Заказ работы

Заказать
Каталог тем
Каталог бесплатных ресурсов

ИЗНАНКА МИРА

    Портик - направо, портик - налево, суровый и  темный  собор  впереди, могучая река за плечами. Настороженность, безлюдье... И каждый,  замедлив шаг на торжественной площади, ощущает себя как бы в магнитном  поле.  Это чувствуют все; сознает это каждый, вдумавшийся в свое чувство.  Не  образ императора-героя на гранитной скале: само изваяние окружено легендой. Она еще не отлилась ни в балладу, ни в эпопею, ни в музыкальную симфонию; она только веет вокруг; стоит возле бронзовой статуи стекленеющим озером. 

 

2

 

    Снова и снова приходят на память  строки  великой  поэмы  -  и  тают. Неясный образ  шевелится  в  душе  -  и  не  может  определиться  мыслью. Холодящая жуть нечаянно вдруг обожжет отдаленным предчувствием -  и  тихо отхлынет. Чем-то сверхчеловеческим волнует нас этот монумент.  Чем  же?.. И, пока  вникаешь  зрением,   чувством   истории,   чувством   поэзии   и воображением в черный очерк  неподвижно-мчащегося  на  коне,  нерожденная легенда - не легенда, а предупреждение  -  держит  созерцающего  в  своем завороженном круге.         

 

3

 

     Другого изваяния, столь наполненного  еще  неразгаданным  смыслом,  в России нет. Словно отрезок метафизической  оси,  проходящей  сквозь  миры разных   координат!   Такими   бывают    лишь    изваяния-двойники.    Не изваяния-портреты, но именно двойники: это слово готов подчеркивать я еще и еще. Двойники - не героев, во славу которых они воздвигнуты  здесь,  но образов  иного  мира,  воистину  титанических;  и  не  мира,  но   миров, реальнейших, соседних с нами. Как щемит и замирает сердце на пороге  этих пучин!          

 

4

 

    В лучезарных пространствах Святой России  осуществлены  прекраснейшие города - если к ним применимо вообще это слово. Для того  чтобы  выразить величие просветленного мета-Петербурга, слов нет и не может быть на нашем языке, не приспособленном ни к чему трансреальному. Там,  в  облаках,  на плавно-полыхающем пьедестале, мчится белый колосс на коне: я не знаю,  из чего он изваян и как  он  мог  быть  сооружен.  Это  -  не  памятник,  не монумент.  Это  -  эмблема  великой  идеи,  указание  на   направленность исторического пути.        

 

5

 

      Но есть миры  противоположного  знака,  зыбкие  темные  зеркала,  где меняются местами верх и низ.  Познание  их  мучительно,  раздумье  о  них безрадостно, но его не может отвергнуть никто,  перешагивающий  за  порог духовного  детства.  Золотом  первоначальной  зари  платишь   за   зоркую зрелость. Ни вникание в запредельный смысл мировой борьбы,  ни  понимание зла и добра нашей эпохи, ни прикосновение к замыслу божественных сил,  ни разгадывание угрожающих замыслов Противобога - ничто невозможно без этого знания.     

 

6

 

   В научных кругах царила недавно идея о том, что континенты  коры  как бы колышутся  на  океане  магмы.  Могучим  горным  скоплениям   зеркально соответствуют их  опрокинутые  двойники:  анти-Кордильеры,  анти-Гималаи, анти-Памир. Выступы коры, ее зубцы,  ее  рога,  направленные  остриями  к центру планеты. Так  ли  это,  иначе  ли  -  но  если  ты,  свободный  от предубеждений рассудка, вникнешь в эту идею, предчувствие оттолкнет  тебя прочь, как от пропасти. Начало прозрения, - о,  отнюдь  не  научного,  но глубокого и какого жуткого!         

 

7

 

   В пространственном слое наших координат эти противогоры безжизненны и мертвы:  зона  высоких  температур,  магмы,  базальт  -   не   более.   В пространстве  четырехмерном  (координату  t  я  исключаю  -  это  другое) повторяется, как двойники, многое, но океанов магмы там нет: двойники гор погружены в пустую, инфрагазами клокочущую глубь; для  них  эта  глубь  - небо. Антиподы - на другой стороне земного шара? Не совсем так.  Истинные антиподы человечества - там, в четырехмерном слое на изнанке земной коры. Античеловечество.       

 

8

 

    Ввинчивающаяся в природу мысль скоро восстановит в  правах  вопрос  о метагеографии. Не сказочником был Дант; не  лжецами  -  повествовавшие  о лестнице преисподних. Будет осознано бытие шрастров - четырехмерных стран на изнанке каждой метакультуры,  расы  иноприродных  существ  на  изнанке каждого из  сверхнародов  человечества.  Друккарг  называется  шрастр  на изнанке  России.  Скопление  этих  существ  на  изнанке   компенсационных выступов Урала называется так же: увеличенное  подобие  нескольких  наших городов, сросшихся вместе.         

 

9

 

      Друккарг, твержу я. И меня томит тупая тоска оттого, что в  наши  дни другие не могут мне верить. Когда же это подтвердит, после  медлительного подползания, после недоверчивого ощупывания, метод науки, меня, вероятно, уже не   будет   здесь.   Игвы   -   повторяю   я   прозвище   обитателей античеловеческого мира: игвы. Это слово и другие, такие же странные, буду я повторять, пока живу.  Я  это  должен.  Быть  может,  поверит  один  из миллионов, быть может, один  из  тысячи.  И  тогда  будет  оправдано  мое существование на земле.         

 

10

 

      И кто-нибудь поверит, что там, перед огромнейшим конусом инфра-Урала, царит; обращенное головою к гулкому центру земли, неимоверное сооружение. Всадник?.. Но  разве  облик  даже  величайшего  из  людей  можно  увидеть воспроизведенным там, над толпящимся античеловечеством?  Нет:  основатель Друккарга - вот кто там неподвижно мчится на адском коне.  Прямые  крылья коня распластаны по  сторонам,  чуть-чуть  накренясь;  складчатые  крылья всадника сложены за плечами. По  две  шлифованных,  светящихся,  выпуклых красных глыбы вместо глаз у обоих.         

 

11

 

    Мчащимся - не на коне, - на  воинственном  существе  ярой  страсти  и грузного разума изображен основатель. Одним из нас такие кони привели  бы на память  образ  кентавров;  летающие  ящеры,  но  не  птеродактили,   а тяжелохвостые динозавры, чудом поднявшиеся на воздух, пришли бы на память другим из нас. Раругг! - Так кличут игвы этих существ, союзников своих  и соотечественников, войско Друккарга. Раругги: в  этом  звуке  им  чудится грозный, грубый, непреоборимый напор, трубный призыв  в  ураганный  налет против врагов Друккарга.        

 

12

 

      Игвы - пришельцы. Раругги - древнее. Свирепая  вражда  разделяла  обе подземных расы,  пока  не  убедилась  каждая  в  непобедимости  другой  и понемногу не выработался между ними некий modus vivendi*. - А еще  раньше раругги обитали в нашем слое  на  поверхности  земли:  алчные  аллозавры, хищные чудовища мезозоя. Бесчисленными  инкарнациями  в  демонизированных мирах,  о  которых  мы  только  начинаем   догадываться,   достигли   они разумности. Колоссально возрос накал их чувств, но все-таки неповоротливы и тупы их мозги, а темная душа осталась такою же темной.   

 

* Фактическое  состояние  отношений,  признаваемое  заинтересованными сторонами (лат.)     

 

13

 

      В единой системе разнозначных зеркал с  Медным  Всадником  длит  свое бытие и третий подобный же  исполин  смежных  миров.  О,  совсем  другой, подобно тому, как и суть его мира - иная, чем суть Друккарга: тот всадник на клубящемся выгнутом змее несет в простертой руке бурно-чадящий  факел. И мутно-лунная мгла в мире том мерно сменяется только кромешной ночью. Но рассказ  об  этом  еще  далеко  впереди;  и,  быть  может,  не   я   буду рассказчиком. Знание же о Друккарге томит меня и  гнетет.  Мне  душно  от этого давящего знания.       

 

14

 

      Может быть, спросят: откуда ж могу я знать? и чем докажу? - Не докажу ничем.  Средство  искусства  -  показ,  средство   религии   -   рассказ; доказывание - средство одной лишь науки. Докажут; но не раньше тех  дней, когда и научный метод доберется мало-помалу до шрастров, опереженный, как это бывает столь часто,  другими  методами  познания.  А  в  том,  откуда шрастры известны мне, буду отчитываться потом: это - задача  другой,  вне искусства рождающейся книги. Поэзия же - и с рифмами, и  без  рифм  -  не терпит подобных заданий.        

 

15

 

     Думают часто: если есть иные миры, то в них - тончайшая, сравнительно с нашею, духовность; и ждать человекоподобия от тех,  кто  там  -  значит обнаруживать умственную незрелость. Но  зачем  сужать  бескровною  схемой необъятное разнообразие миров? Да, есть и  такие;  другие  тоже  есть.  В одном только Шаданакаре их 242;  странно  ли,  что  в  некоторых  из  них найдешь  отчасти  и  человекоподобие?  Иногда  -  даже человекоподобие, способное  поразить  и  потрясти,  куда  более  точное,  чем  в   угрюмых шрастрах.        

 

16

 

Некоторые зададут еще и другой вопрос: какое нам дело до этих мрачных миров, даже если они - нечто большее, чем взрывы субъективной фантазии? - Нам есть дело до них потому, что им есть дело до нас;  им  есть  дело  до каждого  из  нас,  детей  человеческих.  В  Шаданакаре  нет  слоев,   чье существование не затрагивало бы остальных; некоторые же связаны с нами  и между собой миллионами нитей. В искусстве не все договаривается до конца, даже в том необычном стиле, к которому я прибег и который  можно  назвать мета-реализмом.  

 

   

Часть вторая

 

1

 

   Медленно приближается мерным маятником раскачивающаяся мысль к чуждым феноменам по ту сторону отнюдь не фантастического  Флегетона.  Не
Размер файла: 158 Кбайт
Тип файла: doc (Mime Type: application/msword)

Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров