Заказ работы

Заказать
Каталог тем

Самые новые

Значок файла Зимняя И.А. КЛЮЧЕВЫЕ КОМПЕТЕНТНОСТИ как результативно-целевая основа компетентностного подхода в образовании (2)
(Статьи)

Значок файла Кашкин В.Б. Введение в теорию коммуникации: Учеб. пособие. – Воронеж: Изд-во ВГТУ, 2000. – 175 с. (3)
(Книги)

Значок файла ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ КОМПЕТЕНТНОСТНОГО ПОДХОДА: НОВЫЕ СТАНДАРТЫ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ (4)
(Статьи)

Значок файла Клуб общения как форма развития коммуникативной компетенции в школе I вида (10)
(Рефераты)

Значок файла П.П. Гайденко. ИСТОРИЯ ГРЕЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ В ЕЕ СВЯЗИ С НАУКОЙ (11)
(Статьи)

Значок файла Второй Российский культурологический конгресс с международным участием «Культурное многообразие: от прошлого к будущему»: Программа. Тезисы докладов и сообщений. — Санкт-Петербург: ЭЙДОС, АСТЕРИОН, 2008. — 560 с. (12)
(Статьи)

Значок файла М.В. СОКОЛОВА Историческая память в контексте междисциплинарных исследований (13)
(Статьи)

Каталог бесплатных ресурсов

В случае беды. Жорж Сименон

 

   Воскресенье, 4 ноября.

   Всего часа два назад, после завтрака, я стоял у окна  гостиной,  куда  мы

перешли пить  кофе,  и  стоял  достаточно  близко,  чтобы  ощутить  холодную

сырость, которой несло от стекол. Неожиданно за спиной у меня раздался голос

жены:

   - Поедешь куда-нибудь вечером?

   Но для меня в этих простых, банальных словах оказалось  столько  скрытого

значения, как если бы за каждым из них таились мысли, которые ни Вивиана, ни

я не осмеливались высказать. Я ответил не сразу, но не потому, что  сам  еще

не знал, как поступлю, а потому, что на  мгновение  словно  заглянул  в  тот

чуточку  страшноватый  мир,  который,  в   сущности,   более   реален,   чем

повседневность, и создает впечатление, что перед вами раскрывается  обратная

сторона жизни.

   Помолчав, я в конце концов выдавил:

   - Сегодня - нет.

   Жена знает, что у меня нет причин идти куда бы то ни  было.  Она  угадала

это, как и все остальное; кроме того, она, вероятно, располагает информацией

о моих похождениях. Я не сержусь на нее за это, как и она не сердится на то,

что я себе позволяю.

   В ту минуту, когда она задала мне вопрос, я сквозь завесу дождя,  льющего

уже трое суток, - с самого Дня поминовения, если быть точным,  -  следил  за

клошаром, который расхаживал под мостом Мари, для  согрева  хлопая  себе  по

бокам. Больше всего меня интересовала темная куча тряпья у каменной  стенки:

я спрашивал себя, в самом деле она шевелится или так  только  кажется  из-за

дрожания воздуха и движения воды.

   Да, куча шевелилась, в чем я и убедился позднее, когда  из-под  лохмотьев

высунулись сперва  рука,  а  потом  и  опухшее  женское  лицо  в  обрамлении

нечесаных волос. Мужчина прервал хождение, повернулся к подруге, о  чемто  с

ней перемолвился, а  затем,  пока  она  поднималась  и  усаживалась,  достал

припрятанную между камнями наполовину опорожненную бутылку, протянул  ей,  и

она отпила прямо из горлышка.

   В течение десяти лет,  что  мы  живем  на  Анжуйской  набережной  острова

Сен-Луи, я не раз наблюдал за клошарами. Видел всяких, в том  числе  женщин,

но таких, что ведут  себя  как  супружеская  пара,  -  впервые.  Почему  это

затронуло меня, наведя на мысль о самце и самке, скорчившихся в своей лесной

берлоге?

   Кое-кто, говоря обо мне и Вивиане, намекает на пару хищников; мне это  не

раз повторяли и, уж конечно, обязательно подчеркивали, что у диких  животных

самка всегда свирепей самца.

   Прежде чем повернуться и подойти к подносу, на котором нам подали кофе, я

успел заметить еще одну фигуру - высоченного краснолицего  мужчину,  который

вылез из люка пришвартованной против нашего дома баржи.  Накинув  на  голову

черный дождевик, без которого немыслимо было пускаться в насквозь  промокший

мир, и держа в обеих руках по пустой литровой бутылке, мужчина  спустился  с

судна на берег по скользкой доске, заменявшей сходни. Он, два клошара да еще

желтоватая собака, прижавшаяся к почернелому дереву, - вот и все живое,  что

можно было сейчас обнаружить на фоне пейзажа.

   - В кабинет спустишься? - полюбопытствовала моя жена, когда  я  стоя  пил

свою чашку кофе.

   Я  ответил  "да".  Мне  всегда  были  ненавистны  воскресенья,   особенно

парижские, от которых я прихожу в состояние, близкое к панике.  Меня  тошнит

от перспективы торчания под зонтиком  в  очереди  в  кино  или,  к  примеру,

прогулки по Елисейским полям, Тюильри и даже поездки по дороге на  Фонтенбло

в бесконечном потоке машин.

   Прошлой ночью мы вернулись поздно. После генеральной репетиции  в  театре

Мишодьер поужинали у "Максима" и закончили около трех утра в подвальном баре

поблизости от Рон-Пуэн [1], где собираются актеры и киношники.

   Недосып я теперь переношу хуже, чем несколько лет назад. А  вот  Вивиану,

по-моему, никакая усталость не берет.

   Сколько мы еще просидели в гостиной,  не  сказав  друг  другу  ни  слова?

Думаю, самое меньшее пять минут, а пять минут такого молчания - это долго. Я

как можно реже смотрел на жену. Вот уже много недель избегаю заглядывать  ей

в лицо и всячески сокращаю наши тета-тет. Может быть, ей  хочется  выйти  на

разговор? Мне уже казалось, что так оно и будет, когда я  повернулся  к  ней

боком; она раскрыла рот,  поколебалась,  но  вместо  тех  слов,  которые  ей

хотелось сказать, произнесла:

   - Я буду у Корины. Если к вечеру передумаешь, можешь  завернуть  туда  за

мной.

   Корина де Ланжель - наша приятельница, которая умеет заставить говорить о

ней и у которой на  улице  Сен-Доминик  один  из  самых  красивых  особняков

Парижа. У нее бывают оригинальные идеи, в частности ей пришла мысль  завести

открытый дом по воскресным дням.

   - Нельзя же считать, что все до одного ездят на скачки, да и  жены  редко

сопровождают мужей на охоту, - поясняет она. - Почему человек должен скучать

лишь оттого, что сегодня воскресенье?

   Я покружил по гостиной и в конце концов буркнул:

   - До скорого.

   Затем прошел по коридору и перешагнул порог кабинета. Попадая туда  через

галерею, я уже  долгие  годы  испытываю  странное  чувство.  Инициатива  тут

принадлежала Вивиане.  Когда  квартира  под  нами  пошла  на  продажу,  жена

посоветовала мне купить ее  и  оборудовать  в  ней  свою  контору:  нам  уже

становилось тесно, особенно когда приходилось устраивать приемы. В одной  из

наших старых комнат, самой большой,  сняли  пол  и  перекрытия,  заменив  их

галереей на высоте верхнего этажа.

   Получилось очень высокое помещение с двумя  рядами  окон  -  и  внизу,  и

наверху,  заставленное  по  стенам  книгами  и  смахивающее   на   публичную

библиотеку, так что я лишь со временем привык в  ней  работать  и  принимать

клиентов.

   Тем не менее в другой нашей старой комнате я  облюбовал  для  себя  более

интимный уголок, где готовлю свои речи и где стоит кожаный диван, на котором

можно вздремнуть, не раздеваясь.

   Так я сделал и сегодня. Действительно ли я спал? Не уверен.  В  полутьме,

закрыв глаза, я, сдается, не переставал слышать, как бежит по трубе  вода  с

крыши. Вивиана тоже, по-моему, отдохнула в обитом  красным  шелком  будуаре,

который она устроила себе рядом с нашей спальней.

   Сейчас начало пятого. Жена, должно быть,  кончает  одеваться  и,  видимо,

зайдет поцеловать меня перед тем, как отправиться к Корине.

   Я вижу, что у меня мешки под глазами. Я  давно  уже  неважно  выгляжу,  и

лекарства, прописанные доктором Пемалем, нисколько не помогают. Тем не менее

я добросовестно глотаю капли  и  таблетки,  пузырьки  с  которыми  маленьким

арсеналом стоят перед моим столовым прибором.

   Я всегда отличался большими глазами и головой такой крупной, что в  целом

Париже найдется всего дватри магазина, где бывают  шляпы  моего  размера.  В

школе меня сравнивали с жабой.

   Иногда надо мной раздается  треск,  потому  что  в  сырую  погоду  дерево

галереи   разбухает,   и   всякий   раз   словно   застигнутый   на   чем-то

предосудительном, я вскидываю голову, ожидая увидеть спускающуюся Вивиану.

   Я никогда ничего от нее не скрывал, но эту тетрадь  все-таки  спрячу  под

ключ в ренессанском шкафу, что стоит у меня в логове. Прежде чем  приступить

к  записям,  я  проверил,  не  потерялся  ли  ключ,   которым   никогда   не

пользовались, и действует ли замок. Мне надо будет также подобрать место для

ключа - скажем, за определенными книгами библиотеки: он  настолько  огромен,

что не уместится в кармане.

   Я, вытащил из ящика письменного стола бежевую папку из лионского  картона

с печатным грифом, воспроизводящим мое имя и адрес:

   Люсьен Гобийо, адвокат Парижского апелляционного суда.

   Париж, Анжуйская набережная, 17-а.

   Сотни  таких  вот  досье,  более  или  менее  распираемых  драмами   моих

подопечных, наполняют металлическую картотеку, которую содержит в ажуре м-ль

Борденав, и я долго не решался  вывести  свое  имя  на  том  месте,  где  на

остальных папках фигурируют фамилии клиентов. В конце концов я с иронической

улыбкой начертал там всего одно слово "Я".



Размер файла: 247.94 Кбайт
Тип файла: txt (Mime Type: text/plain)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров