Язык и алфавит как политика

Валерий Тишков

В Приволжском федеральном округе, а именно в Республике Татарстан, возникла, на наш взгляд, проблема большого общегосударственного значения, хотя казалось бы речь идет всего лишь о смене алфавита татарского языка с кириллицы на латиницу. Руководство Татарстана и часть местной интеллигенции инициировали принятие республиканского закона, который предусматривает начало данной реформы в 2001 году. Основной аргумент состоит в том, что латиница более адекватно отражает фонетический строй татарского языка, а длительное существование кириллицы наносило ущерб этому языку, принося многие неудобства его пользователям. В сообщении Рафика Абдурахманова из Татарстана приводится мнение республиканских законодателей, что языковые вопросы должен решать народ, которого это прежде всего и касается, а остальное общество и федеральные власти не должны здесь навязывать свое мнение. Возможно, так оно и должно быть. Ибо язык - это важнейший механизм формирования культурной отличительности, это важный элемент индивидуальной и коллективной идентичности. "Без языка нет и народа", - считают некоторые политики и ученые. И каким быть татарскому языку, включая используемый алфавит, должны решать сами татары. До этого за них решали волевым путем другие силы, а именно государство и московские эксперты.

Однако все не так просто, как это кажется на первый взгляд. Есть ряд вопросов, которые нельзя сводить только к чисто лингвистическим дебатам или к эмоциональным и политизированным аргументам. И эти вопросы следует задать сейчас, а еще лучше и получить на них ответы.

Безусловно, с точки зрения этнологов и лингвистов, все языки абсолютно равны, если они адекватно выполняют свою роль системы коммуникации культурно схожих людей. С точки зрения современной науки, даже широко распространенное деление на языки и диалекты является условным и во многом зависит от политики и от властных отношений. Среди ученых существует яркое выражение: "язык - это тот же диалект, но только с армией", а "диалект - это тот же язык, но только без армии". Другими словами, за кем больше властных ресурсов - у того больше возможностей утвердить свою систему коммуникации в качестве главной или более привилегированной.

Кроме этого, на государственном и региональном уровнях всегда существует языковая асимметрия. Один язык, обычно это язык более многочисленной этнической группы, доминирует над языками меньшинств, вплоть до того, что языки малых групп могут со временем оказываться в маргинальном положении или совсем исчезнуть. Так было на протяжении всей человеческой истории. Причем доминирование языка большинства населения в одном государстве далеко не всегда происходит под воздействием силы. Часто - это результат экономических и социальных факторов, рационального выбора людей, родительских стратегий в отношении собственных детей.

С момента возникновения современных государств последние всегда стремятся к языковой унификации, к тому, чтобы население государства могло говорить на одном языке. Единый язык - это одновременно средство национальной консолидации и заметный маркер, отличающий население одного государства от внешнего мира. Но эта идеальная норма в реальности не существует. Языков в мире около 4-5 тысяч, т.е. их гораздо больше, чем государств и даже этнических общностей. Максимум, чего добиваются государства, так это закрепление за одним или несколькими языками официального статуса, на которых должна общаться государственная бюрократия и отдаваться военные приказы.

Современные государства с демократическими нормами правления признают языковое разнообразие своего населения и даже поддерживают его (особенно малые языки), а также гарантируют языковые права представителей меньшинств. В Италии, например, представители немецкоязычного меньшинства, проживающего на севере страны, обеспечены необходимым корпусом немецкоязычных судей вплоть до Верховного суда, где обязательно есть один из судей, владеющих немецким языком. Я уже не говорю о таких вещах, как сфера государственных услуг или надписи в публичных местах. Уже в аэропорту Кеннеди в США вас сейчас встречают надписи, исполненные на английском и испанском языках, поскольку несколько десятков миллионов американцев говорят на испанском языке.

В России доминирующее положение имеет русский язык, на котором фактически может говорить все население страны, но в тоже время сохранились многие языки, несмотря на сокращение числа носителей этих языков и сферы их использования. Сегодня русский язык является родным языком не только для этнических русских, но и для миллионов граждан других национальностей, ибо, по всем мировым стандартам, родной язык - это материнский язык или первый выученный в детстве язык. Таким образом, русский язык является своего рода культурной собственностью (или капиталом) не только русских, но и большинства чувашей, бурят, осетин и многих других, включая большинство тех же российских татар.

Переход на русский язык многих представителей других народов, т.е. языковая ассимиляция в пользу русского, представляет собою выбор (иногда добровольный, иногда вынужденный) в пользу языка, который дает больше возможностей для жизненного преуспевания граждан в едином государстве, для большей социальной и пространственной мобильности людей, живущих в одной стране. Кроме того, русский язык относится к немногим мировым языкам (наряду с английским, испанским, французским и арабским), знание которых способствует восприятию более широких мировых культурных ценностей и более широкому взаимодействию в международном масштабе. Не зря, выехавшие в Израиль российские евреи сохраняют знание русского языка и даже требуют его признания как одного из официальных языков государства, наряду с ивритом и арабским.

В этой связи, прежде чем решать языковые вопросы в новых демократических условиях, нужно сменить некоторые старые доктринальные установки и начать считать родным языком не язык, который совпадает с национальностью одного или обеих родителей, а язык, который является для человека первым языком, включая и домашнее общение. А также перестать считать русский язык родным языком только русских. При этом, следует противостоять страшилкам радикальных националистов, что утрата, точнее смена языка, однозначно ведет к утрате этнической идентичности и к исчезновению отдельного народа. В мире огромная масса народов, большинство представителей которых (или целиком все) сменили язык и говорят на "чужом" языке, но от этого не утрачивают своей идентичности.

В России ситуация обстоит точно также и фактическая степень распространения и использования русского языка гораздо выше, чем об этом свидетельствуют данные прошлых переписей, когда, например, многие родители записывали своим детям родной язык, на котором они не знают ни одного слова, но зато прекрасно говорят по-русски.

Сделанная по нашему предложению замена местами вопросов об языке и о национальности в вопроснике предстоящей переписи поможет точнее определить языковую ситуацию в стране, ибо сначала будут задавать вопрос об языке, а потом о национальной принадлежности. Хотя рост этнонационализма среди нерусских народов в последние годы (иногда его называют "национальным возрождением") может отчасти нейтрализовать эту более точную процедуру в ходе переписи. Но в любом случае специалисты знают, что россиян, для которых русский язык - это их основной язык, гораздо больше, чем об этом гласит переписная статистика. Не являются исключением и татары, для большинства которых русский язык - это их родной язык.

Можно ли осуществить политическими, законодательными и другими мерами их возврат к татарскому языку - это большой вопрос. Скорее всего, нет, тем более, что большинство татар живет за пределами Татарстана и местное законодательство и образовательно-информационная политика их фактически не достигают. По крайней мере, подобные усилия в полностью независимом государстве Ирландии уйти от английского и вернуться к ирландскому закончились неудачей.

Это означает, что большинство российских татар будут продолжать пользоваться русским языком и пользоваться кириллицей, не переставая считать себя татарами. Переход части татар на латиницу будет означать огромный культурный раскол среди самих татар, которые и без того неоднородны и в переписи 2002 года часть татар образуют новые группы (например, кряшены), которые до этого не допускал официальный список народов СССР.

Следующий вопрос - это в какой мере смена алфавита отвечает интересам и учитывает права населения Республики Татарстан и насколько она будет способствовать консолидации местного татарстанского сообщества. Все ссылки на "мнение" или на "волю народа" в данном случае малосостоятельны. В Татарстане - государственном образовании, созданном от имени всего народа республики и существующем за счет всех налогоплательщиков, никакого референдума по данному вопросу не проходило. Но даже если бы такой референдум прошел, то все постсоветские референдумы доказали возможность высокой степени манипулирования населением, которое еще не обладает достаточной гражданской и политической культурой. В том же Татарстане в последнее десятилетие народные волеизъявления давали противоположные результаты на протяжении месяцев по причине явных политико-информационных воздействий. Тем более, что нетатарская часть населения республики в данный исторический момент политически организована гораздо слабее и явно недопредставлена в органах власти, особенно в Государственном Совете. Так стоит ли пользоваться этим возможно временным преимуществом при решении вопросов, которые затрагивают судьбу будущих поколений?

Ясно, что не менее половины населения республики, включая и тех, кто еще будет проходить обучение, на использование латиницы в своей языковой практике переходить не будут и будут продолжать пользоваться кириллицей. Таким образом, переход на латиницу может означать не только культурный раскол среди российских татар, но и социально-политическое отчуждение между двумя основными общинами республики, отношения между которыми до сих пор были, по российским меркам, почти образцовыми и в любом случае мирными. Именно с подобных расколов по вопросам языковой политики (даже не использования языка, а именно политики!) начинались многие открытые конфликты в сложных сообществах.

Третий вопрос - это вопрос, связанный с судьбой огромного по значимости татарского культурного наследия и ценностей, созданных в ХХ веке в советский период, когда действовал кириллический алфавит. По своему объему и значимости (особенно это касается письменной культуры) последние 80 лет превосходят все другие предшествовавшие эпохи в истории татарского народа. Именно в этот период пришла всеобщая грамотность населения и было написано и издано не менее 90% всей литературы разного характера, начиная от художественной и научной вплоть до учебников и технических инструкций. Если подобные реформы в начальный период советской власти затрагивали только малую часть населения и сравнительный мизерный по объему культурно-информационный пласт народа (хотя среди татар и был высокий уровень грамотности), то сейчас речь идет о судьбе основного культурного фонда. Для этого достаточно заглянуть в каталоги татарстанских библиотек.

Переход на латиницу предполагает забвение кириллицы, ибо выучившие латиницу дети должны будут читать другую литературу, но какую? Сами же татарские специалисты и политики осуждают смены алфавита в 1920е годы, так как татарам пришлось исключить из своего культурного багажа созданные тексты на арабской графике. Но по сравнению с татарским кириллическим письменным наследием арабоязычное не идет ни в какое сравнение. Еще несколько лет тому назад некоторые энтузиасты латиницы приводили в свою пользу аргумент бурно развивающегося на латинице мирового Интернета, но сейчас русскоязычный Интернет - один из самых быстро растущих в мире.

Переход на латиницу означает отказ живущих в Татарстане татар от большей части собственного письменного наследия, созданного в ХХ веке. Подобный эксперимент, насколько мне известно, не проводил с собою ни один народ в современный период, когда письменная культура стала основным и всеобщим достоянием представителей того или иного народа.

Наконец, последний вопрос касается воздействия смены алфавита в Татарстане на статус и перспективы проживающих в республике казанских татар в общероссийском культурном и социально-политическом пространстве. Сегодня татары - это один из наиболее модернизированных и конкурентных народов страны. Наряду с русскими, татары - одни из основных создателей исторической российской государственности. В какой мере латиница предоставит им дополнительные преимущества в жизненном преуспевании в рамках всей страны и не станет ли она одним из препятствий в социальной мобильности, сдерживая развитие народа в нынешних более конкурентных условиях? Нам представляется, что переход на латиницу приведет к неоправданному дистанциированию от общероссийского пространства, а точнее, к росту изолированности этой части граждан от остального населения страны по элементарной причине недостаточного знания кириллицы, а значит и русского языка. Сегодняшнее двуязычие казанских татар - это их большое преимущество, а наличие двух алфавитов может лишить их этого преимущества.

На фоне этих вопросов нам представляются гораздо менее значимыми чисто фонетические аргументы, ибо они могут решаться дополнительной адаптацией той же самой кириллицы к фонетическому строю татарского языка. Подобные реформы делаются и сейчас во многих странах, а современные компьютерные технологии вообще снимают вопрос даже о введении в кириллицу латинских графических элементов. Достаточно на клавиатуре одновременно нажать две клавиши.

Меньше всего я бы сводил данные дебаты к вопросу о неких геополитических проектах со стороны татарского национализма и сочувствующих или использующих его внешних сил, а тем более к вопросу об угрозе национальной безопасности России. В СССР одновременно существовали четыре алфавита, но государство распалось не по этой причине. Но вышеназванные вопросы пока никем не были обозначены, но от ответа на них уходить не стоит.


  |  К началу сайта  |  Архив новостей  |  Авторы  |  Схема сайта  |  О сайте  |  Гостевая книга  |  
>