Заказ работы

Заказать
Каталог тем
Каталог бесплатных ресурсов

Профессия иностранец. В. Аграновский

   П р е д ы с т о р и я.  В  самом  конце  шестидесятых  годов  я,  молодой

литератор, упражняющийся в сочинении детективов и уже  напечатавший  к  тому

времени (правда, под псевдонимом и в соавторстве) несколько  приключенческих

повествований  в  центральных  молодежных  журналах,   получил   неожиданное

предложение   от   соответствующего   ведомства   собрать    материал    для

документальной повести о советском разведчике Г.-Т. Лонгсдейле.

   Я   знал   понаслышке,   что    Лонгсдейл    был    крупным    английским

промышленником-миллионером, получившим  от  королевы  Великобритании  звание

сэра, что он был арестован в Англии, осужден, сидел какое-то количество лет,

а потом  обменен  на  коммерсанта  Винна  (или  Девинна?),  изобличенного  в

шпионской деятельности против  СССР  и  приговоренного  у  нас  к  тюремному

заключению.

   Немного поразмыслив, я дал согласие, движимый более любопытством,  нежели

желанием писать о Г.-Т. Лонгсдейле.  Откровенно  признаться,  к  "шпионским"

детективам я и до сих  пор  отношусь  с  предубеждением:  меня  шокирует  то

обстоятельство, что с их помощью молодому и неопытному читателю в сладостной

облатке погонь, перестрелок  и  переодеваний  может  преподноситься  горькая

начинка в виде самых различных методов  (надеюсь,  вы  понимаете,  о  чем  я

говорю), вполне приемлемых для достижения целей не только  в  разведке,  но,

между прочим, в жизни вообще.

   Однако я не жалею, что встретился с Лонгсдейлом. Замечу попутно,  что  на

самом деле мой  будущий  герой  не  был  ни  "Г.-Т.",  ни  "Лонгсдейлом",  а

Константином  Трофимовичем  Перфильевым,  под  именем  которого   официально

значился  в  архивах  и  делопроизводстве  Центра.  Впрочем,  не  был  он  и

Перфильевым, а совсем Кононом Трофимовичем Молодым, сыном ученого  и  врача,

родившимся в Москве и жившим в молодости в доме на  Русаковской  улице,  что

возле Сокольников, прямо напротив кинотеатра "Шторм", ныне снесенного, но  я

не уверен, что и Молодый его настоящая фамилия...

   Так или иначе, у меня  было  с  Кононом  Трофимовичем  ровно  одиннадцать

встреч. Обставлялись они следующим образом. Заранее, примерно за  неделю  до

каждой встречи, я составлял вопросник из пяти -  семи  пунктов,  переправлял

его в соответствующее ведомство, откуда мне сообщали, когда и в котором часу

я должен подъехать к главному подъезду соответствующего здания на  одной  из

центральных площадей столицы, а проще сказать - в КГБ.

   Я подъезжал. Меня встречали и вели в просторную комнату на втором  этаже,

которую лучше бы назвать маленьким залом. Он был  пустым,  если  не  считать

длинного полированного стола с пепельницами, стоящего  посередине,  и  более

десятка стульев с одной его стороны, предназначенных для моих  собеседников,

и одного стула по другую сторону - для меня.

   Я  садился  и  ждал.  Минут  через  пять   входил   Лонгсдейл,   которого

сопровождали разного возраста люди, хорошо одетые и неизменно  вежливые.  Их

возглавлял человек лет  примерно  сорока  пяти,  с  белым  платочком,  углом

торчащим из нагрудного  кармана  отлично  сшитого  пиджака;  впредь  я  буду

называть его Ведущим. Все они по очереди  здоровались  со  мной  за  руку  и

рассаживались на стулья, причем ни разу из одиннадцати встреч не  получалось

так, чтобы кто-то оставался без стула или какой-то  стул  без  седока,  хотя

количество мебели и людей всегда было разным. Мой будущий герой располагался

ровно напротив меня, и после нескольких ни к чему не обязывающих фраз  ("Как

вам  погода,  не  промокли?"  -  "Благодарю,  я  в  машине,  но  прекратятся

когда-нибудь эти дожди?" - "Прямо лондонский климат, не  находите?"  -  "Вам

лучше знать, сэр!") мы приступали к делу.

   Сначала мне было непонятно, зачем столько молчаливых свидетелей  отрывают

себя от забот и присутствуют часами  при  наших  беседах.  Их  назначение  я

понял, когда они начали вдруг говорить.  Однажды,  отвечая  на  мой  вопрос,

Конон Трофимович помянул факт из своей биографии, связанный с пребыванием  в

американской школе разведки, расположенной на территории ФРГ. Тут человек  с

платочком, названный мною Ведущим, вежливо прервал его и обратился к  одному

из присутствующих: "Прошу вас,  Владимир  Платонович!"  Тот  начал:  "Строго

секретная американская школа разведки находится в тридцати  семи  километрах

от Мюнхена, если ехать по автостраде Мюнхен - Берлин.  На  тридцать  седьмом

километре надо свернуть направо на бетонку, и буквально через двести метров,

в лесу, на берегу небольшого озера (восемьдесят на сто двадцать шагов) будет

стоять трехэтажное здание  красного  кирпича  типичной  немецкой  готики,  с

закругленными наверху окнами по всему фасаду.  Перед  входом  в  здание  два

дерева: дуб диаметром около метра и  ольха,  ветви  которой  достигают  окон

третьего этажа..." В другой раз Лонгсдейл говорил о  том,  как  и  когда  он

впервые оказался в Канаде, в Торонто, и  остановился  в  отеле  недалеко  от

вокзала. Ведущий попросил: "Будьте любезны теперь  вы,  Борис  Николаевич!",

после чего "Борис Николаевич" стал рассказывать мне об отеле, в котором  жил

в Торонто Лонгсдейл: "Отель называется "Терминаль" и характерен тем, что вся

обслуга его, кстати сплошь  состоящая  из  мужчин,  носит  особую  униформу,

специально  пошитую  для  сотрудников  "Терминаля".  Лучшие  номера   -   на

шестнадцатом этаже двадцатиэтажного здания отеля: они совершенно изолированы

от окружающего мира звуконепроницаемыми прокладками в стенах..." Почему  эти

данные, как и прочие, не мог изложить сам Конон Трофимович, я до сих пор  не

знаю  и  могу  лишь  предполагать:  либо  он  никогда   в   "Терминале"   не

останавливался и в строго секретной  американской  разведшколе  не  был,  но

нужно было, чтобы он там  "был",  по  крайней  мере  в  повести,  которую  я

намеревался писать, либо Лонгсдейл побывал в действительности и там, и

   там, но почему-то ему хотелось из  чужих  уст  слышать  то,  что  впервые

слушал я. Впрочем, я скоро привык к этим тайнам мадридского двора, больше не

удивлялся и воспринимал все так, как оно и звучало.

   Состав сопровождающих постоянно менялся. Уж и не  помню,  сколько  прошло

через  меня   Владимиров   Платоновичей,   Платонов   Сергеевичей,   Сергеев

Владимировичей и т. д. Однажды я  заикнулся  о  том,  что  было  бы  неплохо

познакомить меня для общего колорита со знаменитым полковником А.,  примерно

годом раньше Лонгсдейла обмененным на крупного американского разведчика  П.,

тоже полковника. Мне сказали туманно: подумаем, но обещать не  можем.  Но  в

один прекрасный день вдруг предложили подготовить вопросы для полковника А.,

а затем дали знать, когда с ним состоится встреча. Я приехал  в  назначенное

время, сел на свой стул, они, как обычно, вошли в обновленном составе, среди

них был и Лонгсдейл, однако на сей раз его  посадили  не  напротив  меня,  а

сбоку, зато напротив сел пожилой человек с большой лысиной и седой оборочкой

вокруг голого черепа, тот самый, который  уже  несколько  раз  был  в  свите

Конона Трофимовича и под именем "Варлама Афанасьевича"  рассказывал  мне  об

улицах Нью-Йорка, его магазинах и еще о  Колумбийском  университете.  Это  и

был, оказывается, легендарный полковник А. собственной персоной! Опять тайны

мадридского двора, и вновь я мог только догадываться,  зачем.  Возможно,  А.

хотел ко мне приглядеться, прежде чем со мной говорить? Но что я  за  птица,

чтобы готовиться  к  беседе  со  мной  так  тщательно  и  странно?  Или  они

репетировали  сцену,  играть  которую  им  надлежало  в   другом   и   более

ответственном месте? Между прочим,  когда  полковник  А.  добрался  в  своем

рассказе до лондонского пригорода, куда он  приехал  по  заданию  Центра  из

Нью-Йорка, чтобы тайно проникнуть  на  какой-то  строго  охраняемый  военный

объект, Ведущий, мягко прервав его,  обратился  к  Лонгсдейлу:  "Прошу  вас,

Конон Трофимович!",  и  Лонгсдейл  дал  исчерпывающую  справку  относительно

военного объекта, а также способов, с помощью которых  можно  было  на  него

проникать.

   Если звезды зажигают, значит, это кому-нибудь нужно?



Размер файла: 351.2 Кбайт
Тип файла: txt (Mime Type: text/plain)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров