95

 

ПСИХОФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ ЭМОЦИОНАЛЬНОЙ ЛАБИЛЬНОСТИ ОПЕРАТОРОВ АЭС

 

В.А. МАШИН, М.Н. МАШИНА, И.А. ШМЕЛЕВА

 

Прогнозирование поведения операторов в аварийных ситуациях является одной из центральных задач психофизиологических обследований персонала АЭС. Особое значение в ее решении отводится диагностике эмоциональной лабильности, которая накладывает отпечаток на стиль профессиональной деятельности опытных операторов, диктует, как показали наши исследования, определенную стратегию обучения и последующего профессионального роста.

Чувствительность к эмоциональным раздражителям, нарушения психических механизмов регуляции поведения в критических ситуациях под влиянием эмоционального возбуждения — все это могло бы служить основанием для прогнозирования низкой надежности деятельности операторов в нестандартных ситуациях. Но результаты работы лаборатории психофизиологических обследований операторов АЭС Нововоронежского учебного центра (ЛПФО НВУТЦ) ставят под сомнение категоричность данного вывода. Проиллюстрируем это следующим примером.

У оператора К., инженера по управлению реактором (ИУР), на основании психологического и медико-физиологического обследования была диагностирована выраженная эмоциональная и вегетативная лабильность. Перед началом самого простого экзамена, в кабинете любого руководителя он испытывал сильную нервозность.

Ежеквартальные медицинские обследования сопровождались резким повышением артериального давления. Но при всех этих особенностях оператор был признан лучшим на АЭС ИУРом, действующим эффективно и надежно в самых критических ситуациях. Детальный анализ позволил выделить следующие два центральных момента.

Первый — высокий профессионализм оператора, его постоянное и активное самосовершенствование, глубина профессиональных знаний.

Второй — сама стратегия операторской деятельности отличалась у такого оператора от стратегии "устойчивой личности", уверенной в себе, в оборудовании и не испытывающей какого-либо беспокойства. Оператор с эмоциональной лабильностью всегда находится в некотором напряжении. Он хорошо осознает, что устойчивость параметров, устойчивость работы всего оборудования в течение длительного периода достаточно иллюзорна и всегда надо быть готовым к возможным нарушениям в функционировании оборудования. Поэтому он не дожидается пассивно очередного сбоя, активно контролирует все изменения в параметрах, что дает возможность на самых ранних этапах выделить и проанализировать нехарактерные для нормального режима изменения, выявить их причину и определить дальнейшую динамику, а также сформулировать план своих

 

96

 

действий. Тем самым возрастает оперативное время принятия решения. Такая стратегия не только уберегает подобных операторов от непредвиденных, внезапных (и уже потому стрессовых) ситуаций, что нередко снижает надежность и эффективность действий оператора, особенно в первые секунды аварии, но и позволяет им ликвидировать нарушение на самых ранних этапах, не допуская серьезных последствий.

Как показали наши исследования, эмоциональная лабильность накладывает свой отпечаток и на процесс обучения. Показателен такой случай. Обследуемый прибыл в учебно-тренировочный центр для подготовки на должность ИУРа. По результатам обследований была диагностирована выраженная эмоциональная и вегетативная лабильность. Во время обучения он показал прекрасные результаты по теоретической подготовке, но когда начались тренажерные занятия, произошло неожиданное: обучаемый не смог справиться ни с одной учебной ситуацией. Он "терял" параметры, не успевал следить за изменениями показаний приборов, забывал исходную информацию, не мог объяснить происходящее. Чтобы выяснить, в чем дело, мы провели физиологический контроль сердечного ритма в процессе тренировок. Как и следовало ожидать, во время самостоятельной работы на тренажере индекс функционального напряжения возрастал в несколько раз. Физиологические процессы протекали с огромным перенапряжением, грозя срывом. Как следствие — нарушения в функционировании психических процессов: резко снижалась концентрация внимания, ухудшались оперативная память, восприятие, нарушалось мышление, что и находило свое отражение в крайне неэффективных действиях  во время тренировок. Поскольку длительность и ритм обучения на тренажере определялись стандартной программой, не рассчитанной на такие особые случаи, оператор так и не приобрел нужную уверенность при работе на тренажере.

Заметим, что в случае форсированной подготовки, неадекватных сроков обучения для конкретного человека, он как оператор в любом случае доучивается, но уже на рабочем месте, в реальных, а не в учебных условиях, что очень часто чревато последствиями не только и не столько для АЭС, сколько для самого оператора (нервно-эмоциональное перенапряжение, длительное чувство неуверенности в себе, психосоматические нарушения и т.п.). Чтобы упредить подобные ситуации, важно ориентироваться не только на усвоение требуемого объема оперативных действий, но и на психологические особенности обучаемых.

Для эмоционально неустойчивого оператора необходимо значительное время и развернутая программа становления новой деятельности, чтобы сформировались необходимые психологические "орудия" (по Л.С.Выготскому), позволяющие ему действовать уверенно, надежно и эффективно в любой ситуации. Таким образом, для эмоционально лабильных операторов требуется постепенный профессиональный рост. Для них характерна более длительная стадия вхождения в профессиональную деятельность.

Именно данные различия в эмоциональной лабильности, как показали наши исследования, играют важную роль в определении сроков первой стадии профессионализации для должности ИУРа [3]: от 0,5 для эмоционально устойчивых до 1,5 лет для эмоционально лабильных.

Отечественные исследования профессионализации убедительно доказали,

 

97

 

что профессиональная деятельность, в которую активно включен человек, формирует у специалиста требуемые психические механизмы, орудия, средства, надежно компенсирующие его слабые стороны и развивающие сильные (в рамках конкретной деятельности). Для эмоционально лабильных операторов мы выделили следующие компенсаторные механизмы: чувствительность к отклонениям, постоянная собранность, готовность к ликвидации нарушений, высокие самоконтроль и критичность, глубокое понимание технологических процессов и знание объектов управления.

Все сказанное выше подчеркивает актуальность разработки в русле профессиональной диагностики эффективных методов оценки эмоциональной лабильности для активного вмешательства в построение индивидуализированных программ профессионального обучения, управления процессом профессионального (должностного) роста, планирования психологической работы с операторами по саморазвитию. Важную роль в решении указанной задачи могли бы сыграть современные медико-физиологические методы.

За последние годы в медико-физиологических исследованиях накоплен значительный материал по оценке состояния регуляторных систем в процессе выполнения человеком профессиональной деятельности. Разработаны различные методы определения состояния регуляторных систем организма, но наиболее простым и эффективным на сегодняшний день можно считать метод, основанный на математическом анализе сердечного ритма.

Еще в 60-х гг. В.В.Париным и Р.М.Баевским был предложен методический подход, позволяющий количественно и качественно оценить степень адаптации организма человека к новым условиям. Для этого была использована идея В.В. Парина о том, что сердечно-сосудистая система может рассматриваться в качестве универсального индикатора адаптационных реакций всего организма [2].

Р.М.Баевским был разработан метод, основанный на извлечении из электрокардиограммы информации об изменении в системе управления синусовым узлом. Последняя через нейрорефлекторные и нейрогуморальные механизмы органически связана с другими регуляторными системами, участвующими в адаптации к внешней среде [1].

Для разработки критериев диагностики эмоциональной лабильности на основе математического анализа ритма сердца нами были использованы данные о двух различающихся группах операторов. Первая группа характеризовалась эмоциональной лабильностью, вторая — эмоциональной устойчивостью.

Для отбора указанных групп мы воспользовались результатами лонгитюдных исследований операторов АЭС в процессе ежегодных профессиональных психологических обследований. В основу были положены данные по опроснику Личко (диагностика акцентуаций характера), результаты наблюдений за операторами в процессе тренажерных занятий, анализ действий операторов в реальных аварийных ситуациях. В первую группу были отнесены лица с лабильной акцентуацией (30 человек), во вторую — с гипертимной (25 человек).

Выбор указанных типов акцентуаций диктовался поставленной задачей. Лица с гипертимной акцентуацией, в отличие от лабильной, характеризуются, согласно данным А.Е. Личко, эмоциональной устойчивостью, ровным (повышенным) настроением, которое сочетается с хорошим самочувствием

 

98

 

и высокой активностью. В необычных ситуациях они не теряются, устойчивы к стрессовым нагрузкам. Аварийные ситуации вызывают прилив сил, жажду деятельности. Общая активность, быстрая обучаемость, высокий уровень психических процессов определяют и высокую динамику профессионального роста. Оптимальный срок подготовки гипертимиков на должность ИУРа по полному циклу (с прохождением всех рабочих должностей) составляет год-полтора (в отличие от 3 лет для лиц с лабильной акцентуацией). Они уверены в себе, часто излишне самоуверенны. Чем более выражены нагрузки, чем труднее задачи, тем собраннее и эффективнее они работают, неудачи только подстегивают их самолюбие. Всякая рутина и однообразие вызывает у них смертельную тоску и желание заняться чем-то "более полезным" (этим объясняется быстрое прохождение гипертимиками первой и второй стадий профессионализации [3]). Учебный процесс должен носить для них проблемный характер, постоянно ставя сверхзадачи.

Регистрация сердечного ритма у оператора АЭС производилась с помощью стационарного прибора БНПД-200 в процессе выполнения заданий по методике "Черно-красные таблицы" Шульте — Платонова (данная методика зарекомендовала себя как эффективный и надежный инструмент в профессиональной психо-диагностике). Первичная обработка данных выполнялась специализированным пакетом программ математического анализа сердечного ритма ГРАНД. Данные регистрировались в четырех пробах:

1) до выполнения заданий — фоновые показатели (Г. 1 и Л. 1);

2) в процессе выполнения 1-го и 2-го заданий (Г. 2 и Л. 2);

3) в процессе выполнения 3-го задания (Г. З и Л. 3);

4) после выполнения теста — в стадии восстановления (Г. 4 и Л. 4).

При математическом анализе кардиоинтервалов рассчитывались следующие показатели [1]:

М — математическое ожидание: отражает средний (интегральный) уровень функционирования сердечно-сосудистой системы (синусового узла);

ДХ — вариационный размах: указывает на максимальную амплитуду колебаний сердечного ритма, которая во многом зависит от влияния блуждающего нерва (парасимпатическая нервная система);

АМо — амплитуда моды: отражает эффект стабилизирующего влияния центральной регуляции на ритм сердца, эффект влияния симпатического отдела вегетативной нервной системы;

ИН — индекс напряжения: показатель суммарной активности центрального контура управления ритмом сердца;

ИВР — индекс вегетативного равновесия: указывает на соотношение между симпатическим и парасимпатическим отделами вегетативной нервной системы.

Дополнительно оценивалась степень вариабельности показателей М и ИВР на протяжении отдельной функциональной пробы (vM, vHBP) как среднее суммы приращений, взятых по модулю. Результаты по всем пробам представлены в таблице. В ней приведены также показатели уровня значимости α по t-критерию Стьюдента для оценки средних двух групп (с учетом равенства дисперсий).

Таблица

 

Показатели функционирования сердечно-сосудистой системы у испытуемых из групп с гипертимной и лабильной акцентуацией

             

Группы испытуемых с гипертимной (Г) и лабильной (Л) акцентуацией при 1—4 пробах

Показатели функционирования сердечно-сосудистой системы

М

DХ

АМо

ИН

ИВР

vM

   vИВР

Г. 1

0,82

0,26

34

95

8.4

0,08

1,11

Л. 1

0,77

0,17

47

238

4,2

0,04

0,46

α

0,05

0

0

0

0

0

0

Г. 2

0,79

0,23

38

123

6,9

0,07

0,98

Л. 2

0,72

0,18

46

231

4,5

0,06

0,64

α

0.02

0

0

0

0

0,15

0,04

Г. 3

0,77

0,22

38

131

6,7

0,08

1,00

Л. 3

0,71

0,17

48

244

4,0

0,05

0,55

α

0,04

0

0

0

0

0,04

0,02

Г. 4

0,82

0,25

35

104

8,3

0,08

1,2

Л. 4

0,77

0,18

45

185

4,5

0,05

0,57

α

0,12

0

0

0

0

0

0

 

Анализ динамики показателей регуляции сердечно-сосудистой системы в зависимости от гипертимной и лабильной акцентуаций показал следующее.

1. Уровень функционирования сердечно-сосудистой системы у эмоционально лабильных уже в первой пробе значимо выше, чем у эмоционально

 

99

 

устойчивых. Это может быть отражением волнения перед выполнением теста (достаточно обратить внимание на индекс напряжения).

2. Если у эмоционально лабильных регуляция ритма происходит в основном за счет симпатической нервной системы (показатель АМо), то у эмоционально устойчивых активны как парасимпатическая, так и симпатическая системы. Это легко объяснимо, поскольку в покое основная нагрузка в регуляции деятельности сердечнососудистой системы лежит на парасимпатической нервной системе и по мере включения субъекта в задачу повышается тонус активности симпатических нейронов.

3. Если для гипертимной акцентуации на протяжении всех проб характерно преобладание парасимпатической нервной системы в регуляции сердечно-сосудистых показателей:

высокие значения DХ и ИВР, низкие для АМо, то у лиц с лабильной акцентуацией мы обнаруживаем противоположные тенденции — преобладание влияния симпатической нервной системы (низкие значения DХ и ИВР, высокие АМо).

4. У гипертимиков значения ИВР в первой и четвертой пробах практически равны (обследуемые спокойны и быстро восстанавливаются после теста, что находит отражение в преобладании парасимпатической нервной системы). В процессе выполнения теста происходит активация симпатической и торможение парасимпатической нервной системы — оперативная настройка на задание (снижение ИВР). У эмоционально лабильных во второй пробе отмечается, напротив, даже некоторое снижение активности симпатической нервной системы (обследуемые немного успокаиваются), но в третьей снова понижение ИВР, активизация симпатической нервной системы до уровня, превышающего фоновый. В четвертой пробе происходит крайне медленное восстановление. Но важно отметить, что состояние системы регуляции сердечного ритма достигает при этом уровня

 

100

 

(за то время, в течение которого шла запись показателей), который мы зафиксировали во второй пробе, т.е. тогда, когда обследуемые выполняли достаточно простые для себя задания.

5. Если для гипертимиков характерен широкий диапазон ("коридор") варьирования М и ИВР в ходе отдельных проб (vM, vИВР), то для эмоционально лабильных — узкий. У гипертимиков происходит сужение "коридора" при выполнении заданий и увеличение при восстановлении, при этом значения vИВР в четвертой пробе превышают значения в первой. Примечательно, что у эмоционально лабильных наиболее широкий "коридор" отмечается во второй пробе, а наиболее узкий — в первой.

В чем же состоит возможный физиологический смысл изменения "коридора" варьирования сердечного ритма? Разброс значений продолжительности кардиоинтервалов диктуется дыхательными и медленными волнами. Первые обусловлены влиянием автономного контура управления сердечным ритмом: синусовый узел, ядра блуждающего нерва, дыхательный центр — и определяются частотой дыхания. Медленные волны отражают роль центрального контура, который обеспечивает перестройку деятельности всего организма в связи с изменениями внешних условий. Высокая вариабельность показателей частоты сердца может свидетельствовать о преобладании автономного контура в регуляции кровообращения и, следовательно, о низком напряжении систем регуляции организма в состоянии "активного" покоя. В ситуации, когда организм мобилизуется на решение задачи, возрастает роль центрального контура регуляции, происходит активация вегетативной и парасимпатической нервной системы, сердечные сокращения все более локализуются в узком "коридоре" (о чем свидетельствуют снижение DХ, vM и vHBP, рост АМо), что позволяет организму оптимально настроиться на уровень решаемой задачи. Можно предположить, что высокая вариабельность сердечного ритма обеспечивает быстрый и безболезненный переход функционирования системы кровообращения на качественно новый уровень, отвечающий уровню решаемой задачи. В этом отношении сердце можно сравнить со спортсменом, который должен хорошо "разогреться" перед соревнованиями, чтобы показать высокий для себя результат. Но в отличие от спортсмена, человеческое сердце постоянно находится в состоянии ожидания "старта".

Изменение динамики частоты сердечных сокращений может быть вы звано как реально решаемой субъектом задачей, так и эмоциональным переживанием. Последнее может иметь самостоятельное значение ("предстартовое" эмоциональное волнение), либо наслаиваться на процесс решения. Это обусловлено тем, что высшие центры вегетативной нервной системы (к которой относятся симпатическая и парасимпатическая системы) находятся в гипоталамусе, а его ядра осуществляют регуляцию сложных вегетативных функций, включая и кровообращение, дыхание, согласуя при этом свое воздействие с эмоциями человека. Таким образом, гипоталамус осуществляет связь эмоций с уровнем функционирования сердечно-сосудистой системы.

Высокая эмоциональная подвижность лабильной индивидуальности приводит к форсированному повышению роли симпатической нервной системы в регуляции кровообращения (вегетативная лабильность). Происходит резкое повышение уровня функционирования сердечно-сосудистой системы. Все ресурсы организма сконцентрированы

 

101

 

на данном процессе, что блокирует, ухудшает на время выполнение других функций — психических: восприятия, внимания, памяти, мышления. Эмоции позволяют оптимизировать процесс настройки организма на новую задачу, но они же могут и дезорганизовать деятельность человека. После прохождения вегетативной волны, когда организм начнет функционировать на новом уровне, отвечающем уровню задачи, нормализуются и психические процессы (если только заданный уровень допускает выделение ресурсов непосредственно для решения задачи). Но в ряде случае волнение может быть настолько велико, что установившийся уровень физиологических процессов делает невозможным выполнения действий по решению какой-либо задачи (состояние ступора).

Анализ данных по отдельным физиологическим пробам позволил выделить несколько уровней лабильности у гипертимной и лабильной акцентуаций в соответствии с динамикой сердечного ритма. Рассмотрим их на примере лабильной акцентуации.

1. Компенсированная вегетативная лабильность.

На этом уровне отмечается преобладание парасимпатической нервной системы (что характерно для гипертимной акцентуации) в первой (фон) и четвертой (восстановление) пробах. Во второй пробе (выполнение первого и второго задания по тесту Шульте — Платонова) отмечалось снижение ее влияния: система плавно сдвигалась в сторону вегетативного равновесия. В третьей пробе (выполнение третьего, самого сложного задания) общая тенденция сохранялась, диагностировалось вегетативное равновесие, которое в отдельные моменты могло переходить в преобладание симпатической нервной системы. Обследуемые с компенсированной лабильностью успешно справлялись с выполнением тестового задания. Их поведение отличалось хорошим эмоциональным контролем. Данный уровень мы наблюдали у профессионально зрелых операторов (по экспертным оценкам, они имели высокий профессиональный уровень). Часто мы фиксировали у этих обследуемых постоянные занятия спортом (плавание, бег, лыжи и т.д.), что является положительным фактором в усилении роли блуждающего нерва в регуляции сердечного ритма.

2. Умеренная вегетативная лабильность.

Общая динамика в целом совпадает с динамикой компенсированной вегетативной лабильности, но все показатели "сдвинуты" в сторону симпатической нервной системы. В первой пробе диагностируется равновесие в вегетативной регуляции. При выполнении заданий наблюдается усиление симпатической активности. При этом влияние симпатики во второй пробе может быть выше, чем в третьей, за счет влияния эмоционального возбуждения. В четвертой пробе происходит восстановление равновесия вегетативной регуляции сердечного ритма. Влияние симпатической нервной системы при выполнении задания сказывается большей частью на времени выполнения (число ошибок невелико). Во внешней деятельности отмечается некоторая нервозность, неуверенность перед выполнением заданий. Умеренная вегетативная лабильность характерна для вновь поступающих на АЭС, при переводе на новую должность, для первой стадии профессионального развития [3].

3. Выраженная вегетативная лабильность.

Для данного уровня характерна выраженная динамика вегетативной регуляции:

 

102

 

от умеренного влияния парасимпатической нервной системы в первой пробе до выраженного влияния симпатической при выполнении заданий. Уже в первой пробе можно наблюдать высокие показатели активности симпатической нервной системы. Данная картина может как отражать эмоциональное перевозбуждение перед выполнением теста, так и являться симптомом невротического состояния (неспецифический компонент эмоционального состояния по С.Шехтеру). При этом во второй и третьей пробах можно наблюдать снижение активности симпатической нервной системы. Для дифференциальной диагностики невротического состояния от эмоционального перевозбуждения может служить четвертая проба. При эмоциональной возбудимости показатели активности симпатической нервной системы в четвертой пробе значительно ниже, чем в первой (обследуемый более спокоен — самое трудное позади). При наличии возможного невроза активность симпатической нервной системы после выполнения теста вновь возрастает приблизительно до уровня, который был зафиксирован в первой (фоновой) пробе. Полученная картина динамики регуляции сердечного ритма при невротизации хорошо согласуется с клиническими данными из литературы: невроз наиболее опасен, когда человек находится вне деятельности.

Результаты четвертой пробы позволяют оценить и степень эмоциональной ригидности — как быстро организм может восстановить нормальный уровень функционирования после выхода из стрессового состояния. Для данного уровня вегетативной лабильности характерно длительное сохранение напряжения (эмоциональное перевозбуждение).

В поведении обследуемых с выраженной вегетативной лабильностью на всем протяжении выполнения теста отмечались эмоциональная дизрегуляция, повышенная импульсивность и неуверенность. На выполнение заданий затрачивалось очень много времени, что не гарантировало от ошибок. По существу, эти обследуемые являются потенциально "аварийными" субъектами. Эмоциональная буря, которая сопровождает их в стрессовых ситуациях, приводит к длительному нарушению выполнения функций восприятия, внимания, памяти и мышления, нарушая процесс принятия и контроля решения в критической ситуации. Дизрегуляция деятельности в конкретных ситуациях, в свою очередь, еще более усиливает их эмоциональную неустойчивость, наслаивая новые нарушения. Разорвать этот порочный круг возможно лишь через длительный курс обучения с использованием тренажеров, а также через курс эмоциональной саморегуляции и коррекции.

Кроме описанной выраженной лабильности сердечного ритма надо отметить и состояние, характеризующееся стабильным высоким фоном симпатической нервной системы, на котором выполнение задания мало отражается. Такое состояние отмечается у лиц, которые длительное время находятся под воздействием негативных эмоциональных факторов, испытывая хроническое перенапряжение. Данное состояние свидетельствует о возможном эмоциональном срыве. Такие случаи требуют немедленного психологического вмешательства и медико-физиологической реабилитации.

Для гипертимной акцентуации характерна динамика регуляции сердечного ритма в области преобладания активности парасимпатической нервной системы и вегетативного равновесия.

 

103

 

Часто отмечались устойчивость регуляции, незначительные колебания по всем пробам. Эмоциональная устойчивость в поведении сочеталась с высокими результатами по тесту Шульте — Платонова.

Но и у гипертимной акцентуации в ряде случаев нами была отмечена вегетативная лабильность второго и третьего уровней. В чем же причины появления лабильности в поведении гипертимиков? Нами было установлено, что во всех случаях это является результатом ряда негативных факторов, из которых отметим длительное перенапряжение, алкоголизацию и невротическое состояние. Именно они усиливают эмоциональную подвижность вегетативной нервной системы, возбудимость организма в стрессовых ситуациях, что приводит к тем негативным последствиям, которые были описаны для выраженной вегетативной лабильности.

Резюмируя полученные результаты, отметим эффективность для психологических обследований использования метода математического анализа сердечного ритма, который позволяет более точно представить психологический портрет обследуемого, повысить надежность прогноза поведения человека в аварийных ситуациях, если это касается профессиональной деятельности, строить научно обоснованную кадровую политику, включая процесс подготовки и должностного роста профессионала.

 

1. Баевский P.M. и соавт. Математический анализ изменений сердечного ритма при стрессе. М.,1984.

2. Ларин В.В. и соавт. Космическая кардиология. М., 1967.

3. Машин В.А. Профессионализация личности в зрелом возрасте: (На материале деятельности операторов АЭС): Автореф. канд. дис. М., 1994.

Поступила в редакцию 1.Х 1995 г.