Заказ работы

Заказать
Каталог тем
Каталог бесплатных ресурсов

КРОСС-КУЛЬТУРНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ С ДЕТЬМИ РУССКИХ И НЕМЕЦКИХ МАТЕРЕЙ

Работа посвящена сравнительному исследованию двух выборок, которые принадлежат различным культурам, характеризующимся одновременно как сходными, так и глубоко различными концепциями и представлениями в отношении совместной жизни с детьми. Это исследование ставит вопрос о традициях и формах поведения, являющихся составными частями процесса социализации в русской и немецкой семье, а также об условиях жизни и возможностях  взаимодействия со взрослыми, предоставляемых русским и немецким детям.

Многочисленные исследования, демонстрирующие чрезвычайное многообразие родительского поведения в общении с ребенком уже на первом году жизни (М. И. Лисина, 1986; Г.Папоушек, 1986; Г.Келлер, 1988/1989;       Л.Анерт, 1991) делают актуальным вопрос о зависимости родительской позиции по отношению к ребенку от культурно-обусловленных систем норм и ценностей.

Исследование ставит целью, оставляя в стороне вопрос индивидуальных поведенческих ориентации, попытаться выделить исторически сложившиеся формы взаимодействия матери и ребенка, которые представляют собой конгломерат эмоционально-аффективных и когнитивных и практических форм коммуникации. Использование кросскультурного метода имеет целью выявление универсальных форм взаимодействия матери и ребенка, характерных

 

21

 

для обеих рассматриваемых культур, т. е. надкультурные[1]. [8], [16].

Об универсальности в смысле общности мы говорим в том случае, когда возможно обоснование аналогичной функции отдельно взятых поведенческих форм внутри процесса взаимодействия матери и ребенка [6], [10]. Матери предопределяют эту функцию, сознательно или бессознательно, в том, что они, с одной стороны, структурируют окружающую среду для ребенка в соответствии с уровнем его компетентности, а с другой — сохраняют при этом свою ориентацию на типичные для данной культуры ценности и нормы.

 

КОНЦЕПЦИИ ВОСПИТАНИЯ И УХОДА ЗА ДЕТЬМИ

 

Специфика интересующих нас ценностей и норм должна быть раскрыта на примере концепций воспитания и ухода за детьми в обеих сравниваемых культурах. Эти концепции включают среди прочего представления о природе ребенка, а также оценки и ожидания в отношении детского развития. Они описывают воспитательные цели и намерения и определяют роль семьи и общества в воспитании и обучении ребенка.

Культурно-специфические концепции воспитания и ухода за детьми могли развиваться лишь с началом XIX в., после того как относительно поздно в ходе исторического процесса были признаны и стали развиваться представления о социализации ребенка [5] ориентированной на его потребности. Так как эти концепции опираются на устойчивые политические и религиозно-исторические традиции, для них и по сей день характерна значительная стабильность. Ниже следует попытка описания русских и немецких концепций воспитания и ухода за детьми с целью выявления их сходства и различия.

 

ТРАДИЦИОННЫЕ РУССКИЕ КОНЦЕПЦИИ ВОСПИТАНИЯ И УХОДА

 

В русской и советской литературе многократно подчеркивалось значение эмоциональных механизмов в процессе социализации и их органическая укорененность в семье и в историческом развитии [1], [17]. Взаимоотношения матери и ребенка, как и человеческие взаимоотношения вообще, описываются в русской культуре как искренние, исполненные человечности и тесно связанные с морально-этическими ценностями. Для Т. Манна русский человек — «человечнейший человек», а русская литература — «свята своей человечностью». Р. М. Рильке также относится к тем деятелям культуры и литературы Германии начала XX в., которые отмечали дух братства и общности в русском народе, по их мнению, почти исчезнувший в западном мире, и трактовали процесс их исчезновения как «уплощение человеческой субстанции». По мнению Р. М. Рильке, источником этих свойств и качеств русского человека являются особенности религиозной жизни русского народа.

Общеизвестно, что в России и и православной церкви, имеющей свои корни в византийском христианстве и успешно изолировавшей себя в течение веков от западных влияний, не было Возрождения и фазы церковных реформ (Реформации) в западноевропейском смысле [7]. Как следствие этого — в отличие от Западной Европы — религиозные модели, которые во многих отношениях определяют поведение людей, остались в России по большому счету неизменными до наших дней. Человеческие ценности братства и взаимопомощи в смысле христианской любви к ближнему проявляются и по сегодня в структуре и функционировании многих русских семей и определяют морально-эмоциональный характер концепций воспитания и ухода в них.

 

21

 

Поскольку кроме этого кланоподобная большая семья по-прежнему является широко  распространенной   формой жизни в России [11], социализирующий потенциал русской семьи определяется функционированием разветвленной сети взаимодействий, в центре которой находится мать.

 

ТРАДИЦИОННЫЕ НЕМЕЦКИЕ КОНЦЕПЦИИ ВОСПИТАНИЯ И УХОДА

 

В противоположность многим различным направлениям внутри немецкой культуры, которые как ни в какой другой культуре развивались в течение длительного времени в зависимости от географического положения каждого данного региона и его политического отграничения от других регионов, доминирующие воспитательные концепции  и  идеалы в Германии XIX в. были определены распространением и становлением протестантизма и его идеологических, моральных и этических основ. «Пока существует Германия, протестантство — ее задача»,— писал Т. Манн. Его индивидуалистические принципы и «аскетическая идея профессионального  долга»  придали межчеловеческим взаимоотношениям внутри немецкой культуры преимущественно рационально-прагматический характер.

Кроме того, одна из важнейших духовных традиций в немецкой культуре восходит к прусскому военному государству. Базисные установки и ценности, связанные с дисциплиной, послушанием и авторитетом, влились в общественную жизнь и повлияли впоследствии на концепции воспитания и ухода за детьми в немецкой семье. Соединение этих «прусских идеалов воспитания» с протестантской индивидуалистической этикой и этикой успеха привело в конце концов к процессу интериоризации, который, с одной стороны, выражает приятие и лояльность личности по отношению к верховной власти, а с другой — описывает чувство безопасности и уверенности, с которыми, в стороне от общественной жизни, человек имеет возможность определять границы своего поведения.

 

ВЛИЯНИЕ КОЛЛЕКТИВИСТСКИХ КОНЦЕПЦИЙ СОЦИАЛИЗАЦИИ

 

В Восточной Германии, как и в России вследствие социалистической или коммунистической идеологии в последние десятилетия была предпринята попытка ввести новые нормы и ценности во все области жизни. Официальная идеология воспитания в обеих странах имела при этом сходные концепции воспитания, которые были преимущественно коллективистски ориентированы, и, кроме того, исходили из неполноценности маленького ребенка и преувеличенных представлений о пластичности детского развития.

Эти концепции базировались в особенности на доктрине, обосновывающей мотивацию действий отдельного индивидуума  задачами  социальной группы или коллектива с целью «адекватного вхождения в групповую жизнь» [12], [13].

Поскольку в раннем возрасте данное требование фактически было невыполнимо, эти концепции нацеливались в дальнейшем на то, чтобы быстрее преодолеть период детства, как нечто несовершенное [14], тем самым была взята ориентировка   на  целенаправленное формирование всех условий социализации. Эти представления включали совершенно нереальные и преувеличенные ожидания в отношении вмешательства в процессы развития ребенка и возможностей его «позитивно» направлять. Наиболее крайние представления такого рода распространились примерно между 1925—1930 гг. в Советском Союзе благодаря Т. Лысенко и его теории неограниченных возможностей биологической и психологической изменчивости человека через влияние окружающей среды как основы воспитательной идеологии и создания «нового человека» [17]. Следствия этой теории остались и но сей день в силе. Хотя подобные представления впоследствии в их полном объеме не сохранились, они должны были, по крайней мере, повлиять на традиционные представления о воспитании.

Что касается коллективистской направленности новой воспитательной

 

22

 

идеологии, то в этом отношении русские воспитательные концепции могли быть гармонично интегрированы с идеями равенства в раннем христианстве, не противореча унаследованным от него морально-этическим представлениям. Традиционные же немецкие воспитательные концепции скорее имели общее с дефицитарной моделью. Тем самым в рационально-прагматические представления о воспитании ребенка могли быть интегрированы социализированные стратегии практической передачи информации, преодоления и дисциплинирования   типично   детских форм поведения.

Таким образом, изначально аналогично сформулированные социалистические концепции воспитания благодаря их различному преломлению внутри соответствующих культурных воспитательных традиций еще более усилили контраст и не привели к их сближению [4].

 

КОНЦЕПЦИИ ВОСПИТАНИЯ И РЕГУЛИРУЮЩИЕ МЕХАНИЗМЫ СОЦИАЛЬНОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ МАТЕРИ И РЕБЕНКА

Постановка проблемы сравнительного эмпирического исследования

 

Центральным вопросом эмпирического исследования культурно-специфических факторов, регулирующих социальное взаимодействие матери и ребенка, является вопрос о непосредственном влиянии концепций воспитания на их общение. При этом особое внимание обращается на механизмы материнского поведения, организующего это взаимодействие в целом. Для проверки такой постановки вопроса выборки русских и немецких матерей с детьми рассматриваются в сравнительном плане.




Размер файла: 90.84 Кбайт
Тип файла: htm (Mime Type: text/html)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров