Заказ работы

Заказать
Каталог тем
Каталог бесплатных ресурсов

ПОЭМА О ГИЛЬГАМЕШЕ

  Эпос о Гильгамеше — сокровищница поэзии Двуречья — создавался на протяжении
тысячелетий двумя народами — шумерами и аккадянами. Сохранились отдельные
шумерские песни о Гильгамеше и Энкиду. У них один и тот же противник Хумбаба
(Хувава), охраняющий священные кедры. За их подвигами следят боги, в шумерских песнях
носящие шумерские имена, в эпосе о Гильгамеше — аккадские. Но в шумерских песнях
отсутствует связующий стержень, найденный аккадским поэтом. Сила характера
аккадского Гильгамеша, величие его души не во внешних проявлениях, а в отношениях с
естественным человеком Энкиду. Эпос о Гильгамеше — это величайший в мировой
литературе гимн дружбе, которая не просто способствует преодолению внешних
препятствий, но преображает, облагораживает.
     Дитя природы Энкиду, знакомясь с благами городской цивилизации, силой судеб
сталкивается с царем Урука Гильгамешем, человеком эгоистичным, избалованным
властью. Равный ему по физической силе, но цельный по характеру, неиспорченный
естественный человек одерживает над Гильгамешем моральную победу. Он уводит его в
степь и в горы, освобождает от всего наносного, превращает его в человека в высшем
смысле этого слова.
     Главным испытанием для Гильгамеша оказывается не столкновение с хранителем
дикого, не тронутого топором кедрового леса Хумбабой, а преодоление искушений богини
любви и цивилизации Иштар. Могущественная богиня предлагает герою все, о чем он мог
только мечтать до встречи с Энкиду, — власть не в одном городе, а во всем мире,
богатство, бессмертие. Но Гильгамеш, облагороженный дружбой с человеком природы,
отвергает дары Иштар и мотивирует свой отказ доводами, которые мог бы выдвинуть
Энкиду: порабощение ею свободных животных — обуздание свободолюбивого коня,
изобретение ловушек для царя зверей льва, превращение слуги-садовника в паука, уделом
которого становится беспросветный труд.
     Таким образом, впервые уже на заре цивилизации была выдвинута идея, которую
затем на протяжении веков и тысячелетий будут открывать заново поэты и
мыслители, — идея враждебности цивилизации и природы, несправедливости
освященных богами отношений собственности и власти, превращающих человека в раба
страстей, самыми опасными из которых были нажива и честолюбие.
     Развенчивая заслуги Иштар в освоении природы в интересах цивилизации, автор
поэмы превращает честолюбца Гильгамеша в бунтаря-богоборца. Прекрасно понимая,
откуда исходит опасность, боги принимают решение уничтожить Энкиду. Умирая,
дитя природы проклинает тех, кто способствовал его очеловечению, которое не
принесло ему ничего, кроме страданий.
     Казалось бы, смерть Энкиду — конец всему. И на этом естественно бы кончить
повествование о Гильгамеше, возвратив его в родной Урук. Но автор поэмы заставляет
своего героя совершить новый, самый выдающийся подвиг. Если ранее Гильгамеш обличал
одну богиню Иштар, то теперь он восстает против решения всех богов умертвить
Энкиду и отправляется в подземный мир, чтобы вернуть другу жизнь. Этим самым он
восстает и против вековой несправедливости — боги удержали бессмертие только для
самих себя.
     Проблема жизни и смерти, как это ясно из погребальных обрядов самых
отдаленных времен, всегда волновала человечество. Но впервые в мировой истории ее
постановка и решение даются на уровне трагического понимания мыслящим человеком
несправедливости разлуки с миром и близкими людьми, непринятия им непреложного
закона уничтожения всего живого.
     Молодой Маркс, живший в эпоху, когда еще не были открыты тексты Шумера и
Аккада, высоко ценил образ героя греческой мифологии Прометея, говоря, что это
«самый благородный святой и мученик в философском календаре». Теперь нам известно,
что у богоборца Прометея был великий предшественник Гильгамеш. Подвиг Гильгамеша,
превосходящий все, о чем мог помыслить смертный, не приводит к желаемому
результату. Но, и потерпев поражение, Гильгамеш остается непокоренным и
продолжает вызывать у каждого чувство гордости своей человечностью, верностью
дружбе, отвагой.
     
     Таблица I
     Там, где светлый Евфрат к морю воды стремит, высится город Урук. Стен мощнее
его нет в целом мире нигде, словно бы не один их правитель воздвиг, а сразу семь
мудрецов вложили в них дух свой и труд. На эти стены взойдя, между зубцов пройдись,
кирпичи ощупай рукой. Вспомни о Гильгамеше, повидавшем все до края вселенной,
сообщившем о временах до потопа, обошедшем все горы, в дальний путь ходившем и в
свой вернувшемся город, где он храм Эанну построил.
     Был Гильгамеш Урука царем, на две трети богом, на одну треть человеком. Среди
смертных не имел он равных и не знал, куда приложить свою силу. Буйствовал днем и
ночью с верной дружиной, сына родителю не оставляя, а матери — дщери. И взмолился
народ великой богине Аруру:
     — Ты, породившая Гильгамеша, в дар ему давшая непомерную силу, сотвори мужа,
чтобы был ему равен. Пусть Гильгамеш с ним отвагой сравнится. Пусть соревнуется в
силе, чтоб мы покой вкусили.
     И вняла этой просьбе Аруру. Создала она в сердце своем подобие Ану. Потом руки в
воде омыла, глины ком отщипнула, кинула в степь и руками своими слепила Эн-киду.
Было тело его шерстью покрыто густою. На голове волосы, как у Нисабы1. Вместе с
газелями пасся в степях он, со зверьем теснился у водопоя, радуя влагой сердце, как все
твари земные.
     Однажды у водопоя узрел его юный ловчий. Увидел и застыл без движения. Сердце
его заколотилось, побледнели ланиты. Домой возвратившись, ловчий отцу поведал о том,
что его напугало.
     Родитель, мудростью не обделенный, сыну совет преподал:
     — Послушай, о сын мой! С мужем, которого встретил, тебе совладать не удастся. Но
обитает в Уруке, стеной огражденном, величайший воитель, богам бессмертным
подобный. Как камень небес сильны его руки. Ступай же, мой сын, к Гильгамешу, под очи
его явившись, и обо всем без утайки поведай.
     Явился ловчий в Урук и о том, что в степи увидел, Гильгамешу поведал.
     Призадумался царь, и лицо его стало ночи темнее, перерезали лоб морщины. Но вот
лицо просветлело от мысли и от решения, что ниспослали боги. Герой направился к храму,
к дому владычицы Иштар, воле которой и люди, и звери степные покорны. При виде царя
блудницы, что в храме встречаются с теми, кто ищет милости Иштар, высыпали навстречу
и каждая взглядом и жестом пыталась привлечь вниманье. Но он подозвал одну лишь
Шахмат, что средь прочих красотою своей выделялась.
     — Нет, не за тем я явился, — сказал Гильгамеш ей строго, — за чем чужеземцы
приходят в храм ваш знаменитый. Ты должна будешь храм покинуть и отправиться в
степь, где недавно у меня появился соперник. Искусством, которым владеешь, привлеки
его дикое сердце, пусть он побредет за тобою, как ягненок на шатких ножках за маткой
своею плетется или как жеребенок в поле бежит за своей кобылицей.
     Проходят шесть дней, и каждый из них показался герою долгим, как месяц. Забросив
дела и забавы, которыми тешил сердце, царь ждал у ворот, надеясь, что женщину львы не
тронут, что, встретившись с исполином, не знающим женской ласки, она одержит победу
и в Урук укажет дорогу.
     
     
     
     Таблица II
     И вот он вдали увидел шагающего исполина. Все тело его шерстью покрыто. На
голове волосы, как у Нисабы. Широки его плечи, руки и ноги мощны, словно кедры,
которые доставляют в город с гор далеких Ливана. А где же блудница? Плетется за
исполином она, как ягненок на шатких ножках, как жеребенок в поле за маткою-
кобылицей.
     Вот клич раздался, всем в Уруке знакомый. Услышав его, обычно мужья запирали
двери, чтоб на глаза Гильга-мешу жены не попадались, отцы дочерей уводили и прятали
где попало. Теперь же открыты двери. Забыты былые страхи. Бегут горожане к стенам,
чтоб с высоты увидеть схватку великих героев. И очень многие в сердце победу желают
пришельцу. Быть может, ему удастся освободить их от страха, и новый правитель Урука
спокойнее прежнего будет?
     Меж тем герои схватились, пытаясь свалить друг друга. Ноги их в землю вошли по
колена. Застонала земля от боли, какой от рожденья не знала. Вздулись героев жилы.
Тяжелым стало дыханье. Капли соленые пота покрыли их лоб и щеки.
     — Что мы, словно бараны, уперлись? — выдохнул первым царь и мышцы ослабил.
     И вот они друг против друга стоят, обсыхая на солнце. Не только люди Урука, но
даже Шамаш, что обходит весь мир от времен начала, схватки такой не видел.
     — Ты вразумил меня силой, — сказал Гильгамеш Энкиду. — Прежде я думал, что
одолею любого. Но равными мы оказались. Зачем же нам ссора?
     Увидев героев, идущих в обнимку, народ Урука побежал им навстречу, вынес
корзины с хлебами, поднес кувшины с сикерой с поклоном.
     — Что это? — спросил Энкиду, лицо обратив к блуднице. — Что это, подобное
камню, который водою сглажен?
     — Хлеб это, пища людская! — Шахмат Энкиду сказала. — Вкуси, рожденный в
пустыне, и будешь подобен людям.
     — А это? — спросил Энкиду, прикоснувшись к кувшину.
     — Испей! — отвечала блудница. — И сразу пустыню забудешь, в которой с
газелями пасся. Это питье, веселящее душу. Пьющий его бессмертным богам подобен.
     Досыта хлеба Энкиду искушал. Сикеры испил семь кувшинов. Веселилась душа.
Лицо сияло. Он ощупал свое волосатое тело. Умастился елеем, подобно людям. Одеждой
оделся. Стал человеком. Шли дни. Гильгамеш водил друга по Уруку. Показывал дома и
храмы. Энкиду ничему не удивлялся. Лицо выражало скуку. И вдруг слезы хлынули из
глаз потоком.
     — Что с тобой, брат мой? — спросил Гильгамеш.
     — Слезы душат мне горло, — отвечал Энкиду. — Без дела сижу. Иссякает сила.
Задумался Гильгамеш:
     — Есть дело.
     —- Что за дело? — спросил Энкиду. Слезы его высохли мгновенно, как роса от взора
Шамаша.     — Я слышал, что где-то у моря в лесу кедровом живет Свирепый Хумбаба,
леса хранитель. Если его уничтожить, се зло мы из мира изгоним.


Размер файла: 41.02 Кбайт
Тип файла: txt (Mime Type: text/plain)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров