НАГОРНО-КАРАБАХСКИЙ КОНФЛИКТ

ИНСТИТУТ ДИАСПОРЫ И ИНТЕГРАЦИИ
(ИНСТИТУТ СТРАН СНГ)


СОДЕРЖАНИЕ

КРАТКАЯ ИСТОРИЯ КОНФЛИКТА
ПЕРЕГОВОРНЫЙ ПРОЦЕСС, ПОЗИЦИИ И ИНТЕРЕСЫ СТОРОН
РОССИЯ
АЗЕРБАЙДЖАН
НАГОРНЫЙ КАРАБАХ
АРМЕНИЯ
ТУРЦИЯ
ИРАН
ОСНОВНЫЕ СОСТАВЛЯЮЩИЕ БАЛАНСА СИЛ: ЧТО МОЖЕТ НАРУШИТЬ ЕГО, ПРИ КАКИХ УСЛОВИЯХ ЭТО МОЖЕТ ПРОИЗОЙТИ
КАСПИЙСКАЯ НЕФТЬ
ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ НЕФТЯНОГО ПЕРЕДЕЛА
ЗАКЛЮЧЕНИЕ

КРАТКАЯ ИСТОРИЯ КОНФЛИКТА

Нагорный Карабах, историческая область в Закавказье, с географической точки зрения представляет собой горный край, который охватывает хребты, нагорья и предгорья системы гор Малого Кавказа, замыкающего с востока Армянское нагорье и протянувшегося с северо-запада на юго-восток, до границы с Ираном, постепенно сходя на нет в районе реки Аракс. В восточной своей части НК постепенно переходит в равнину, расположенную в междуречье двух наиболее полноводных рек Закавказья — Куры и Аракса. Эту равнинную местность называют иногда "равнинным Карабахом", однако последнее понятие не получило столь широкого распространения, как понятие "Нагорный Карабах", широко известное в русских научных и исторических документах еще с начала ХYIII в.

У Нагорно-Карабахского конфликта есть пред-история, создавшая условия для возникновения и роста того протестного потенциала, который взорвался в 1988 году.

Возникшие в 1918 году, вследствие распада Российской Империи, три государства Закавказья сразу же окунулись в пучину территориальных споров. Так Азербайджан предъявил территориальные претензии на ряд областей, исторически и этнически тяготевших к Армении, — в том числе и на Нагорный Карабах. Конфликт вылился тогда в войну, в ходе которой в НК погиб каждый пятый житель края, а один из крупнейших городов Закавказья — Шуша, населенный в основном армянами был полностью разрушен войсками мусаватистского Азербайджана и турецкими отрядами.

С приходом Советской власти в июле 1921 г. решением Кавказского бюро ЦК РКП/б НК был включен в состав Азербайджанской ССР на правах широкой автономии со столицей в Шуше. Тем не менее, в 1923 году на части территории края была образована Автономная область Нагорного Карабаха (впоследствии переименованная в Нагорно-Карабахскую автономную область). Оставшаяся часть НК была включена в качестве административных районов непосредственно в состав АзССР, при этом лишь Шаумяновский район сохранился в виде единого района, а остальные населенные армянами территории неоднократно перекраивались, и к 1988 г. входили в состав Ханларского, Дашкесанского, Шамхорского и Кедабекского районов(в их горных и предгорных частях).

Интересно отметить, что протест армянского большинства НК против политики Баку не раз выливался в обращения с письмами и петициями к Москве (1945, 1966, 1977 гг.) о передаче края в состав Армении, в межнациональные столкновения и волнения в 1967-68 гг. и т.д.

По данным переписи населения СССР от 12 января 1989 г. из 189 тыс. населения НКАО армяне составляли 77% (146 тыс. чел.) и свыше 80% (17 тыс. чел.) населения Шаумяновского района (21 тыс. чел.). Азербайджанцы составляли 21,5% населения НКАО и около 15% населения Шаумяновского района.

20 февраля 1988 г. сессия Облсовета НКАО подавляющим большинством голосов приняла решение "О ходатайстве перед Верховными Советами АзССР и АрмССР о передаче НКАО из состава АзССР в состав АрмССР". С этого момента принято вести отсчет современного этапа конфликта. В качестве основных можно выделить два его этапа:

1988-1994 — вооруженный конфликт (в открытой форме — с 1991); 1994-1997 — невооруженный этап противостояния. В результате начатых Азербайджаном военных действий отряды самообороны, а затем вооруженные силы провозглашенной в 1991 г. Нагорно-Карабахской республики (на основании референдума, проведенного в соответствии со статьей 3 Закона СССР "О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР" на территории НКАО и Шаумяновского района) взяли под свой контроль к 1994 г. 85% территории НКР и 9% территории непосредственно Азербайджанской Республики (Кельбаджарский, Лачинский, Кубатлинский, Зангеланский, Джебраильский районы — полностью, Физулинский и Агдамский — частично). Азербайджан контролирует весь Шаумяновский и части Мардакертского и Мартунинского районов НКР. Позиции сторон с 12 мая 1994 г. — момента прекращения огня, когда между Азербайджаном, Нагорным Карабахом и Арменией было подписано соглашение, которое явилось следствием миротворческих усилий России, в частности — Бишкекского протокола от 5 мая 1994 г.,подписанного тремя сторонами, остаются неизменными.


ПЕРЕГОВОРНЫЙ ПРОЦЕСС, ПОЗИЦИИ И ИНТЕРЕСЫ СТОРОН
РОССИЯ

Миротворческую деятельность России и переговорный процесс, связанный с урегулированием Нагорно-Карабахского конфликта на протяжении первого этапа можно представить в следующей последовательности:

— 23 сентября 1991 г. президентами России, Казахстана, Азербайджана и Армении подписано Железноводское коммюнике, предусматривающее принятие мер, необходимых для достижения мира;

— в феврале-мае 1992 г. по инициативе России к карабахскому урегулированию подключилось Совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе ( с 1994 г. — ОБСЕ, Минская группа), при МИД РФ создана посредническая миссия во главе с полномочным представителем Президента РФ по Нагорному Карабаху В.Н.Казимировым;

— 8 августа 1992 г. в Москве на встрече президентов Азербайджана и Армении при посредничестве России выработан проект соглашения о прекращении огня на северном участке армяно-азербайджанской границы, но азербайджанцы уклонились от его доработки;

— 19 сентября 1992 г. в Сочи министрами обороны Азербайджана и Армении с участием министров обороны России и Грузии, министра безопасности РФ подписано соглашение, предусматривающее прекращение огня и введение моратория на все виды военных действий в зоне конфликта сроком на два месяца;

— 25 сентября 1992 г. представителями министерств обороны Азербайджана и Армении в Москве в Генеральном штабе ВС РФ подписан протокол о механизме отвода вооруженных формирований и контроле за реализацией сочинского Соглашения;

— в октябре 1992 г. во исполнение Протокола от 25.9.92 в Армению и Азербайджан посланы военные наблюдатели ВС РФ, но в конце декабря были отозваны из-за грубого обоюдного нарушения сторонами договоренностей о прекращении огня и боевых действий в зоне конфликта;

— в мае 1993 г. на трехсторонней встрече представителей России, США и Турции выработаны предложения по достижению мира между Арменией и Азербайджаном и направлены для рассмотрения руководителям этих республик;

— 24-25 сентября 1993 г. в Москве представителями МО Азербайджана и армии обороны Карабаха при посредничестве представителей Минобороны м МИД России рассмотрен проект соглашения по урегулированию конфликта. Карабахская сторона выразила несогласие с предоставлением расширенных полномочий наблюдателям ОБСЕ и определением линии разъединения;

— в конце марта 1994 г. в Москве состоялись переговоры на уровне экспертов по российскому проекту Соглашения о прекращении вооруженного конфликта и ликвидации его последствий. В этих переговорах наряду с представителями всех конфликтующих сторон впервые приняли участие представители Председателя Минской конференции ОБСЕ по Нагорному Карабаху (Швеция).

С З1 марта по 4 апреля 1994 г. в Закавказье работала межпарламентская делегация СНГ (Россия, Беларусь, и Киргизия) с целью уточнения обстановки и поиска путей урегулирования Нагорно-Карабахского конфликта.

15-16 апреля 1994 г. на встрече глав государств-членов СНГ, проходившей в Москве, азербайджанская сторона заявила, что начало переговорного процесса по урегулированию карабахской проблемы возможно только после полного освобождения оккупированной территории Азербайджана и отвода сил самообороны Нагорного Карабаха в административные границы бывшей НКАО.

10 мая 1994 г. в Баку Азербайджан подписал итоговый протокол Межпарламентской ассамблеи СНГ по проблеме конфликта, предложенный участникам переговоров 5 мая в Бишкеке. Нагорный Карабах признан в качестве одной из сторон вооруженного конфликта.

16-17 мая в ходе встречи министров обороны Азербайджана и Армении, командующего армией обороны НК при посредничестве Министра обороны России, армянской, карабахской и российской сторонами была подписана Договоренность о реализации Протокола встречи от 18.02.94 г. Представитель Азербайджана заявил, что ему необходимы дополнительные полномочия от руководства и попросил отсрочки до 2 июня, тем не менее, стороны отдали распоряжения подчиненным войскам о пркращении огня с 12 мая 1994 г., которые в основном соблюдаются до настоящего времени.

Позиция российского сопредседателя ныне совпадает с позицией других сопредседателей, т.е. — с позицией США и других западных государств, исходящих из интересов своих нефтяных и прочих компаний и геостратегических интересов США и НАТО. В частности, на Лиссабонской встрече глав государств и правительств ОБСЕ, Россия сыграла важную роль в изоляции Армении. Появившееся в результате этого заявление действовавшего председателя Ф.Котти, содержавшее поддержку азербайджанской формулы урегулирования не является юридически бязывающим документом и переговоры по-прежнему ведутся на основе тех директивных документов, которые были приняты в должном порядке с соблюдением правил процедуры.

Конечно, позиции "Запада" в чистом виде не существует и, более того, отнюдь не сводится к позиции США. Различное геополитическое положение разных стран, их близость к региону, отношения с различными странами региона, и даже наличие или отсутствие армянских диаспор приводят к значительным расхождениям в позициях соответствующих государств. Наиболее выпукло это проявляется в не очень декларируемых, но подспудно особых подходах таких стран, как Франция или Греция.

Придавая карабахскому урегулированию большое значение и стремясь обеспечить свое преобладание в миротворческом процессе, США обеспечили высокий уровень своего участия в сопредседательстве. На кандидатуре Тэлбота особо настаивал Азербайджан.

Интересно отметить, что на последнем раунде Минской группы в Москве азербайджанская делегация при прямой поддержке представителя Турции поставила вопрос об оценке действий России на основе обнародованной Л.Рохлиным информации о незаконных поставках российской стороной оружия Армении, не дожидаясь ее проверки. Против навязывания вопроса, не входящего в компетенцию Минской группы, протестовали делегации НК и Армении. Сопредседатели от США и Франции, а также другие члены Минской группы не согласились с предложением Азербайджана обсудить этот вопрос, однако указали на его серьезность.

Здесь уместно коснуться некоторых аспектов, связанных с этим вопросом. Подчеркнуто дружественный тон визита, нанесенного бывшим министром обороны России И.Родионовым, включение в состав делегации Л.Рохлина (по его просьбе) обратили на себя внимание многих аналитиков. Итог визита: азербайджанская сторона не внесла ясности в вопрос о Гайбалинском радиолокационной станции. Может быть, она останется российской. В неофициальном порядке азербайджанские политические и военные круги подчеркивают, что визит был успешным. По мнению обозревателя Би-Би-Си, "успех для Азербайджана один — это разрешение карабахской проблемы". Комментируя визит Родионова, Н.Сванидзе сообщил о том, что возможно участие Турции в карабахском конфликте на стороне Азербайджана, а у России есть две возможности: либо ратификация договора с Арменией, осложнение отношений с Азербайджаном, опасность участия России в войне с Турцией, либо сохранение военной базы в Армении только при условии карабахского урегулирования. Нетрудно догадаться, по чьему сценарию. В интервью передаче "Зеркало" Рохлин подчеркивал что его стремление быть включенным в состав делегации было вызвано необходимостью проконтролировать успешность миссии. Затем он заявил — ни много ни мало — следующее: "Я не против Армении, но мы должны открыть границы с Азербайджаном и восстановить связи. Войну остановят американцы — деньги вложат и остановят".

Столь активное участие высших российских военных чинов во внешней политике не может быть случайным и, заметим, безвредным. Оно отражает мнение о необходимости сближения с Азербайджаном любой ценой ради его нефти, ради его лояльности по отношению к России. Однако каковы гарантии этой стороны? Что получит, а что потеряет Россия от каспийского нефтяного проекта, кто поручится за то, что, "получив свое", руководство Азербайджана не повернется на 180 градусов, поскольку его стратегическим союзником ныне является Турция, и следовательно НАТО, а внешнеполитическая деятельность Г.Алиева, его отношение к присутствию НАТО в Закавказье известны. Ниже мы коснемся этих вопросов. Конечно, заложником такой политики окажется многочисленная азербайджанская диаспора в России, однако история свидетельствует о том, что такие соображения политиков, стоящих у руля власти, останавливают не всегда.

Вообще наблюдается снижение роли России и "выдавливание" ее из переговорного процесса. В этом контексте поддержка РФ заявления Котти в декабре 1996 г., содержавшего попытку предрешить будущий статус НК как автономии в составе Азербайджана, может рассматриваться как отход от нейтральной позиции. По существу азербайджанская делегация ставит Россию перед альтернативой: либо прямо поддержать позицию Азербайджана в карабахском вопросе, либо отказаться от участия в сопредседательстве.

В последние недели наметился явный поворот в процессе урегулирования НК конфликта. В конце мая сопредседатели Минской группы от США, России и Франции побывали в регионе и предложили сторонам новый план урегулирования. Этот документ был объявлен конфиденциальным, однако практически сразу после отъезда сопредседателей со стороны МИД Азербайджана была сделана "утечка", позволяющая составить представление о сути документа. В прессе также появился ряд материалов, раскрывающих основные элементы плана.

Этот проект основан на трех принципах, изложенных в заявлении бывшего действующего председателя ОБСЕ Ф.Котти, сделанного им в декабре прошлого года в ходе Лиссабонского саммита ОБСЕ. В соответствии с этим Нагорному Карабаху предлагается признать себя составной частью Азербайджана, вернуть последнему занятые в ходе войны территории, куда как и в сам НК возвратятся азербайджанские перемещенные лица (об армянских беженцах в проекте ничего не говорится), лишь после чего будет определен статус НК как самоуправляющейся территории в составе Азербайджанской Республики. Границы НК должны в целом совпадать с границами бывшей НКАО, но приэтом город Шуша и Шушинский район фактически отделяются от НК и становятся частью Азербайджана.

Проект хотя и предусматривает широкое самоуправление для НК, однако никак не учитывает сложившиеся и складывающиеся внутриполитические реалии Азербайджана, в результате действия которых неизбежно создадутся предпосылки для выдавливания армянского большинства под видом создания "многоэтнического" НК. При этом предусматривается постепенное разоружение нагорно-карабахской армии, ее превращения в военизированную полицию. Подразумевается и ввод в регион "разделительных сил ОБСЕ. Если же этот план начнут осуществлять, то вопрос статуса НК так и не будет решен, поскольку после получения Азербайджаном занятых армянами территорий и Шуши, последний потеряет всякий интерес к вопросу обеспечения статуса НК и безопасности его армянского населения, получив при этом мощные рычаги воздействия на карабахских армян (вплоть до угрозы силой).

Следует ожидать, что данный вариант урегулирования будет отвергнут как НКР, так и Арменией и, с некоторыми оговорками поддержан Азербайджаном, интересы которого в целом обеспечиваются данным планом.

Дальнейшее развитие событий можно прогнозировать следующим образом. Баку, получив политическую поддержку со стороны сопредседательства, усилит политико-пропагандистский нажим на своих оппонентов, и может быть в значительной степени поддержан странами-сопредседателями. Не исключено, что США, крайне заинтересованные в укреплении своих позиций в Азербайджане, пойдут на новые уступки последнему (возможно, на оказание экономической помощи), и на давление на Армению (используя все те же экономические рычаги). В итоге НК перестанет быть реальной военно-политической силой в регионе, а в недалеком будущем — территорией, населенной армянами. В этом контексте резко ослабнут и позиции Армении, которая при таком исходе также перестанет играть роль реальной военно-политической силы в регионе. Возрастет вес и влияние США при соответственном падении веса и вляния России. Очевидно также, что в случае окончательной поддержки Россией явно "пробакинской" позиции США она рискует потерять свое влияние в Армении со всеми вытекающими отсюда последствиями.

АЗЕРБАЙДЖАН

Официальная позиция Азербайджана заключается в том, что конфликт, начавшийся в 1988 году, стал результатом военной агрессии, совершенной Арменией против Азербайджана с целью отторжения части азербайджанской территории — Нагорного Карабаха и присоединения его к Армении. В результате конфликта, по мнению азербайджанских политиков, захвачено двадцать процентов территории республики и беженцами оказались около миллиона азербайджанцев. На самом деле захвачено семь районов Азербайджана общей территорией 8,8 тыс.кв. км. Если учитвать, что два из этих районов (Агдамский и Физулинский) захвачены примерно наполовину, то общая захваченная территория составит 7,5 тыс.кв. км., т.е. 9% территории Азербайджана. Если даже в число оккупированных территорий включать собственно территорию НК, за исключением частей Мартунинского и Мардакертского районов, захваченных в свою очередь азербайджанцами, то и тогда общая территория, находящаяся под контролем армян составит 15% территории Азербайджанской республики. Что касается числа беженцев, то население захваченных территорий составляло 450 тыс чел., азербайджанское население НК насчитывало 40 тыс. чел., и в Армении проживало около 170 тыс. В совокупности число беженцев не может превышать цифры в 660 тыс. чел. Считая причиной конфликта агрессию Армении, Азербайджан требует в качестве первоочередных мер вывода армянских вооруженных формирований из оккупированных территорий, а также возвращения беженцев к местам своего проживания. При этом декларируется, что Нагорному Карабаху будет предоставлен высокий уровень самоуправления в составе азербайджанского государства. Ни форма, ни степень этого самоуправления не конкретизируются, очевидно они должны быть выработаны в ходе переговорного процесса. Однако по Конституции, принятой в 1995 году Азербайджан — унитарное государство (правда при этом парадоксальным образом существует Нахичеванская автономия) и какой-либо статус Карабаха в ней никак не предусмотрен.

Несмотря на дважды данное сопредседательством разъяснение достигнутого соглашения относительно того, что переговоры о статусе, его основных элементах должны вестись параллельно с переговорами о прекращении вооруженного конфликта с тем, чтобы результаты оформить на самой Минской конференции, азербайджанская делегация до сих пор отказывается от обсуждения этого ключевого вопроса урегулирования.

На последних раундах переговоров, предшествовавших Лиссабонской встрече глав государств и правительств ОБСЕ, азербайджанская делегация сознательно заводила переговоры в тупик, добиваясь принятия сопредседателями азербайджанской формулы решения вопроса о статусе НК на основе статус-кво-анте, т.е. в составе Азербайджана и отрицая статус делегации НК как стороны в конфликте. Все было направлено на то, чтобы в Лиссабоне изменить принятый мандат Минской конференции и минской группы, а также согласованную основу переговоров, которыми предусматривается мирное урегулирование на основе принципов ОБСЕ, ООН и международного права.

В отношении переговорного процесса азербайджанская сторона всегда выступала за большее привлечение Запада. В частности именно она добивалась назначения США в качестве сопредседателя Минской группы ОБСЕ.

Относительно роли России президент Г.Алиев сказал следующее: "...к сожалению, Россия не использует все свои возможности. Россия имеет большое влияние и в Армении, и в Азербайджане. Россия может без Минской группы, сама, в одиночку решить эту проблему. Но, однако, какие-то силы в России мешают... А если учесть, что в Армении находится большой контингент российских войск, имеются российские военные базы, что Россия оказывает большую финансовую поддержку Армении, то нетрудно понять, что Россия может сделать многое для урегулирования этого конфликта". Судя по итогам визита И.Родионова, Россия поспешила исправиться.

Что же касается отношения оппозиции в Азербайджане к проблеме Карабаха, то можно отметить следующее. Во-первых, в Азербайджане, как и в других странах СНГ, оппозиция по отношению к внешним проблемам более радикальна, чем официальные власти, хотя бы потому, что внешняя политика является наиболее удобной мишенью для критики. Отсутствие даже видимости участия оппозиции в политическом процессе (серьезные оппозиционные партии, к примеру "Мусават", были не допущены даже к парламентским выборам), снимает с нее какую бы то ни было ответственность. Строго говоря, это явление не новое: все силы, приходившие к власти после провозглашения независимости в Азербайджане делали это, по крайней мере на внутриполитической сцене, используя радикальную антиармянскую риторику. Гейдар Алиев обвинял президента Эльчибея в потере двух районов Азербайджана, обещая, придя к власти, вскорости решить эту проблему. Однако после его прихода азербайджанская армия сдала противнику еще пять районов. Кроме того, следует помнить, что до прихода к власти азербайджанские лидеры придерживались политических позиций и ориентаций различных направлений и степеней радикализма (последнее не касается карабахской проблемы, поскольку по отношению к ней различия могли быть только тактическими). Например, явно "прорусский" характер пропагандистской кампании нынешнего президента до его прихода к власти в отличие от подчеркнуто "протурецкого" Эльчибея не помешал Алиеву практически продолжить политику предшественника.

Кроме этого достаточно распространенного явления в случае Азербайджана существует и другая особенность. В силу сложившегося в Азербайджане режима реальной политической оппозиции в этой стране нет. Причем это в полной мере касается и политических эмигрантов. Впрочем после серии "выдач" Алиеву его политических оппонентов из последних остался только А.Муталибов. Однако всех их нельзя назвать оппозицией в строгом смысле слова, поскольку никаких собственно политических разногласий с Г.Алиевым у них нет. Существующие разногласия носят скорее личный или клановый характер.

В прессе часто пишут о том, при "дворе" в Азербайджане царствует нахичеванский клан. На самом деле, клан этот не столько нахичеванский, сколько "армяно-грузинский", т.е. — этнических азербайджанцев — выходцев из Армении и Грузии. Тщательно скрывается и место рождения самого Г.Алиева. В официальных биографиях указывается Нахичевань, притом, что Г.Алиев родился в Сисианском районе Армянской ССР. В результате создана жесткая система, не позволяющая пополнять управленческие структуры исходя из соображений квалифицированности, образования, способностей и т.д.

Политические перипетии вокруг "выдачи" или "невыдачи" политических оппонентов и судов над ними носят, скорее характер расправ в стиле азиатского Средневековья, чем борьбы с политическими оппонентами в парламентской республике.

Что же касается оппозиции, существующей внутри Азербайджана, то ее разногласия с Г.Алиевым носят именно политический характер. Как было сказано выше, оппозиция гораздо радикальнее: она за радикальные экономические реформы, за резкий разрыв отношений с Россией, вплоть до выхода из СНГ, за быстрое решение проблемы Карабаха военным путем. Последняя — лишний показатель абсолютной безответственности оппозиционеров, поскольку военным путем карабахская проблема, по крайней мере сейчас, решена быть не может. Из всего вышесказанного очевидно, что единственная причина существования оппозиции в Азербайджане вне тюрьмы является ее абсолютная безвредность для режима. Т.н. оппозиционные партии представляют из себя либо "витринную картинку" — на внешнее потребление, будучи на деле лишь интеллектуальными клубами, состоящими из нескольких десятков человек. Врочем, если какой-либо потенциал этих групп начинает превышать некий дозволенный уровень, даже если речь идет всего лишь об интеллектуальном потенциале, группа разгоняется.

НАГОРНЫЙ КАРАБАХ

Позиция Нагорного Карабаха основана на том, что Азербайджан при любом руководстве проводил политику геноцида в отношении армян вообще и карабахских, в частности (иллюстрацией этому служат погромы в Сумгаите, Кировабаде, Шамхоре, Шемахе, Баку и других местах, военные акции и боевые действия, направленные на уничтожение и изгнание гражданского населения НК, — операция "Кольцо" в 1991 г., обстрелы и бомбардировки городов и сел НК в ходе военных действий, акции уничтожения мирного населения на захваченных территориях в 1991-1994 гг.). В силу этого армянское большинство НК и руководство НКР считает невозможным пребывание НК в составе Азербайджанской Республики. На переговорах представители НКР опираются на то, что провозглашенная в 1991 г. Нагорно-Карабахская республика создана в полном соответствии с действовавшим тогда законодательством СССР и нормами международного права. Они считают, что навязанная Азербайджаном война была оборонительной со стороны НК, а нынешнее перемирие есть результат сложившегося в ходе войны баланса, при котором ограниченность людского и экономического потенциала НКР компенсируется удобной для НК линией обороны, коммуникациями и проч., позволяющими с меньшими силами эффективно осуществлять оборону республики.

С позиций НКР, центральным вопросом урегулирования конфликта является вопрос статуса: НКР существует де-факто, хотя и не признана де-юре, а ее народ никогда не согласится с тем, чтобы существующий сегодня фактический статус был кем-либо понижен, поэтому власти НКР не намерены отказываться от своего курса на полную независимость НКР, тем более, что сам факт создания отдельной государственности НК в свое время явился отступлением от первоначальной позиции карабахских армян, которая заключалась в воссоединении с Арменией.

Вместе с тем, власти НКР заявляют о том, что они признают необходимость мирного урегулирования конфликта и готовы, в целях конструктивного диалога, идти на обсуждение различных вариантов и форм возможного статуса, возможных особых отношений между НКР и АР. При этом урегулирование должно строиться на следующих основных принципах: невозможности подчинения одной стороны другой; невозможности анклавного существования НК; гарантии и степень безопасности НК должны определяться самим народом НК. Кроме того необходимо предусмотреть четкие международные гарантии безопасности и санкции против нарушителей предстоящего соглашения; в ходе мирного урегулирования необходимо взаимное возвращение сторонами занятых в ходе боевых действий территорий; вопросы возвращения беженцев-азербайджанцев в НКР и беженцев-армян в находящийся под контролем Азербайджанской Республики Северный НК должны решаться на параллельной основе.

АРМЕНИЯ

Основой официальной позиции Республики Армения является согласие с теми принципами и решениями политического урегулирования, которые устроят НК, т.к. в вопросе самоопределения именно НК и Азербайджан являются основными сторонами конфликта. РА не признает НК частью территории Азербайджанской Республики, но и не признала НКР официально с тем, чтобы не предрешать заключений Минской Конференции ОБСЕ по НК. По мнению руководства РА, Армения должна быть одним из гарантов безопасности НК; она не останется в стороне, если АР попробует начать боевые действия против НК с целью уничтожения и изгнания его населения. Оно считает, что любые переговоры или иные контакты по урегулированию конфликта невозможны без участия в них представителей НК (недавно Армения отказалась от ранее осуществлявшихся прямых контактов вне Минской группы ОБСЕ по НК между советниками президентов Армении и Азербайджана, заявив, что возобновление прямых контактов возможно лишь при участии в них представителей НК, что произошло под давлением руководства НКР). Армения считает, что основным вопросом урегулирования является вопрос статуса НК.

По мнению специального консультанта Госдепартамента США по Кавказу Пола Гобла, назначение (20 марта с.г.) президента НКР Р.Кочаряна на роль премьер-министра РА — новый зигзаг в постоянно осложняющемся политическом процессе в Закавказье, результат международной изоляции, в которой Армения оказалась после Лиссабонской встречи ОБСЕ, явно взявшей сторону Азербайджана в резолюции по Нагорно-Карабахскому конфликту. Он считает, что этот шаг Л.Тер-Петросяна в равной степени может привести как к укреплению стабильности, поскольку тем самым президент РА обезглавил карабахское движение, так и к усилению конфронтации. В Баку это событие расценили как некую армяно-русскую инициативу, направленную на возобновление боевых действий. Грузия расценила это назначение аналогичным образом. По мнению Гобла, ее руководство обеспокоено стремлением Москвы контролировать поток азербайджанской нефти через грузинскую территорию. Представляется, что в реальности это назначение вызвано почти исключительно причинами внутриполитического характера. В частности, назначение нового премьера вполне укладывается в курс на "примирение с оппозицией", обозначившийся примерно с октября 1996 года.

Что же касается собственно отношения оппозиции к рассматриваемой проблеме, то, как и в Азербайджане, расхождения могут носить только тактический характер. Это касается и легально действующей объединенной оппозиции (блок "Дашинк"), в которую входит в том числе, партия "Дашнакцутюн". Можно отметить, что позиция "Дашнакцутюна" более радикальна , чем официальная — лидеры этой партии неоднократно требовали официального признания НКР де-юре. Кандидат от "Дашинка"на президентских выборах, Вазген Манукян имеет в Армении имидж жесткого политика. Тем не менее, есть основания полагать, что радикальность оппозиции в Армении, как и в Азербайджане имеет общую природу. Серьезные же уступки со строны властей или потери в Карабахе неминуемо приведут к политической дестабилизации в Армении, что может резко ослабить позиции Армении в регионе.

Существует мнение о том, что влиятельная армянская диаспора лоббирует интересы Карабаха в различных странах Запада, в первую очередь в США. Диаспора активно участвует в организации материально-финансовой помощи НКР. Например, только в ходе телемарафона 28 мая 1996 в одном Лос-Анжелесе были собраны около $13 млн. для финансирования строительства дороги Горис-Лачин-Степанакерт. На самом деле возможности диаспоры сильно преувеличиваются, о чем свидетельствует, к примеру ответ Клинтона на обращение лидеров армянских общин США, где он фактически приветствовал заявление Ф. Котти на лиссабонском саммите СНГ (см. выше). Кроме того, диаспора сильно политически разобщена. Хотя следует отметить, что по карабахской проблеме обычно все три ар мянские т.н. исторические партии (Дашнакцутюн, Рамкавар-Азатакан и Гнчак) выступают со сходных позиций. Роль диаспоры трудно переоценить в организации пропаганды и влиянии на общественное мнение. То, что Азербайджану, при огромном количестве беженцев бло кируются гуманитарные поставки (поправка к Акту 907 Конгесса США), является несомненным результатом активности армянской диаспоры. По словам министра иностранных дел НКР, Аркадия Гукасяна "У Азербайджана есть нефть, а у Карабаха — диаспора".

ТУРЦИЯ

Линию, проводившуюся Азербайджаном, полностью поддерживали Турция, которая имеет возможность отстаивать позицию Азербайджана на заседаниях минской группы государств, проводимых без участия сторон конфликта, а, в несколько прикрытой форме, также и США, и западные государства.

Интересы Турции в Карабахе связаны с ее стремлением к политической, экономической и культурной экспансии. В настоящее время речь идет об объединении при ее лидерстве суверенных тюркоязычных государств как этапа к постепенному переходу к более тесным формам государственного сотрудничества. После распада СССР, открывшего новые возможности для проникновения Турции в Азербайджан и Среднюю Азию, она полностью поддерживает позицию и действия Азербайджана в НК. Турция обеспечивает Азербайджану дипломатическую и политическую поддержку в ОБСЕ, в ООН, в Организации Исламская конференция, а также — в НАТО. Она обеспечивает также прямую поддержку правительств США и других западных держав, используя их заинтересованность в каспийской нефти, установлении контроля над регионом, и как одним из средств для достижения этой цели — контроле над транспортными коммуникациями, а также — в вытеснении России из постсоветских государств. В русле этой тенденции к экспансии Турция неформально поощряет сепаратизм в самой России, что наглядно проступило во время Чеченской войны. Кроме того, Турция и сама заинтересована в каспийской нефти, ее транспортировке через территорию Турции. Ей удалось войти в проект, и его осуществление сделает освободит ее от нефтяной зависимости от Ирана и арабских стран-производителей нефти.

В геополитическом контексте своих внешнеполитических целей Турция поддерживает Азербайджан не только в вопросе о статусе НК как части Азербайджана, но и в вопросе о воссоздании в Шуше и Шушинском районе азербайджанской общины, которой отводится та же роль, что и туркам Кипра. С этой же целью — подготовки условий для окончательного решения армянского вопроса — Турция активно добивается превращения НК в анклав.

ИРАН

Иран по-прежнему претендует на роль региональной державы. С 1991 г. руководство этой страны всячески стремилось использовать в своих целях последствия распада СССР. Иран рассматривает Армению и Карабах как форпост, противостоящий возникновению "тюркского континуума": от Турции, через Иранский Азербайджан в Азербайджан и далее — в Среднюю Азию. Одновременно Иран ставит перед собой задачу препятствовать закреплению Запада в регионе. Характерно, что, рассматрение Нагорно-Карабахский конфликт в рамках именно ОБСЕ преследовало в качестве одной из целей — недопущение Ирана в процесс политического урегулирования.

Первоначально Иран пытался утвердиться в Азербайджане, проводил благожелательную в отношении Азербайджана политику, оказывал ему многоплановую помощь, включая предоставление кредитов, поставки оружия и боеприпасов, политическую поддержку азербайджанскому руководству, в том числе и по карабахсконму вопросу. В тот период, признавая особую роль России в регионе в целом, Тегеран заявлял о своем исключительном праве на влияние в пределах азербайджанской территории и дважды выступал с инициативами о посредничестве в урегулировании Нагорно-Карабахского конфликта. Оказавшись однако за рамками нефтяных проектов, "выжатый" Турцией при поддержке Запада из Азербайджана, Иран предпринимает шаги по сближению с Россией и Арменией. Фактически Иран заинтересован в сохранении нынешнего баланса сил в регионе и с этой целью предоставляет транзитный коридор Армении. Если раньше в отношении Карабаха из Тегерана исходили жесткие заявления с требованием вывести войска с захваченной азербайджанской территории, не препятствовать возвращению беженцев в места постоянного проживания, то сейчас Тегеран, обходя дипломатическим молчанием Нагорно-Карабахский конфликт, стремится экономически "освоить" Армению. Характерно, что на 132 километровом участке бывшей границы Азербайджана с Ираном, ныне контролируемой войсками НКР, инцидентов не было.

ОСНОВНЫЕ СОСТАВЛЯЮЩИЕ БАЛАНСА СИЛ: ЧТО МОЖЕТ НАРУШИТЬ ЕГО, ПРИ КАКИХ УСЛОВИЯХ ЭТО МОЖЕТ ПРОИЗОЙТИ

Начиная с 17 мая 1994 года в Карабахе и "вокруг него" не стреляют. Есть основания полагать, что так происходит не в результате миротворческих усилий, переговорного процесса или, как об этом часто пишут в прессе, — в связи с взаимным истощением сторон. Основная причина "не войны" — это сложившийся баланс сил в регионе. Баланс обусловлен внешними и внутренними причинами военного и политического характера. Если вычленить военную составляющую, то по некоторым параметрам армия Нагорного Карабаха более боеспособна, чем армия Азербайджана по ряду причин, связанных с историческими и этнокультурными особенностями армян вообще, а карабахских, в частности, а также с историей военного строительства у противоборствующих сторон.

Армия Карабаха начала формироваться в конце 80-х годов совершенно нетипичным для бывших советских республик образом. Как правило, вооруженные силы постсоветских стран создавались из дислоцированных в них частей Советской Армии, что позволяло сохранить существующую военную инфраструктуру, но при этом офицеры новых армий вербовались по случайному признаку — последнему месту службы или привлекались офицеры титульной национальности из других гарнизонов бывшего СССР. В случае Азербайджана нелишне напомнить,что количество боевых офицеров — этнических азербайджанцев относительно офицеров — этнических армян в СА вообще было значительно меньшим. Поскольку эти офицеры были привлечены на службу во вновь создающиеся армии, это отражалось и отражается на боевом духе армий, а офицеры нетитульной национальности не уезжают из Азербайджана на родину (в основном, в Россию) только из-за невозможности там устроиться. В Карабахе же армия создавалась в тот момент, когда просто "приватизировать" СА было еще невозможно, а война МВД Азербайджана против непокорного населения уже началась. До августовского путча коммунистическое руководство Азербайджана имело возможность "пользоваться" СА как ударной силой "при проверке паспортного режима", а Карабах был вынужден вести военное строительство, чтобы прежде всего, препятствовать депортации и насилию. Основой армии стали добровольческие отряды. Эмиссары подпольно закупали автоматы и патроны для вооружения этих отрядов. На первой стадии вооруженного конфликта эти отряды действовали согласно классической тактике партизанской войны.

С течением времени масштабы столкновений увеличивались, и все более усложняющийся технически и организационно уровень боевых действий требовал единого командования, системы мобилизации боеспособного населения, структур для закупки вооружения, учебных баз для подготовки военных, привлечения специалистов и пр. Фактически, созданный в те годы отрыв в военном строительстве так и не был преодолен. Создание слоя среднего и младшего офицерского состава — чрезвычайно сложный процесс и, как минимум, потребует много времени.

Азербайджан, несмотря на пропаганду в российских СМИ, реально только сейчас создает боеспособную армию. Военное строительство затруднено и экономическим положением страны. Запоздалое и не очень грамотное начало военного строительства в эпоху правительства Народного Фронта, политические разногласия, мятежные командиры, дезертирство и, особенно, использование армии во внутриполитической борьбе, в свое время привели к тому, что ни численное превосходство, ни огромные экономические преимущества, в том числе отсутствие блокады, не принесли успеха Азербайджану в боевых действиях.

Можно утверждать, что, несмотря на некоторое военное преимущество, Карабах не заинтересован возобновлять боевые действия, поскольку его нынешние фактические границы оптимальны для его безопасности: на западе карабахцы вышли на границу с Арменией, на юге — на границу с Ираном, на севере естественной границей является Муровдагский хребет. На востоке, восточнее Агдама создана система мощных оборонительных укреплений. Кроме того, захват дополнительных территорий неизбежно удлинит линию соприкосновения, и удерживать большую территорию было бы для Карабаха экономически невыгодно. Приведенное выше мнение Азербайджана о том, что целью назначения Р.Кочаряна на пост премьер-министра РА является возобновление войны для контроля над нефтепроводом Баку-Поти, свидетельствует, скорее, о стремлении дискредитировать армянскую сторону. Однако в случае возобновления боевых действий НКР и Армения, не имеющие реальных стратегических союзников, при реальном самоустранении России из Закавказья обрекают себя на заведомую изоляцию. Вряд ли этого не понимают в Ереване.

В силу вышеизложенного, возобновление боевых действий Карабахом в политической перспективе представляется маловероятным.

Если же говорить о политической составляющей регионального баланса, то несомненным преимуществом обладает Азербайджан. Карабах как непризнанное государство не имеет реальных возможностей влиять на политический процесс, в том числе, и касающийся его непосредственных интересов. Азербайджан же как член ООН и СНГ обладает еще и таким несомненным преимуществом, как поддержка со стороны основной части мирового сообщества в данном случае такого принципа международного права как принцип территориальной целостности государства. С другой стороны, в сложившейся обстановке этого преимущества было недостаточно, чтобы Азербайджан смог его использовать для окончательной и полной победы, как его использовали хорваты и боснийцы (муслимане). Именно с этим связаны до сих неудачные попытки Азербайджана "продолжить войну политическими средствами", к примеру, в качестве первого шага — вернуть Лачин и Шушу в результате мирных переговоров.

Если иметь в виду лишь соотношение сил противников, то активизация серьезных боевых действий Азербайджаном представляется столь же маловероятной. Для того, чтобы реформировать, а, на самом деле, создать Азербайджанскую армию, нужен не один год. Кроме всего прочего, армия является очень хорошим показателем состояния государства. Проблему специалистов и структур можно решить. Гораздо труднее решить глобальную для Азербайджана проблему ротации элит, в том числе и военной. Бич современной политической жизни в Азербайджане — т.н. клановость, не позволяет этой стране создать эффективно действующий государственный механизм. Еще одним доказательством этому служат бесконечные попытки переворотов и покушений (в данном контексте совершенно неважно настоящие это перевороты или "деланные", как постоянно утверждают оппозиция и азербайджанские интеллектуалы). На этом фоне такая проблема, как эмиграция, спад производства, отсутствие реформ, проблема беженцев, — выглядят второстепенными.

Однако можно себе представить сценарий, по которому Азербайджан пойдет на резкое обострение ситуации. Более того, есть реальные основания предполагать, что именно его и пытается осуществить азербайджанское руководство, используя в качестве козырной "нефтяную" карту. Не исключены также использование дезинформации о провокациях "на армянской границе" для дискредитации противника на переговорах и с целью скорейшего проведения Операции по поддержанию мира (ОПМ) без участия России.

В начале этого года М.Олбрайт, новый госсекретарь, рекомендовала Конгрессу снять ограничения на невоенную помощь Азербайджану с целью "увеличить наше влияние". Учитывая тот факт, что Закавказье объявлено "зоной жизненных интересов США", не возникает сомнений и в том, что США используют своего союзника по НАТО — Турцию в качестве инструмента своего влияния. Ни для кого уже не секрет открытое военное сотрудничество Азербайджана с Турцией. В ходе визита в Турцию министра обороны Азербайджана было подписано соглашение о военном сотрудничестве Азербайджана и Турции, куда включены сотрудничество в области оборонной промышленности и военно-медицинской службы, договоренность о совместных военных учениях и об обмене офицерскими составами. При этом обе страны настаивают , что это ответный жест на подписание подобных договоров России с Арменией, Армении с Грецией.

Здесь уместно привести некоторые данные, прозвучавшие на парламентских слушаниях в Армении. В результате "раздела" имущества СА Азербайджан получил в 2,5 раза больше тяжелых вооружений и в 20 раз больше боеприпасов, чем Армения, поскольку в период существования ЗакВО хранившиеся в АзССР вооружение и боеприпасы были стратегическим резервом штаба Южного направления. Кроме того Азербайджан получил 4 мотострелковые дивизии, 1 воздушно-десантную дивизию, бригаду специального назначения, 3 бригады ПВО, 4 базы ВВС, Каспийскую военную флотилию и Гайбалинскую радиолокационную станцию. В 1992-1993 г. Азербайджан в нарушение решения СБ ООН и ОБСЕ тремя партиями закупил 150 танков и 10 самолетов. Об этом были уведомлены государства — участники договора об обычных вооружениях в Европе. Без уведомления их Азербайджан докупил 12 самолетов МИГ-21, 4 — СУ-2, 2 — СУ-25 и 100 танков Т-55.

Весной 1994 года им были закуплены запчасти к танкам Т 62. В 1995 через фирму KOFISA приобретены авиабомбы с полуактивной системой лазерного наведения и противолокационные ракеты Воздух-Земля Х 25 МЛ и Х 29. В 1996 г. в Азербайджан доставлено 2600 ракет БМ 21. На танкостроительном заводе в Баку и на заводе вертолетных двигателей работают иностранные специалисты, налажено производство ракет типа Земля-Земля и авиационных турбореактивных двигателей. В настоящее время около 1000 кадровых военнослужащих Азербайджана проходят обучение в военных учебных заведениях Турции.

Во время февральской поездки по СНГ Х.Соланы Г.Алиев выступил в парламенте Азербайджана с заявлением о том, что блок НАТО должен уделять больше внимания обеспечению безопасности в Закавказье, являющемся частью Европы. Назвав поездку Соланы исторической, Г.Алиев сказал: "Мы бы и сами вступили туда хоть завтра, если бы нас приняли. Мы видим в этом единственную гарантию нашей государственной безопасности".

Следует отметить особую внешнеполитическую активность Г.Алиева за последнее время, которая реализуется на путях сближения с Грузией и Украиной и открытого торга с Россией, суть которого можно выразить так: "за участие в нефтяной сделке — открытую границу и военное "отсутствие" в Закавказье". От исхода этого торга и будет зависеть изменение баланса сил между Азербайджаном и Карабахом, возможное решение карабахской проблемы по наиболее выгодному для Азербайджана сценарию.

Особенно важно отметить и роль Украины, которая взамен полученного от Турции права на льготное прохождение своих судов через проливы Босфор и Дарданеллы передала за последние два года Азербайджану следующее вооружение и технику:

150 боевых танка, 150 БМП, 5 МИГ-25, 4 системы "Смерч", 4 системы "Ураган", 15 122мм самоходные гаубицы 2С1 "Гвоздика", 20 152мм самоходные гаубицы 2С3 "Акация".

25 марта этого года Г.Алиев и Л.Кучма подписали договор о поставках азербайджанской нефти на Украину в обход России через Грузию, на что уже выразил свое согласие Э.Шеварднадзе. Нефть будет транспортироваться по двум старым участкам нефтепроводов и по железной дороге. Пропускная способность этой транспортной линии ничтожна, а схема транспортировки сложновата: Каспийское море — трубопровод — железная дорога до Тбилиси — затем опять трубопровод до Батуми — танкеры до одесского терминала, который придется перестраивать.

Складывается курьезная ситуация: при падении нефтедобычи Азербайджан сейчас докупает топливо у России, при этом играет роль благодетеля Украины, которая рассчитывает на энергонезависимость от России — и напрасно, так говорят международные эксперты. Если этот самый "западный нефтепровод" (Баку — Поти) и будет построен, то это произойдет лишь к концу 1998 года. Пока представляется, что помпезно проведенная акция вряд ли может серьезно повлиять на оздоровление экономик этих трех стран. Дело в том, что Азербайджан, резко снизивший уровень добычи нефти, вряд ли сумеет за короткий период времени его повысить, поскольку кроме проблем финансового и технического характера существует еще и проблема обеспеченности квалифицированными кадрами. Большая часть этих кадров за годы нестабильности покинула республику и в настоящее время работает на нефтепромыслах России или занимается не своим делом. Так что стремление Азербайджана вовлечь в орбиту своей внешней политики Грузию и Украину сулит не столько выходы из собственных кризисов, сколько избавление от России.

Следует отметить осторожность Э.Шеварднадзе, "дипломатично" отреагировавшего на заявления Азербайджана, связанные со скандальной информацией о российских поставках оружия Армении. Вместо того, чтобы недвусмысленно и прямо поддержать Баку, Тбилиси ограничился очередным заявлением о российской помощи Абхазии. Следовательно, он не желает идти на ухудшение отношений с Арменией. Позиция грузинского лидера достаточно дальновидна: если доходы от транспортировки нефти — это, хоть и низко летящий, но "журавль в небе", то энергия Армянской АЭС — "синица", отказаться от которой Грузии будет нелегко и очень невыгодно. Кроме того, автомагистраль, прокладываемая из Ирана через Армению в Аджарию (Батуми), пройдет там, где стрельбы не было и не намечается; от этой дороги Грузия будет иметь выгоду, как экономическую, так и внутриполическую (это способ удерживать Аджарию).


КАСПИЙСКАЯ НЕФТЬ

Во что же на деле может превратиться игра с нефтью? По некоторым данным, "Контракт века" о добыче каспийской нефти, подписанный 20 сентября 1994 года сроком на тридцать лет Азербайджаном и Международным нефтяным Консорциумом — в который позднее была включена российская компания "ЛУКойл", — и серия последующих контрактов, не только может не дать фантастических прибылей, но и обернуться значительными геостратегическими потерями для России, стать политическим блефом тех, кто пытается обыграть ее в какой-то игре.

Сразу же после подписания контракта обозреватели отмечали, что от Каспия до Персидского залива протянулась своеобразная "дуга напряженности". Тогда же комментатор радио "Свобода" известил мир, что в районе Кавказа столкнулись интересы России и США. Даже предвидя сложный ход событий, Азербайджан пошел на сделку с западными партнерами. Россия отреагировала на это неоднозначно: МИД поставил вопрос о статусе Каспия, базируясь на двух советско-иранских договорах — 1921 и 1940-го годов, в которых однако нет никаких указаний, как пользоваться дном этого водоема, а потому МИД РФ выступил инициатором создания специального соглашения по биоресурсам. Это мнение шло вразрез с тремя уже подписанными соглашениями: 1) "об основах совместной деятельности Государственной Нефтяной Компании Азербайджанской Республики и Акционерного общества "Нефтяная компания "ЛУКойл" от 17 сентября 1993 г., подписанным соответственно Н.А.Алиевым и В.Ю.Алекперовым; 2) "о создании совместного предприятия по разведке и разработке нефтяных и газовых месторождений между Государственной Нефтяной компанией Азербайджанской Республики и Акционерным обществом "нефтяная компания "ЛУКойл" Российской Федерации", подписанным 20 ноября того же года за правительство РФ Ю.Шафранником, тогдашним министром Министерства топлива и энергетики. C точки зрения МИДа РФ, Каспийское море — это озеро, в котором любые односторонние действия неизбежно затрагивают интересы всех. По итогам встречи министров иностранных дел прикаспийских государств, состоявшейся в ноябре 1996 г. в Ашхабаде, стало очевидно, что на той же позиции стоят Иран и Туркмения, однако Азербайджан при поддержке Казахстана настаивал на разделении Каспия на сектора. (Причины понятны: в этом случае последние две страны получают самые нефтеносные участки. Осмелимся предположить, что спор о "кусках" может запустить центробежные процессы в России: вслед за Чечней суверенитета, только в данном случае — при куске шельфа, могут потребовать Дагестан, Калмыкия и даже Астраханская область.)

По оценкам российских геологов, разведанные запасы составляют 12 млрд т условного топлива, в том числе около 7 млрд т нефти. Если прикаспийские страны договорятся о разделе Каспия на сектора как пограничного озера, то Казахстан получит доступ к 4,5 млрд ТУТ, Азербайджан — к 4 млрд, Россия — к 2 млрд, Туркмения — к 1,5 млрд.

Исходя из концепции замкнутого моря, Каспий должен стать зоной кондоминимума прикаспийских государств с 12-мильной зоной территориальных вод каждой из них. В этом случае все страны будут иметь равные права на разработку месторождений центральной части моря. В прибрежной зоне Азербайджан и Казахстан будут иметь по 1 млрд ТУТ, Россия — 0,5 млрд и Туркмения — 0,3 млрд. При этом каждое из названных государств будет иметь право на разработку еще по 2,3 из 9,2 млрд ТУТ в центральной части моря, а с учетом равноправного участия Ирана — по 1,84 млрд (за пограничной линией Астара — Гасан-Кули иранские шельфовые запасы оцениваются лишь в 800 млн т газа и в 100 млн т нефти).

По оценкам российского министерства топлива и энергетики, общий экспортный потенциал Каспия не превышает 70-80 млн т нефти в год. Предполагается, что страны, по территории которых будут транспортироваться от 18 до 35 млн т азербайджанской нефти в год, а точнее их трубопроводные компании, будут получать в целом до $1 млрд ежегодно. Азербайджан располагает значительными на Каспии запасами высококачественной (малосернистой, "легкой") нефти. Разведанные запасы шельфа, по утверждениям азербайджанских республиканских министерств, ведомств и нефтяных компаний, составляют 2,3 млрд т, а неоткрытые — более 3 млрд т, что составляет по разным оценкам от 1 до 3% мировых неоткрытых запасов. (Неоткрытые казахстанские запасы в Каспии оцениваются в З,5 млрд т). Однако, по данным из независимого азербайджанского источника, цифры декларируемых на сегодняшний день запасов завышены. Считаем уместным привести здесь данные по каждому месторождению с указанием сумм капвложений по каждому контракту, участников и их долей.

"Контракт века" подписан 20 сентября 1994 (Азери Чираг, глубоководная часть Гюнешли); заявленные в нем запасы — 510 млн т, реальные — 150. Капвложения — 8 млрд $. Участники: АМОКО — 17%, Экксон 8%, Пеннзойл — 4,8%, Юнокал — 10,1%, Би-Пи — ГНАР — 10%, РАМКО — 2,1%, ЛУКойл — 10%, Статойл — 8,6%, Туркиш петролеум — 6,7%, ИТОЧУ — 3,9%, Дельта пимес — 1,7%.

Контракт по месторождению "Карабах" подписан 10 ноября 1995. Декл.200 млн т, реально — 50. Капвложения — 1,5 млрд $. Участники: Пеннзойл — 30%, ГНКАР — 7,5%, Аджип — 5%, ЛУКойл — 7,5%, СП ЛУК-Аджип — 50%.

Контракт по Ленкорань-дениз. Подписан в январе 1997. Декл. запасы — 120 млн т, реальные — 2О. Капвложения — 2 млрд $. Известны доли Эльф Акитен — 75% и ГНКАР — 25%.

Контракт по Шахдениз подписан 4 июня 1996. Декл. 230 млн т. Капвложения — 4 млрд $, однако эта сумма может возрасти в связи со сложностями разработки. Доли: ГНКАР — 10%, ЛУКойл — 10%, OIEC (Иран) — 10%, Эльф Акитен — 10%, Туркиш петролиум — 9%, Би-Пи — 25,5%, Статойл — 25,5%.

Таким образом, суммарные реальные запасы нефти по контрактам могут составлять не 1 млрд 60 млн т, а не более 45О млн т. По первому контракту предполагается, что доля ЛУКойла после возмещения всех капитальных и эксплуатационных расходов составит от 6 до 7,5 млн т нефти или 780-975 млн $ — около 100% прибыли на капитальные вложения. Доход бюджета РФ от участия АО ЛУКойл в проекте в виде налогов и специальных сборов обещает составить аж 350 млн $ за 30 лет, т.е. раз в год бюджет РФ будет получать неполные 12 млн долларов. (Эти цифры приведены в "Справке о работе Нефтяной компании "ЛУКойл" по нефтяным проектам в Азербайджанской Республике", представленной к парламентским слушаниям "О положении в зоне Нагорно-Карабахского конфликта", состоявшимся в 1995 г.)

Правда, это не все, на что может рассчитывать наша страна, ведь госпакет составляет 45%; но где гарантии, что хоть часть полученных доходов компания (богатейший и крупнейший должник в России) отдаст на дивиденды?

Не следует забывать и об экологическом аспекте проблемы. Из-за резкого увеличения нефтегазодобычи неизбежно повышается уровень загрязнения моря и участков нефтепроводов. При загрязнении моря встает (а вернее — почти отпадает) вопрос о сохранении ценных промысловых рыб Каспия. В озере сосредоточено 80% мировых запасов осетровых рыб, прибыль от промысла которых, по оценкам специалистов, сопоставима с доходами от нефтедобычи, но при разумном хозяйствовании эти ресурсы возобновляемы, если не вечны. Необходимо обсчитать возможный прямой и косвенный ущерб хотя бы сейчас, до начала серьезной добычи в соответствии с постановлением Правительства России от 5 января 1995 г.. Однако нефтяные компании уклоняются от проведения расширенной экологической экспертизы в стремлении к быстрой выгоде. У Минприроды РФ на это нет средств, что же касается частных экспертиз, то по причинам конъюнктурного характера им доверять нельзя. В 30-е годы, когда еще не было термина "экология", азербайджанский профессор-океанолог Гюль был решительным противником нефтяного "ограбления" Каспия, однако эта точка зрения стоила ему жизни.

Вообще экологическая ситуация в регионе близка к катастрофической. Помимо повышения уровня Каспия и затопления прибрежных зон в Астраханской области, Дагестане, Калмыкии и Азербайджане, все растущего опустынивания и засаливания почв в Калмыкии в связи с неудачной мелиорацией — повышаются риски технологических катастроф в результате недосмотра или диверсий. Относительно повышения уровня Каспийского моря специалисты Азербайджана приводят такие данные: к 2010 году оно поднимется еще на 25 метров (!). Только в Азербайджане затоплению подвергнется 800 км береговой линии. Глубина возможного максимального затопления составляет 25-35 км, а подтопления — 35-40 км. Уже сейчас затоплены с/х угодья Ленкоранского и Астаринского районов. В опасной зоне находятся города и населенные пункты с общей численностью около 700 тысяч человек, а в ряде населенных пунктов требуется экстренная эвакуация. Требуется перенос автомобильных дорог, проходящих вдоль береговой линии от Дагестана до иранской границы. Также требуется перенос всех линий электропередач из этой зоны: более 200 тысяч км. Под угрозой затопления и разрушения находятся все морские и стационарные платформы, сооружения и причалы Бакинского порта. В целом возможный прямой ущерб оценивается в $2, а косвенный — в $4 млрд.


ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ НЕФТЯНОГО ПЕРЕДЕЛА

Относительно интересов западных нефтяных компаний, пока вложивших в каспийский проект около $ 600 млн, уместно предположить, что за прямым интересом — нефтяными доходами — стоит другой. Опираясь на поддержку своих государств и пробивая их политическое и военное присутствие в Закавказье, всячески способствуя уходу России из этого региона, они добиваются для себя неограниченного контроля над Ближним и Средним Востоком, ближневосточной и средневосточной нефтью (запасы которой неизмеримо больше каспийских), а для Запада вообще — реальной возможности полностью "загнать в угол" непокорных, сегодня — Иран и Ирак. Мы наблюдаем сейчас усиление антииранской кампании в западных СМИ, дипломатические "разборки" между Турцией и Ираном и одновременные попытки Ирана активизировать процесс политического сближения с Россией.

Таким образом, следует предположить, что шум вокруг нефтяного проекта поднят не столько из-за экономических, сколько из-за политических причин, ведь реальное решение проблемы трубопровода при неразрешенности Карабахского конфликта Азербайджану невыгодно, поскольку оно может привести к "кипрскому варианту".

В этом контексте "армян-гейт", вскрытый российским генералом, председателем Комитета по обороне Государственной Думы Рохлиным, о незаконных поставках Россией оружия Армении и дальнейшая реакция на эту скандальную историю бывшего министра обороны Родионова и министра по делам СНГ Тулеева, могут быть рассмотрены не только как банальное лоббирование экономических интересов Азербайджана или "нефтяных" фирм, а как проекция геополитического плана глобального изменения транспортно-коммуникационного коридора Азия-Европа. В рамках этого проекта даже создание "санитарного кордона" с точками опоры: Узбекистан — Азербайджан — Грузия — Турция (Украина) видится лишь технической частью реорганизации СНГ без России.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Затяжной кризис, охвативший пространство бывшего СССР, минимизирует возможности и роль России на этом пространстве, подрывает, в частности, ее геополитические интересы, а ведь они — один из атрибутов великой державы. Причины этого процесса и его последствия — тема очень актуальная. Размывание основ великодержавности — одно из основных обвинений левой оппозиции в адрес исполнительной власти. Можно по-разному оценивать те ресурсы, которыми сегодня обладает наша страна для сохранения своего влияния на страны СНГ и обеспечения тем самым своих интересов. Вопреки сложившемуся мнению, у России они есть, и их можно использовать в ее интересах. Их и нужно использовать как минимум для международной стабильности и, в частности — ради сохранения самой Российской Федерации. Безрадостное своеобразие сегодняшнего российского внешнеполитического курса — в отсутствии продуктивной концепции и в перенесении внутренних противоречий и противостояний в сферу внешней политики. Так например, руководство топливно-энергетического комплекса стремится лоббировать свои интересы в странах СНГ, а это порой соответствует интересам государства, а порой идет с ними вразрез. То же касается интересов высших военных и военно-промышленных кругов, причем интересы этих сил могут сходиться, как сейчас, а могут расходиться.

Политика России в Закавказье и ее роль в урегулировании Нагорно-Карабахского конфликта затрагивает такой круг проблем, которые выходят за рамки чисто региональных на уровень международных и касаются интересов не только России, но и других стран СНГ, в первую очередь Украины, Казахстана и Туркмении; а также интересы региональных держав: Турции и Ирана. Иными словами, один конец этого геополитического узла протянут через Босфор, а другой, опутывая Каспийское море, теряется где-то в Персидском заливе. Надо всем этим пространством стремится установить свой контроль Запад во главе с США, которые объявили Закавказье зоной своих жизненных интересов.

Присутствие РФ в этом регионе может быть обеспечено лишь с учетом всех составляющих сложившейся в нем политической ситуации.

К микроуровню можно было бы отнести двусторонние отношения между государствами Закавказья, межнациональные конфликты и реальное — как и декларативное — отношение к ним каждой из сторон, связанное с интересами каждой стороны, а также взаимоотношения непризнанных государств: Карабаха, Абхазии, Южной Осетии.

На мезоуровне лежат взаимоотношения трех государств Закавказья с Россией и другими странами СНГ и региональными державами: Турцией и Ираном.

К макроуровню относятся проблемы, касающиеся роли ведущих стран Запада, международных организаций (ООН, ОБСЕ, НАТО) и США как сверхдержавы.

Учитывая тенденцию к ограничению роли России в миротворческом процессе и даже к ее полному вытеснению из него, было бы целесообразно рассмотреть возможность поднятия уровня российского представительства. Российская политика в Закавказье, как минимум нуждается в выработке общей концепции и механизмов ее осуществления. Ситуация, когда, с одной стороны, существует несколько центров принятия решений по рассматриваемым проблемам, и с другой, политика остается реактивной чревата явными упущениями в долгосрочном плане. То, что нефть заслоняет долгосрочные политические и даже геополитические интересы, не о говоря уже о том, что "слухи о ее объемах сильно преувеличены", является функцией несформированности внешней политики самой России. Риск слишком велик: уместно предположить, что за прямым интересом — нефтяными доходами западных нефтяных компаний, пока вложивших в Каспийский проект около $600 млн., — стоит и другой. Опираясь на поддержку своих государств и пробивая их политическое и военное присутствие в Закавказье, всячески способствуя уходу России из этого региона, они добиваются неограниченного контроля над Ближним и Средним Востоком, ближневосточной и средневосточной нефтью (запасы которой несопоставимо больше каспийских), а для Запада вообще — реальной возможности полностью "загнать в угол" непокорных сегодня — Иран и Ирак. Ведь страны Запада, в первую очередь США, через десять лет могут полностью оказаться в нефтяной зависимости от ведущей пятерки нефтедобывающих стран, среди которых обе эти "империи зла". Мы наблюдаем сейчас усиление антииранской компании в западных СМИ, дипломатические "разборки" между Турцией и Ираном и одновременные попытки И рана активизировать процесс политического сближения с Россией. Следует учитывать и то, что освоив южные тылы России, резко ограничив сферы ее влияния и вес в международном сообщесве, Запад получает широкую возможность контроля и над ее сырьевыми запасами, в том числе — нефтью и газом. Отсутствие единства позиций сторон, в той или иной мере вовлеченных в "игру" дает шанс России на сохранение традиционно сильных позиций в этой части света. Ситуация, когда важность проблемы не вполне осознается высшим политическим руководством страны, приводит к тому, что ею занимаются чиновники недостаточного уровня компетентности и авторитетности.

Кроме того России нельзя пренебрегать вероятной реакцией армянской стороны. Следует учесть, что американцы могут предложить лучшие для армян условия урегулирования, поскольку Азербайджан повязан западными нефтяными инвестициями и зависит от США, Турции. Предлагая Армении условия урегулирования, по меньшей мере, не уступающие российским, США способны в большей мере гарантировать ее безопасность и предоставить более ощутимую экономическую помощь, чем Россия. Ставка на безальтернативность внешнеполитических интересов Армении, которую делало советское руководство в 1920-21 гг. и горбачевское руководство после 1988 г., далеко не столь надежна, как это представляют себе инициаторы новой политической ориентации на Баку.

Нельзя также не учитывать, что с точки зрения международно-правового обоснования права Армении на Карабах у Еревана есть в запасе возможность изменения характера конфликта путем его обращения в двусторонний территориальный спор, как к этому ведет и сам Азербайджан. В этом случае вопрос может быть урегулирован судебными средствами с отказом сторон от всякого посредничества.

Обеспечению безопасности России могло бы служить активное и авторитетное (с точки зрения персоналий) участие в урегулировании конфликтов с учетом интересов России, контроль над транспортно-энергетическими коммуникациями, сохранение или возвращение ведущей роли России в вопросах, касающихся Каспийского моря.


  |  К началу сайта  |  Архив новостей  |  Авторы  |  Схема сайта  |  О сайте  |  Гостевая книга  |