Заказ работы

Заказать
Каталог тем

Самые новые

Значок файла Зимняя И.А. КЛЮЧЕВЫЕ КОМПЕТЕНТНОСТИ как результативно-целевая основа компетентностного подхода в образовании (3)
(Статьи)

Значок файла Кашкин В.Б. Введение в теорию коммуникации: Учеб. пособие. – Воронеж: Изд-во ВГТУ, 2000. – 175 с. (4)
(Книги)

Значок файла ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ КОМПЕТЕНТНОСТНОГО ПОДХОДА: НОВЫЕ СТАНДАРТЫ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ (4)
(Статьи)

Значок файла Клуб общения как форма развития коммуникативной компетенции в школе I вида (10)
(Рефераты)

Значок файла П.П. Гайденко. ИСТОРИЯ ГРЕЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ В ЕЕ СВЯЗИ С НАУКОЙ (11)
(Статьи)

Значок файла Второй Российский культурологический конгресс с международным участием «Культурное многообразие: от прошлого к будущему»: Программа. Тезисы докладов и сообщений. — Санкт-Петербург: ЭЙДОС, АСТЕРИОН, 2008. — 560 с. (13)
(Статьи)

Значок файла М.В. СОКОЛОВА Историческая память в контексте междисциплинарных исследований (14)
(Статьи)

Каталог бесплатных ресурсов

Темная сторона. М. Фрай

Надо признать, что погода не совсем подходила для поездки на катере, вернее на водном амобилере, который все-таки здорово похож на обыкновенный четырехместный прогулочный катер. Особенно для первой самостоятельной поездки. Холодный речной ветер, слишком холодный для мягкой угуландской осени, так взбесил воды Хурона, что мое путешествие по лучшей из рек Соединенного Королевства больше всего напоминало поездку на гигантском кенгуру: меня не просто качало, а трясло так, что колени стукались о подбородок. Глаза слезились от ледяного ветра, слезы текли по щекам, смешиваясь с брызгами речной воды и мелкими капельками моросящего дождя. Ни один идиот в этом сумасшедшем Мире, кроме меня, ни за что не стал бы подвергать себя таким добровольным истязаниям, да еще в самом начале каким-то чудом случившегося Дня Свободы от забот... Честно говоря, я был в полном восторге!

Я давно собирался освоить водный транспорт. Мое лихачество на обыкновенных сухопутных амобилерах с самого начала стало чуть ли не главной столичной притчей в языцех. Впрочем, я совершенно не заслуживал регулярно обрушивающиеся на меня комплименты: любой человек, худо-бедно справлявшийся с какой-нибудь четырехколесной развалюхой на моей «исторической родине», стал бы здесь таким же знаменитым гонщиком, как я. А вот сесть за рычаг водного амобилера я до сих пор так ни разу и не выбрался, возможно просто не мог решиться, потому что в прежней жизни мне никогда не доводилось управлять катером — за мной всегда водилась дурацкая привычка резко тормозить при малейшей возможности приобретения нового опыта, как ни забавно это звучит на фоне всего, что успело со мной случиться... Тем не менее, я все-таки наконец собрался с духом и взял несколько уроков у старого Кимпы: ронять свой авторитет в глазах младших служащих Управления Полного Порядка мне как-то не хотелось, а дворецкому сэра Джуффина Халли довелось опекать меня в те благословенные времена, когда я даже не мог управиться с незнакомыми столовыми приборами, так что терять мне было нечего... И вот сегодня я в полном одиночестве несся по темным водам Хурона на собственном новеньком «катере», наверняка с перекошенной от неземного восторга рожей, которую, хвала Магистрам, здесь некому было созерцать, насквозь мокрый, но невероятно счастливый. Тот факт, что я умудрился выбрать для этого приключения единственный непогожий день солнечной поздней осени, только подливал масла в огонь моей новой страсти: эта невинная прогулка вполне тянула на маленький апокалипсис местного значения — именно то, что мне требовалось!

В последнее время мне здорово хотелось встряхнуться: приготовления к моему идиотическому воцарению на убогом престоле земель Фангахра шли полным ходом. Полюбившийся мне «Мохнатый Дом» из бывшей Университетской библиотеки, пыльной, запущенной и немного таинственной, стремительно превращался в какой-то вульгарный оплот роскоши и неги, даже маленькая смотровая башенка на самом верху уже была устлана какими-то ужасными коврами, совершенно не в моем вкусе... Время от времени мне приходилось туда заходить, просто, чтобы фальшивой улыбкой одобрения доставить удовольствие своему Королю, многочисленные посланцы которого убивали кучу времени и денег, уродуя мои будущие апартаменты чудовищной пышностью обстановки, и тогда земля здорово шаталась под моими ногами, в эти минуты реальность, в которую я только-только как следует влюбился, представлялась мне очередным странным сном, не кошмарным, конечно, но довольно утомительным. Единственное, что меня утешало — Его Величество Гуриг VIII клялся и божился, что ни одна высокопоставленная сволочь не заставит меня находиться там в промежутках между торжественными приемами моих подданных, каковые по моим расчетам должны были случаться не чаще нескольких раз в год и затягиваться не дольше чем на пару часов... Но пока я летел на своей хрупкой скорлупке по взбесившемуся Хурону, подпрыгивая на гребнях темных упругих волн, все эти проблемы попросту не существовали: я ни о чем не вспоминал и не строил планы на будущее, было только «здесь и сейчас», на мой вкус, немного чересчур мокрое и холодное «здесь и сейчас», но может быть именно поэтому такое настоящее...

«Макс, ты очень занят в данный момент?» — Вежливо спросил сэр Шурф Лонли-Локли. Его Безмолвная речь зазвучала так внезапно, что мне пришлось резко затормозить. Маленький водный амобилер замер и тут же беспомощно запрыгал на вконец распоясавшихся волнах Хурона.

«Скорее нет, чем да. — Жизнерадостно ответил я. — Что-то случилось?»

«Думаю, что нет. Тем не менее, я счел бы за благо обсудить с тобой одно странное происшествие. Оно скорее касается моей частной жизни, чем наших служебных дел...»

«Тем лучше! — Отозвался я. — В любом случае я собирался переодеться во что-нибудь сухое и попытаться согреться... Кажется я все-таки перегнул палку с этими водными видами спорта! Так что просто заходи к Теххи, я там скоро появлюсь.»

«Извини, Макс, ты знаешь, как я люблю бывать в «Армстронге и Элле», но мне не хотелось бы обсуждать свою проблему в присутствии леди Шекк: дела такого рода следует обговаривать конфиденциально... Тебе не внушает отвращения мысль, что мы могли бы встретиться в каком-то другом месте?»

«Дырку над тобой в небе, парень, я же обожаю тайны! — С готовностью ответил я. — Тогда еще проще: приезжай в мою квартиру на улице Желтых камней. Если доберешься туда первым, заходи: дверь не заперта, благо в мой дом и силой-то никого не затащишь. И закажи полный поднос всякой горячей дряни из «Жирного Индюка», ладно?»

«Ладно.» — Отозвался Шурф.

Я быстренько отвел свою новую игрушку к причалу Макури, где у меня со вчерашнего дня было собственное место. Флегматичный усатый старик с недовольным видом вылез из своего укрытия, чтобы помочь мне привязать это очаровательное транспортное средство, он смотрел на меня почти с суеверным ужасом, не потому что узнал «грозного сэра Макса» — сейчас это было бы довольно затруднительно, никакой Мантии Смерти на мне и в помине не было — а потому что любое человеческое существо, решившееся прокатиться по реке в такую погоду, должно было вызывать суеверный ужас, или, по крайней мере, настойчивое желание упечь его в ближайший Приют Безумных. Я дал сторожу корону, после чего он вероятно окончательно определился с моим диагнозом — слишком большие деньги за такую мелкую услугу! Это чудовищное несоответствие грозило внезапно разрушить его представления об окружающем мире, безрадостный, но драгоценный результат нескольких сотен лет жизни... Но старик оказался крепким орешком: немного похлопав выцветшими от времени глазами, он пробормотал несколько высокопарных благодарственных слов, из тех, которые всем нам приходится усваивать еще в детстве, специально для подобных случаев, и поспешно скрылся в приземистом домике, где его наверняка ждала горячая жаровня с камрой. Я проводил сутулую спину сторожа завистливым взглядом: мне еще предстояло короткое, но неприятное путешествие в Новый Город, и мое ледяное лоохи будет безжалостно хлопать меня по спине, как злая мокрая простыня... Но ныть было совершенно бесполезно, так что я просто сел в свой амобилер и рванул с места с такой скоростью, словно за мной гналась целая семейка голодных вурдалаков. А через две минуты я пулей влетел в свою гостиную на улице Желтых камней. Лонли-Локли уже был здесь, он неподвижно замер в одном из кресел, его белое лоохи таинственно мерцало в полумраке комнаты, смертоносные руки в защитных рукавицах сложены на коленях — не человек а просто ангел смерти какой-то!

— Все-таки ты меня опередил! — Уважительно отметил я.

— Ничего удивительного: я послал тебе зов, когда находился на улице Забытых снов. Думал, что застану тебя в «Армстронге и Элле», в такую-то погоду...

— А вот такой я загадочный и неуловимый! — Рассмеялся я. — Будь великодушен, подожди еще несколько минут. Если я немедленно не переоденусь, у меня начнется какая-нибудь простуда, а мне очень не хочется вспоминать, что это такое.

— Разумеется, тебе необходимо переодеться. И на твоем месте я бы не пренебрегал горячей ванной.

— А я и не собираюсь ей пренебрегать. Но это займет не больше нескольких минут: ты же знаешь, я все делаю быстро.

— Да, знаю. — Кивнул Шурф. — Пожалуй я пошлю зов хозяину «Жирного индюка», попрошу его прибавить к моему заказу что-нибудь согревающее.

— Не стоит. — Крикнул я, сбегая вниз по узкой винтовой лестнице. — Не так все страшно, чтобы напиваться в стельку!

— Вообще-то мой жизненный опыт говорит, что опьянение проходит гораздо быстрее и безболезненнее, чем простуда. А моим наблюдениям можно доверять. — Холодно возразил этот потрясающий парень.

Через несколько минут я вернулся в гостиную в самом роскошном расположении духа: я уже успел согреться, укутаться в теплое домашнее лоохи и выслушать официальное заявление собственного изголодавшегося желудка, что он готов мужественно переварить целое стадо слонов, в случае чего... Стол уже был уставлен подносами и кувшинами. Для начала я налил себе полную кружку горячей камры: у меня давно образовалась дурацкая привычка пить ее перед едой, вместо аперитива.

— Вот теперь я действительно жив! — Безапелляционно заявил я после нескольких осторожных глотков.

— Если ты так говоришь, значит так оно и есть. Что ж, это — не худшая из новостей... — Хладнокровно кивнул Лонли-Локли. Я внимательно вгляделся в его каменную физиономию, пытаясь обнаружить там быстро исчезающий след ироничной усмешки. Но эта игра не относилась к тем, в которых я всегда выходил победителем: никаких определенных выводов я так и не сделал.

— Между прочим, у меня дома ты вполне мог бы снимать свои знаменитые перчатки. — Заметил я, придвигая к себе тарелку. — Или ты предпочитаешь оставаться в них на тот случай, если я начну рассказывать глупые анекдоты — чтобы всегда иметь возможность быстро заставить меня замолчать? Могу тебя разочаровать: я здорово подозреваю, что мой болтливый рот не закроется даже после смерти. Так что это не выход...

— Что за странная идея! Твоя жизнь не представляется мне настолько бессмысленной, чтобы прерывать ее по столь пустяковому поводу. — Спокойно возразил мой потрясающий друг. — Я предпочитаю оставаться в перчатках по другой причине.

— Что, ты предчувствуешь какую-то опасность? — Я оторвался от еды и постарался сделать умное лицо: на такую тему, как опасность, грозящая сэру Лонли-Локли, наверняка следует говорить с максимально интеллектуальным блеском в глазах!

— Да нет, Макс, никакой опасности я не предчувствую... во всяком случае — не здесь и не сейчас. Я не снимаю перчатки, поскольку шкатулка, предназначенная для их хранения, осталась в моем кабинете в Доме у Моста. Неужели ты думаешь, что вещь вроде моих перчаток можно просто положить в карман?

— Да уж, вряд ли это согласуется с правилами техники безопасности! — Рассмеялся я. — До меня, как всегда, не дошло... Ладно, Магистры с ними, с твоими ужасающими варежками, рассказывай, что стряслось с твоей «частной жизнью». Я же умираю от любопытства!

— Ничего не стряслось. — Задумчиво сказал Шурф. — Ничего такого, о чем следует говорить другим. Ничего такого, о чем людям свойственно беспокоиться. Тем не менее, я все же испытываю некоторое беспокойство... Макс, ты помнишь, что однажды взял меня в свой сон?

— Конечно помню. — Удивленно откликнулся я. — Это было по дороге в Кеттари. Нам пришлось спать на какой-то тесной кровати, и ты решил воспользоваться случаем и «предложить мне свой сон», по твоему собственному высокопарному выражению...

— Да, — кивнул Шурф, — но вышло иначе: мы путешествовали по каким-то удивительным местам из твоих сновидений. Честно говоря, это событие было не слишком похоже на обыкновенный сон. Я с самого начала предполагал, что природа твоих сновидений заслуживает самого пристального изучения. Но дело даже не в этом... Ты помнишь, среди прочего там были бесконечные пустынные песчаные пляжи на берегу какого-то странного неподвижного моря? Довольно неприветливое место, хотя в твоем обществе я получил некоторое удовольствие и от этой прогулки.

— Разумеется помню. — Я почувствовал смутное беспокойство. — А почему ты сейчас о нем заговорил?

— Просто потому, что пришло время поговорить на эту тему. — Флегматично пожал плечами сэр Шурф. — Это место в последнее время слишком часто мне снится, уже без твоей помощи, насколько я понимаю. И оно больше не кажется мне одним из тех мест, которые приятно посещать — во сне, или наяву... Вообще-то расстояние между головами спящих имеет значение только для такого дилетанта в делах подобного рода, как я. И мне кажется, что ты мог бы заставить меня созерцать твои сны, даже находясь вдалеке, если я правильно оцениваю твои возможности... Но если бы я видел эти сны благодаря твоему вмешательству, я бы ощущал твое присутствие. А тебя там не было ни разу, тут я не могу ошибиться. Но всегда есть кто-то другой, кто-то, кого я не могу увидеть. Мне не нравится его присутствие, хотя оно почти неощутимо. И мне кажется, что я его не знаю.

— Безобразие какое! — Возмущенно сказал я. — Какие-то чужие дяди шляются по моему любимому сну, а я не в курсе! Хорошо, хоть ты доложил мне обстановку... И разумеется, я не стал бы силой затаскивать тебя в свои сны, даже если бы умел это делать. А я не умею, во всяком случае, никогда не пробовал... Впрочем, мне самому уже очень давно не снились эти пляжи, в последний раз я гулял там, когда мне удалось переночевать в спальне загадочного деда нашего сэра Мелифаро. Если честно, я даже начал о них забывать, что неудивительно: я регулярно забываю вещи поважнее, чем сны.

— Ты не совсем правильно оцениваешь расстановку сил, Макс. Нет вещей «поважнее», чем некоторые сны. Странно, что я вынужден говорить тебе об этом, а не наоборот! — Лонли-Локли укоризненно покачал головой.

— Действительно. — Смущенно улыбнулся я. — Просто в последнее время реальность преподносила мне такие сюрпризы, что... Ладно, в любом случае ты говоришь именно то, в чем я сам всегда был убежден, но мне свойственно забывать даже о своих убеждениях, время от времени...

— Я, собственно, как раз хотел спросить у тебя: не происходит ли с тобой нечто в том же роде. — Задумчиво сказал Лонли-Локли. — Судя по всему, ничего подобного с тобой не происходит... Скажи, а раньше, когда тебе снились эти пляжи, ты никого там не встречал? Или может быть ты тоже ощущал чье-то пугающее присутствие?

— Нет, ничего подобного со мной никогда не было. Я очень люблю это место... и я всегда был уверен, что оно принадлежит мне одному. Знаешь, иногда приходит такое странное чувство абсолютной уверенности, не основанной ни на чем, кроме смутных ощущений...

— Знаю. — Спокойно согласился Лонли-Локли. — На мой взгляд, подобному чувству обычно следует верить. Что ж, значит, в этом деле ты мне не помощник.

— Как это — «не помощник»?! — Возмутился я. — Я же сам заманил тебя в это неуютное местечко! Я, конечно, понятия не имел, что творю, и все такое, но это не освобождает меня от ответственности за возможные последствия... И потом, в конце концов, это — мой сон. Кому уж с ним разбираться, как не мне!

— И как ты собираешься «разбираться» со сном, который давным-давно перестал тебе сниться? — С некоторым интересом спросил мой невозмутимый коллега.

— Надо подумать. — Я удовлетворенно отставил в сторону незаметно опустевшую тарелку и звонко чихнул: все-таки злодейка-простуда уже встала на мой след, она с наслаждением облизывалась, предвкушая, как сожрет меня с потрохами.

— Возможно тебе следует на время отрешиться от своих представлений о собственной неуязвимости и попробовать выпить стаканчик горячего вина. Авторы множества книг по медицине не опровергают общепринятое мнение о пользе этого напитка для людей, ставших жертвами переохлаждения. — Безапелляционным тоном старого профессора какого-нибудь провинциального университета заявил Лонли-Локли. Не дожидаясь моего ответа, он поставил небольшой кувшинчик с вином на раскаленную жаровню.

— Разве что из твоей дырявой чашки! — Нахально заявил я. — Она у тебя с собой? Может быть, это магическое действо поможет мне не только избавиться от насморка, но и собраться с мыслями.

— Почему бы нет... — Согласился сэр Шурф, доставая из-за пазухи старую чашку без дна. — На тебя это действует еще эффективнее, чем на некоторых бывших членов моего Ордена. Во всяком случае, хуже не будет.

— Хуже уже просто некуда. — Растерянно сказал я, внезапно обнаруживая, что являюсь счастливым обладателем нескольких тонн свежайших соплей. — Дырку в небе над моим носом, ну и темпы у этой грешной простуды!

— Держи. — Рука в огромной, испещренной рунами защитной рукавице протянула мне чашку, на одну четверть наполненную горячим вином. — Думаю, тебе этого хватит.

— Надеюсь, что так. — Вздохнул я, аккуратно принимая этот дырявый сосуд. Вино не стало выливаться даже после того, как чашка оказалась в моих руках. Я ужасно боялся, что на сей раз у меня ничего не получится: с таким огромным количеством соплей в не слишком большом носу просто невозможно сохранять непоколебимую веру в собственное могущество. Тем не менее, оно, судя по всему, было на месте: жидкость спокойно оставалась в дырявой посудине, словно добрую половину своей жизни я проходил в послушниках древнего Ордена Дырявой Чаши, бок о бок с моим великолепным коллегой. Я залпом выпил горячее вино и чуть не умер от внезапного облегчения. Кажется, насморк все еще был при мне, но он больше не имел никакого значения. Ничего не имело значения: я стал таким легким и равнодушным, что просто не смог бы обращать внимание и на более серьезные неудобства. Я молча вернул чашку хозяину и неподвижно замер, прислушиваясь к экстренному выпуску новостей из глубины собственного организма. Насморк отступил первым, почти неощутимая, но настырная боль в горле слегка усилилась, а потом ушла навсегда. Я все-таки получил свою честно заработанную простуду, просто это в высшей степени экзистенциальное переживание отняло не дюжину дней, а чуть больше минуты.

— Здорово! — Вздохнул я, когда ко мне наконец вернулся дар речи, вернее, желание говорить вслух. — Потрясающе, Шурф, каждый раз эта невероятная штука, твоя дырявая чашка, работает немного иначе! Во всяком случае, теперь я вполне могу как следует подумать на заданную тему, вместо того, чтобы тупо слоняться по дому в поисках носового платка, которого у меня все равно отродясь не было...

— Ты действительно собираешься вмешаться в мои странные сны? — Осторожно спросил Лонли-Локли. — Мне весьма приятно оказаться свидетелем твоего великодушия... хотя в глубине души я уверен, что в первую очередь тобой руководит любопытство. Впрочем, это — весьма подходящее настроение для начала любого дела! И что ты собираешься предпринять? С моей стороны было бы довольно разумно просто попробовать снова разделить с тобой сон, но в таком случае ты будешь вынужден потерять довольно много времени: эти пляжи снятся мне отнюдь не каждый день. К тому же мы довольно редко спим в одно и то же время: ты ведь по-прежнему, как правило, работаешь по ночам.

— Как правило, я работаю круглые сутки, хвала сэру Джуффину Халли за мое нескучное существование! — Вздохнул я. — Знаешь, Шурф, я думаю, что для начала мне просто следует сегодня же отправиться в гости к знаменитым предкам нашего драгоценного коллеги. Когда я попадаю в спальню, над созданием которой попотел сам Фило Мелифаро, «великий и ужасный», я всегда вижу во сне то, что хочу увидеть. Во всяком случае, так было до сих пор... Не знаю, окажется ли моя поездка полезной, но приятной — это уж точно!

— А у тебя есть основания полагать, что моя проблема требует столь немедленных действий? — Хладнокровно поинтересовался Шурф.

— Никаких оснований, кроме знаменитого шила в моей неугомонной заднице! — Весело признался я. — Не зря Джуффин вчера так долго у меня выспрашивал, на кой мне понадобились целых два Дня Свободы от забот! Он вообще утверждает, что отдых — это не моя стезя, в этой области у меня нет никаких талантов... и судя по всему, наш шеф совершенно прав. Еще и закат не наступил, а я уже нашел себе халтурку на стороне! Кстати о нашем шефе, а почему ты не попробовал рассказать о своих снах Джуффину? Он старый и мудрый и знает про эту темную и загадочную сторону жизни почти все, тогда как моей эрудиции хватает только на то, чтобы смутно предполагать, что «сны — это то, что мне время от времени снится»...

— Забавная формулировка! — С неожиданным одобрением в голосе сказал Шурф. — Что касается сэра Джуффина... Видишь ли, Макс, это было бы несколько некорректно. Дело касается твоих сновидений, а не только моих собственных. Если сочтешь нужным рассказать ему об этом, ты должен сделать это сам. Если рассуждать теоретически, любой человек имеет право на личную тайну.

— Звучит весьма соблазнительно! — Усмехнулся я. — Но думаю, что Джуффину известно куда больше моих «личных тайн», чем мне самому... Ладно, для начала я действительно просто попробую еще раз увидеть этот сон, может быть мне удастся понять, что не так с моими пустынными пляжами, а там посмотрим... Думаю, что Мелифаро будет в восторге, если я отвезу его на незапланированное свидание с сэром Мангой. Во всяком случае, хоть какая-то польза от нашего с тобой мероприятия!

— Мне чрезвычайно нравится твоя решительность, Макс. — Задумчиво сказал Лонли-Локли, аккуратно ставя на стол пустую кружку. — В любом случае, спасибо тебе... Надеюсь, ты не обидишься, если я скажу, что меня ждет несколько незаконченных дел?

— Надежда — глупое чувство, — машинально брякнул я, и тут же поспешно добавил: — но обида — это еще более глупое чувство, а посему никаких обид... Если ты подождешь несколько минут, я переоденусь и подброшу тебя к Управлению. Эти «незаконченные дела», они ведь угрюмо бродят вдоль стен твоего кабинета, или как?

— Нет, Макс. Они «бродят» в других местах. — Лонли-Локли одобрительно покачал головой, в самых уголках его неулыбчивого рта таилось что-то здорово похожее на усмешку. — Иногда ты очень удачно комбинируешь слова, надо отдать тебе должное! Хорошего вечера, Макс. И держи меня в курсе происходящего.

Он поднялся и пошел к выходу, я восхищенно смотрел на его прямую спину: такие высокие люди просто обязаны сутулиться, хоть немного, но сэр Шурф Лонли-Локли был неподвластен суровому закону земного тяготения.

— Спасибо, что подбросил мне эту заботу! — Весело сказал я ему вслед. — На фоне идиотической суеты вокруг моего свежеиспеченного престола, это вполне тянет на хорошее приключение.

— Мне бы очень хотелось, чтобы никаким «приключением» там и не пахло. — Внушительно сообщил Шурф, обернувшись ко мне с порога. — Но как говорил сэр Алотхо Аллирох, под небом рождается слишком мало существ, чьи желания имеют какое-то значение... Он — довольно наблюдательный человек, этот печальный арварохский военачальник, тебе так не кажется? — Не дожидаясь моего ответа, сэр Лонли-Локли вышел на улицу, оставив меня в компании почти неощутимого камня на сердце. Мысленно зафутболив этот грешный камень куда-то, как можно дальше от собственной грудной клетки, я укутался в первое попавшееся под руку теплое лоохи и бодро отправился в сторону «Армстронга и Эллы». По дороге я послал зов Мелифаро.

«Мои планы на вечер могут прийтись тебе по вкусу, парень!» — Таинственно сообщил я.

«Что, ты все-таки собрался открыть «Имперский бордель»? — Бодро поинтересовался Мелифаро. — Правильно, давно пора!»

После того, как мои коллеги с легкой руки ехидного сэра Джуффина посмотрели «Калигулу» с Малколмом Макдауэллом и кое-как очухались от тяжелейшего шока, они мне прохода не давали своими глубокомысленными рассуждениями о том, что им теперь приблизительно понятно, какими именно методами я собираюсь проводить политику Соединенного Королевства в горемычных землях Фангахра... Мне постепенно начинало казаться, что они здорово перегибают палку, я даже был вынужден пригрозить, что отправлю полюбившуюся им видеотеку обратно в тартарары, из которых она и была извлечена в свое время. Увы, моему грозному заявлению не очень-то поверили!

«Я как раз собирался начать с небольшой разминки в обществе твоих почтенных родителей. — Злорадно огрызнулся я. — Не хочешь ли присоединиться, милый? Тебе понравится, обещаю!»



Размер файла: 1.39 Мбайт
Тип файла: doc (Mime Type: application/msword)
Заказ курсовой диплома или диссертации.

Горячая Линия


Вход для партнеров