Заказ работы

Заказать
Каталог тем
Каталог бесплатных ресурсов

Дора Брюдер. П. Модиано

Бульвар Орнано... Этот район был мне издавна знаком. В детстве я  ездил

с матерью на Блошиный рынок в Сент-Уан. Мы выходили из автобуса у  заставы

Клиньянкур, а иногда у мэрии  XVIII  округа.  Было  это  по  субботам  или

воскресеньям,  после  обеда.  Зимой  на  тротуаре  перед  длинным  зданием

Клиньянкурской казармы  прямо  в  потоке  прохожих  стоял  фотоаппарат  на

треноге, и толстый фотограф с шишковатым носом и в круглых очках предлагал

"фото на память". Летом он располагался на сходнях в Довиле,  перед  баром

"Солей". Там желающие находились. Но здесь, у заставы Клиньянкур, мало кто

из прохожих хотел сфотографироваться. На нем было поношенное пальто,  один

ботинок прохудился.

   Я  помню  бульвар  Барбес  и  бульвар  Орнано,  совершенно   безлюдные,

солнечным воскресным днем в мае 1958 года.  На  всех  перекрестках  стояли

группы жандармов - в связи с алжирскими событиями.

   Бывал я в этом районе и зимой 1965 года. Моя тогдашняя подруга жила  на

улице Шампьонне. Номер телефона Орнано 49-20.

   К тому времени  воскресный  поток  прохожих,  спешивших  мимо  казармы,

наверно, уже унес толстого фотографа, но я ни разу не подошел  посмотреть,

там ли он. А кто, собственно, жил в этой казарме? От кого-то я слышал, что

там располагались колониальные войска.

   Январь 1965 года. На перекрестке  бульвара  Орнано  и  улицы  Шампьонне

смеркалось около шести. Я был никем, я растворялся в этих сумерках, в этих

улочках.

   Кафе в самом  конце  бульвара  Орнано,  последнее  по  четной  стороне,

называлось "Верс-Тужур" - "Наливаю всегда". Левее, на углу  бульвара  Нея,

было еще одно кафе, с  музыкальным  автоматом.  На  перекрестке  Орнано  -

Шампьонне аптека и два кафе, и одно, самое старое, на углу улицы Дюэсм.

   Сколько же я провел времени в ожидании в этих кафе... Рано  утром,  еще

затемно. Под вечер, в сумерках. Совсем поздно, когда уже закрывали...

   Каждое воскресенье вечером на улице Шампьонне, у детского сада,  стояла

черная спортивная машина - кажется, "ягуар". Сзади на ней  была  табличка:

"И.В." Инвалид войны. Такая машина в этом квартале - как-то странно. Я все

думал: интересно, как выглядит ее владелец?

   После девяти часов вечера бульвар пустел. Как сейчас помню свет станции

метро "Симплон", а почти напротив светился вход в кино -  Орнано,  43.  На

предыдущий дом, под номером 41, я никогда  не  обращал  внимания,  а  ведь

ходил мимо месяц за месяцем, не один  год.  С  1965-го  по  1968-й.  Любые

сведения просьба сообщить супругам Брюдер, Париж, бульвар Орнано, 41.

 

 

   Вчера и сегодня. Я оглядываюсь на прошедшие годы, но они смешиваются  в

моем сознании, и одна зима накладывается на другую. Зима 1965 года и  зима

1942-го.

   В 1965-м я ничего не знал о  Доре  Брюдер.  Но  сегодня,  тридцать  лет

спустя, мне кажется, что те долгие ожидания в кафе на перекрестке  Орнано,

те прогулки пешком, всегда по одному и тому же маршруту - я шея  по  улице

Мон-Сени, возвращаясь  в  гостиницу  на  Монмартре,  в  гостиницу  "Рома",

например, или в "Альсина",  или  в  "Террас"  на  улице  Клиньянкур,  -  и

сохранившиеся у меня  мимолетные  воспоминания:  весенняя  ночь  и  чьи-то

громкие голоса под деревьями в сквере Клиньянкур, и снова зима, но  теперь

я иду обратно, к "Симплон" и бульвару Орнано, - все эхо было не  случайно.

Быть может, еще сам того ясно не сознавая, я шел по следу Доры Брюдер и ее

родителей.  Я  уже  видел  их,  как  водяной  знак,  проступающий   сквозь

изображение.

   Я пытаюсь нащупать ниточки в самом отдаленном  прошлом.  Мне  было  лет

двенадцать,  когда  я  ездил  с  матерью  на  Блошиный  рынок  к   заставе

Клиньянкур; там был еврей из  Польши,  он  продавал  чемоданы,  справа,  в

начале одной из  аллей  между  лавками,  то  ли  на  рынке  Малик,  то  ли

Вернезон... Дорогие чемоданы, обычные, кожаные, и из крокодиловой кожи,  и

чемоданы из вареного картона, и саквояжи, и дорожные сундуки с  наклейками

трансатлантических компаний - все они  громоздились  друг  на  друга.  Его

лавка помещалась прямо под открытым небом. В  уголке  рта  у  него  всегда

торчал окурок, а однажды он и меня угостил сигаретой.

 

 

   Иногда я ходил в кино на бульваре Орнано. В "Клиньянкур-палас", в самом

конце бульвара, рядом с "Верс-тужур". И на Орнано, 43.

   Позже я узнал, что кинотеатр на Орнано, 43 был очень старый.  Этот  дом

перестроили в тридцатых годах, сделали его похожим  на  корабль.  Я  вновь

попал в эти места в мае 1996 года. На месте кинотеатра был  магазин.  Если

пересечь улицу Эрмель, выйдешь к дому 41 по бульвару Орнано - этот адрес и

был указан в объявлении о розыске Доры Брюдер.

   Пятиэтажный дом постройки конца XIX века. Стоит  вплотную  к  дому  39,

образуя квартал между бульваром Орнано,  началом  улицы  Эрмель  и  улицей

Симплон, которая проходит позади обоих домов. Они очень похожи. На доме 39

написано имя архитектора: Пьерфе - и год: 1881. Наверняка это относится  и

к дому 41 тоже.

   Перед войной и позже,  до  начала  пятидесятых  годов,  в  доме  41  по

бульвару Орнано была гостиница, так же как и  в  тридцать  девятом,  -  та

называлась "Золотой лев". В доме 39  до  войны  был  еще  и  ресторан-бар,

хозяина звали Газаль. Как называлась гостиница в доме 41,  мне  узнать  не

удалось. На начало  пятидесятых  годив  по  этому  адресу  значится  некое

общество "Меблированные комнаты Орнано", номер телефона Монмартр 12-54.  И

тоже, как и до войны, кафе, фамилия хозяина - Маршаль. Этого  кафе  больше

нет. Интересно, оно располагалось справа от входа или слева?

   Сразу за  входной  дверью  начинается  длинный  коридор.  В  конце  его

лестница, она ведет направо.

 

 

   Много времени нужно, чтобы восстановить и увидеть то, что когда-то было

тщательно стерто. Следы, конечно, есть, они сохранились в архивах, но  как

знать, где эти архивы, и кто хранит их, и захотят ли хранители показать их

вам? А может быть, хранители просто забыли, что эти архивы существуют.

   Но ничего, надо только запастись терпением.

   И я узнал в конце концов, что еще в 1937 и 1938 годах Дора Брюдер и  ее

родители жили в гостинице на  бульваре  Орнано.  Они  занимали  комнату  с

кухней на четвертом этаже, там, где балкон с железными перилами опоясывает

оба здания. На этом этаже с десяток окон. Два или три выходят на  бульвар,

остальные на конец улицы Эрмелъ, а те, что сзади, на улицу Симплон.

   В тот день, в мае 1996 года, когда я вновь оказался  в  этом  квартале,

ржавые ставни двух первых окон на четвергом  этаже,  выходивших  на  улицу

Симплон, были закрыты, а на балконе перед  этими  окнами  я  увидел  груду

всевозможных вещей, брошенных здесь, судя по всему, уже давно.

   Два или три года перед войной Дора Брюдер наверняка училась в одной  из

начальных школ квартала. В каждую из них я написал письмо на имя директора

с просьбой поискать ее фамилию в ведомостях:

   улица Фердинанд-Флокон, 8;

   улица Эрмель, 20;

   улица Шампьонне, 7;

   улица Клиньянкур, 61.

   Все директора любезно ответили мне. Ни один не нашел фамилии  Брюдер  в

списках учеников предвоенных лет.  Но  затем  директор  бывшей  школы  для

девочек на улице Шампьонне, дом 69 предложил мне зайти и самому посмотреть

архивы. Я зайду когда-нибудь. Пока не решаюсь. Так хочется надеяться,  что

ее имя там есть. Эта школа была ближайшей к ее дому.



Размер файла: 152.04 Кбайт
Тип файла: txt (Mime Type: text/plain)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров