Некоторые вопросы регулирования адвокатской практики: сравнительно-правовой анализ законодательства стран СНГ (на материалах Армении, Азербайджана, Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана и Узбекистана) Автор Л.Б.Хван - адвокат, доцент Ташкентского государственного юридического института, кандидат юридических наук. "Журнал российского права", 2001, N 3 Некоторые вопросы регулирования адвокатской практики: сравнительно-правовой анализ законодательства стран СНГ (на материалах Армении, Азербайджана, Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана и Узбекистана) Адвокатура как правовой институт в любом государстве призвана содействовать утверждению единства теории и практики применения права, усилению правовой защищенности прав и свобод, гарантированных законами. Являясь объектом многих научно-практических исследований, проблема повышения роли адвокатуры в оказании юридической помощи сегодня не может быть сведена лишь к процессуальному положению адвоката в суде. Она гораздо многограннее и сложнее, а значит, нуждается во всестороннем обсуждении. Предлагаемый ниже сравнительно-правовой анализ законодательных актов ряда стран СНГ*(1), регулирующих деятельность адвокатуры, нам представляется, будет полезен в русле дискуссии о путях ее развития, взаимосотрудничества в этой сфере. В настоящей статье уделяется внимание лишь некоторым интересным, на наш взгляд, аспектам осуществления адвокатской практики, регулирование которых в каждой республике носит своеобразный, отличительный характер. Законодательство об адвокатуре. Понятие и содержание адвокатской деятельности. Практически во всех рассматриваемых государствах адвокатура и адвокатская деятельность стали предметом регулирования законодательных актов. В Армении*(2), Азербайджане*(3) порядок осуществления адвокатской деятельности определяется только законами, среди которых прежде всего ГПК и УПК (ст.2). В Казахстане установлено, что законодательство об адвокатской деятельности состоит из закона РК "Об адвокатской деятельности" и иного законодательства, регулирующего адвокатскую деятельность. Однако процессуальные права и обязанности адвокатов при осуществлении ими защиты и представительства по делам физических и юридических лиц устанавливаются только законами. В Таджикистане правовые основы юридической помощи, деятельность адвокатуры регламентируются наряду с законами также парламентскими постановлениями и указами Президента республики. Сам же закон об адвокатуре получил высшую юридическую форму - "конституционный закон"*(4). Это единственное государство СНГ, придавшее закону об адвокатуре такой статус. В этой связи заметим, что в научной классификации конституционных законов он отнесен к третьей группе как закон, издание которого прямо предусмотрено в конституции (ст.92 Конституции РТ; в РУз это установлено в ч.2 ст.116 Конституции)*(5). Акцентируя на этом внимание, хотелось бы тем самым напомнить сформулированную в юридической литературе презумпцию - чем выше юридическая сила акта, уровень его принятия, тем более важные общественные отношения он охватывает. С одной стороны, облечение той или иной правовой нормы в форму определенного нормативного акта, в данном случае закона, имеет важное значение с точки зрения обязательности нормы права, места в иерархии нормативных актов. С другой - деятельность адвокатуры может подлежать нормативному регулированию даже на уровне закона лишь до определенных пределов (понятия, принципы, гарантии и т.п.). В остальном же эта деятельность должна стать саморегулируемой, точнее регулируемой внутрикорпоративными правилами или стандартами (кодексом) адвокатской практики*(6). Конечно, в ряде конкретных случаев акты более низкого уровня также могут соответствовать задачам адвокатуры. Например, Правительство Узбекистана приняло постановление "О мерах по социальной защите лиц, занимающихся адвокатской практикой в адвокатских объединениях Республики Узбекистан" от 15 июля 1996 года N 250, определившее особенности деятельности адвокатских формирований как добровольных профессиональных объединений лиц, занимающихся адвокатской практикой. В целях обеспечения их эффективной деятельности и социальной защищенности установлено, что адвокатские объединения вносят страховые взносы в фонд социального страхования в размере 7 проц. от фонда заработной платы после удержания с них сумм на общие нужды адвокатских формирований*(7). Законодательство об адвокатуре в РУз включает как законы, так и "другие акты законодательства" (ст.2). В целом же правомерно сделать вывод о том, что эта сфера общественных отношений имеет определенные пределы ведомственной регламентации. Не все анализируемые нами законодательные акты дали определение понятию "адвокатская деятельность". В законах РК и РУз, например, лишь определяются назначение, задачи адвокатуры как правового института, включающего независимые добровольные профессиональные объединения лиц, занимающихся адвокатской деятельностью, и отдельных лиц, занимающихся частной адвокатской практикой, оказывающих юридическую помощь в соответствии с Конституцией РУз физическим или юридическим лицам (ст.1 закона РУз); призванного содействовать реализации гарантированного государством и закрепленного Конституцией РК права человека на судебную защиту своих прав, свобод и получение квалифицированной юридической помощи (ст.1 Закона РК). В Армении адвокатская деятельность определена как "вид правозащитной деятельности", направленной на осуществление не запрещенными законом средствами и способами интересов, преследуемых получателем юридической помощи (ст.4 Закона РА). Законодатель Таджикистана говорит об адвокатуре как независимом профессиональном объединении, обеспечивающем оказание юридической помощи физическим и юридическим лицам, и дает ее определение как "вида социальной помощи", оказываемой в правовой области физическим и юридическим лицам, заключающейся в использовании любых законных средств и способов с целью защиты прав и законных интересов этих лиц. В Кыргызстане адвокатская деятельность определена как "деятельность адвоката по оказанию квалифицированной юридической помощи физическим и юридическим лицам при осуществлении защиты их прав, свобод и законных интересов" (ст.2 Закона КР). В рамках обзора понятий "адвокатская деятельность" обратим внимание на то, что в законах ряда государств полномочием осуществлять защиту наделяется только адвокат. Это, например, закреплено в ст.5 Закона РА, в ст.4 Закона РК, согласно которой профессиональная защита по уголовным делам осуществляется только адвокатами, в ст.4 Закона АР - "защитниками на судебном процессе по уголовным делам, предварительном следствии или в дознании в соответствии с процессуальным законодательством АР могут быть только адвокаты"*(8). Положения законов РУз не содержат таких уточнений. Существует однозначное понимание, что только адвокаты могут оказывать любым лицам любую юридическую помощь, в том числе в рамках судебного заседания, а юрисконсульты оказывают ее только в рамках того юридического лица, где они осуществляют свои профессиональные функции в качестве наемного работника. В судах же, имея в виду систему хозяйственных судов и судов по гражданским делам*(9), они могут осуществлять функции лишь представительства с соблюдением правил подведомственности. Организация адвокатской деятельности. В РУз впервые Закон об адвокатуре был принят 27 декабря 1996 года. Через два года 25 декабря 1998 года был принят второй Закон "О гарантиях адвокатской деятельности и социальной защите адвокатов". Законодатель ввел лицензирование осуществления адвокатской деятельности и ее виды, закрепил принципы, организационные формы деятельности адвокатуры. Так, лицу, получившему в установленном порядке лицензию на право занятия адвокатской деятельностью, было разрешено осуществлять ее индивидуально, открывая свое адвокатское бюро, либо на добровольной основе образовывать с другими адвокатами (партнерами) коллегии и фирмы. Касаясь организационно-правовых форм адвокатуры в других странах, следует отметить различные вариации, закрепленные их законами. Например, Закон РА от 18 июня 1998 года в ст.9 разрешил адвокатам для организации своей деятельности избирать любую установленную законодательством организационно-правовую форму работы. Законодатель Кыргызстана в ст.20 Закона "Об адвокатской деятельности" от 21 октября 1999 года N 114*(10) указал, что адвокатские учреждения могут создаваться "на основе любых видов собственности и организационно-правовых форм". При этом учредителем адвокатского учреждения может быть любое юридическое и физическое лицо*(11). Организация адвокатской деятельности в Казахстане такова: адвокат вправе осуществлять свою деятельность: а) через юридическую консультацию; б) учредить самостоятельно или совместно с другими адвокатами адвокатскую контору; в) индивидуально без регистрации юридического лица. Наличие в Законе этой третьей формы есть отличительная особенность казахского законодательства об адвокатуре. Юридические консультации для организации работы по оказанию юридической помощи создаются только коллегией адвокатов. Юридическая консультация есть структурное подразделение (филиал) коллегии адвокатов (ст.32 Закона). Сама коллегия адвокатов создается лицами, имеющими право на занятие адвокатской деятельностью (ст.20 Закона). Коллегия адвокатов является некоммерческой, независимой, профессиональной, самоуправляемой и самофинансируемой организацией адвокатов. Закон ограничил создание коллегий адвокатов: на территории области, города республиканского значения, столицы может быть образована одна коллегия адвокатов. Адвокатская контора, также являясь некоммерческой организацией в форме учреждения, может быть создана только членом (членами) коллегии адвокатов (ст.33 Закона РК). При этом закон обязывает учредителя адвокатской конторы в десятидневный срок после ее государственной регистрации письменно уведомить об этом соответствующую коллегию адвокатов и предоставить в ее распоряжение учредительные документы. В Азербайджане адвокаты также свободны в выборе организационно-правовой формы осуществления адвокатской деятельности: либо индивидуально, либо в составе организованных структур, к коим отнесены "юридические консультации, адвокатские бюро, адвокатские фирмы и др." (ст.5). Учредителями этой структуры, так же как и в Узбекистане, должны быть только адвокаты. По нашему мнению, закон РУз более тонко и правомерно учитывает реалии дня, интересы как самого адвоката, так и лиц, которым он оказывает юридическую помощь. Адвокатская деятельность - вид профессиональной деятельности, но не предпринимательской. В учебнике "Советская адвокатура" (М., 1989) приводится высказывание по этому поводу профессора Н. Н. Полянского: "Заслуживает самого энергичного осуждения такое отношение к адвокатуре, которое деградирует ее в собственных глазах, которое низводит ее на уровень простого ремесла и которое ставит адвоката рядом со всяким другим лицом, продающим свои услуги" (Правда и ложь в уголовной защите. М.: Изд-во "Правовая защита", 1927). В юридической литературе совершенно справедливо отмечалось, что "предпринимательство" как понятие содержит в себе ряд исключений, основанных, в частности, на правовых традициях. Эти исключения касаются лиц, занимающихся отдельными видами так называемой профессиональной деятельности. И потому "не считаются предпринимателями также члены коллегий адвокатов, частнопрактикующие юристы: и т.п."*(12). Надо сказать, что только в Казахстане и Узбекистане закреплено положение о некоммерческом характере адвокатской практики. В Законе РУз 1998 г. прямо указано: "адвокатура является некоммерческой организацией" (ст.11). Эта характерная особенность адвокатуры качественно повлияла на статус адвокатских формирований (структур), выраженный в том, что: во-первых, это особые профессионально-общественные юридические лица, особые субъекты права, но не "хозяйствующие субъекты"; во-вторых, это юридические лица, на которые распространяются многие общие положения гл.4 "Юридические лица" Гражданского кодекса РУз, но деятельность которых при этом не подпадает под действие норм § 2 этой же главы, регулирующего статус юридических лиц, относимых к коммерческим организациям; наконец, в-третьих, это некоммерческие юридические лица. Таким образом, в Узбекистане сложилось принципиально иное правовое поле, когда статус адвокатских структур не укладывается в юридические рамки ни одного из видов юридических лиц, перечисленных в Гражданском кодексе РУз, что, в свою очередь, предопределяет необходимость проработки, увязки статуса адвокатских структур с положениями гражданского законодательства республики. Закон Казахстана также закрепил положение, согласно которому "юридическая помощь, оказываемая адвокатами в рамках осуществляемой ими адвокатской деятельности, не является предпринимательской деятельностью" (ст.1 Закона), а "адвокатская контора является некоммерческой организацией в форме учреждения" (ст.33). Более того, адвокат может быть исключен из коллегии адвокатов в случае занятия предпринимательской деятельностью (п.5 ст.31 Закона). Напротив, Закон Кыргызстана, определяя формы деятельности адвокатов, дозволяет им осуществлять адвокатскую деятельность либо через адвокатские учреждения, либо как индивидуальную предпринимательскую деятельность (ст.19). В Законе Таджикистана адвокат-поверенный прямо определен как "предприниматель, оказывающий юридическую помощь на основании лицензий" (ст.2). Статус адвоката; членство в общественном объединении адвокатов. В рамках развернувшейся по этому поводу дискуссии было высказано суждение о том, что "статус адвоката дает только членство в профессиональной коллегии"*(13). При этом, например, Г.М. Резник отметил, что адвокаты объединены в "профессиональную корпорацию" и это "организация специалистов по профессиональному и морально-этическому признаку, принадлежность к которой включает серьезные обязательства или, если угодно, самоограничения". С такой позицией следует, безусловно, согласиться, но почему же это обязательно увязывать с коллегией адвокатов? Скорее всего, надо рассматривать проблему в контексте сложившейся в России ситуации, где действуют несколько так называемых параллельных коллегий российской адвокатуры и остро стоит вопрос об их признании*(14). Думается, что процитированные мысли известного адвоката могут быть отнесены не к "коллегиям", а лишь к общественному объединению адвокатов (в РУз, например, это Ассоциация адвокатов Узбекистана), которое действительно должно существовать в единственном числе и обязано вырабатывать соответственно единые требования, критерии уровня профессиональной квалификации адвоката, этики его деятельности и т. п. "Коллегий" же может быть намного больше, равно как "адвокатских фирм" и "адвокатских бюро". По этому пути и развивается адвокатура в Узбекистане в рамках действующего законодательства. Никаких ограничений организационного характера, как это сделано в законах некоторых государств СНГ, здесь не содержится. Например, в ст.4 Закона АР установлено, что адвокатской деятельностью может заниматься лицо, принятое в установленном порядке членом Коллегии адвокатов и принесшее присягу адвоката, а в ст.9 этого же закона подчеркивается: "Лица, не являющиеся членами Коллегии адвокатов, не могут заниматься адвокатской деятельностью". В РК адвокат обязательно должен быть членом коллегии адвокатов и лишь тогда он имеет право оказывать юридическую помощь на профессиональной основе в рамках адвокатской деятельности, регламентируемой указанным законом (ст.7, 27). В Армении членство в союзе адвокатов также является обязательным условием для получения лицензии на адвокатскую деятельность (ст.11 Закона). Претендент должен подать в Союз адвокатов заявление с просьбой о вступлении в него и приложить копию свидетельства, выданного Государственной квалификационной комиссией. Вступившее в союз лицо получает лицензию, скрепленную печатью и заверенную подписью председателя союза. Законодатель Кыргызстана подчеркнул, что оказывать юридическую помощь на всей территории республики вправе "адвокат, состоящий в списке профессионального общественного объединения адвокатов". По нашему мнению, такая обязательность членства в профессиональных общественных организациях или в коллегиях адвокатов не совсем корректна. Конечно, адвокаты должны быть членами общественного объединения адвокатов. Однако это не может навязываться через административные инструменты или получение/приобретение таким общественным объединением полномочий лицензирования и т. п. В законах Узбекистана нашел подробное отражение вопрос о правах и обязанностях адвокатов, причем права (полномочия) адвоката были закреплены в обоих законах (ст.6 и ст.4 соответственно). Впервые был введен институт помощника адвоката (ст.8 Закона 1996 г.). Различия статуса адвоката и его помощника таковы: 1) помощник адвоката не обладает правами адвоката; 2) помощник не допускается к ведению дел в органах дознания, предварительного следствия, судах и др. государственных органах, а также не имеет процессуальных полномочий; 3) условия труда помощника адвоката определяются только трудовым договором*(15). Казахстанский закон помимо помощника адвоката ввел позицию "стажер адвоката" (ст.8 Закона). Обе должности могут занимать граждане, имеющие высшее юридическое образование. Впервые в РУз на законодательном уровне были закреплены институты адвокатской тайны (ст.9 Закона 1996 г.), присяги адвоката и неприкосновенности его личности (ст.3 и ст.6 Закона 1998 г.). Если Закон 1996 г. содержал лишь одну отдельную статью "Гарантии адвокатской деятельности", то в Законе 1998 г. она получила более детальное регулирование через механизмы административно-правового, социального, экономического характера. Ст.8 Закона РУз 1998 г. гласит: "Адвокат и его профессиональная деятельность находятся под защитой государства". Среди гарантий адвокатской деятельности, указанных в законе Кыргызстана, есть и такая: адвокат не вправе предоставлять об обстоятельствах, которые входят в предмет адвокатской тайны, какие-либо материалы для использования в оперативно-розыскной деятельности, судопроизводстве, административном и другом производстве в правоохранительных органах. Кроме того, объяснения, показания и материалы, полученные от адвоката и связанные с оказанием юридической помощи, не могут быть признаны доказательствами (ст.17 Закона; см. также п.5 ст.17 Закона АР). Участие иностранных адвокатов в оказании юридической помощи. Касаясь вопроса участия иностранных адвокатов в оказании юридической помощи, заметим, что таковая на территории РУз в настоящее время не разрешена: Закон "Об адвокатуре" 1996 г. в ст.3 указал, что адвокатом может быть только гражданин Республики Узбекистан*(16). Как известно, Конгресс ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, принявший "Основные принципы, касающиеся роли юристов" (Гавана, 27 августа - 7 сентября 1990 года), закрепил в п.10 следующее положение: "Правительства, профессиональные ассоциации юристов и учебные заведения обеспечивают отсутствие дискриминации в ущерб какому-либо лицу в отношении начала или продолжения профессиональной юридической практики по признаку расы, цвета кожи, пола, этнического происхождения, религии, политических или иных взглядов, национального или социального происхождения, имущественного, сословного, экономического или иного положения, за исключением того, что требование, согласно которому адвокат должен являться гражданином соответствующей страны, не рассматривается как дискриминационное". Однако с практической точки зрения эта увязка лица, имеющего право осуществлять адвокатскую практику, с его политико-правовой связью с государством (ст.3 закона РУз), по нашему мнению, в настоящее время вряд ли целесообразна и даже в чем-то неэффективна для развивающейся, переходной экономики государства, требующей обеспечения всего широкого спектра юридической помощи. Именно сейчас экономика РУз, как и других стран СНГ, в особенности внешняя ее составляющая, требует особого юридического подкрепления, которое местные адвокаты по ряду объективных и иных причин пока предложить не в состоянии. Кроме того, сама возможность получить квалифицированную помощь западной адвокатской фирмы на территории республики может оцениваться как косвенный стимул-поощрение осуществления иностранных инвестиций. Так уж сложилось, что крупный иностранный инвестор привык к особым доверительным взаимоотношениям с западноевропейскими адвокатами или адвокатами Уолл-стрита, которые складывались десятилетиями в процессе его коммерческой деятельности и которые вырабатывают у него деловую уверенность. Эта "психология привычки", их ориентация на признанные в мире юридические фирмы должна тонко учитываться законодателем стран СНГ. Их активное деловое присутствие в государстве не должно рассматриваться как отрицательный фактор. Скорее всего, это прекрасная профессиональная школа, среда для роста местных юристов, привнесение в их практику высокой юридической культуры сопровождения бизнеса*(17). Присутствие иностранных практикующих адвокатов может в последующем определить степень вовлеченности местных адвокатов в рыночную экономику*(18). Статья 8 "Обеспечение защиты адвокатской деятельности" Закона РУз установила, что государство обеспечивает адвокату (адвокату, лицензированному по республиканскому законодательству. - Авт.) возможность консультирования лиц, обратившихся за юридической помощью, как на территории Узбекистана, так и за ее пределами. Но практическое действие этой нормы, особенно ее последней части, будет во многом определяться правовыми возможностями, закрепленными соответствующим зарубежным государством. Думается, реальным было бы установление правила, согласно которому Узбекистан признавал бы право адвокатов стран СНГ осуществлять практику на его территории на основе взаимности, а иным иностранным адвокатам на такой же основе - право оказания юридической помощи лишь по проблемам применения законодательства соответствующего иностранного государства, международного права. Какова же позиция законодателя иных государств СНГ по данному вопросу? Практически все законы содержат нормы, регулирующие осуществление адвокатской практики иностранными юристами, прямо ее не ограничивающие, но обусловливающие ее осуществление одним-двумя обстоятельствами, чаще всего ссылкой - "в соответствии с международными договорами". Так, сфера действия Закона РА определена следующим образом: иностранные адвокаты осуществляют адвокатскую деятельность в Армении в порядке, установленном данным законом, если иное не предусмотрено международными договорами РА. При этом адвокаты республики осуществляют адвокатскую деятельность в иностранных государствах в порядке, установленном внутригосударственным законодательством данного государства и международными договорами РА. Достаточно широкие возможности предоставляет и Закон КР. В его ст.12 закреплено такое положение: адвокаты из иностранных государств могут оказывать юридическую помощь в любой форме гражданам и юридическим лицам в Кыргызстане "на основании межгосударственных соглашений Кыргызской Республики со страной адвоката". Что же касается адвоката, состоящего в списке профессионального общественного объединения адвокатов КР, то он вправе оказывать юридическую помощь на всей ее территории, а также за рубежом "при отсутствии ограничений в законодательстве соответствующего государства". Аналогичная норма закреплена и в Законе РК. В п.2 ст.13 "Удостоверение полномочий адвоката" указывается, что адвокат имеет право заниматься адвокатской деятельностью на всей территории Казахстана, а также за ее пределами, если это необходимо для выполнения принятого поручения и не противоречит законодательству соответствующих государств и международным договорам Республики Казахстан. Закон АР включает отдельную статью "Оказание правовой помощи иностранцами". Так, ее пункт первый ограничил оказание правовой помощи адвокатами-иностранцами на территории Азербайджана в соответствии с требованиями настоящего закона "исключительно предоставлением консультаций и заключений по применению законов государства, уроженцем которого является иностранец, или международных правовых норм". Пункт второй же разрешил допуск адвокатов-иностранцев на территорию АР к судебному исполнению по гражданским и уголовным делам, делам, связанным с экономическими спорами, с административными правонарушениями, только на основании взаимных отношений в соответствии с международными договорами, поддерживаемыми Азербайджаном. В Республике Таджикистан признается право адвокатов иностранных государств и стран СНГ на оказание юридической помощи на своей территории, но оно справедливо обусловливается возможностью адвокатов РТ осуществлять аналогичную деятельность на территории соответствующего государства. Однако иностранные юристы не получают при этом права на открытие юридических предприятий (очевидно, имеется в виду - "юридических фирм". - Л.Х.). В РФ пока не принят подобный законодательный акт, хотя в некоторых проектах предполагается урегулировать порядок участия в российском судопроизводстве иностранных адвокатов. Разработчики одного из них, стремясь обеспечить каждому возможность пользоваться услугами избранного им адвоката, ограничивают участие иностранного юриста лишь одним условием: он вправе оказывать юридическую помощь на территории России в той же мере, в какой российскому адвокату это разрешено соответствующим зарубежным государством (ст.30). Между тем ссылки в национальном законодательстве об адвокатуре типа: "в соответствии с международными договорами" - пока носят декларативный характер. К сожалению, ни в одном из действующих договоров правового характера, подписанных с Республикой Узбекистан (например, договорах о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным, уголовным делам с Украиной от 19 февраля 1998 года, с Кыргызской Республикой от 29 декабря 1998 года, с Грузией от 22 июня 1997 года, с Азербайджанской Республикой от 18 июня 1997 года, с Литовской Республикой от 20 февраля 1997 года, с Латвийской Республикой от 23 мая 1996 года), вопросы регламентирования деятельности адвокатов соответствующего государства на территории другого не нашли отражения. Поэтому настало время для всестороннего анализа этого аспекта адвокатской практики и его надлежащего нормативного закрепления. Л.Б.Хван, адвокат, доцент Ташкентского государственного юридического института, кандидат юридических наук. "Журнал российского права", N 3, март 2001 г. ------------------------------------------------------------------------- *(1) В основе статьи - анализ законов об адвокатуре Азербайджана (АР), Армении (РА), Казахстана (РК), Кыргызстана (КР), Таджикистана (РТ) и Узбекистана (РУз). Источник: Электронная справочная система: Информационная система о развитии права в государствах с переходной экономикой "LexInfoSys"; версия: июль 2000; GTZ-Projektbuero "Rechtsreform in den Transformationsstaaten", Universitaet Bremen (далее - СПС "LexInfoSys"). *(2) Закон "Об адвокатской деятельности" от 18 июня 1998 года // Официальный вестник Республики Армения. 1998. N 15. 27.07.98. С.39. *(3) Закон "Об адвокатах и адвокатской деятельности" // Собрание законодательства Азербайджанской Республики. 2000. N 1. Ст.19. *(4) Конституционный закон Республики Таджикистан "Об адвокатуре" от 3 ноября 1995 года // Ахбори Маджлиси Оли Республики Таджикистан. 1995. N 21. *(5) См.: Тихомиров Ю.А. Теория закона. М.: Наука, 1982. С.54. *(6) Обоснование необходимости принятия стандартов (кодекса) адвокатской практики в Узбекистане, их месте и роли см.: Азизов И.Б., Хван Л. Б. Проблемы и перспективы развития законодательства об адвокатуре (к разработке стандартов адвокатской практики) // Давлат ва хукук (Государство и право). 2000. N 2. *(7) В Таджикистане эта норма нашла отражение в самом законе: "Отчисление на социальное страхование с коллегии адвокатов производится в размере пяти процентов с доходов, полученных адвокатами:" (ст.21). *(8) В этой же статье делается оговорка: представление лиц в государственных и негосударственных органах и организациях, дачу консультаций, разъяснений и справок по правовым вопросам, составление заявлений, жалоб и документов юридического характера, а также иную правовую помощь в установленном законодательством порядке могут осуществлять и юристы, не являющиеся членами коллегии адвокатов. *(9) В соответствии с Указом Президента РУз "О совершенствовании судебной системы Республики Узбекистан" от 15 августа 2000 года система судов реформирована. В частности, созданы Верховный Суд Республики Каракалпакстан, областные, Ташкентский городской и межрайонные суды по гражданским и уголовным делам. - См.: Правда Востока. 2000. 15 авг. *(10) Введен в действие Законом КР от 21 октября 1999 года N 115. *(11) В Узбекистане таковыми по закону могут быть только адвокаты - физические лица (ст.4). *(12) См. : Предпринимательское право: Курс лекций / Отв. ред. Н.И. Клейн. М.: Юридическая литература, 1993. С.20. *(13) В этом тысячелетии Закона об адвокатуре мы не увидим? (интервью с Г.М. Резником) // Адвокат. 1998. N 5. С.49. Статья 4 Закона РУз "Об адвокатуре" от 17 декабря 1996 года предусмотрела право лица, получившегов установленном порядке лицензию на право занятия адвокатской деятельностью, на открытие своего адвокатского бюро либо на добровольной основе с другими адвокатами (партнерами) коллегии и фирмы. Заметим, что ряд российских адвокатов также считают необходимым иметь одну территориальную ассоциацию адвокатов на основе индивидуального членства, а не коллегию. - См.: Адвокат. 1998. N 8. С.42. *(14) См., например: Российская юстиция. 1997. N 12.С. 26, 27; 1998. N 3. С.22 - 25. *(15) См. Закон Республики Таджикистан: адвокат может иметь помощников, которые не обладают правами адвокатов и не допускаются к ведению дел на следствии, в суде и в других государственных органах для выполнения вспомогательной работы при оказании юридической помощи (ст.10). *(16) Аналогичная норма закреплена и в законах РК (ст.7), КР (ст.4). В АР "лица с двойным гражданством: не могут быть адвокатами" (ст.8). В РТ "в члены коллегии адвокатов принимаются граждане Республики Таджикистан:" (ст.18), а каждое лицо, претендующее на получение лицензии для работы в качестве адвоката-поверенного, обязано представить документы, подтверждающие гражданство Таджикистана (ст.29). В РА, где существуют "лицензии" и "специальные лицензии", последнюю может получить только гражданин Армении. Таким образом не исключается, что иную лицензию имеет право получить лицо с иным гражданством, но при этом имеющее: 1) высшее юридическое образование (включая образование, полученное в лицензированных негосударственных высших учебных заведениях) и 2) сдавшее квалификационный экзамен и получившее соответствующее свидетельство. *(17) Совершенно справедливо мнение Е.Е. Андреевой: проблема состоит не в том, что наши юристы хуже или менее квалифицированны. Просто по многим вопросам недостаточно наработана правовая практика по сравнению с западными странами. - См.: Государство и право. 1997. N 1. С.41. *(18) Конечно, реалии деятельности западных юридических фирм на территории стран СНГ имеют свои недостатки. Об этом впервые подробно говорилось на специальном круглом столе "Российский рынок правового консультирования внешнеэкономических связей" (см.: Новое в правовой практике // Государство и право. 1997. N 1. С.42-44). Однако задача все же состоит именно в нейтрализации минусов законодательными мерами протекционизма и одновременном повышении профессионального уровня национальных юридических (адвокатских) служб, создании условий для такой практики и расширении ее диапазона.