Заказ работы

Заказать
Каталог тем

Самые новые

Значок файла Неразрушающие методы контроля Ультразвуковая дефектоскопия отливок Методические указания к выполнению практических занятий по курсу «Метрология, стандартизация и сертификация» Специальность «Литейное производство черных и цветных металлов» (110400), специализации (110401) и (110403) (4)
(Методические материалы)

Значок файла Муфта включения с поворотной шпонкой кривошипного пресса: Метод. указ. / Сост. В.А. Воскресенский, СибГИУ. - Новокуз-нецк, 2004. - 4 с (6)
(Методические материалы)

Значок файла Материальный и тепловой баланс ваграночной плавки. Методические указания /Составители: Н. И. Таран, Н. И. Швидков. СибГИУ – Новокузнецк, 2004. – 30с (5)
(Методические материалы)

Значок файла Изучение конструкции и работы лабораторного прокатного стана дуо «200» :Метод. указ. / Сост.: В.А. Воскресенский, В.В. Почетуха: ГОУ ВПО «СибГИУ». - Новокузнецк, 2003. - 8 с (6)
(Методические материалы)

Значок файла Дипломное проектирование: Метод. указ. / Сост.: И.К.Коротких, А.А.Усольцев, А.И.Куценко: СибГИУ - Новокузнецк, 2004- 21 с (7)
(Методические материалы)

Значок файла Влияние времени перемешивания смеси на ее прочность в сыром состоянии и газопроницаемость: метод. указ./ Сост.: Климов В.Я. – СибГИУ: Новокузнецк, 2004. – 8 с. (7)
(Методические материалы)

Значок файла Вероятностно-статистический анализ эксперимента: Метод. указ. / Сост.: О.Г. Приходько: ГОУ ВПО «СибГИУ». – Новокузнецк. 2004. – 18 с., ил. (7)
(Методические материалы)

Каталог бесплатных ресурсов

КРУШЕНИЕ КУМИРОВ

 ПРЕДИСЛОВИЕ
                        Поводом к составлению этой книжки послужила речь,
                        произнесенная на съезде русских студентов в Германии,
                        созванном в Сарове под Берлином в мае 1923 г.
                        Американским Союзом Христианской молодежи (American Y.
                        М. С. А.).
                        Эта речь, в значительной мере импровизованная, встретила
                        отклик среди студенчества, присутствовавшего на съезде.
                        При письменной переработке ее мне казалось необходимым
                        значительно расширить и дополнить ее, сохранив, однако,
                        основное ее идейное содержание.
                        Семен Франк.
                        Портрет работы Л.В.Зака.
                        Берлин, 1936

    Как и указанная устная речь, эти строки не содержат никакой теории
            или философской системы; и вместе с тем они не претендуют быть
            моральным поучением или религиозной проповедью. Вернее всего в них
            видеть исповедь, но не личную исповедь автораДавтор не обладает ни
            достаточным смирением, ни достаточным самомнением, чтобы публично
            исповедоваться,Д а исповедь как бы типического жизненного и
            духовного пути современной русской души вообще.
            Мне кажется, что в духовном пути мыслящего русского человека,
            сознательно пережившего последнюю четверть века нашей, столь
            трагической, общественной и духовной истории и действительно чему-то
            из нее научившегося, содержится нечто объективно ценное и в
            особенности нужное ныне подрастающему поколению русской молодежи.
            Более того, мне думается, что, несмотря на столь большое различие и
            в количестве, и, главным образом, в содержании жизненного опыта этих
            двух поколений, между ними не только нет обычного непонимания и
            взаимной чуждости, а есть или по крайней мере возможна какая-то
            глубокая внутренняя солидарность миросозерцания и жизненного пути.
            Ибо духовные облики обоих поколений сформировались под влиянием
            одного в высшей степени значительного процесса, который начался
            задолго до революции и в ее трагическом опыте нашел лишь свое
            завершение. Этот процесс есть процесс нарождения живой религиозной
            веры через крушение или гибель всех кумиров, которыми была
            соблазнена душа русского интеллигента XIX века и поклонением которым
            еще в значительной мере доселе живет западноевропейское
            человечество. И я старался дать в меру моих сил объективноеДно
            вместе с тем, в силу характера темы, и неизбежно
            субъективноеДописание этого процесса. Может быть, этот обзор
            кому-нибудь принесет пользу.
{2}            Исключительно трагический характер современной эпохи, неслыханное
            обилие в ней зла и слепоты, расшатанности всех обычных норм и
            жизненных устоев предъявляют к человеческой душе такие непомерно
            тяжкие требования, с которыми она часто не в силах справиться. Душа
            подвергается сильнейшему соблазну либо отречься от всякой святыни и
            предаться пустоте и призрачной свободе цинического неверия, либо с
            угрюмым упорством вцепиться в обломки гибнущего старого здания жизни
            и с холодной ненавистью отвернуться от всего мира и замкнуться в
            себе. Все старыеДили, вернее, недавние прежниеДустои и формы бытия
            гибнут, жизнь беспощадно отметает их, изобличая если не их ложность,
            то их относительность; и отныне нельзя уже построить своей жизни на
            отношении к ним. Кто ориентируется только на них, рискует, если он
            хочет продолжать верить в них, потерять разумное и живое отношение к
            жизни, духовно сузиться и окостенеть,Д а если он ограничивается их
            отрицаниемДдуховно развратиться и быть унесенным мутным потоком
            всеобщей подлости и бесчестности. Время таково, что умные и живые
            люди склонны подлеть и отрекаться от всякого духовного содержания, а
            честные и духовно глубокие натуры склонны глупеть и терять живое
            отношение к действительности. Но в той и другой склонности
            обнаруживается извращенное действие одного великого и по существу
            плодот. верного и оздоровляющего духовного процесса. И в циническом
            неверии, и в исступленном, сознательном идолопоклонстве и
            староверчестве проявляется утрата прежнего душевного спокойствия,
            невозможность прежней, благодушно-наивной, ничем не искушенной веры
            и потребность в истинной вере, несознанная устремлен. ность воли к
            чему-то, что не было бы призрачно, а было бы подлинной, прочной
            реальной основой бытия. Тайный смысл этих опасных и гибельных
            блужданий, а также и исход из них я вижу в религиозном кризисе, в
            котором гибнут все кумиры половинчатого и поверхностного старого
            гуманитаризма и в глубинах духа назревает способность вновь
            воспринять откровение вечной и истинной жизни.
            Германия. Ostseebad Zingst.
            2 августа 1923 г.
            С. Франк



            ОБ ИСТОРИИ НАПИСАНИЯ КНИГИ
            Осенью 1922 года вместе с другими выдающимися деятелями русской
            интеллигенции (Н. А. Бердяевым, Б. П. Вышеславцевым, И. А. Ильиным,
            Н. А. Лосским, историками Л. П. Карсавиным и А. А. Кизеветтером, о.
            Сергием Булгаковым и др.) С.Л.Франк был выслан из Советской России
            за "контрреволюционную деятельность".
            В эмиграции ими была основана Религиозно-философская академия, по
            типу Академии духовной культуры, созданной Н. А. Бердяевым в Москве
            в 1921 году. В качестве духовных руководителей эта группа русских
            философов приняла участие в возникшем в это же время Русском
            Студенческом Христианском Движении (РСХД).
            Книга "КРУШЕНИЕ КУМИРОВ" является значительно расширенным текстом
            речи, произнесенной С. Л. Франком в мае 1923 года на одном из первых
            съездов русской студенческой молодежи в Германии.
            Франк позднее вспоминал, что в эти годы он "всецело ушел в сферу
            духовной жизни и духовных интересов - в дело внутренней проверки и
            углубления духовных основ собственного миросозерцания и в
            общественное дело духовного влияния на молодежь..." Отчасти, говорит
            он, это было связано с "чисто теоретическим воззрением, что есть
            отныне единственно плодотворный и возможный путь к возрождению
            России, и особенно - единственное положительное дело, которое
{3}       мыслимо в эмиграции, тогда как всяческая политическая
            деятельность... обречена оставаться призрачной и беспложной. Но
            главным образом это был шок, испытанный от русской катастрофы. У
            меня эта реакция была религиозной и испытывалась как некий
            переворот, требующий духовного напряжения в переоценке всего
            жизнепонимания."а
            В 1926 году С. Л. Франк опубликовал свою новую книгу "СМЫСЛ ЖИЗНИ",
            явившуюся по его словам "естественным продолжением" книги "КРУШЕНИЕ
            КУМИРОВ".а
            
                        I. КУМИР РЕВОЛЮЦИИ
                        Нынешнее молодое поколение, созревшее в последние годы,
                        после рокового 1917 года, и даже поколение, подраставшее
                        и духовно слагавшееся после 1905 года, вероятно, лишь с
                        трудом может себе представить и еще с большим трудом
                        внутренне понять мировоззрение и веру людей душа которых
                        формировалась в т. наз. лэпоху самодержавия», т. е. до
                        1905 года. Между тем вдуматься в это духовное прошлое, в
                        точности воскресить егоД необходимо; ибо та глубокая
                        болезнь, которою страдает в настоящее время русская душа
                        Д и притом во всех ее многообразных проявлениях, начиная
                        от русских коммунистов и кончая самыми ожесточенными их
                        противниками,Д и лишь внешним выражением которой
                        является национально-общественная катастрофа России,Д
                        эта болезнь есть последствие илиДскажем лучшеДпослед-ний
                        этап развития этого духовного прошлого. Ведь доселе
                        вожди и руководители всех партий, направлений и
                        умственных теченийДв преобладающем большинстве случаев
                        люди, вера и идеалы которых сложились в лдореволюционную
                        эпоху».
                        В ту эпоху преобладающее большинство русских людей из
                        состава т. наз. линтеллигенции» жило одной верой, имело
                        один лсмысл жизни»; эту веру лучше всего определить как
                        веру в революцию. Русский народДтак чувствовали
                        мыДстрадает и гибнет под гнетом устарев-шей,
                        выродившейся, злой, эгоистичной, произвольной власти.
                        Министры, губернаторы, полицияДв конечном итоге система
                        самодержавной власти во главе с царем Д повинны во всех
                        бедствиях русской жизни: в народной нищете, в народном
                        невежестве, в отсталости русской культуры, во всех
                        совершаемых преступлениях. Коротко говоря,
                        существовавшая политическая форма казалась нам
                        единственным источником всего зла. Достаточно уничтожить
                        эту форму и устранить от власти людей, ее воплощавших и
                        пропитанных ее духом, чтобы зло исчезло и заменилось
                        добром и наступил золотой век всеобщего счастья и
                        братства. Добро и зло было тождественно с левым и
                        правым, с освободительно-революционным и
                        консервативно-реакционным политическим направлением.
                        (Отметим сейчас же: теперь этот болезненный политицизм,
                        этот своеобразный недуг сужения духовного горизонта
                        также очень широко распространен, только с обратным
                        знаком: для очень многих теперь добро тождественно с
                        правым, а злоДс левым **).
                        Впервые эта тема появляется в статье С. Л. Франка
                        "Философские предпосылки деспотизма".
                        Но не только добро или нравственный идеал совпадал с
                        идеалом политической свободы; наука, искусство, религия,
{4}                    частная жизньДвсе подчинялось ему же. Лучшими поэтами
                        были поэты, воспевавшие страдания народа и призывавшие к
                        обновлению жизни, под которым подразумевалась, конечно,
                        революция. Не только нигилисты 60-х годов, но и люди
                        90-х годов ощущали поэзию Некрасова гораздо лучше, чем
                        поэзию Пушкина, которому не могли простить ни его
                        камер-юнкерства, ни веры в самодовлеющую ценность
                        искусства; мечтательно наслаждались бездарным нытьем
                        Надсона, потому что там встречались слова о лстрадающем
                        брате» и грядущей гибели лВаала». Сомнения в величии,
                        умственной силе и духовной правде идей Белинского,
                        Добролюбова, Чернышевского представлялись хулой на духа
                        святого; в 90-х годах литературный критик Волынский,
                        который осмелился критически отнестись к этим
                        неприкосновенным святыням, был подвергнут жесточайшему
                        литературному бичеванию и бойкотом общественного мнения
                        изгнан из литературы. Научные теории оценивались не по
                        их внутреннему научному значению, а по тому, клонятся ли
                        они к оправданию образа мыслей, связанного с революцией,
                        или, напротив, с лреакцией» и консерватизмом.
                        Сомневаться в правильности дарвинизма, или материализма,
                        или социализма значило изменять народу и совершать
                        предательство. Не только религия, но и всякая не
                        материалистическая и не позитивистическая философия были
                        заранее подозрительны и даже заранее были признаны
                        ложными, потому что в них ощущалось сродство с духом
                        лстарого режима», их стиль не согласовывался с принятым
                        стилем прогрессивно-революционного мировоззрения.
                        Впрочем, исключения допускались или по крайней мере
                        терпелись: для этого только нужно было, чтобы автор
                        еретической идеи либо доказывал, что эта идея согласима
                        с революционной верой и даже необходима для нее, либо
                        чтобы он вообще был настроен политически-благонамеренно
                        (т. е. держался ллевого» образа мыслей) иДеще
                        лучшеДчтобы он пострадал от правительства. Так,
                        Владимира Соловьева терпели и даже немного уважали за
                        его речь о помиловании террористов, за статьи о
                        национализме и за сотрудничество в лВестнике Европы». За
                        это ему прощали, как странное личное чудачество, наивную
                        и зловредную веру в Бога и церковь. Когда в первые годы
                        20-го века начал нарождаться философский идеализм,Д что
                        было хотя лишь робким началом, но все же первым
                        существенным шагом в преодолении господствующего
                        мировоззрения, первым симптомом того духовного кризиса,
                        который во всей глубине своей сказывается лишь теперь,Д
                        то он отчасти ради самозащиты, отчасти по искреннему
                        убеждению драпировался также в политическую мантию:
                        наиболее убедительным аргументом в его пользу считалось,
                        что лфилософский идеализм» необходим, как основа
                        моральной самоотверженности в политической борьбе. И
                        лучшим оправданием веры в Бога, когда впервые раздалась
                        в кругах интеллигенции эта неслыханная дотоле проповедь,
                        служило рассуждение, что эта вера не только не
                        реакционна, но, напротив, одна лишь обеспечивает
                        политический прогресс и освобождение народа.
                        Положительная политическая программа не у всех была
                        одинаковой: существовали и либералы, и
                        радикалы-демократы, и социалисты-народники, отрицавшие
{5}                    развитие капитализма и требовавшие сохранения общины, и
                        социалисты-марксисты, призывавшие к развитию капитализма
                        и отрицавшие полезность крестьянской общины. Но не в
                        этих деталях программы было дело, и внутреннее, духовное
                        различие между представителями разных партий и
                        направлений было очень незначительным, ничуть не
                        соответствуя ярости теоретических споров, разгоравшихся
                        между ними. Положительные идеалы и разработанные
                        программы реформ, вообще взгляды на будущее были делом
                        второстепенным; ибо в глубине души никто не представлял
                        себя в роли ответственного, руководящего событиями
                        политического деятеля. Главное, основная точка
                        устремления лежала не в будущем и его творчестве, а в
                        отрицании прошлого и настоящего.
                        Вот почему веру этой эпохи нельзя определять ни как веру
                        в политическую свободу, ни даже как веру в социализм, а
                        по внутреннему ее содержанию можно определить только как
                        веру в революцию, в низвержение существующего строя. И
                        различие между партиями выражало отнюдь не качественное
                        различие в мировоззрении, а главным образом различие в
                        интенсивности ненависти к существующему и отталкивания
                        от него,Дколичественное различие в степени
                        революционного радикализма. Земцы-либералы, связанные с
                        местною жизнью и по опыту знакомые с ней, упрекали
                        радикальных революционеров в незнании русской жизни, в
                        поспешности их требований, которые казались им не
                        столько вредными, сколь лишь неосуществимыми.
                        Революционеры упрекали либералов в личной трусости,
                        которая усматривалась во всяком уклонении от
                        подпольно-революционной деятельности или в дряблости
                        нравственно-политического темперамента, в
                        нерешительности и половинчатости в борьбе с существующим
                        строем. Либералы и лумеренные» в глубине души сами
                        чувствовали себя грешниками, слабыми людьми,
                        неспособными на героизм революционеров; их совесть была
                        неспокойна. Критиковать социализм или радикальный
                        демократизм по существу никому не приходило и в голову;
                        или, в лучшем случае, это можно было делать в узком
                        кругу, в интимной обстановке, но отнюдь не гласно: ибо
                        гласная, открытая критика крайних направлений, борьба
                        налево были недопустимым предательством союзников по
                        общему делу революции. Не только критика социализма и
                        радикализма была неслыханной ересью (еще в 1909 году
                        участники сборника лВехи», впервые решительно порвавшие
                        с этой традицией, встретили негодующее порицание даже
                        умеренных кругов русского общества, и П. Н. Милюков,
                        выражавший ходячее общественное мнение либералов
                        формулой лу нас нет врагов слева», счел своей
                        обязанностью совершить лекционное турне, посвященное
                        опровержению идей лВех»),Д но даже открытое исповедание
                        политической умеренности требовало такого гражданского
                        мужества, которое мало у кого находилось. Ибо не только
                        лконсерватор», лправый» было бранным словом; таким же
                        бранным словом было и лумеренный». Сейчас же приходили в
                        голову осмеянные Щедриным типы, символы лумеренности и
                        аккуратности»; лумеренный»Дэто был обыватель, робкий,
                        лишенный героизма, из трусости или нерешительности
                        желавший примирить непримиримое, существо, которое лни
{6}                   горячо ни холодно», которое идет на недопустимые
                        компромиссы. Как указано, сами лумеренные» не имели в
                        этом отношении чистой совести, чувствовали себя не
                        вполне свободными от этих пороков; в огромном
                        большинстве случаев они смотрели на революционеров, как
                        церковно-настроенные миряне смотрят на святых и
                        подвижниковДименно, как на недосягаемые образцы
                        совершенства. Ибо чем левее, тем лучше, выше, святее.
                        Ироническая формула ллевее здравого смысла» раздалась
                        впервые после 1905 года и принадлежит уже совсем иной
                        эпохе, есть уже симптом крушения всего мировоззрения.
                        Если попытаться как-нибудь все же определить
                        положительное содержание этой столь пламенной и
                        могущественной веры, то для нее нельзя отыскать иного
                        слова, кроме лнародничество». лНародниками» были всеД и
                        умеренные либералы, и социалисты-народники, и марксисты,
                        теоретически боровшиеся с народничеством (понимая
                        последнее здесь в узком смысле определенной
                        социально-политической программы). Все хотели служить не
                        Богу, и даже не родине, а лблагу народа», его
                        материальному благосостоянию и культурному развитию. И
                        главноеДвсе верили, что лнарод», низший, трудящийся
                        класс, по природе своей есть образец совершенства,
                        невинная жертва эксплуатации и угнетения. НародДэто
                        Антон Горемыка, существо, которое ненормальные условия
                        жизни насильственно держат в нищете и бессилии и
                        обрекают на пьянство и преступления. лВсе люди выходят
                        добрыми из рук Творца», зло есть лишь производное
                        последствие ненормального общественного строяДэта
                        формула Руссо бессознательноДибо сознательно мало кто
                     &nbs

Размер файла: 221.5 Кбайт
Тип файла: txt (Mime Type: text/plain)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров