Заказ работы

Заказать
Каталог тем

Самые новые

Значок файла Зимняя И.А. КЛЮЧЕВЫЕ КОМПЕТЕНТНОСТИ как результативно-целевая основа компетентностного подхода в образовании (2)
(Статьи)

Значок файла Кашкин В.Б. Введение в теорию коммуникации: Учеб. пособие. – Воронеж: Изд-во ВГТУ, 2000. – 175 с. (3)
(Книги)

Значок файла ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ КОМПЕТЕНТНОСТНОГО ПОДХОДА: НОВЫЕ СТАНДАРТЫ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ (4)
(Статьи)

Значок файла Клуб общения как форма развития коммуникативной компетенции в школе I вида (10)
(Рефераты)

Значок файла П.П. Гайденко. ИСТОРИЯ ГРЕЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ В ЕЕ СВЯЗИ С НАУКОЙ (11)
(Статьи)

Значок файла Второй Российский культурологический конгресс с международным участием «Культурное многообразие: от прошлого к будущему»: Программа. Тезисы докладов и сообщений. — Санкт-Петербург: ЭЙДОС, АСТЕРИОН, 2008. — 560 с. (12)
(Статьи)

Значок файла М.В. СОКОЛОВА Историческая память в контексте междисциплинарных исследований (13)
(Статьи)

Каталог бесплатных ресурсов

НАРОДНАЯ МОНАРХИЯ

Иван Лукьянович Солоневич загадочная фигура в ряду русских мыслителей первой половины XX века. За последние годы мы познакомились со многими выдающимися представителями русской философской мысли XIX — начала XX века, с работами целой плеяды отечественных мыслителей, высланных или уехавших из Советской России в 20-е годы. С Солоневичем дело обстоит несколько иначе, его работы еще мало известны русскому читателю. По прошествии многих лет имя и труды Солоневича все еще остаются тайной за семью печатями, статей и публикаций о нем почти нет. Писал он в разных жанрах. Перу И.Солоневича принадлежат эссе, сказки, публицистика, социально-философские труды, главный из которых “Народная Монархия”.

Родился И. Л. Солоневич в семье белорусского крестьянина в 1891 году в Гродненской губернии. Был старшим в семье, где кроме него были два брата и три сестры. Закончив экстерном гимназию, поступил на юридический факультет Петербургского университета и получил диплом в 1917 году. Известно, что одним из его руководителей в университете был небезызвестный профессор М. И. Туган-Барановский. Во время учебы в университете занимался журналистской деятельностью, специализируясь в спортивной и криминальной тематике. Солоневич успел повоевать на полях первой мировой войны, в гражданскую войну в частях добровольческой армии. Эмигрировать не сумел из-за тифа.

О том, как встретил Солоневич февраль 1917 года, нам говорит его статья того времени “Великая фальшивка Февраля”. Октябрьская революция подтвердила ожидаемые уже тогда грядущие бедствия для народа. В 1920 году в одесской ЧК он получил от советской власти первый смертный приговор (а всего их было три). Друзья сумели выкрасть уличающие документы и Солоневича освободили.

В 1926 году с женой и маленьким сыном И. Солоневич переехал из Одессы в Москву. Работал журналистом, борцом в цирке, спортивным инструктором, выпустил несколько книг по спорту и туризму. Солоневич отличался незаурядными физическими данными. Еще во время учебы в университете он был сильным борцом, учеником И. Поддубно-го, считался ведущим тяжелоатлетом в России. Хорошие физические качества много раз помогали ему в жизни. В 1933 году чекисты, наслы-шанные о спортивных достижениях Солоневича, выделили тридцать с лишним человек для его ареста. Арест последовал после того, как Солоневич вместе с братом и сыном и еще несколькими сподвижниками пытались нелегально бежать из СССР за границу, в Финляндию. Солоневич с братом получили по восемь лет лагерей и оказались на строительстве Беломорканала. Сюда же сослали и сына Ивана Солоневича Юрия, получившего три года концлагеря.

Солоневич задумывает новый побег. Он предложил руководству организовать всесоюзную олимпиаду с привлечением западных журналистов для показа всему миру успехов лагерной педагогики. Начальство клюнуло на эту уловку. Солоневич получил возможность свободно передвигаться по территории лагеря и накапливать припасы. Вскоре план был осуществлен, и все Солоневичи оказались за границей, в Финляндии.

После недолгого пребывания в этой стране Солоневич с сыном переехал в Софию. Переезду способствовал лидер эмигрантского движения во Франции П. Милюков, который надеялся увидеть в Солоневи-че ученика и соратника. Казалось бы, Милюков и Солоневич должны объединиться в борьбе против Советов. У Милюкова огромный политический опыт и материальные возможности, у Солоневича литературный дар, знание современной советской действительности, энергия, сила. Однако очень скоро выяснилось, что их идеологические позиции принципиально расходятся. Солоневич был убежден, что “во всех бедах России виноваты представители старых правящих классов и либеральной интеллигенции. Они с середины XIX века начали расшатывать государственный строй, нравственно разлагать народ...” Разумеется, подобные взгляды лидеру либеральной интеллигенции импонировать никак не могли.

В Софии И. Солоневич начал издавать газету “Голос России”. Вместе с братом Борисом он является создателем “движения штабс-капитанов”, входившее в правое крыло довоенных эмигрантских организаций. В 1935 году вышло первое значительное произведение И. Л. Солоневича “Россия в концлагере”, ставшее заметным событием в жизни русской эмиграции. По глубине воздействия на читателя, яркости и силе отображения эта книга, вероятно, превосходит все последующие публикации на эту тему, включая произведения А. Солженицына. Столь бурная деятельность Солоневича не осталась без внимания органов ГПУ. На него было совершено три покушения, одно из которых закончилось гибелью жены. Солоневич был вынужден переехать в Германию, где прожил до конца войны, причем последние годы войны под надзором гестапо.

Перед нападением на Советский Союз немцы не слишком маскировали свои намерения. Бытовал лозунг: “Заменим в России три миллиона евреев тремя миллионами немцев”. По словам Солоневича, многие немцы, а более всего участники первой мировой войны, “буквально лезли на все стены Восточного министерства и заваливали правительство меморандумами и индивидуальными, и коллективными: только ради Бога не делайте этого, не пытайтесь завоевать Россию”. Солоневич и устно и письменно пытался также предотвратить агрессию, образумить идеологов Третьего рейха, считавших российское государство “колоссом на глиняных ногах”, а русских народом с мятущейся судьбой, не способных строить и отстаивать государственность. Все это привело к известному результату.

После окончания войны Солоневич попал в английский лагерь для перемещенных лиц. Находясь в оккупационной зоне, он написал злую и остроумную книгу “Диктатура импотентов”, называя социализм диктатурой бюрократии. Вырвавшись из лагерей, после недолгого скитания по Европе, Солоневич осел в Аргентине. По собственному признанию, после 1917 года он перепробовал профессии кооператора, инструктора спорта, грузчика, рыбака, циркового атлета, фоторепортера, варил мыло из дохлого скота и питался морскими улитками. Сидел в советском концлагере и попадал в германскую ссылку. Голодал много и сильно. Выжатый на периферию общественно-политической жизни в далекую Аргентину, Солоневич не прекратил свою подвижническую деятельность. Он основал народное монархическое движение, газету “Наша страна”, которая и поныне еженедельно издается в Буэнос-Айресе на русском языке его последователями. Находясь в крайне стесненном жилищном и материальном положении, он задумал и спустя несколько лет исполнил замысел написал книгу “Народная Монархия”, в первоначальной редакции именовавшуюся “Белая Империя”. Скончался Иван Лукьянович Солоневич там же, в Аргентине, в 1954 году.

Почему Солоневич всю жизнь был гоним? Вот вопрос, найдя ответ на который, можно почувствовать и осознать всю мощь его личности. Ответ прост. Потому, что он был очень русским, этот Солоневич. Таким, как Есенин и Шукшин. Любил он мужика и уважал его. Оберегал как мог в разные периоды своей жизни и штыком и пером от всего сонмища врагов и злопыхателей, доморощенных и иных, ибо, защищая мужика, он защищал Россию. Вот то глубинное в душе боль и гордость за русских людей и связывает беспартийного Есенина, коммуниста Шукшина и монархиста Солоневича. По выходу в свет “Народная Монархия” произвела впечатление на Западе. Никогда еще западному читателю не приходилось сталкиваться со столь открытым выражением сущности русского характера. Но как не могут на Западе понять русского человека, так не могут до конца понять и этой книги. Ибо речь идет о разном восприятии жизни у разных народов.

Оставаясь противником большевизма, Иван Солоневич был неудобен и чужд большинству лидеров белоэмигрантского движения 30-50-х годов. Неудобство Солоневича для потенциальных соратников заключалось в его взглядах на прошлое, настоящее и будущее России, в нежелании считаться с какими бы то ни было авторитетами, в твердости и непреклонности политических взглядов. В чем его только не обвиняли. В клевете на русскую интеллигенцию, на прошлое России, на советскую власть. Солоневич не терпел заумное теоретизирование. Связываться с ним было опасно, и потому о нем предпочитали молчать. Он был неприемлем ни для “правых”, ни для “левых”, ибо “правые” отождествляли интересы России с собственными интересами, а “левые” видели в истории России лишь изъяны и ошибки.

Говоря о причинах гонимости Солоневича и замалчивании его работ, необходимо иметь в виду множественное сочетание его личностных и деловых качеств. Он покинул Россию, так как не мог жить, скрывая свои убеждения и не имея возможности работать на ту Россию, о которой мечтал. Советская Россия и фашистская Германия, при всей враждебности друг другу, представлялись ему тоталитарными государствами. Не случайно в Германии ему не нашлось места, кроме ссылки в провинциальном захолустье почти без средств существования, а сразу после войны он едва снова не попал в руки НКВД. И позже Иван Солоневич никому не нужен был ни в Европе, ни в США. Сильная и могущественная Россия никому на Западе не нужна, а Солоневич боролся именно за такую Россию, принимая коммунистический период правления за страшный, но временный период ее жизни. Безусловно, Солоневич бывает излишне резок, далеко не всякий примет его утверждение, что ученые писания Гегеля, Канта и иже с ними “звук пустой, по человеческому недосмотру попавший на бумагу”.

В “Народной Монархии” И. Солоневич выступает как философ, историк, педагог, но все-таки и прежде всего, как идеолог русского монархизма, продолжатель идей Л. Тихомирова и своего современника И. Ильина. 'Только для России”, так начинает И. Солоневич свою книгу, и читатель оказывается в плену во многом оригинальных, выстраданных тяжелой жизнью автора, взглядов на прошлое, настоящее и будущее России. Солоневич считал коммунизм в России тяжелой болезнью и верил, что наступит время возрождения страны. Какой должна быть будущая Россия? Ответ для него был ясен монархической. Он не изобретает новых программ, не анализирует государственные проекты современников и предшественников, он предлагает читателю оглянуться на российский опыт государственного строительства прежних столетий. “Народно-Монархическое движение исходит из той аксиомы, что Россия имеет свои пути, выработала свои методы, идет к своим целям и что поэтому никакие политические заимствования извне ни к чему, кроме катастрофы, привести не могут”. Уже из этой цитаты читатель совершенно ясно может определить позицию автора. Соло-невич считал, что великий народ, а такая гигантская историческая общность, как Россия, в особенности, имеет свои, никем не повторимые в истории мира пути. Что не существует никаких исторических законов, которые были бы обязательны для всех народов. Он пишет:” Было бы откровенно глупо убеждать цыган в преимуществе “функциональной собственности” и евреев в желательности стройки Европейской империи. Однако почему-то не считается откровенной глупостью попытка навязать России политические порядки, выросшие из западно-европейского феодализма. Почему, в самом деле, мы должны копировать французов, а не цыган. Или немцев, а не Израиль. Или Великобританию, а не Бечуанлэнд”. С разных сторон подкрепляет Солоневич свою мысль о ненужности и вреде копания на философских помойках Запада. Ее собственный уникальный, не похожий на другие страны опыт, дает полное право строить государственный дом на собственном фундаменте.

Книга Солоневича содержит пять частей, в среднем по сто страниц. Последняя часть посвящена Петру I. Солоневич считал, что именно с эпохи Петра 1 началось идейное завоевание России Западом, закончившееся революцией 1917 года. С Петра I началось и закрепощение крестьян, ломка всего государственного устройства Московской Руси. Реформами Петра I, политически стоявшая выше всех современных ей государств. Московская патриархальная Русь была разгромлена. Исходя из фактических сведений эпохи, Солоневич делает однозначные выводы, отвергающие многочисленные утверждения о гениальности деяний Петра I. Солоневич остается верен себе, он не принимает во внимание авторитеты, будь то Ключевский или Пушкин. Его бунтарский дух не приемлет исторически сложившегося принижения русского народа. Вполне понятны причины замалчивания трудов И. Л. Солоневича. С ним трудно спорить и “правым” и “левым”, ибо он оперирует не цитатами, не ссылками на авторитеты, а примерами из русской истории, из обычных фактов повседневной жизни, из которых средний здравомыслящий человек сделает логические выводы никак не сообразующиеся с выводами ученых-историков, смотревших на русские явления с нерусской точки зрения. В отличие от Запада русский человек не верил и никогда не будет верить в устроение жизни на юридических началах. Для нас внутренние нравственные принципы выше формального закона. Никто, разумеется, не отрицает значение законов, но законы нужны для человека, а не человек для закона. Там, где нет доверия друг к другу, где все считают друг друга жуликами, там закон необходим. “Тот, кто боится людей, любит законы,” вспоминает Солоневич слова француза Вовенара. Жажда социальной справедливости, совестливость русских людей также характеризуют наш характер.

“Народная Монархия” содержит огромный волевой заряд, четкость выводов цели. Перед нами позиция автора бойца до мозга костей, бойца яростного и неустрашимого, патриота своего народа. Обладая университетским образованием в сочетании с воистину уникальным жизненным опытом, “мужик-монархист”, он выступает против тех, кто десятилетиями выступал от имени народа, писал о народе, управлял народом, не зная и не понимая его души и характера. Время покажет, насколько тот “голос крови”, который пытался уловить Иван Солоневич, отзовется в душе русского человека. Быть может, позволительно сравнить значение “Народной Монархии” для русских людей со святою водой, которой напоили нищие странники Илью Муромца и которая исцелила его от немощей и наделила неодолимой богатырской силой.

(Журнал “Православие - Самодержавие - Народность” 2(5) за 1996 г. Сокращенный вариант.)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

НАРОДНАЯ МОНАРХИЯ

ОТ АВТОРА

Эта работа под ее первоначальным названием “Белая Империя” была написана во время войны. Ее объем около полутора тысяч страниц. Выпуск всей этой работы оказался невозможным по чисто финансовым соображениям.

Сейчас она выпускается в сильно сокращенном виде и поэтому, в частности, большинство документальных доказательств в ней опущено. Первоначальный вариант названия изменен, во-первых, потому, что в 1941 году группа шанхайских штабс-капитанов выпустила под тем же названием сборник моих статей размером в 200 страниц, и, во-вторых, “Белая Империя” создает ассоциацию с Белым Движением, с которым народно-монархическое или народно-имперское движение связано только хронологически: Белое Движение монархическим движением не было.

Переработка первого варианта этого труда шла в исключительно трудных внешних условиях отсюда некоторая неровность изложения. Однако, мы стоим на пороге мировой войны против коммунизма, и нашей эмиграции и старой, и новой, и будущей необходимо дать хотя бы самые основные положения о русской монархии не о том пугале, которое из этой монархии сделали ее враги, а о том, чем она была в действительности нашей исторической жизни.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ

ТОЛЬКО ДЛЯ РОССИИ

Всякая разумная программа, предлагаемая данному народу, должна иметь в виду данный народ, а не абстрактного homo sapiens, наделяемого теми свойствами, которыми угодно будет наделить его авторам данной программы. Так, все социалистические программы наделяют всех людей теми свойствами, которые отсутствуют у почти всех людей, может быть, и к сожалению. Чувства семьи, собственности, нации, по практической проверке историей, оказались реально существующими. Отсюда распад всех “интернационалов”, начавшийся с Первой же мировой войны. Отсюда же террористический режим социализма всякого социализма в действии, не встретившего предполагавшихся коллективистических инстинктов человечества.

Русская интеллигенция, традиционно “оторванная от народа”, предлагает этому народу программы, совершенно оторванные от всякой русской действительности и прошлой, и настоящей. Эта же интеллигенция дала нам картину и прошлого и настоящего России, совершенно оторванную от всякой реальности русской жизни и оптимистической и пессимистической реальности. Именно поэтому русская общественная мысль шатается из стороны в сторону так, как не шатается никакая общественная мысль в мире: от утопических идей второго крепостного права до столь же утопических пережитков первого. Коммунистическая революция в России является логическим результатом оторванности интеллигенции от народа, неумения интеллигенции найти с ним общий язык и общие интересы, нежелание интеллигенции рассматривать самое себя, как слой, подчиненный основным линиям развития русской истории, а не как кооператив изобретателей, наперебой предлагающих русскому народу украденные у нерусской философии патенты полного переустройства и перевоспитания тысячелетней государственности.

Народно-Монархическое Движение есть единственное в эмиграции политическое движение, которое базируется на исключительно русской почве, не имеет никаких мировых претензий и отрицает всякие мировые рецепты. Оно неприемлемо и не может быть приемлемо для подавляющего большинства эмиграции, ибо эта эмиграция есть результат всех предшествующих деяний всех ее руководящих кругов, правых, может быть, еще в большей степени, чем левых. Народно-Монархическое Движение не есть движение “правое”, как не есть и “левое”, оно строится в ином измерении, не в двухмерном мире, где все поделено на “правое” и “левое”, а в трехмерном где есть и более высокое и более глубокое. Народно-Монархическое Движение имеет общие точки с правыми, ибо требует мощной царской власти, но смыкается и с левыми, ибо имеет в виду свободу и интересы народа, массы, а не сословия или слоя. Но если “правые” видят в монархии интересы сословия и слоя, то “левые”, по существу солидаризируясь с “правыми”, видят в монархии “дворянско-помещичий строй”, следовательно свободу и интересы народа, принесенные в жертву интересам сословия и слоя. Народно-Монархическое Движение видит в монархии, в полном соответствии с историческими фактами бытия России единственную исторически проверенную гарантию и свободы, и интересов народных масс страны.

Поэтому Народно-Монархическое Движение считает необходимым установить прежде всего ФАКТЫ. Установление фактов вызовет отвращение в одинаковой степени и “правых”, отождествляющих интересы России с их собственными интересами, и “левых”, видящих в тысячелетней истории сплошное заблуждение, исправить которое призваны немецкая, французская или английская философия.

Никакое здание не может быть построено без учета “сопротивляемости материалов”. Из дерева нельзя выстроить десятиэтажный дом, и из кирпича сорокаэтажный. Русская история имеет дело с совершенно определенным материалом и с совершенно определенным планом стройки. Всякая переоценка или недооценка материала, всякий извне взятый план приводит к логически неизбежной катастрофе. Коммунистическая революция есть исторически обоснованная катастрофа, и Народно-Монархическое Движение, отдавая должное героизму борцов с коммунизмом, обязано: а) констатировать тот факт, что эти бойцы потерпели неудачу и б) объяснить эту неудачу логически, совершенно независимо от того, как будет воспринято это объяснение. Нам нужны не льстивые слова, а суровый диагноз. Прежде чем будет поставлен диагноз нельзя предлагать никаких методов лечения. “Народная Монархия” и является, в первую очередь, попыткой диагноза.

ЧТО ЕСТЬ ИМПЕРИЯ?

Каждый народ мира стремится создать свою культуру, свою государственность и, наконец, свою империю. Если он этого не делает, то не потому, что не хочет, а потому, что не может. Или потому, что понимает недостаточность своих сил. Оценивать это свойство с моральной стороны нет никакого смысла: оно проходит красной нитью через всю мировую историю. Но можно морально оценить и методы и результаты имперской стройки. Можно также установить и тот факт, что Империя оказывается тем крепче, чем удобнее чувствуют себя все населяющие ее народы и племена.

Империя Российская есть самое старое государственное образование Европы. Она, как единое национальное целое, практически возникла, как “Империя Рюриковичей” и национально, как “русская земля”, единая земля для всех авторов всех наших летописей.

Сегодняшний возраст Империи Российской приблизительно равен возрасту Римской Империи около одиннадцати веков. С той только разницей, что Римская Империя за исключением Карфагена не имела никаких соперников и что в последние триста лет своего бытия она распадалась и экономически, и политически, и психологически. Современная Россия даже при коммунизмегромит всех своих конкурентов и не показывает решительно никаких признаков внутреннего распада: коммунизм это болезнь. Но коммунизм это не дряхлость.

“Империя это мир”. Внутренний национальный мир. Территория Рима до империи была наполнена войной всех против всех. Территория Германии до Бисмарка была наполнена феодальными междунемецкими войнами. На территории Империи Российской были прекращены всякие междунациональные войны и все народы страны могли жить и работать в любом ее конце. И если Империя Российская была беднее, чем другие, то не вследствие “политики”, а вследствие географии: трудно разбогатеть на земле, половина которой находится в полосе вечной мерзлоты, а другая половина в полосе вечных нашествий извне.



Размер файла: 1.17 Мбайт
Тип файла: doc (Mime Type: application/msword)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров