ВЫЗОВ С ЮГА

Трофим Лобачев

Спецпредставитель президента Сергей Ястржембский, брошенный на талибский фронт, опоздал. Он пытается договориться с врагами, когда они уже победили. И не просто победили — баланс сил в Центральной Азии в корне изменился, причем далеко не в лучшую для России сторону.

Тот факт, что в Пакистан на переговоры с тамошним руководством, стоящим за спиной уже почти победивших по всему Афганистану талибов, послан не представитель МИД, а Ястржембский, сам по себе есть акт отчаяния. И признание того, что российский МИД в очередной раз опоздал, а то и вовсе “проспал” момент, когда надо было предпринимать дипломатическое наступление в ответ на военное наступление талибов на севере Афганистана.

Все это время Москва продолжала — в основном через Узбекистан — поставлять оружие и снаряжение Северному альянсу (за которым стоит так называемое “законное правительство Афганистана, контролировавшее до последнего наступления талибов 10% территории страны). Говорят, что с талибами вели секретные переговоры. Однако ясно, что настоящие переговоры надо было вести с пакистанцами, которые стоят за военными успехами талибов.

Ястржемский общался в Исламабаде с главой МВД Пакистана Хайдером, главой МИД Саттаром и начальником разведки генералом Махмудом, который курирует отношения с талибами. Ни одной письменной договоренности не заключено. Оценить успех переговоров о некоей совместной борьбе с терроризмом и наркоторговлей также не представляется возможным: переговаривающиеся стороны улыбались друг другу, однако такие улыбки на мусульманском Востоке, да еще обращенные к “неверным”, как известно, ровным счетом ничего не стоят.

Тем временем в Москве глава МИД Игорь Иванов выступил с заявлением, которое трудно назвать содержательным. Он призвал решать афганские проблемы миром и продолжить контакты между противоборствующими сторонами при посредничестве ООН. Между тем и это посредничество, и сами переговоры на сегодня уже практически умерли. Призыв явно запоздал: талибам просто не с кем вести такие переговоры, ибо они вышли к границам СНГ, а бывший сначала враг (в советское время) а затем союзник Москвы узбек Ахмад Шах Масуд фактически разгромлен пуштунами-талибами и пакистанскими танковыми батальонами.

В итоге сегодня исламские фанатики представляют серьезную угрозу среднеазиатским режимам — прежде всего Рахмонова (Таджикистан), а также Акаева (Киргизия). Судя по всему, уже в обозримом будущем давление фундаментализма начнет испытывать на себе и светский тоталитарный режим Каримова (Узбекистан). Насколько можно в этой связи верить заверениям талибов о полном отсутствии у них экспансионистских планов? Физически они вряд ли пойдут войной на СНГ уже завтра. Однако сомневаться в том, что в СНГ теперь усилится поток наркотиков, а также идеологического влияния исламистов, не приходится. Что касается наихудшего варианта — военного вторжения — то 10 тысяч российских войск в Таджикистане явно не хватит для его сдерживания в условиях далеко не во всем дружественного окружения в том же Таджикистане.

Тем не менее, чтобы как-то протянуть время и не идти на прямую конфронтацию с талибами, у Москвы нет иного выхода, кроме как резко отказаться от военной помощи Северному альянсу и от поддержки “законного правительства” Афганистана Бурханнудина Раббани (хотя именно его на сегодня признают практически все страны мира, кроме Пакистана, которой как раз признает родственных пуштунов-талибов).

Хватит ли России этого времени, чтобы успеть обустроить полноценную государственную границу между Россией и Северным Казахстаном — на случай, если среднеазиатские режимы, возглавляемые бывшими секретарями ЦК КПСС, посыплются, как карточные домики? Такой уверенности нет. А широкомасштабная война с исламистами на всех среднеазиатских просторах не пойдет ни в какое сравнение с войной в Чечне. Ни по жертвам, ни по затратам, ни по тем катастрофическим последствиям, которая она может оказать на все российское общество.

По сути, сегодня национальная безопасность России на ее самых уязвимых — южных — рубежах оказалась в руках таких лидеров, как президент Пакистана генерал Мушарафф или президент не менее фундаменталистского Ирана Хатами.

Есть и еще одно сугубо материальное обстоятельство. В ближайшее время состоится визит Путина в Индию. Во время визита планировалось обсуждать тему массированных российских военных поставок Индии (не менее чем на миллиард долларов), которая, в свою очередь, намерена использовать военную технику в противостоянии с Пакистаном из-за Кашмира. Теперь Исламабад, скорее всего, потребует от Москвы большей сдержанности в военном сотрудничестве со своим главным военным соперников в регионе — Индией. А Дели на сегодня наряду с Пекином — едва ли не главный покупатель российского оружия. Москве будет очень трудно в этом Пакистану отказать. Потому что за каждый проданный индийцам Су или МИГ талибы ответят атакой на российский погранотряд в Таджикистане.

Опубликовано в Газета.Ру


  |  К началу сайта  |  Архив новостей  |  Авторы  |  Схема сайта  |  О сайте  |  Гостевая книга  |