Заказ работы

Заказать
Каталог тем
Каталог бесплатных ресурсов

Уникум. В. Клюева

Если допустить  на минутку,  что  на  вполне  трезвомыслящего  человека

найдет внезапное затмение и  он ни с того ни  с сего вдруг прочтет эту книгу

до конца, готова  спорить - он не  поверит  ни  единому  слову. А между  тем

описанные  здесь  события действительно произошли и героев  повествования  я

знаю  с незапамятных  времен,  так что уж  поверьте на  слово:  персонажи не

вымышлены и все портреты фотографически точны.

     Другое  дело,  что  назвать  трезвомыслящими  моих   друзей  как-то  не

поворачивается язык...

 

     Не знаю уж  по какой причине, но ни одна из наших поездок не обходилась

без скандала. Если  сложить все  километры, которые мы  проехали, пролетели,

проплыли  и прошагали вместе, результат получится, наверное, немногим меньше

расстояния от Земли до Луны, но каждый вояж  неизменно начинается со склоки.

И еще чудо, что дело ни разу не дошло до драки.

     Поначалу наши  предотъездные свары  казались мне несчастливым стечением

обстоятельств. Но  когда на десятый или  пятнадцатый  раз  мы с Лешей за две

минуты   до  отхода   очередного  поезда  истерично   метались  по  перрону,

высматривая  знакомые физиономии,  нас наконец  осенило:  да эти гады просто

издеваются над нами! Ну мыслимое ли дело, чтобы у всех троих в десятый раз и

именно в день поездки случились желудочные колики,  или все как один угодили

под автотранспорт, или  поехали на метро в противоположную  сторону?  Только

мы, с  нашим  терпением и  наивностью,  могли по-прежнему  верить россказням

глумливых друзей-однокашников.  Как  они,  должно быть, потешаются над нами,

когда, давясь от смеха, придумывают очередное оправдание своему опозданию! И

по сей день не могу понять, что удержало нас тогда от смертоубийства...

     И вот  после того  как мы  несколько  раз запрыгивали  в поезд на ходу,

срывали стоп-кран, меняли в последнее мгновение  билеты, добирались до места

назначения  на   перекладных   или  автостопом,  было  решено  собираться  у

кого-нибудь накануне отъезда и  отправляться к  транспортному  средству всем

скопом. Мудрое решение, однако, скандалов  не устранило, просто удовольствие

- прежде быстротечное - теперь растягивалось на сутки.

     Эта поездка исключением не была. Скандал  разгорелся с  вечера, полыхал

полночи, тлел до утра и с утроенной  силой возобновился за полчаса до выхода

из дому.

     Собрались мы в  тот  вечер у меня. Ровно в  девять  прибыл с необъятным

рюкзаком  Леша. С сорокаминутным  опозданием  явился Генрих с двумя старшими

оболтусами - Эрихом и  Алькой. Машенька отказалась ночевать в моей квартире,

но клятвенно заверила,  что приедет ранним утром. Она хотела подольше побыть

с тремя младшими чадами, которых впервые  так надолго оставляла на попечение

бабушки. Без чего-то одиннадцать в  дверь наконец позвонил  Марк. Не дав ему

войти, мы с Лешей набросились на него с вопросами о Прошке. Марк лишь устало

пожал плечами и буркнул, что в последний раз беседовал с Прошкой по телефону

три часа назад и тот уверял, будто стоит перед дверью собранный и одетый.

     К  половине  второго  ночи мы  обзвонили  бесчисленных  Родственников и

Знакомых  Кролика. Разумеется, это исчадие ада нигде не объявлялось и никого

о   своем   предполагаемом  исчезновении   не   предупреждало.   Взбудоражив

полстолицы, мы  всерьез подумывали  поднять  на  ноги  вторую половину. Леша

начал  упоенно листать телефонный  справочник, намереваясь выписать телефоны

больниц,  моргов,  отделений  милиции и  прочих  гуманных заведений,  но тут

Прошка соизволил подать о себе весточку.

     Он позвонил из центра и пожаловался, что не успел на пересадку в метро.

Я, шипя от злости,  отправилась  заводить  свой дряхлый "Запорожец".  Генрих

взволнованно прыгал вокруг меня в прихожей и причитал, что  нельзя отпускать

меня в такую темень одну,  но тут  его детки проснулись и завопили, не желая

расставаться  с  родителем.  Марк удалился, свирепо заявив, что  не  намерен

бегать  за  "этой свиньей" по всей Москве. В итоге поехали, разумеется, мы с

Лешей.

     Естественно, выяснилось, что ничего особенного с Прошкой не  случилось.

Просто он решил покрепче пришить пуговицу и включил телевизор, а там как раз

крутили  боевик... Можете себе  представить,  какое впечатление произвели на

нас  его  слова! Всю дорогу домой я скрежетала зубами, обычно уравновешенный

Леша орал,  Марк, встретивший  нас  на пороге, от гнева целую минуту не  мог

выговорить ни слова, и даже феноменально миролюбивый  Генрих не удержался от

мягкого упрека.

     Лучше бы уж он удержался! Мягкость его упрека стала для Марка последней

каплей. Клокотавшая в  его  груди  ярость хлынула наружу. Извержение вулкана

показалось   бы   праздничным   фейерверком   по   сравнению   со   стихией,

разбушевавшейся у меня дома. Не снеся диких воплей, примчались соседи снизу,

люди весьма долготерпеливые  и  интеллигентные.  Остальные соседи по  случаю

августа месяца, к счастью, разъехались кто куда.

     Улеглись мы  только в  шесть утра, и еще,  наверное, с час  раздавалось

чье-то приглушенное, но очень ядовитое бормотание.

     Машенька и  в самом деле  приехала довольно рано, несмотря на неблизкий

путь.  Они  с  Генрихом  обитали  в  Опалихе,  на  зимней  даче  Машенькиных

родителей,  круглый  год,  поскольку  в малогабаритной  городской  квартирке

семейство  из двенадцати человек  -  родители,  сестра  с мужем  и ребенком,

Машенька, Генрих  и  выводок из пяти  детей - вряд ли смогло бы разместиться

даже   при   посредстве   знаменитого   чародея,  позаимствовавшего  имя   у

небезызвестного персонажа английского классика.

     Машеньке  предстояло впервые вкусить прелестей совместного путешествия.

До сих пор ее  никак не удавалось оторвать от детей. Генрих же без нее ездил

крайне  неохотно  и чуть  ли не через  несколько часов после отъезда начинал

тосковать и  рваться домой. На сей раз  мы общими усилиями уговорили любящую

мать  оставить  младших детей  с бабушкой,  но, пожалуй, если бы  не  Эрих с

Алькой, мы снова потерпели бы фиаско.

     Эрих  с  Алькой,  прознав о соблазнительной перспективе поплескаться  в

морской  водице и чуя готовое  сорваться  с  уст Машеньки материнское "нет",

проревели ровно три дня и три ночи, чем, несомненно, заслужили упоминания  в

Книге рекордов Гиннесса. И Машенька сдалась.  Генрих,  который вообще  редко

пребывал в  дурном расположении духа, в последние дни прямо-таки светился от

счастья.

     Итак, в  одиннадцать часов  я на  кухне поила  Машеньку кофе и в  лицах

описывала вчерашние  события. Машенька  тихо смеялась  и  время  от  времени

комментировала мой захватывающий рассказ.



Размер файла: 490.02 Кбайт
Тип файла: txt (Mime Type: text/plain)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров