциональной отстраненностью от ребенка и манипулированием им.

Как следствие в ребенке развивается вы­раженная покорность родительскому авторитету, которая впоследствии распространяется на авторитет любого начальника. Покорность сопровож­дается нерассуждающим признанием правоты лица, облеченного властью. Однако при этом имеет место сильная враждебность по отношению к родителям или начальству. Подавляемая враж­дебность, не находящая выхода в прямой агрессии (кроме страха наказания существует несовмести­мость агрессивных действий с верой в полную пра­воту вышестоящего лица), проявляется в пере­ориентации агрессивных импульсов в более без­опасный адрес: меньшинств, лиц, имеющих низкий общественный статус, иногда самого себя.

Представленная выше общая картина нашла подтверждение в данных многих исследований; однако были обнаружены и некоторые методо­логические трудности и противоречия. В послед­ние годы высказывается мнение, что авторитаризм скорее является преходящей реакцией на психологически стрессовую ситуацию, а не по­стоянной личностной характеристикой.

Следует подчеркнуть, что синдром авторитар­ности ни в коей мере не является исключитель­ным отличием определенного идеологического на­правления, социальной или профессиональной группы. Личности авторитарного склада могут быть найдены где угодно — среди профсоюзных активистов и в руководстве предприятий, в об­щественных организациях и среди педагогической бюрократии, и даже среди священников и учите­лей.

 

40

 

НЕКОТОРЫЕ КЛАССИЧЕСКИЕ ТИПОЛОГИИ

 

Исторически типологические изыскания ведут свое начало от Гиппократа (IV век до н. э.), утверждавшего существование четырех типов темперамента в зависимости от четырех основных жидкостей организма (см. табл.).

 

Жидкость

Темперамент

Кровь (лат. sanguis)

 

 

черная желчь (греч.  melan coin)

желчь (греч. coin)

 

мокрота (греч. flegma)

сангвинический (оптимистический, жизнера­достный) меланхолический (печальный, угнетенный) холерический (раздражительный) флегматичный (апатичный)

 

Нет нужды говорить, что рассматривавшиеся Гиппократом организменные жидкости не соот­ветствуют современным физиологическим пред­ставлениям, однако предложенная им классифи­кация темпераментов сохраняется, и древние тер­мины, происходящие от названий жидкостей, жи­вут в современном языке. Его теория была класси­ческой предшественницей современных классифи­каций, связывающих темперамент с секрецией гормонов; типология Гиппократа положила нача­ло череде концепций, связывающих структуру личности с телосложением и физиологией чело­века.

Астеник и пикник. Одна из наиболее ранних современных теорий, рассматривающих связь те­лосложения и свойств личности, принадлежит Э. Кречмеру (1936). Он сопоставил тип телосло­жения с двумя основными видами психических заболеваний — шизофренией и маниакально-де­прессивным психозом. По Э. Кречмеру, для шизо­френика типичны худоба, длинные конечности, впалая грудь: это астенический тип. Человек с маниакально-депрессивным психозом низок рос­том, полон, имеет бочкообразную грудь: это пик­нический тип. Э. Кречмер обобщил эту классифика­цию и на психически здоровых людей, утверждая, что существуют отчетливо выделяющиеся комп­лексы личностных характеристик, биологически связанные с двумя типами телосложения. Человек астенического типа стеснителен, чувствителен, от­странен, склонен к уходу в себя. Пикнический тип характеризуется жизнерадостностью, актив­ностью, открытостью, переменами настроения.

Эта теория, хотя и излишне разрекламирован­ная, содержала крупицу истины и послужила трамплином для продолжающихся попыток уста­новить соотношения между телосложением и структурой личности.

Интроверт и экстраверт. Вероятно, типология интроверсии и  экстраверсии,  предложенная К. Юнгом (1923), является одной из наиболее известных. Эта типология представляла собой лишь один из аспектов сложной теории личности, разработанной К. Юнгом. Интроверт описывается как человек с субъективной ориентацией — с пре­обладающим интересом к идеям, продуктам воображения, внутренней жизни, чувствительный и идеалистичный. Экстраверт описывается как ориентированный вовне, на объективный мир ве­щей и явлений — с преобладающим интересом к социальной и практической активности, себе на уме и реалистичный.

 

 

Простое разделение на интровертов и экстра­вертов твердо вошло в обыденное сознание, хотя, как правило, в упрощенной форме. Наблюдения, однако, не подтверждают справедливость такого разделения. Попытки измерения интровертированности — экстравертированности неизменно по­казывают, что вместо того чтобы разделиться на две обособленные типологические группы, испы­туемые показывают результаты, распределяю­щиеся по всей шкале (рис.), с характерным пиком для средних значений. Невозможность вы­делить чистые типы не означает (как это часто воспринимается) приговора типологическому под­ходу. Во всяком случае, таково отношение совре­менных психологов, и так же относился к этой проблеме К. Юнг: «Каждый индивид обладает меха­низмами как интроверсии, так и экстраверсии, и только относительная сила одного в сравнении с другим определяет тип... Отсюда следует, что не может существовать чистого типа, так как один механизм не может быть преобладающим на­столько, чтобы полностью вытеснить другой».

В действительности концепция К. Юнга значи­тельно более сложна по сравнению с изложенным выше. Комплексность проблемы была подтверж­дена последующими исследованиями, где с по­мощью факторного анализа были выделены пять независимых компонентов интроверсии — экс­траверсии: социальная интроверсия, мыслитель­ная интроверсия, депрессия, склонность к перепа­дам настроения, беспечность (Дж. Гилфорд, 1940). С другой стороны, Г. Айзенк, также исполь­зовавший методы факторного анализа, создал мо­дель структуры личности, основанную на единст­венном критерии интровертированности — экстра­вертированности, дополненном фактором стабиль­ности—нестабильности (в основном отражаю­щим степень личностной адаптации). Эти два фактора могут рассматриваться как оси двумер­ного личностного пространства, и каждому инди­виду отвечает точка с координатами, соответ­ствующими значениям его интровертирован­ности — экстравертированности и стабиль­ности — нестабильности. В соответствии с классификацией

 

41

 

Г. Айзенка, например, индивид, обладаю­щий интровертированностью и нестабильностью, отличается болезненной стеснительностью, в то время как нестабильный экстраверт имеет тенден­цию к конфликтности и разрушениям. Продол­жающиеся исследования Г. Айзенка в области типо­логии личности позволяют рассматривать его как наследника К. Юнга.

Эйдетические типы. Совершенно отличная от описанных типология была предложена в 1930 г. Э. Йеншем: в ее основу было положено иссле­дование эйдетического воображения. Разделение на типы происходит по признаку свойственного каждому человеку эйдетического восприятия, которое, в свою очередь, определяет перцептивное и когнитивное функционирование и, таким обра­зом, структуру личности в целом. Хотя эта теория не нашла экспериментального подтверждения, она послужила основой современных исследова­ний связей между личностными переменными и перцептивными особенностями.

Ценностные типы. Предположение, что возмож­на классификация по признаку доминирующей жизненной ценности, формирующей и определяю­щей целиком личность человека, было высказано Э. Шпрангером (1928). Им была предложена типология разделения на шесть идеальных цен­ностных типов: теоретический, экономический, эстетический, общественный, политический и ре­лигиозный. Как и для рассмотренных выше клас­сификаций, соответствие типу в чистом виде — большая редкость: большинство людей придер­живается какой-то одной ценности как преобла­дающей, но при этом другие ценности могут иг­рать хоть и не ведущую, но существенную роль.

Эмпирические типологии. В отличие от рассмот­ренных типологий, каждая из которых базируется на определенных теоретических положениях, су­ществуют классификации, основанные на выяв­ленных на определенной выборке реально суще­ствующих личностных качествах. Суть эмпири­ческой типологии заключается в группировке лич­ностных черт независимо от теоретических уста­новок исследователя. Однако различие между эмпирическим и теоретическим подходами на са­мом деле не так уж радикально: заранее сформу­лированная теоретическая посылка не может быть полностью устранена, а теория не создается на пустом месте, без принятия во внимание жизнен­ных реалий.

 

ОЦЕНКА ТИПОЛОГИЧЕСКОГО ПОДХОДА

 

Выделение типов личности подвергалось и под­вергается серьезной критике. Г. Олпорт в 1937 г. писал: «Любая типология основывается на выде­лении какого-либо сегмента из целостной лич­ностной структуры и на придании этому сегменту не свойственного ему значения. Все типологии устанавливают границы там, где границы не­уместны: они представляют собой искусственные образования... Типологии, претендующие на то, чтобы быть базовыми, противоречат друг другу... Каждый исследователь кромсает природу по-сво­ему и только свою продукцию признает стоящей».

Большинство современных исследователей со­гласится с последним утверждением. Что же ка­сается того факта, что деление на чистые типы на практике не наблюдается, то современные типоло­гии не только включают в рассмотрение многие параметры, но и рассматривают распределение по ним как непрерывное, отказываясь от дихото­мии «все или ничего». Ядром таких классифика­ций является представление о том, что определен­ные сочетания качеств просто чаще встречаются, чем другие; таким образом, последние служат лишь удобным инструментом в классификации индивидов. Универсальность, на которую претен­довали некоторые типологии, в особенности теоре­тические, не находит сторонников.

Притягательность типологического подхода мо­жет частично заключаться в его способности сохранять что-то от уникальности личности, не­смотря на генерализацию, необходимую для при­менения обычных научных исследовательских процедур. По словам К. Клукхона и X. Мюррея (1948), «каждый человек чем-то похож на всех, чем-то на некоторых и чем-то не похож ни на кого».

 

ВЫВОДЫ

 

1. Существует много определений личности, каждое из которых делает акцент на различных сторонах личностного развития.

2. Приемлемое для всех определение личности едва ли достижимо, однако могут быть выработа­ны критерии, которым такое определение должно удовлетворять. Они должны включать полноту (все аспекты личности должны быть рассмотре­ны), изменчивость (несмотря на наследствен­ность, личность отличается постоянно проявляю­щейся адаптацией), структурированность и орга­низованность (личность не является агломератом изолированных и легко выделяющихся характе­ристик), уникальность (ни один человек пол­ностью не схож с другим).

3. Независимо от определения, личность — весьма выраженный феномен. Она не только вы­ражается в том, как человек ведет себя или что он чувствует при межличностном общении, но и опре­деляет характерный индивидуальный стиль пове­дения в широком спектре ситуаций.

4. Два основных подхода в описании лич­ности — использование личностных качеств и ти­пологии.

5. Личностное качество — длительно сущест­вующая и стабильная черта, проявляющаяся в большом разнообразии ситуаций. Свойства лич­ности могут проявляться на разных уровнях, и их нужно различать.

6. Существует большое количество типологий личности. Принадлежность к типу носит относи­тельный характер.

7. Теоретический подход к классификации лич­ностных типов является более традиционным; эмпирический подход выявляет действительно су­ществующие в популяции черты и осмысливает их в теоретических терминах.

8. Типологии интенсивно критиковались за вве­дение ими четких границ типов. В современных исследованиях типы рассматриваются как группы индивидов, объединенные по нескольким непре­рывно изменяющимся параметрам.

 

42

 

Словарь специальных терминов

 

Астенический тип — тип телосложения, характе­ризующийся худобой, длинными конечностями, впалой грудью. Согласно работам Кречмера, ас­социируется со стеснительностью, чувствитель­ностью, отстраненностью (в случае психическо­го заболевания—с шизофренией). Этот тип  противопоставляется пикническому.

Конструктивный альтернативизм — общий под­ход к пониманию личности, предложенный Дж. Келли; согласно ему, никакая точка зрения не имеет преимуществ перед другими; необ­ходимо разнообразие подходов, поскольку каждый из них дает новую информацию, что позволяет приблизиться к пониманию личности.

Личностные типы — качественно различающиеся категории, к которым предположительно могут быть отнесены личности. Классификации типов существуют как применяющие очень ограничен­ное число критериев, так и комплексные, рас­сматривающие многие непрерывно изменяющиеся параметры.

Пикнический тип — тип телосложения, характе­ризующийся невысоким ростом, полнотой, боч­кообразной грудью. По Э. Кречмеру, ассоцииру­ется с жизнерадостностью, активностью, откры­тостью, склонностью к переменам настроения (в случае психического заболевания   с маниакально-депрессивным психозом). Этот тип противопоставляется астеническому.

Глубинные качества -— по Р. Кеттеллу, фундамен­тальные и менее поддающиеся наблюдению лич­ностные черты, лежащие в основе поверхност­ных проявлений.

Поверхностные качества — по Р. Кеттеллу, группы свойств индивида, легко определимые и наблю­даемые, сопутствующие друг другу.

Качество — длительно существующая стабильная черта личности, проявляющаяся последователь­но в широком спектре ситуаций.

 

Перевела с английского А. В. Александрова