Отмывание денег и мировая экономика

Сборник "Карло Жан, Паоло Савона. ГЕОЭКОНОМИКА"

Освалъдо Кукуцца*

1. Введение

Прежде всего следует сказать, что отмывание денег (money laundering) является деятельностью, осуществляемой для того, чтобы "очистить" незаконные доходы, отделить их от преступной деятельности, которая позволила их получить, затрудняя таким образом установление их источников.

Говоря конкретно, отмывание денег — это серия действий, нацеленных на возвращение на финансово-экономический рынок денег или иных ценных бумаг незаконного происхождения, представляя их приобретение и владение ими вполне законными и нормальными.

Вкратце процесс отмывания денег состоит из трех следующих этапов:
а) процесс накопления незаконных капиталов как результат обычной деятельности криминального мира;
б) превращение незаконных капиталов в законные путем их маскировки, с помощью установления ширм, способных отделить доход от его незаконных источников не только с юридической, но и с географической точки зрения.

Типичным и в то же время хитроумным примером являются промежуточные фирмы, то есть процедуры, при помощи которых создаются и финансируются связанные между собой акционерные общества. Эти предприятия — которые уже сами по себе в состоянии затемнить юридическую принадлежность капитала и законность финансирования — обычно являются участниками последующих образований, как правило анонимных, которые в свою очередь вступают как флагманы очередных структур того же типа.

Путем такой прогрессивной установки ширм исходная незаконность и сама принадлежность денег затемняются уже в первой собственности и совершенно теряются в последующих. Подобный эффект имеет место, когда материнская фирма, которая дает начало так называемому фирменному каскаду, располагается за границей, что препятствует какому-либо выяснению законности как первого, так и дальнейших капиталовложений.

Реконструкция такого слоеного пирога для восхождения к первоисточнику оказывается очень трудной задачей;

в) вложение отмытых капиталов в законную деятельность:
этот этап, этап размещения, является самым деликатным, так как требует объявления наличия богатства у определенного субъекта. Типичными примерами этого являются приобретение движимости и недвижимости, предоставление займов, финансирования, субвенций, приобретение акций, облигаций, государственных ценных бумаг и тому подобное. Если фаза размещения прошла успешно, можно переходить к фазе интеграции, то есть к фазе приобретения новым богатством видимой законности в системе. Классической формой интеграции является создание акционерных обществ, то есть субъектов, являющихся юридическими лицами, независимыми производителями дохода и богатства, подходящими ширмами для маскировки незаконного источника исходного капитала.

Эти три этапа могут осуществиться в одной стране, но могут и — и это является нормой — переплетаться и пересекать территории нескольких стран с помощью систем компенсаций, которую организованная преступность всегда использовала и о которой мы подробнее поговорим ниже. В связи с этим мы считаем достаточно характерными два примера, известные на уровне конфиденциальной информации:

1) организация — разветвленная во многих странах и восходящая к известным кланам, связанным с итало-американской мафией — осуществила, как говорят, международные операции по отмыванию огромных сумм денег, источником которых является незаконная деятельность, включая похищение людей и вымогательство.
Капиталы порядка нескольких миллионов долларов якобы были сначала переведены в Соединенные Штаты для использования при покупке бонов Казначейства США (по цене гораздо ниже номинала этих ценных бумаг), которые затем были превращены в promissory notesa* (международные векселя) и депонированы в многочисленных европейских кредитных институтах, расположенных в том числе в странах финансового рая. Под эти ценные бумаги выдавались аккредитивы, использовавшиеся впоследствии для замены "грязных" денег на "чистые" капиталы в банках различных стран, которым были выплачены комиссионные проценты в соответствии с обработанными величинами. Операции кредитных организаций были замаскированы под формы финансирования якобы для выполнения специально организованных фиктивных проектов.
Эта процедура, помимо всего прочего, дала криминальной организации возможность располагать значительными суммами, только по виду пришедшими из-за рубежа;

2) преступная организация с базами в Италии и связями в различных других странах, как сообщается, осуществила операции по отмыванию доходов, поступивших среди прочего от торговли наркотиками и оружием на огромные суммы. В незаконной деятельности были задействованы различные фирмы, национальные и зарубежные банки и финансовые организации, в которых работали и коррумпированные функционеры. В частности, были якобы
— обменены доллары США на итальянские лиры через один из швейцарских банков при участии финансовых институтов Лихтенштейна и Швейцарии;
— "обработаны" аккредитивы, международные векселя и боны Казначейства США, в том числе для получения или оправдания финансирования, полученного от иностранных банков на выполнение не уточненных работ;
— осуществлены операции с крупными партиями золота, поступающими по "теневым" сделкам;
— осуществлены попытки "разместить", особенно в Германии, американские ценные бумаги на общую стоимость около 100 миллионов долларов.

2. Оперативные методики отмывания денег

Операции, нацеленные на отмывание "грязных" капиталов могут осуществляться с помощью различных систем. Мы рассмотрим только те из них, которые применяются наиболее часто и которые широко используются также для незаконного вывоза капиталов, являющихся результатом иных незаконных действий, не связанных с мафией (уклонение от уплаты налогов, взятки и т. п.).

Перевозка валюты нарочными

Система обычно используется для подпольного вывоза небольшого количества денег, спрятанных на теле человека, в багаже и/или в автомобиле.

Очевидно, что предметом транспортировки — помимо банкнот своей страны — могут быть также иностранная валюта, ценные бумаги или иные платежные средства. В некоторых случаях было установлено использование почтовой связи с отправлением "до востребования", чтобы избежать указания отправителя и сделать сомнительной возможность обнаружения получателя.

Использование игорных домов

Опросы, проведенные в некоторых казино, приподняли завесу относительно общественного мнения по поводу явления отмывания денег.

Именно по причине совершенно особой обстановки, а также исключительно простых процедур, используемых для обмена денег на фишки, игорные дома представляют собой идеальное место для отмывания денег.

Этому, кроме того, может способствовать пособничество коррумпированного персонала, который обеспечивает противозаконное воздействие на ход игры.

Это даже если не рассматривать возможность мафиозного внедрения в само управление фирмы. В последнем случае весь игорный дом целиком мог бы стать инструментом отмывания в широких масштабах: в недалеком прошлом организованной преступностью и/или связанными с ней лицами неоднократно делались попытки внедриться в некоторые казино путем приобретения контрольного пакета акций управляющей фирмы.

Использование национальной банковской системы

Огромный объем капиталов, поступающих от криминальной деятельности объединений мафиозного типа, не позволяет игнорировать банковскую систему с точки зрения отмывания денег: наличность поступает в банки различными способами, в том числе в зависимости от "уровня" субъектов, уполномоченных заниматься money laundering.

От простого приобретения банковских чеков переходят к открытию текущих счетов или сберегательных вкладов — в основном на предъявителя — зачастую теми же банковскими чеками, приобретенными ранее.

Но и обмен итальянской валюты на иностранную может соответствовать целям отмывания, если для экспорта или импорта валюты (итальянской или иностранной) организации минуют легальную банковскую систему при урегулировании коммерческих и/или финансовых операций с заграницей, будь они настоящими или фиктивными. Экспорт валюты позволяет "очистить" капиталы под действительно или фиктивно осуществляемый импорт имущества и/или услуг.

Импорт же валюты дает возможность вернуть на национальный рынок капиталы незаконного происхождения, уже "отмытые" в результате депонирования или простого перевода в международные банковские системы.

В Италии было установлено применение этой процедуры в двух случаях, вскрытых на Сицилии и касающихся соответственно ювелирной фирмы и хозяйства по производству цитрусовых, которые — под фиктивный экспорт товара — получали огромные капиталы, предварительно депонированные в иностранных банках или же полученные в качестве предварительного финансирования экспорта благодаря пособничеству субъектов, работающих в одном итальянском кредитном институте.

В случае ювелирной фирмы оплата — под фиктивный экспорт драгоценностей — осуществлялась непосредственно иностранными банками от имени несуществующих субъектов или же через иностранный счет в лирах, открытый в Италии субъектом нерезидентом. На этот счет взносы в иностранной валюте производились с использованием физически фальшивых моделей V/2.

В случае же с цитрусовым хозяйством оплата — под фиктивный экспорт цитрусовых — не производилась. Кредитный институт, услугами которого пользовалось хозяйство, предоставлял авансовое финансирование по экспорту и ввиду отсутствия "кассовых поступлений" в валюте взыскивал оплату с внутренних счетов фирмы.

Пособничество функционеров выявилось тогда, когда было выяснено, что даже из документации, находящейся в распоряжении банка, можно было выяснить отсутствие некоторых иностранных заказчиков, и кроме того счета были открыты на одного известного мафиози, а кредиты по ним предоставлялись без адекватных реальных гарантий.

Более изощренной — свидетельство участия в операции более высокого уровня преступной иерархии — является процедура размещения "грязных" денег на счетах, открытых законно созданными предприятиями под операции — как правило — капитального финансирования.

Этот метод является наиболее распространенным, например, в тех случаях, когда преступная организация пытается приобрести контроль над предприятием или же выйти на рынок, пользуясь поддержкой сотрудничающих или запуганных предпринимателей.

Заключение фиктивных лизинговых контрактов

Помимо отмывания капиталов финансовыми фирмами, связанными с преступными объединениями или контролируемыми ими, такие контракты дают возможность осуществить ряд незаконных операций фискального характера.

На практике фиктивные лизинговые контракты позволяют не только "покрыть" самое настоящее финансирование со стороны субъектов, не имеющих на то разрешения согласно закону о банках, но и кроме того:
— незаконно вычесть из налогооблагаемой базы стоимость аренды субъектам, фигурирующим в качестве арендатора;
— незаконно пользоваться средствами государства и/или местных властей, нацеленными на стимулирование определенных производственных отраслей или капиталовложений в экономически отсталые районы;
— незаконно амортизировать несуществующее имущество фирм-арендаторов.

Система завышения счетов при импорте и занижения счетов при экспорте
При такой системе проводимые экономические операции являются действительными, а фиктивными — но согласованными — заявленные цены, следствием чего является возможность создания за рубежом валютных ресурсов, в том числе и значительных.

С подобной практикой естественно связаны серьезные нарушения налогового характера — счетов, в которых отражаются суммы, превышающие действительный объем операций, позволяют незаконно вычесть несуществующие затраты, то есть получить незаконные возмещения НДС.

Так называемые "компенсации"

В этом случае за границей открывается кредит в пользу гражданина, проживающего в Италии, под аналогичную процедуру, выполняемую в нашей стране в пользу партнера, проживающего за рубежом и являющегося либо незаконным владельцем счета за границей (в случае, если это "гражданин-резидент"), либо законным владельцем зарубежного счета (в случае, если он принадлежит к определенной категории, для которой предусмотрены особые льготные валютные режимы: уполномоченные предприниматели, эмигранты и т. д.).

Данная система обладает значительным запасом безопасности, так как не предполагает ни какого-либо перемещения фондов, ни операций валютного характера. Ее обнаружение часто является случайным и почти всегда связано со сведениями, полученными в ходе дознания, о существующей незаконной экономической связи, лежащей в основе этой операции.

Капиталовложения в Италии за счет займов, предоставленных зарубежными финансовыми фирмами или банками

Как правило, эти зарубежные финансовые фирмы или банки располагаются в странах финансового рая, принадлежат неизвестным личностям — вероятно, соучастникам незаконных операций — и применяют особо привлекательные процентные ставки.
Система позволяет узаконить даже огромные капиталовложения и при возможности — помимо всего прочего — легально реэкспортировать ранее вложенные капиталы.

Таким образом может быть произведена "тройная отмывка" капиталов:
— 1 этап: экспорт валюты или компенсация "заграница на заграницу" незаконных капиталов с депонированием в зарубежных банках или же с созданием зарубежных финансовых фирм;
— 2 этап: открытие финансирования в Италию со стороны банков или финансовых фирм, законно признанных в стране местопребывания, и вложение капиталов — как правило, в итальянскую недвижимость;
— 3 этап: ликвидация капиталовложений и новый "законный" реэкспорт капиталов как результат закрытия предыдущих "иностранных" капиталовложений.

Из сказанного выше видно, сколь многочисленными могут быть оперативные возможности для отмывания капиталов, поступающих от незаконной деятельности, связанной или не связанной с явлениями мафиозного характера.

К указанным процедурам, представляющим собой наиболее типичные формы отмывания денег, следует добавить бесконечное множество вариантов, зависящих от возможностей — законных и незаконных — реинвестиций за рубежом вывезенных капиталов или от использования возможностей, предоставляемых нечестными национальными операторами.

Следует также подчеркнуть, что в целом различные методики, используемые для отмывания денег, ведут к совершению очередных преступных действий, из которых мы назовем наиболее часто встречающиеся: выдача и/или использование счетов для покрытия несуществующих экономических операций, налоговое мошенничество, обман в области торговли, преступные действия, совершаемые акционерными обществами, и ложные банкротства, мошенничество на коммунальных взносах. Это обусловливает самое настоящее спиральное развитие преступной деятельности, заражающей экономическую систему.

Если ко всему этому добавляется практика мафиозных методов, то можно сделать вывод об исключительно опасной ситуации, к которой явление отмывания денег приводит как в национальных рамках, так и в международных.

3. Условия, способствующие развитию отмывания денег

Общие положения

Технологический прогресс, развитие информатики и телематики вместе со свободой, предоставленной международному капиталу направляться туда, где возникают наилучшие возможности для получения прибыли, сделали технически возможным то явление, которое сегодня повсеместно обозначается как глобализация экономики.

Экономико-политическая интеграция обширных регионов мира и использование некоторыми группами стран нетарифных "барьеров" явились базой развития новых финансовых форм, используемых, чтобы получить доступ к внешним рынкам или остаться на них.

И наконец переход некоторых правительств от осторожности к политике стимулирования иностранных инвестиций и либерализации торговых операций могут рассматриваться как условия — в отсутствии необходимой регламентации — для развития экономической преступности.

Падение берлинской стены и коммунистических режимов в Центральной и Восточной Европе придало сильнейшее ускорение процессу перестройки мировой экономики, в силу чего страны с плановой экономикой, до того момента закрытые для международных финансовых перемещений, изменили свои законодательства в либералистическом направлении, открывшись принципам рыночной экономики в попытке наверстать упущенное время и стимулировать иностранные капиталовложения.

Эти изменения коснулись не только финансово-экономической сферы, вызвав разрушение систем контроля за экономикой, но одновременно и административной сферы, приведя к политике общей отмены въездных виз в страны Центральной и Восточной Европы.

Соглашение Gait-Uruguay Round, исчезновение СССР и Маастрихтский договор являются в современном историческом контексте определяющими событиями, которые внесли вклад в переход мировой экономики к форме глобальной деревни, возможностями и свободами которой организованная преступность несомненно пользуется.

Говоря вкратце, мы можем утверждать, что значительному развитию отмывания денег в последние годы благоприятствовали некоторые условия, которые можно определить как:
— легкость, с которой средства могут быть введены в денежный оборот;
— возможность перевести свободно и без последующего контроля значительные капиталы из одной страны в другую, заимствуя хитроумные способы и системы, внедренные транснациональными фирмами;
— высокая предприимчивость и эффективность, достигнутые преступными организациями, которые прибегают к высококвалифицированным финансовым консультациям.
 

Условия отмывания денег в Восточной Европе

Западный опыт показывает, что рыночная экономика при всей своей частой непоследовательности развивается не по совсем уж случайной логике и для эффективного функционирования нуждается в институтах и правилах, устанавливавшихся в течение длительного периода времени.

Быстрый и травматический переход от одной социально-экономической системы к другой привел к взрывоподобным результатам: например, указ о либерализации торговли внезапно превратил город Москву в огромный арабский базар со столь тяжелыми последствиями, что Ельцин был вынужден поспешно изменить указ.

Хаос, вызванный первыми радикальными шагами по приватизации, предпринятыми в надежде устранить ущерб, нанесенный экономикой так называемого реального социализма в различных странах Восточной Европы, и deregulation предстают во всех своих опустошительных масштабах: резкое падение сельскохозяйственного и промышленного производства, инфляция и безработица, рост бедности, преступности, торговли наркотиками и коррупции.

Министр внутренних дел России публично заявил, что в первом квартале 1994 года ежедневно в среднем совершалось по 84 убийства, "большая часть которых явились заказными убийствами в связи с конфликтами в сфере коммерческой и финансовой деятельности" (The Economist, июль 1994).

Когда в 1992 году Россия начала свой неуверенный путь в направлении рыночной экономики, преступные шайки были в числе немногих держателей значительных финансовых ресурсов: таким образом, им предоставлялась возможность не только подорвать существующую структуру, но и завладеть целым государством в ходе процесса его реконструкции. К счастью, в связи с их дезорганизацией, эти шайки в значительной мере упустили шанс, предоставленный им историей.

Пример России символичен. Чтобы предотвратить такую возможность, власти, вероятно, должны работать на два фронта.

С одной стороны, они должны бы недвусмысленно утвердить политику защиты прав собственности, а с другой — сократить свое вмешательство в экономику: властный произвол бюрократии способствует развитию коррупции.

Исчезновение партии и ее контролирующей функции создает ситуацию, которая может побудить судей и полицию действовать в своих интересах, и не удивительно, что в таких условиях деловые круги предпочитают решать свои проблемы, обращаясь к различным рэкетирам, а не к полиции или в суд.

С другой стороны, если в западном мире закон и порядок традиционно являются двумя сторонами одной медали, в коммунистических системах, и в России в частности, порядку всегда отдавалось большее предпочтение, чем закону: на этапе краха коммунистической системы эта дихотомия обнаруживает всю свою ограниченность.

Нужно также учитывать, что политическая необходимость отвечать на идущие от населения требования перемен не дала возможности и времени властям стран, переходящих к рыночной экономике, создать механизмы защиты экономики и общества.

Нормативная либерализация, в том числе на уровне Европейского Союза, использование средств информатики вкупе с коммерческими и финансовыми возможностями, предоставившимися в бывших коммунистических странах (новые рубежи), представляют собой благоприятную почву для развития экономической преступности, которая превращает отмывание денег в точку опоры и лимфу своего развития.

Действительно, настоящей проблемой при отмывании денег является изобретение экономической деятельности, которой будут маскироваться незаконные перемещения капитала.

Парадоксально, но прогресс политики расширения свобод способствует, как мы видели, при определенных социально-политических условиях развитию в финансово-экономической области криминальных патологий, связанных с отмыванием денег.

Преступное "предпринимательство", хотя и движимо противозаконными намерениями, в любом случае обусловлено экономической логикой и, следовательно, должно учитывать затраты на управление и необходимость капиталовложений. Другими словами, чтобы жить, финансовая преступность должна двигаться внутри экономической системы, используя ее структуры и правила.

По этим причинам экономическая преступность вынуждена постоянно сталкиваться с объективным ограничением, выраженным необходимостью "очистить" незаконные доходы, чтобы иметь возможность использовать их, поскольку к незаконной деятельности — какой бы она не была — существует устойчивое негативное отношение даже в странах, временно вынужденных стимулировать приток иностранных капиталов. Но для реализации этой цели преступная организация должна обратиться к внешней системе, не входящей в саму организацию. Поэтому необходимо обращаться к финансовым посредникам, которые позволили бы направить деньги незаконного происхождения в нормальные экономические каналы. Но эта необходимость перехода к законной деятельности представляет из себя момент повышенной уязвимости, поскольку такой переход может быть выявлен органами борьбы с экономической преступностью.

Опасность этих форм преступной деятельности, таким образом, предстает во всем объеме. Опасность заключается в трудности выявления и подавления преступности, поскольку огромные финансовые ресурсы позволяют криминальным организациям покупать необходимых для их целей профессионалов в финансовой, валютной и нормативной областях, а также брать на вооружение самые передовые технологические средства. С другой стороны, обнаруживается сложность для государства гибко следовать за темпами развития средств и методов, используемых организованной экономической преступностью.
 

Условия отмывания денег в других чувствительных регионах

Новые возможности капиталовложений обнаруживаются не только на Востоке, ведь в других частях света, задействованных в процессе глобализации экономики, также произошли изменения нормативов для привлечения иностранных инвестиций.

Падение берлинской стены подтолкнуло мировые капиталы в восточном направлении, вызвав озабоченность некоторых развивающихся стран, в частности североафриканских и ближневосточных, в том, что ранее направлявшиеся к ним иностранные инвестиции возьмут курс на Восточную Европу. Это послужило толчком для интенсификации работы, нацеленной на введение все более либеральных нормативов в финансово-экономической области. Последнее, вероятно, внесло свой вклад в стимуляцию реакции исламских интегралистов против притока иностранных капиталов и привело к соответствующим последствиям. Хотя возможность того, что эти страны могут представлять собой в широком масштабе зону риска с точки зрения отмывания денег, кажется нам довольно ограниченной. На самом деле эти страны, хотя и начали процесс преобразования экономики, сохраняют прочную государственную структуру, способную контролировать как экономику, так и судебную систему.

За исключением стран, в которых угроза исламского интегрализма исключает предпосылки для риска развития в них практики отмывания денег, прочие страны в целом характеризуются сосуществованием западных финансовых систем с финансовыми системами, основывающимися на нормах Корана.

Возможности, которые предоставляют западные банковcкие и финансовые системы для операций money laundering, уже были рассмотрены. По аналогии исламская финансовая система обладает характеристиками, которые, как нам кажется, следует рассмотреть с точки зрения противодействия возможной деятельности по отмыванию денег.

Как известно, исламская финансовая система основана на жестком соблюдении норм Корана, которые запрещают выплачивать или получать проценты: тот, кто дает в долг капитал, получает вознаграждение на основании экономических результатов инициативы, которая была поддержана его деньгами.

В таком контексте исламская финансовая система строится на пяти базовых структурах, характеризуемых ярко выраженной гибкостью, то есть способных адаптироваться к различным потребностям:
— мурабаха (murabaha): является наиболее традиционным инструментом для обеспечения средств — особенно краткосрочных — при приобретения товара. Пример: импортер товара "А", который предпочитает использовать исламское финансирование, может запросить банк закупить для него партию такого товара. Банк осуществляет закупку, становясь владельцем товара, а затем перепродает его импортеру, который все же имеет возможность отсрочить выплаты банку. Последний, в свою очередь, потребует признания комиссионных за свою работу и за отсроченный платеж;
— мударабах (mudarabah): схож с управлением казначейством. Тот, кто обладает капиталом и ищет ему применение, может договориться с тем, кто управляет бизнесом и нуждается в средствах для его финансирования. Прибыль от операции затем делится между двумя сторонами и составит вознаграждение банку для его посредническую деятельность;
— мушарака (musharaka): является финансовой структурой, схожей с предыдущими, с признаками типа venture-capital*. Инвесторы непрерывно занимаются финансированием определенного проекта, получая прибыль, непосредственно связанную с performance этого проекта;
— истисна (istisna): является инструментом, предназначенным для финансирования в основном промышленной деятельности, то есть средне- и долгосрочной. Нам не кажется, что она может быть способом для отмывания денег, также как и иджара (ijara), исламский вариант нашего лизинга.

После изучения этих характеристик внимание должно сосредоточиться в основном на первых двух финансовых инструментах, которые действительно лучше всего подходят для операций по отмыванию грязных денег. Так как мировая банковская система в значительной степени основывается на операциях, связанных с выплатой процентов, можно легко сделать вывод, что исламская финансовая и банковская системы могут выполнять свою роль только в ограниченных рамках.

На самом же деле это не так, поскольку в последние годы не только увеличилось использование исламской банковской системы, но и усилилось сотрудничество между западными и исламскими банковскими системами, особенно в тех странах, которые по своему географическому положению могут рассматриваться как пограничные между двумя финансовыми системами.

4. Проблема банковского и налогового рая.

Общие сведения

Всесторонне оценивая такое явление, как отмывание денег, нельзя оставить в стороне рассмотрение роли тех стран, законодательство которых предусматривает особые льготы как в налоговой, так и в банковской области для физических и/или юридических лиц, часто не являющихся резидентами.

Такие страны обычно именуют налоговым или банковским раем — выражение, которое по своей несомненной силе и ясности смысла уже вошло в привычную лексику тех, кто занимается финансовыми, налоговыми, валютными и банковскими проблемами, в том числе и международными.

Рассмотрение юридического устройства каждой отдельно взятой страны является, однако, довольно тяжким предприятием не столько из-за числа стран, потенциально заинтересованных в существовании парадизов, сколько из-за исключительной секретности, которой они себя окружают.

Кроме того, поскольку ситуация постоянно меняется, а понятие рая, налогового или банковского, является совершенно относительным в зависимости от сравниваемых типов юридического устройства, анализ различных систем не мог бы рассматриваться как абсолютно исчерпывающий.

Там же, где подобное сравнение можно было бы провести применительно к такой системе, как итальянская, где действующие нормативы предусматривают банковскую тайну и высокое налогообложение (итальянские налоги на проценты с банковских депозитов являются, наверное, самыми большими в Европе), убедительность сформулированного выше соображения об относительности сопоставлений становится еще более очевидной: в сравнении с Италией налоговым и/или банковским раем могут считаться не только очень многие страны мира, но даже Европа и сам ЕС.

Таким образом, настоящее расследование ставит перед собой цель:
— продемонстрировать важные аспекты, имеющие почти всеобщее значение и делающие ту или иную страну налоговым или банковским раем;
— перечислить геоэкономические и геополитические характеристики налоговых и банковских парадизов;
— оценить эффект, вызванный в самих парадизах открытием границ в рамках ЕС и последующей либерализацией торговых и денежных обменов.
 

Важные аспекты

Некоторые эксперты показали, что вместо того, чтобы разделять парадизы на налоговые (фискальные) и банковские, более уместно и существенно было бы именовать их cvsmvm-4ecKHparadisfinansiers*, используя всеохватывающий термин, который отсылал бы к фундаментальным характеристикам тех стран, в которых:
— банковская тайна жестко охраняется и сохраняется;
— денежные и финансовые операции в целом ускоряются и облегчаются соответствующими специфическими законодательными инструментами;
— кредитные институты гарантируют клиентуре самую абсолютную анонимность;
— проведение банковских или имущественных расследований воспрещено или по крайней мере затруднено и ограничено случаями абсолютной необходимости;
— судебное содействие различным зарубежным следственным комиссиям не обеспечивается и не гарантируется существующими международными соглашениями;
— смехотворность (если не полное отсутствие) налогового бремени на доходы фирм и/или физических лиц и на доходы по капиталу делает особо привлекательными и прибыльными денежные вклады, капиталовложения и валютные операции.

Финансовый закон на 1992 год ввел — впервые в Италии — понятие налогового (фискального) рая, отсылая за его определением к министерскому декрету (от 24.04.1992), который выделяет два аспекта:
— определение понятия дохода, нужного при сопоставлении совокупных выплат, произведенных итальянским субъектом и иностранным субъектом;
— перечисление стран, которые после проведения такого сопоставления подходят под определение страны или территории с привилегированной налоговой системой.

Итак, совершенно ясно, что в рамках финансовых парадизов определение банковский рай в наибольшей мере относится к странам, где особо заботятся о гарантиях банковской деятельности вообще и банковской тайны в частности, иногда как название налоговый рай получают страны с ярко выраженными налоговыми льготами, особенно для нерезидентов, выполняющих самые различные финансовые операции.

В связи с этим полезно будет заметить, что в большинстве случаев рай характеризуется ярко выраженной разрешительностью в обеих областях: это в конце концов кажется очевидным, если принять во внимание, что подпадающая под налогообложение экономическая деятельность практически неизбежно осуществляется при прямом или косвенном посредничестве кредитных организаций.

В действительности внимание следует обратить прежде всего на банковские парадизы, так как для преступных организаций требование анонимности экономических операций и жесткого соблюдения банковской тайны значительно важнее, чем более высокая прибыль, получаемая благодаря налоговым льготам. С другой стороны, для "международных преступных холдингов" единственной объективно эффективной и возможной системой для "отмывки" "грязных" денег ягляется введение их в цепь мировой банковской системы.

Из вышеизложенного следует, что ярко выраженная герметичность банковской системы является главной характеристикой парадизов, на которые обращают свое внимание крупные организации, и наоборот, именно в прозрачности банковской деятельности видят самую действенную систему для борьбы с отмыванием денег политические и экономические власти тех стран, которые парадизами не являются.

Геоэкономические и геополитические аспекты финансового рая

Чтобы лучше понять рассматриваемую проблему, следует остановиться на наиболее важных геоэкономических и геополитических характеристиках парадизов.

По поводу геоэкономического аспекта следует отметить, что обычно финансовые парадизы располагаются в тех странах, которые — не обладая солидным экономическим потенциалом или заметив, как постепенно сокращаются собственные ресурсы и производственные мощности или же как ослабевает, а иногда даже совсем прекращается помощь, предоставляемая им экономически более крепкими и мощными государствами, — предоставляют "гостеприимство" значительным капиталам субъектов, проживающих в третьих странах, отличающихся более жестким юридическим устройством. Таким образом, эти субъекты оказываются привлеченными набором условий, специально нацеленных на поддержание и облегчение финансовой и валютной деятельности, повышение ее безопасности и прибыльности.

Это касается как многочисленных бывших колоний (Антильские, Каймановы, Сейшельские острова, Барбадос, Гонконг и др.), которые полностью или частично получили политическую и экономическую независимость, утратив при этом, однако, финансовую поддержку стран-"колонизаторов", так и некоторых стран из той же Европы, имеющих небольшую территорию и скромные производственные мощности (Лихтенштейн, Люксембург, Нормандские Острова).

С политической же точки зрения парадизы характеризуются наличием стабильных и однородных правительств (часто тоталитарных), то есть способных — или считаемых способными — обеспечить преемственность в политике и долгосрочную стабильность экономического и валютного регулирования. Действительно, является аксиомой, что никто не доверил бы управление собственными капиталами — законно или незаконно накопленными — кредитным институтам или финансовым фирмам, расположенным в станах, где неожиданное изменение установленного порядка может вызвать быстрый экономический кризис или даже конфискацию всех капиталов, находящихся на их территории.

Основные черты некоторых "финансовых парадизов"

(1) Острова Джерси, Гернси и Сарк. Расположенные в проливе Ла-Манш и входящие в состав Соединенного Королевства, они, тем не менее, пользуются полной финансовой и налоговой независимостью от Великобритании и других стран Европейского Союза.

Действительно, они не интегрированы в систему Европейского Сообщества, не приняли и не применяют его законодательства, а пользуются офшорным статусом, по которому их банковская и налоговая системы предоставляют особые льготы при международных финансовых сделках. Вследствие этого там насчитывается очень много банков (как минимум 64 на Джерси и 53 на Гернси) и около 25 000 посреднических фирм.

Среди особенностей, которые превращают эти острова в налоговый рай, следует упомянуть полное отсутствие таможенных пошлин, налога на наследство и налог на добавленную стоимость (НДС).

Предусмотренный 20%-ный налог на доход по банковским депозитам на самом деле сокращает прибыльность этих депозитов лишь минимально, поскольку, благодаря особым нормативным инструментам, вкладчикам дана возможность возвращать около 90% указанного налога как налоговый вычет из прибыли.

Финансовая независимость англо-нормандских островов реально освобождает их от мер по налоговому согласованию in fieri* в рамках Сообщества, по каковой причине прочие парадизы реально видят в них потенциальных и опасных соперников, способных поглотить значительную долю европейского оборота после отмены границ в рамках Сообщества.

(2) Каймановы острова (Большой Кайман, Малый Кайман и Кайман-Брак). Бывшие английские колонии, полностью свободные сегодня в экономическом плане, обладают таким устройством, благодаря которому для фирм и офшорных финансовых операций предусмотрены такие наивыгоднейшие налоговые льготы, как освобождение от налогов на юридические лица и на доход по капиталу, от фискальных удержаний и от купонного налога, от выплаты социальных взносов, налога на доход и НДС.

Помимо этого валютный режим является абсолютно либертистским, поэтому разрешен перевод внутри островов и за их пределы любых сумм в любой валюте.

Недавно автономия Каймановых островов подверглась ограничению после специального вмешательства правительства США, потребовавшего и добившегося заключения договора, по которому разрешается проводить углубленные расследования деятельности фирм, работающих на островах, если имеются веские улики их участия в международной торговле наркотиками. Расследования, проведенные американскими властями, выявили, что Каймановы острова превратились в главный центр операций по отмыванию денег южноамериканских торговцев кокаином.

(3) Антильские острова. Хотя они и входят в состав Нидерландского королевства, но пользуются полной автономией с 1954 года. В соответствии с договором, подписанным с США в 1948 году и действовавшим до 1987 года, фирмам, зарегистрированным на пяти островах архипелага (Аруба, Бонайре, Св. Евстахия, Св. Мартина и Кюрасао), давалось право не платить налогов на доходы физических лиц по капиталовложениям, сделанным на территории США.

По этой причине и благодаря железной банковской тайне острова стали местом расположения целых 60 банков и более 24 000 офшорных фирм, некоторые из которых являлись самым настоящим "плацдармом" для финансовых сделок крупных экономических групп, в том числе европейских и итальянских.

Однако в 1987 году США — для защиты собственных налоговых интересов и сдерживания экономической деятельности международных преступных организаций — в одностороннем порядке денонсировали договор с 1 января 1988 года, причем эта мера была названа "национальной катастрофой" министром финансов архипелага и оставила острова в абсолютно неясной финансовой ситуации.

(4) Местопребывание так называемых банков-призраков. Речь идет о некоторых малых государствах (острова Науру, Вануату, Тонга, Антигуа, Барбуда, Ангилъя, Маршалловы и Марианские острова в северной части Микронезии), которые имеют общие характеристики с уже упомянутыми островами — финансовыми парадизами, но на которых действуют не только нормы, обеспечивающие чрезвычайную секретность всех банковских операций, но и — в аспекте нашего исследования — сугубо разрешительные правила открытия отделений банков.

Действительно, в этих странах не нужны гарантии, которые обычно требуются для аккредитации банка, как то: признание со стороны страны пребывания, подтвержденное обладание крупным уставным капиталом, и проверка международными специализированными агентствами, — достаточно лишь внести минимальный уставный капитал (даже порядка нескольких тысяч долларов США), чтобы открыть банк.

Совершенно очевидно, что созданные и управляемые таким образом кредитные институты особенно подходят для совершения валютных и финансовых мошенничеств авантюристами и мистификаторами, а также часто использовались и используются для отмывания и сокрытия доходов от преступной деятельности и наркотиков.
 

Налоговые парадизы, появляющиеся в европейских рамках

В ходе реализации условий Римского договора 1957 года, а затем и Единого Европейского Акта, в 1992 году были упразднены границы, разделявшие территории 12 стран — членов ЕЭС. Следствием этого явилась прогрессивная общая либерализация — в рамках Сообщества — всей экономической и финансовой деятельности, включая перемещение капиталов. Для преступных организаций — и прежде всего организованной преступности мафиозного типа — это стало решительным упрощением деятельности по отмыванию денег.

Со своей стороны государства — члены Европейского Союза, — при всех трудностях и разногласиях, вытекающих из столкновений интересов, и значительных различиях в юридическом устройстве отдельных стран — приняли специальные Конвенции против всех форм отмывания денег (о чем мы подробнее поговорим ниже в параграфе 7). Иными словами, были приняты меры по осуществлению директив Сообщества, направленных на обеспечение полной прозрачности банков путем упразднения банковской тайны для налоговых проверок и уголовных расследований. В связи с этим в будущем для международной отмывки денег значительно возрастет важность финансовых парадизов вне Сообщества.

Здесь следует подчеркнуть, что в противовес тенденции, наблюдающейся уже несколько лет в рамках Швейцарской конфедерации, происходит выход на международную сцену других европейских стран, которые по причинам политического, географического и экономического порядка, похоже, решительно занимают ее место, перехватывая ее функцию заботливого хранителя международного капитала и привлекая приток капиталов в соответствующие банковские системы при помощи специальных нормативных льгот.

Это касается Австрии, Венгрии, миниатюрной Республики Андорра и Княжества Монако — стран, с которыми было бы полезно достичь договоренностей и соглашений, позволяющих предотвратить превращение этих стран в удобное пристанище для отмывания незаконных капиталов.

Если не принять решительных международных мер по регулированию и контролю финансовых потоков, то свободное перемещение товаров, людей и капиталов упростит доступ огромным суммам "грязных" денег в европейские банки, а через них в сеть, образованную финансовыми парадизами.

Бывший управляющий Банком Италии Чампи (Ciampi) утверждал, что "если в Италии существует достаточно эффективная система контроля за перемещением грязных денег, то этого нельзя сказать о загранице, причем не только о странах бывшего коммунистического блока или странах других географических регионов, которые на волне глобализации переходят теперь к рыночной экономике".

5. Проблема подпольных банковских систем

Предварительное замечание

В финансово-кредитных кругах полагают, что "грязные" деньги, проходящие по официальным каналам, составляют минимальную часть от общей суммы денег. Однако существование подпольных банковских систем ставит под сомнение это весьма распространенное мнение.

Подпольная банковская деятельность — вероятно, предшествовавшая обычной современной системе кредитов — возникла, по всеобщему убеждению, хоть и не подтвержденному документально, в Азии. Подпольная система обходит легальные банковские процедуры. В основном она распространена в странах, где осуществляется контроль за обменом валюты, поскольку это позволяет не оставлять документальных следов от совершенных сделок.

Причины, толкающие "клиентов" пользоваться подпольными банковскими системами, различны: от перевода небольших денежных сумм, в обход налоговых сборов, родственникам, проживающим в бедных странах, до уклонения от уплаты налогов при финансировании преступной деятельности, такой, как торговля наркотическими средствами и терроризм. Поэтому, если с одной стороны подпольная банковская система представляется как принимаемая обществом услуга, то с другой она может восприниматься как абсолютно преступная деятельность.

Характерные черты подпольных банковских систем

Подпольная банковская система известна своим "клиентам" под разными названиями: китайцам — как банковская система "Chop Chop"; на индийском субконтиненте — как система "Chiti" , "Hundi" и "Hawalla"; латиноамериканцам — как система "Stash House"; благодаря эмиграции, данный термин получил широкое распространение и в Северной Америке. Названия "Chop" и "Chiti" относятся, в частности, к документам, служащим как квитанцией, так и векселем на предъявителя; термин "Hawalla" означает "ссылка", а "Hundi" - "доверие".

В основе подпольной банковской системы действительно лежит доверие, без которого вся система рухнула бы.

Коротко термином "Hawalla" можно определить организованную подпольную банковскую систему, действующую на международном уровне и основанную эмигрантами и торговцами, переселившимися в другие страны.
Банкиры Hawalla зачастую являются потомками древних менял. Они могут быть торговцами, коммерсантами, коммивояжерами, ювелирами — словом, профессионально заниматься торговлей или иной деятельностью, пользующейся всеобщим уважением, поддерживать постоянные отношения с большим числом клиентов и иметь дело с крупными суммами наличных денег. Кроме того, они пользуются доверием и уважением в своей среде и со временем приобретают некоторую власть над собственными клиентами.

Закрытая и неформальная передача информации, установившаяся в иммигрантских кругах, облегчает потенциальным клиентам поиск местных банкиров Hawalla; точно так же, как и для последних нет особых трудностей в получении новых клиентов, хотя они и не предлагают открыто свои услуги.

Помимо этого, банкир Hawalla нередко играет ключевую роль в жизни своей общины: ежедневно он занимается отправкой денежных сумм, которые складываются из прибыли, получаемой торговцами общины; таким образом, избегается уплата подоходных налогов; он же, по договоренности, за подкуп или по принуждению переводит в другие страны значительные капиталы, представляющие, к примеру, доходы от преступной деятельности или же предназначенные для финансирования незаконных торговых операций.

Оперативность системы Hawalla

Порядок работы банковской системы Hawalla по существу совпадает с порядком работы при отмывании грязных денег, о котором уже говорилось выше:

(1) Прямая компенсация. Предположим, что лицо "А" живет в стране "Б" (слаборазвитой и с нестабильной экономикой) и имеет ограниченные возможности зарабатывать "твердую" валюту. По местным меркам "А" считается зажиточным лицом и намеревается перевести сумму, эквивалентную 10 тысячам фунтов стерлингов, в страну "В". По тем или иным причинам "А" не собирается прибегать к услугам официальной банковской системы.

Узнав о существовании в своей стране лица, являющегося банкиром Hawalla, "А" внесет последнему оговоренную сумму в местной валюте, чтобы иметь в своем распоряжении сумму, соответствующую 10 тысячам фунтов стерлингов в твердой валюте, на территории заранее выбранной страны "В". Сумма в местной валюте, представляющая вышеуказанный эквивалент в стране "В", включает в себя значительное комиссионное вознаграждение для банкира и не связана с официальным обменным курсом.

Против своего вклада, "А" получит документ — " Chop" или "С/пй", — не являющийся банковской квитанцией. По сути дела это опознавательный бон данного перевода, который будет представлен — в форме, известной только "А", — своему банкиру и банкиру-корреспонденту в стране "В". Таким боном может, например, быть изображение животного или птицы, половина банкноты, разделенной банкиром в присутствии своего клиента, или что-либо в этом роде. Впоследствии банкир сообщит — по телефону, телексу, почте или любым другим образом — своему корреспонденту в стране "В" три главных элемента операции: причитающуюся сумму, вид валюты и опознавательный знак. "А" остается затем снестись лично (или через свое уполномоченное лицо) с банкиром-корреспондентом в стране "В", представить свой " Chiti" и получить наличность.

Для осуществления данной операции необходимо:
— прежде всего, высокая степень доверия двоякого рода:
— между субъектом "А" и банкиром; как правило, между ними устанавливается полное доверие, поскольку банкир дорожит своей репутацией, являющейся залогом его деятельности и помогающей ему избежать конкуренции со стороны параллельных групп;
— между обоими банкирами, участвующими в операции, так как это является гарантией ее успеха. Ведь банкир "А" должен быть уверен, что его корреспондент осуществит платеж по запросу; последний, соглашаясь на сделку, также должен быть уверен, что долг будет оплачен.

Доверие, разумеется, возрастает, когда оба "посредника" принадлежат к одной семье, точнее, к одному клану.

Для успеха операции необходимо, чтобы, по ее завершении, финансовые отношения между двумя банкирами были улажены, так как банкир-корреспондент окажется в положении кредитора на эквивалент 10 тысячам фунтов стерлингов (включая его часть комиссии) и, следовательно, ему будет причитаться сумма в валюте, столь же твердой, как и в стране "Б". В случае, если финансовые сделки между двумя банкирами являются эпизодическими, "сведение счетов" осуществляется немедленно; когда же они происходят регулярно, проводится взаимозачет на основе "компенсационных счетов".

(2) Косвенная компенсация. Используется в тех случаях, когда возмещение осуществляется с помощью неденежных ценностей.

Предположим, что субъект выразил желание располагать суммой в 10 тысяч долларов в стране "Б". Он обращается к банкиру Hawalla своей страны и вносит соответствующую сумму, включающую стоимость операции. Банкир обращается к своему корреспонденту, действующему в стране "В", который предоставляет заинтересованному лицу требующиеся 10 тысяч долларов. Затем, чтобы компенсировать сделку, тот же банкир, используя местную валюту, приобретает авиабилет на рейс из страны "А" в страну "В" и, далее, страну "В", выбирая для последнего отрезка рейс, стоимость которого равна 10 тысячам долларов. После этого он передает билет своему курьеру, который отправится по нему из страны "А" в страну "В", где билет будет доставлен банкиру-корреспонденту. Последний предъявляет неиспользованный билет на рейс из страны "Б" в страну "В" соответствующей авиакомпании и становится обладателем эквивалента 10 тысячам долларов, авансированным клиенту первого банкира.

(3) Коммерческие операции. Предположим, что банкир Hawalla имеет две коммерческие фирмы: первая, "X", находится в отсталой стране, где он и осуществляет свою деятельность; вторая, "Y", контролируется его родственником или доверенным лицом в промышленно развитой стране.

Банкир дает указание фирме "Y" отправить на экспорт контейнер сухого молока для детского питания, купленный его фирмой по договорной цене. Банкир Hawalla обращается в центральный банк своей страны, чтобы получить разрешение на сделку и на доступ к валютным ресурсам в объеме, равном стоимости поставки. Разумеется, он не раскрывает истинной принадлежности фирмы и представляет всю сделку как нормальную коммерческую операцию. По прибытии товара в страну третьего мира банкир представляет необходимые документы в центральный банк, а также вносит нужную сумму в местной валюте. Центральный банк производит соответствующую оплату в твердой валюте страны, где находится фирма "Y", и дает разрешение на выдачу контейнера с таможенного склада в аэро- или морском порту.

В данном случае выставляемый к оплате счет может быть неимоверно раздут, что позволит банкиру Hawalla отделаться от крупной суммы в местной валюте и накопить твердую валюту в другой стране. Кроме того, банкир может наполнить контейнер товаром, на который наложено эмбарго; его можно будет реализовать на черном рынке, получить высокую прибыль и пополнить запасы местной валюты.

Помимо этого, он может наполнить контейнер опилками или прочим ничего не стоящим материалом; или же попросту избежать транспортных расходов, "выдумав" несуществующий груз и представив в центральный банк полностью подложные документы.

(4) Денежные займы. Предприятие, получающее подряд за рубежом, обычно вынуждено нанимать местную рабочую силу, которая оплачивается в валюте данной страны, приобретаемой в банке по официальному курсу.

Подобные операции внимательно прослеживаются банкиром Hawalla. Он может уговорить генерального подрядчика покупать местную валюту у него на выгодных условиях, позволяющих сократить затраты подрядчику и увеличить запасы твердой валюты банкиру.

Наряжу с вышеперечисленными, данный прием представляет собой прямой подрыв экономики различных стран, в особенности стран третьего мира, которые, по существу, лишаются возможности пополнять свои валютные запасы, что крайне отрицательно сказывается на их платежных балансах.

(5) Прочие сферы деятельности банкира Hawalla. Использование подпольной банковской системы чревато еще большим риском, если эта система связана с преступными организациями или, точнее, является их составной частью.

Как известно, всякая "преступная сделка" нуждается в финансировании: например, партия наркотиков должна быть оплачена до ее реализации. Это относится и к оружию с боеприпасами.

При отсутствии денежных средств на момент заключения сделки они приобретаются через официальную кредитную систему (которая, разумеется, остается в неведении относительно истинной природы проводимой операции, но в любом случае требует представить обоснование и задокументированные гарантии) или же через подпольную систему, позволяющую соблюдать полную анонимность сделки.

Вполне логично предположить, что банкир Hawalla держит также счета и в обычных кредитных институтах, весь спектр услуг которых он может использовать для своего клиента.

Допустим, к примеру, что преступный элемент "А", нуждающийся в 100 миллионах для проведения операции с "Б", обратится за кредитом к банкиру Hawalla "В". Господин "В" является также импортером/экспортером и имеет возможность учитывать векселя в кредитном учреждении. Он представляет в банк вексель номинальной стоимостью в 125 миллионов, акцептованный импортером, скажем, какой-то другой страны. Вексель сопровождается фальшивыми транспортными документами, однако они убеждают банк в реальности указанной партии и кредитоспособности клиента.

Банк открывает кредит на счет господина "В", равный ставке учета векселя (например 112 миллионов); этой суммы, естественно, более чем достаточно, что бы покрыть заем в 100 миллионов у господина "В", с которым будут также согласованы условия выплаты в течение срока действия ценной бумаги.

Излишне добавлять, что заем в 100 миллионов обойдется преступному элементу по меньшей мере в 125 миллионов, равных стоимости векселя с дополнительной процентной ставкой, намного превышающей банковскую. Тем не менее, гарантия полной анонимности, а также сверхприбыль, получаемая от незаконной операции, в которую вложена данная сумма, с лихвой оправдывают такие расходы.

Что касается банкира Hawalla, то, не имея твердых реальных гарантий от своего клиента, он позаботится о том, чтобы последний продолжал пользоваться его структурой для обналичивания незаконной прибыли. На практике указанный банкир постарается ввести в экономическую сделку между преступным элементом и его партнером по крайней мере свое доверенное лицо (по возможности, другого банкира Hawalla). Таким образом, помимо получения последующей прибыли и с этой сделки, он снова получит в свое распоряжение сумму в 125 миллионов и переведет сальдо своему клиенту. Затем, получив дополнительную прибыль до истечения срока погашения векселя, он в соответствующие сроки выполнит обязательства перед заинтересованным банком по учтенному векселю в 125 миллионов.

В любом случае, прибыль банкира Hawalla от этой сделки — кроме, как минимум, суммы в 12 миллионов, полученной в начале операции (разница между учтенным векселем,
стоимостью в 125 миллионов, и 100 миллионами заема собственному клиенту "А") — выразится также в повышении его престижа, поскольку банк, в котором был учтен вексель, естественно, отнесет банкира Hawalla к разряду ценных и надежных клиентов, вполне заслуживающих получения последующих кредитов.

6. Бремя отмытых денег в национальной и мировой экономике

Судорожный рост цен в сфере недвижимости, в системе распределения и других областях экономики, происходящий под флагом чего бы это ни стоило, с высокой степенью вероятности, объясняется необходимостью быстрого отмывания так называемых грязных денег.

Наличие крупных капиталов требует обязательного подтверждения того, что они являются результатом некой деятельности. Этим объясняется поиск "выходов" за рубеж, особенно в тех случаях, когда режиму внутреннего контроля противостоят иностранные системы, которые, по различным причинам, не могут решить такого рода проблемы или решают их недостаточно эффективно.

Лишь с недавнего времени страны, первыми начавшие процессы либерализации экономики, ввели у себя нормы, позволяющие противостоять money laundering. В Венгрии, например, где процесс экономического преобразования начался в конце 80-х годов, только в мае 1994 года был принят закон, вступивший в силу в июне 1994 года, требующий точной идентификации экономических субъектов, в случае, если сумма заключенной сделки превышает 2 миллиона форинтов (около 20 000 долларов США).

Здесь следовало бы остановиться на некоторых последствиях отмывания грязных денег, истинные масштабы которых проявляются далеко не сразу.

Прежде всего, нужно учитывать, что вливание огромных масс наличности, получаемой в результате незаконной деятельности, всегда пагубно отражается как на внутренних, так и на международных экономических системах.
Принцип свободной экономической конкуренции серьезно нарушается, если представители деловых кругов — мафиозных или нет — в состоянии финансировать свои операции, не прибегая к банковскому кредиту, то есть к нормальным каналам финансирования.

По сути дела, нормы рыночной конкуренции на основе экономического предпринимательства значительно искажаются в пользу небольших групп и в ущерб всей коллективной системе. Последствия этого сказываются не только в экономическом, но и в социальном плане.

Подобная форма нечестной финансовой конкуренции преобладает над любой традиционной формой здоровой деятельности. Она может даже занять господствующее положение в тех же кредитных институтах. Депозит твердых ликвидов незаконного происхождения может привести на грань кризиса банк, в котором он содержится. Ведь если величина грязного денежного депозита опасно приблизится к уровню чистых резервов, то его неожиданный отзыв может поставить банк перед угрозой кризиса, избежать которого позволит лишь уступка такого рода вымогательству.

Говоря о влиянии на международные рынки накопленных организованной преступностью крупных капиталов, необходимо отметить, что преступное проникновение проходит в основном по двум взаимосвязанным направлениям: денежные и финансовые инвестиции.

Первое направление, как мы уже видели, развивается по банковским каналам.

Что касается финансовых инвестиций, то здесь организованная преступность стремится установить контроль за предприятиями высокорентабельных отраслей экономики.

Такая двойственная, денежно-финансовая, тактика может, в некотором смысле, считаться экономическим оружием, нацеленным на подрыв стабильности государства, против которого направлена преступная акция.

Организованная преступность в состоянии мобилизовать колоссальные денежные суммы для проведения спекуляций, которые могут в отдельных случаях повлиять на валютный курс, определив таким образом экономическую политику в некоторых странах.

Параллельно акция организованной преступности, в сфере финансовых инвестиций, может — через проникновение капиталов, предназначенных для отмывания, в деятельность мультинационального характера — серьезно повлиять на состояние биржевых рынков.

Таким образом, вполне очевидно, какую опасность представляют из себя незаконные капиталы по отношению к экономической системе не только одного государства, но — коль скоро речь идет о повсеместно распространенном явлении — и всего мира. Все это лишний раз подтверждает необходимость тесного сотрудничества между государствами на уровне законодательства и действий правоохранительных органов.

7. Проблема борьбы с отмыванием денег в Италии

В Италии, стране, где рассматриваемое явление достигло неприемлемых масштабов, отмывание денег считается в настоящее время преступлением, караемым лишением свободы, согласно ст. 648 прим Уголовного Кодекса. Данная норма требует полноты выявления обстоятельств каждого конкретного дела и суровой меры наказания, не имеющей аналогов в юридических системах даже более передовых европейских государств, которые тоже сталкиваются с этим явлением, не обязательно привнесенным из Италии.

В частности, статья 648 прим:
• в части первой параграфа первого предписывает наказуемость — путем лишения свободы на срок от четырех до двенадцати лет и наложения штрафа на сумму от 2 до 30 миллионов лир — всякого, кто кроме случаев пособничества в преступлении, заменяет или переводит деньги, ценности или иные материальные средства, добытые путем непреднамеренного преступления',
• в части второй означенного параграфа предписывает то же наказание в отношении лиц — связанных с вышеуказанными доходами, — осуществляющих другие операции, затрудняющие установление их преступного происхождения;
• в любом случае, она предусматривает:
• увеличение срока наказания (на треть, в соответствии со ст. 64 Уголовного Кодекса), в случае, если вышеоговоренные действия будут осуществляться при исполнении служебных обязанностей;
• сокращение срока наказания (на треть, в соответствии со ст. 64 Уголовного Кодекса), в случае, если доходы получены в результате преступления, за которое установлено наказание лишением свободы на максимальный срок, не превышающий пяти лет;
— применение уголовной меры наказания и в том случае, когда виновник предполагаемого преступления не подлежит обвинению или не подлежит наказанию или же когда отсутствует условие отдачи под суд за таковое преступление.

Срок наказания увеличивается с трети на половину, если преступление совершено лицами, в отношении которых, во исполнение окончательного решения, применены превентивные меры, в течение периода применения меры и до тех лет с момента прекращения ее исполнения.

В целом, данное положение (формулировка которого неоднократно менялась за последние годы):
— придает большое значение явлению отмывания денег, учитывая всю его сложность и запутанность; не только предусматривает, что предполагаемым преступлением может быть любое непреднамеренное преступление, но и распространяется также на трансфер доходов, каковая деятельность обычно осуществляется не только в среде организованной преступности мафиозного толка, не требуя при этом — в целях наказуемости лица, отмывающего деньги, — доказательства осведомленности о происхождении доходов;
— ясно оговаривает действия, препятствующие установлению преступного происхождения доходов, о чем говорилось весьма размыто в предыдущих редакциях данной статьи.

Впрочем, эта редакция возникла в результате соглашений, подписанных на международном уровне и вошедших в Страсбургскую Конвенцию по отмыванию денег — заключенную в 1990 году, — ратифицированную и вступившую в силу в Италии на основании Закона № 328 от 9 августа 1993 года. Именно этот закон заменила ст. 648 прим Уголовного Кодекса, в которой существенно пересмотрена формулировка преступных обстоятельств отмывания денег, введенная в последний раз так называемым Законом "Гава — Вассалли "№ 55 от 19 марта 1990 года.

Статья 6 указанной Конвенции, в соответствии с внутренним законодательством отдельных государств, их конституционными принципами и основными положениями права, предлагает считать преступлением всякое подобное деяние, совершенное умышленно:
— конверсия или трансфер ценностей, заранее известных как доходы — подразумевая под этим термином любую экономическую выгоду, полученную преступным путем, — с целью сокрытия или утаивания незаконного происхождения таковых ценностей либо пособничества лицам, вовлеченным в совершение предполагаемого преступления, в их стремлении избежать юридических последствий своих деяний;
— сокрытие или утаивание природы, происхождения, местонахождения, актов, касающихся размещения или движения ценностей, а также прав собственности и других относящихся к ним прав на указанные ценности, о которых заранее известно, что они являются доходами;
— приобретение, обладание или использование ценностей, о которых известно, в момент их получения, что они являются доходами;
— участие в заказе преступлений, предусмотренных в предыдущих параграфах; объединение или заговор с целью совершения подобных преступлений; попытка их совершения, а также содействие, поддержка, пособничество и консультация, касающиеся их заказа.

Все эти кардинальные положения носят всеобъемлющий характер и направлены на борьбу с отмыванием денег. Особое место в них уделено предполагаемым преступлениям, обусловленным исключительно дефиницией, данной им в ст. 1 той же Конвенции, а именно: любое преступление, в результате которого получаются доходы, которые могут стать объектом одного из преступлений, определенных в ст. 6 данной Конвенции.

После принятия Конвенции возникла насущная необходимость привести в соответствие с такой отчетливой логико-юридической постановкой вопроса внутреннее итальянское право. Об этом давно и настоятельно говорили специалисты в области права, считавшие, что существовавшие нормы в области уголовного законодательства совершенно не удовлетворяли требованиям борьбы с отмыванием денег.

Новое положение представляет собой несомненное и существенное улучшение итальянской нормативно-правовой основы, необходимой для искоренения такого явления, как отмывание денег. Теперь оно рассматривается во всей полноте, а не в отдельных проявлениях уголовной, организованной или экономической преступности.


Освальдо Кукуцца — бригадный генерал Финансовой гвардии, консультант Антимафиозной комиссии.


  |  К началу сайта  |  Архив новостей  |  Авторы  |  Схема сайта  |  О сайте  |  Гостевая книга  |