Заказ работы

Заказать
Каталог тем

Самые новые

Значок файла Моделирование электротехнических устройств и систем с использованием языка Си: Метод указ. /Сост. Т.В. Богдановская, С.В. Сычев (6)
(Методические материалы)

Значок файла Механическая очистка городских сточных вод: Метод. ука¬з./ Сост.: к.т.н., доц. А.М. Благоразумова: ГОУ ВПО «СибГИУ». – Ново-кузнецк, 2003. - 29 с (7)
(Методические материалы)

Значок файла Методические указания к выполнению курсовой работы по дисциплине “Бухгалтерский управленческий учёт” / Сост.: Щеглова Л.П.: СибГИУ. – Новокузнецк, 2003. – 18с (6)
(Методические материалы)

Значок файла Исследование элементов, узлов и устройств цифровой. вычислительной техники: Метод. указ. / Составители: Ю.А. Жаров, А.К. Мурышкин:СибГИУ.- Новокузнецк, 2004. - 19с (7)
(Методические материалы)

Значок файла Операционные усилители: Метод. указ. / Сост.: Ю. А. Жаров: СибГИУ. – Новокузнецк, 2002. – 23с., ил (7)
(Методические материалы)

Значок файла Исследование вольт-амперных характеристик биполярных транзисторов: Метод. указ./ Сост.: О.А. Игнатенко, Е.В.Кошев: СибГИУ.- Новокузнецк, 2004.-11с., ил (4)
(Методические материалы)

Значок файла Знакомство со средой MatLab. Приемы программирования (7)
(Методические материалы)

Каталог бесплатных ресурсов

Рецепция зарубежного права как способ модернизации российской правовой системы

1. Аккультурация и рецепция как способы модернизации права

В марте 1909 года вышла книга, авторами которой стали семь известных тогда в России философов, юристов, экономистов и публицистов. Книга называлась “Вехи. Сборник статей о русской интеллигенции”. Сборник в течение нескольких лет выдержал пять переизданий. Многие положения, высказанные авторами “Вех”, вызвали острейшую полемику в российском обществе. Всего за год в печати было опубликовано более 220 откликов, рецензий, статей о “Вехах”, противники последних составили целое направление в российской общественной мысли начала ХХ века, получившее название “контрвеховцев”[01].

Но вот, что интересно, полемизируя с “веховцами” по разным поводам, практически никто из откликнувшихся на выход сборника не оспорил заявленный Богданом Кистяковским в одной из центральных статей “Вех” — “В защиту права” — тезис, согласно которому “русская интеллигенция никогда не уважала права, никогда не видела в нем ценности; из всех культурных ценностей право находилось у нее в наибольшем загоне”. Автор считал, что это является “результатом нашего застарелого зла — отсутствия какого бы то ни было правового порядка в повседневной жизни русского народа”[02]. К таким выводам Б.А.Кистяковский пришел, сопоставляя развитие права и учения о нем в России с состоянием права и правосознания Запада. Для воспринявшего западную традицию права академика Кистяковского[03] развитие российской правовой системы виделось как усвоение и укоренение в правовой жизни России выработанной западной юриспруденцией доктрины “правового государства”, “законопослушания”, “уважения прав и свобод человека и гражданина” и т.п.

В действительности, Б.Кистяковский, раздавая негативные оценки состоянию правосознания российского общества, выразил типичное для большинства отечественных правоведов мнение, что, во-первых, наша правовая система является недостаточно развитой по сравнению с правовыми системами западных государств, во-вторых, магистральный путь ее развития — заимствование зарубежного права. а именно — права западного.

Правовые системы всех стран не существуют изолированно. Они взаимодействуют друг с другом, ведут нескончаемый культурный диалог. Правовая культура отдельных стран подвергается постоянной “бомбардировке” со стороны попадающих в нее подобно, “метеоритному дождю”, случайных фрагментов других правовых культур, юридических текстов, процедур и правовых конструкций. Такая “бомбардировка” позволяет оценить собственный опыт правовой жизни, обрести “зеркало” для его рассмотрения, возможность развивать, совершенствовать отдельные элементы своей правовой системы, наполняя их новыми смыслами[04]. Более того, дошедшая до нас история генезиса большинства когда-либо существовавших великих правовых систем, как правило, начинается с заимствования (афинское, римское право, западное право и т.д.).

Вопрос заключается в том, что заимствует государство и общество: отдельные правовые институты, элементы юридической техники, практики правоприменительной деятельности и т.п. Или оно заимствует то, что Ж.Бюрдо назвал “правовой идеей” (“идеей права”), т.е. системы общих взглядов, “верований” отдельных сообществ людей либо общества в целом относительно основ (принципов) социального, политического, правового порядка[05]. В первом случае речь идет о “юридической аккультурации” в широком смысле, т.е. о переносе одной культуры в другую, во втором — о глобальном процессе, получившем название “рецепция”. Последняя меняет весь правовой строй общества-реципиента и является в этом смысле тотальной аккультурацией. Ж.Карбонье, описывая рецепцию как особую форму аккультурации, употребил даже такой термин как “культурная мутация”[06].

Если фрагментарная юридическая аккультурация — обычное явление, проистекающее из повседневных контактов представителей различных правовых систем, то тотальная рецепция — явление исключительное. Она всегда является результатом более широкого культурного заимствования, когда меняются все или многие важнейшие культурно-смысловые парадигмы сознания общества и принятые в нем практики социальной жизни. Как правило, юридическая аккультурация способствует модернизации права страны-реципиента, право обогащается новыми принципами и юридическими конструкциями. Однако, как отмечает Н.Рулан, в ряде случаев рецепция чужого права может привести к юридической декультурации. Последняя выражается в том, что прежнее право “отбрасывается”, правовая культура реципиента разрушается, в праве возрастает количество противоречий, недопустимых упрощений, что к тому же отнюдь не обеспечивает воспроизведение реципиентом у себя в стране заимствуемой правовой культуры[07]. Поэтому юридическая аккультурация вовсе не является для правовой системы безусловным благом, так как может влечь за собой не только развитие последней, но и ее разрушение. При оценке характера юридической аккультурации важно представлять себе, как она протекает: в результате диффузионного проникновения чужой правовой культуры в страну посредством стихийного копирования отдельными лицами чужих образцов поведения; в результате централизованного переустройства правового строя жизни общества публичной властью; в результате правовых реформ собственного государства либо оккупации или колонизации страны чужим.

Россия, включая ее непосредственных государственных предшественников[08], принадлежит к разряду стран, правовая система которых несколько раз менялась в результате тотальной рецепции. Это было не стихийное копирование чужих образцов жизни, чужих “образов Будущего”, в том числе и правового, а их сознательное и планомерное заимствование, выступающее как модернизация реципиента, приближение его к этому самому “Будущему”, превращение из созерцателя становления последнего в его активного творца[09]. Таким образом, рецепция чужого права для России выступала и выступает в качестве одного из основных способов модернизации общественного, в том числе правового, строя. На протяжении тысячелетия страна, по меньшей мере, дважды обращалась к заимствованию чужой государственно-правовой традиции. При этом юридическая аккультурация осуществлялась по инициативе публичной власти, создававшей “волны модернизации” российской правовой системы.

2. Аккультурация византийской идеи права как “первая волна” модернизации российской правовой системы

Первая волна модернизации, собственно говоря, создавшая новую правовую систему Руси, связана с принятием христианства. Русь восприняла восточно-римский толк христианства — православие. В тот момент протороссийское общество сориентировалось на Византию — самую сильную и организованную на основе многовековых традиций евроазиатскую державу, к тому же весьма близкого соседа восточных славян[10]. Православная Византия выступила образцом развития для отказавшейся от язычества Руси.

По сути дела, принятие христианства привело к превращению русских земель в “периферию” Византийского мира. Диффузия или передача опыта управления государством и правовых практик регулирования социальных процессов Византией восточным славянам началось раньше, в IX в., когда империей были заключены договоры с племенами, получившими дань с “греков”, а взамен, гарантировавшими спокойствие ее границ[11]. Рим, хотя и восточный, применил свою обычную стратегию установления конфедеративного союзничества (заключения, как пишут в литературе, “федеративных договоров”) с варварскими племенами, хорошо известную по опыту Западной Римской империи[12]. Договоры русских князей с Византией, а затем и принятие православия раздвинули пределы Восточной Римской империи, включив в ее состав Древнюю Русь в качестве ассоциированной территории[13]. Это предопределило в дальнейшем и наиболее существенные черты древнерусского государства и права.

Православная церковь, соединенная на основе принципа “симфонии” с властью Константинопольских императоров — теократических монархов[14], стала центральной структурой, связывающей русские княжества с Византийской империей. Церковь придала русским княжествам характер христианских государственных образований:

1. Источником власти русских князей стал божественный мандат на правление, передаваемый им церковью в ходе специального церковного обряда — “венчания и возведения на престол”. Интронизация русских князей стала монополией православной церкви и вершилась по византийскому образцу[15]. Многочисленные споры о престолонаследии, соответственно, решались в первую очередь церковью[16].

2. Государственное единство обеспечивалось верностью, основанной на религиозных клятвах, и зачастую поддерживалось разнообразными церковными санкциями (отказ осуществлять богослужение в городах, наложение епитимий и пр.)[17]. Государственное устройство русской княжеской конфедерации как периферии Византийской империи также во многом определялось церковным устройством: столица конфедерации — город, в котором находилась резиденция русского митрополита константинопольского патриархата; конституирующим самостоятельность княжества актом считалось создание самостоятельного епископства; принятое у русских деление городов на “старшие” (“великие”) и “младшие” напрямую было связано с церковной организацией и обладанием особыми религиозными святынями, вследствие чего захват этих святынь (колокола) рассматривался как переход статуса “старшинства” к городу-захватчику[18].

3. Создание церковной юрисдикции, появление церковных иммунитетов, а еще и церковная “десятина” как специфический налог, собираемый русскими князьями в пользу церкви и т.п.[19]

4. Появление стабильного “писаного” права. Именно византийская церковная культура привела к формированию славянской письменности, а регулярное управление, основанное на следовании стабильным и сложным религиозным канонам, потребова

Размер файла: 96.66 Кбайт
Тип файла: htm (Mime Type: text/html)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров