Заказ работы

Заказать
Каталог тем
Каталог бесплатных ресурсов

Одиночество волка. В. Югов

Вертолет шел над  западным  выступом  полуострова.  Изгибаясь,  внизу

бежала  маленькая  речушка  Карасавай.   Пассажиры   насупленно   молчали.

Старик-снабженец, возвращавшийся с Большой  земли  из  отпуска,  вчера,  в

пьяном откровении, рассказывал, за что попал сюда. Пятнадцать  лет  назад,

тогда мужчина в соку, убил он  полюбовника  своей  жены,  некоего  Митьку.

Случилось это во время сенокоса. Убивал он Митьку косой. "Голову  Митькину

она подхватила и долго никому не отдавала, пока  не  приехала  милиция"...

Старик бубнил об этом себе под нос и заедал водку помидором,  купленным  в

Москве на базаре. Теперь он, после отсидки, живет здесь. С ним старушонка.

Готовит и стирает ему портки. А та, первая жена, проживает все  в  той  же

деревне, вдовует. Главное, дети тоже с ней не живут, считают  -  отец  был

прав, не блуди...

     Журналист Квасников ехал на север в командировку, он,  вспомнив  Анну

Каренину, развернул целый трактат по проблеме семьи и положении женщины  в

семье и обществе. Выпив порядочно, мужики с его жидкой,  лежащей  на  яви,

теорией не считались, и он горячился: снабженец хотя бы должен понять, что

даже Каренин не только простил жене  свои  обиды,  но  оказался  способным

проявить великодушие к ее, если говорить попросту, Митьке.

     Оба они - и убийца,  и  теоретик  -  теперь  сидели  рядом.  Вертолет

болтало, и Квасникова  кидало  порой  к  груди  убийцы,  и  он  дышал  его

перегаром.

     После того, как вышли из вертолета, упал в снег здешний человек  Иван

Хатанзеев - истосковавшийся по родной земле. Упал вроде  нарочно,  а  руки

машинально сгребали снег: и два года, оказывается, длинная служба.

     Первый пилот Кожевников, рыжий парень в  лихо  сдвинутой  на  затылок

белой заячьей шапке, земляк Хатанзеева, проходил мимо.

     - Маманя дома, гляди, сто  раз  выбегала?  -  Приятно  осклабился.  -

Ладонь приставит козырьком и глядит, а?

     - Старушка-мать ждет сына с битвы, -  присел  на  корточки  и  щелкал

фотоаппаратом Квасников.

     В шагах ста - аэровокзал. В густо засиненном воздухе, не  похожем  на

воздух пасмурного утра и осеннего вечера, виднелся обыкновенный деревянный

дом. На крыше  -  желтая  большая  труба.  К  деревьям,  голым  и  черным,

протянулись провода. Где-то в овражке  чихает  движок.  Свет  попадает  на

присмиревшие деревья за домом. Они красные  на  макушках.  На  разлапистой

сосне хлопьями пристроился снег.

 

 

     - Ну, мужики! - Старик Вениамин Харитонович поглядывал на Хатанзеева.

- В вокзал, что ли, попрем?

     - Зачем? - недавний солдат  отряхивался  от  снега.  -  Или  северный

ветерок бьет русского мужичка?

     Прямо на снегу он стал накрывать  стол.  Ваня  всем  так  и  говорил:

выйдем на моей земле - загуляем!  Ловко  нарезанная  колбаса  укладывалась

стопочками рядом с подмерзающими дольками лука. Бутылку спирта  вынули  из

вещмешка. Она приятно побелела.

     Все  стояли  в  нетерпеливом  ожидании.  Стол  постепенно  становился

царским. Кравчий Ваня старался не упасть в глазах  общества  -  подрезывал

сала, разворачивал  крупные  свежие  помидоры,  которые,  видно,  умненько

сохранил, открыл две банки с маринованными огурцами.

     - Тешь мой обычай! - Поглядел на старика. - Садись в головах! Ты  тут

долго был! - И вдруг присмирел: - Я два года, товарищ старшина, - это  уже

к недавнему своему старшине, которого вез к себе, - все это видел во  сне!

Вы рано утром будите нас: "Падйоом!" А я еще бегу да  бегу  по  снегам.  И

каждый раз туда, туда! - Махнул рукой в сторону от вокзала.

     - Шоб ее разбомблило, Ваня, эту твою землю.

     Старик Харитон Вениаминович тяжело вздохнул.

     Миша Хоменко, новоиспеченный на севере летный диспетчер,  следовавший

этим же  рейсом,  уловил  в  слове  разбомблило  родные  мотивы  и  нервно

рассказал, как его недавняя квартирная хозяйка ругала  мужа:  "Ханыга!  Не

можеш питы два видра андрациту прынесты? Я, баба, повынна их перты? А  ты,

ледарцуга, на лисапеди не хочеш прывезты?". Голос у Миши  был  трогательно

чувствителен.

     Квасников  вынул  блокнот  и   записал   для   себя   свежие   слова,

переспрашивая, что такое _п_е_р_т_ы_. Недавний  киевский  студент  отвечал

хмуро: ему с самого начала не нравилась эта земля,  выпавшая  в  последний

день институтского распределения.

     Пошла по кругу прилипающая к ладоням алюминиевая кружка.

     Квасников, оказалось, неразведенного спирта не пил. Старик этого  ему

не простил, презрительно сплюнув в снег. Квасников ринулся к кружке,  чуть

прикрыл глаза, опорожнив спирт до дна, и долго, высокомерно глядя на всех,

особенно на старика, дул  в  пустынную  тундру.  Там  все  лежало  тихо  и

спокойно. Там лежал и поселок по имени Самбург, куда они все направлялись.

 

 

 

                                    2

 

     К поселку Самбург навострил лыжи Алексей Духов,  или  попросту  Леха.

Это потом у  него  будут  чистые  ксивы,  жена,  которая  любила  когда-то

человека, разбившегося на гоночном автомобиле. А тогда - дальняя дорога да

неизвестность.

     Все можно, конечно, изменить. Ощериться, к примеру, пригладить  ежик,

осушить непокорность в глазах. Хуже с пальцами и плечом. На пальцах навеки

запеклись зеленые буквы выколок: К, М, П, Р, С,  Т,  Д.  Шалости  детства.

Начальные буквы имен девочек улицы, на которой когда-то жил. Ни  Катя,  ни

Рита, ни Светлана не любили его, да и он их тоже не любил. Другое  дело  -

М. Тут разговор особый, длинный.

     Его взяли прямо из казармы и повели на  первое  следствие  по  поводу

избиения первогодка. Следователь,  непрерывно  дымящий  сигаретой,  сказал

ему, что есть еще две нераскрытых кражи. И нервно  предложил  взять  их  в

долю к своему  преступлению.  Леха,  или  подследственный,  с  недоумением

взглянул на него и покачал головой. Ни  о  чем  плохом  не  думая,  он  по

просьбе следователя, полез, взгромоздившись на табуретку, прикрыть слишком

широко открытую форточку. И потом лежал на цементном полу, еще  не  поняв,

что же произошло. Пожалуй, в эти секунды он окончательно потерял  веру  не

только в светлое будущее, но и в самое красивое настоящее. Леха валялся на

цементном полу, выплевывая изо рта сгустки крови, а следователь тыкал себе

в рот очередную сигарету дрожащей рукой  и  предупреждающе  гудел:    ты

думал как! Тебе только бить? Ты думал, с тобою панькаться будут?"

     Автор должен рассказать правду об этом Новичке и его избиении.  Духов

знал Бориса Козлова (Козла)  и  до  армии.  Всегда  при  деньгах.  Папаша,

кажется, вечно ездил на "Волге", он возглавлял какую-то автоконтору.  Мать

у Козла работник торговли. Майор,  допрашивавший  Алексея,  вдруг  сказал:

Козлы приперли одежку на личную лейблу командира полка, а разные  дефициты

и теперь никак не разделят.

     Зачем сказал? Чтобы Духов понял: конец?

     Козел-младший убежал из казармы в одном исподнем, сел  на  электричку

и, как не замерз,  необъяснимо.  Стояла  сорокаградусная  холодина.  Козла

действительно ударили, но не Духов,  а  Степа  Довгань.  Ударил  за  дело.

Вечерочком на кухне они соорудили чифирчик. А что? Их вот-вот должны  были

прицепить к эшелону, которому одна дорога - южная...

     Козел выложил все замполиту. Было их пятеро, и всем им хотели пришить

дело - мол, губят здоровье и  не  хотят  южной  дороги.  Это  они-то?!  До

чертиков надоела муштра, они рвались _т_у_д_а_...

     Зачем было  трогать  эту  паскуду?  Козла  -  не  Степу,  не  других,

забраковали. Духов загремел в тюрягу из-за "обувки"  к  лейблу  и  всякого

дефицита.  Духов  просился:  отправьте  с  ребятами,  буду  вечно  обязан!

Показательно - отправили к жуликам и ворам.

     Степу и еще двоих убило на войне. Духов  их  не  продал.  Знал  бы  -

заложил. Может, остались бы живы? Козел ходит  по  городу  оглядываясь,  а

Степа, Веня Копысов и Артык Джалалов лежат в жаркой  земле  дружеской  нам

страны. Лишь Духов с отбитыми почками и Коля Смолярчук обойдены смертью.

     Ладно!

     Самое-то страшное, что Духов и Волов - последний старшина  Хатанзеева

- служили поначалу в одной части.



Размер файла: 222.37 Кбайт
Тип файла: txt (Mime Type: text/plain)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров